День, когда начался конец

Не знаю сколько мы просидели с моим колючим напарником. Однако, успел наступить вечер и стало слегка голодно. Хотя, кому я вру, живот от голода стало сводить не на шутку. Вопрос, почему я взял с собой то, что взял, посещает всё чаще. Наверно, стоит куда-то идти, добраться до людей, а с другой стороны, мне всегда повторяли, что если потерялся, оставайся на месте и жди помощи. Я, определенно, потерялся. И помощь, точно, не появится. Пора признать самому себе, меня куда-то закинуло, и, возможно, вовсе в разрез с планами. А , может, согласно им, что еще страшнее. Просто, страшно даже представить… Вечер, странная холмистая местность, невнятного сероватого цвета, со всех сторон, примерно, на равном расстоянии от меня видны какие-то заросли. Деревья то или кусты пока не ясно. вокруг странная, страшная тишина, легкие шорохи заставляют вздрагивать каждый раз. Просто представить такую ситуацию, уже жутко. Полная, гнетущая тишина и неожиданно резкий шорох травы, скрип где-то в зарослях или громкий щелчок. Что, где, зачем, почему… Ни одного ответа. Страшно. Каким чудом или техникой меня сюда занесло не знаю. Пока рассмотрел две версии: - Меня сюда и планировали отправить по договору. Значит нужно осваиваться, всё фиксировать и искать точки связи с… с… с кем? Правительством? Спецслужбами? Экстрасенсами? Масонами? Землей… - Я попал сюда случайно. Нужно ждать помощи. Меня обязательно найдут и спасут. Кому я нужен. А кому я могу быть нужен? Если всё это является следствием сбоя при переносе, до чего техника дошла, то меня уже ищут те, кто отправлял. А если это всё случайность? Родители думают, что я уехал на вахту. Друзья тоже. А регистратор на точке считает, что я не явился. Одна надежда на панику, которую поднимет Сонечка, если не свихнется, боюсь я за неё. Живот как-то особенно громко заурчал, и перешел на легкое... тарахтение что ли. Как назвать громкий звук похожий на рык?! Я медленно обернулся прижимая к себе кактус, как последнее средство обороны. За спиной пейзаж особо не поменялся, а вот живности прибавилось на одну штуку, огромную и неземную. В вечерних сумерках эта скотина выделялась, как если бы её облили неоновой краской. Такой ярко оранжевой, неоновой краской. Всю шерсть, от морды до хвоста, которым она размахивала так активно, будто собиралась на нем взлетать. Огромные лапы стояли на земле, а ужасающие когти в неё впивались. Отползти захотелось невероятно. Лапы переходили в мощное тело неясной комплекции. Из-за большого количества шерсти чудилось, что зверь раскормлен до безобразия. Но и это не так привлекало внимание, как клыки в пасти этого чудища. Они так и сияли зеленью, будто фосфором натертые. И тут оно облизнулось. Или мне показалось, но рванул я с места так, как никогда не бегал при своих семидесяти шести килограммах лишнего веса. Ах, если бы мышц. Что удивительно, но до конца пустой местности я добежал чуть ли не моментально, ни разу не упав, и чудом не потеряв ни рюкзак ни кактус. Влетел в заросли на полном ходу и застрял намертво, ни туда, ни назад. Твою ж налево.