Золотая рыбка

Мне никогда не нравилось такое время дня, как утро. Сегодня не исключение, но… — Сколько мы уже знакомы? — Растянувшись на кровати звездой, спросила я. — М-м… Полгода? Не знаю точно, но около того. — Застёгивая рубашку ответила Блуберри. — Красотка, куда ты так спешишь? — Я… Это просто привычка. — Таки выдохнула блондинка. — Во сколько ты вообще встала? — Смотря на часы (а на них шесть утра), спросила снова я. — Около пяти тридцати. Я пыталась заснуть, понимая, что рано, но не вышло. — Пожала плечами, улыбаясь, Свап-младшая. — — Кто будит Папируса? — Ты. Я пойду готовить завтрак. Тебя с братом ждут великолепные тако от Великолепной Блуберри. — Да иди уже! — Кинув в девушку подушку, крикнула я. Кое-как встав с тёплого местечка и натянув майку с шортами, я начала поиски моего друга по квартире. Конечно, Свап видел меня и в более ущербном положении, но… Красотке знать об этом необязательно, хех. Нужный человек нашёлся между диваном и шкафом в гостиной. — Вставай, приятель, уже утро. — Легонько пиная того ногой, лениво сказала я. — Кто утро? — Не открывая глаз, спросил мой старый друг. — Для сестры твоей утро, вставай. А то и сигареты, и алкоголь, и мёд… К чёрту выброшу из моей квартиры! — Ладно-ладно. Шантаж был лишним. — Ты в этом так уверен? — Не-а. — Поднимайся. — Уже. — Аккуратно вставая, произнёс Папирус. — Так что там у тебя? — Завтрак. И ты не представляешь, как приятно спать рядом с любимым человеком. — Да не ври. Не можешь же такого испытывать… — Махнул на меня Свап. На его заявление я лишь пожала плечами. Ну, чувствую все эмоции чертовски слабо… — Жить мне это не мешает. — Зато твои суицидальные наклонности ещё ой как мешают. — Закатил глаза парень. — Опять всю малину портишь. А если бы я грустить начала? Как бы я в таком состояние перед красоткой показалась?.. Осторожнее слова выбирай, в общем. — Я кивнула. — А теперь умываться! — И замаршировала в сторону ванны. Так и не найдя взглядом подруги, решила, что её всё-таки забрал Найтмер и мне это не привиделось. Чувствую, ещё одной такой весьма и весьма красочной пьянки он мне не простит… — Эх, умрём мы молодыми… — Дочистив зубы, вздохнула я нарочито драматично. — Думаю, нас уже за старых считать можно. — Прокомментировал мой приятель, умывая лицо. — Но хорошо всё-таки отпраздновали. — А что, к слову, отмечали-то? — День электрика и восьмое марта. Да, сейчас середина сентября, но когда нас это останавливало? — Задал риторический вопрос Свап.

***

— Подъём! — Громогласно разнёсся по квартире мой крик. Найтмер точно мне когда-нибудь врежет. Но Новый год же! Был… вчера… Со всех углов послышалось недовольное ворчание: «Чего орёшь?», «Время-то хоть видела?», «Одиннадцать… даже не три…» — У меня прекрасное настроение. Значит, мне плевать на всех! — С тем же энтузиазмом говорила я, заканчивая, начавшийся вчера, цирк.

***

— Инк, я люблю тебя. — Тихо прошептала Блуберри и передала подарок художнице. Но тот её нисколько не волновал, а вот слова дарившей… — Ты же не шутишь? — Я бы не стала шутить с таким, но, если- — Нет, даже не смей договаривать! Конечно же, я тебя тоже люблю… — Белесая скакала с одной интонации на другую не в силах определиться с нужной. С этим ей помогла близстоящая рюмка с… соком? Видимо, про него всё-таки вспомнили и добрались. В общем, девушка залпом выпила содержимое стекляшки и поцеловала любимую.

***

— Не понимаю, как утро может быть таким хорошим… — Рассеяно бормотала я, вертя в руках какой-то стакан. — Ты привыкнешь. — Сказал Найтмер, наливая себе воды.