Унисон

Налегке, у затемнённых окон, Где неспеша завершён Двух безымянных сторон Унисон. Лева не в первый раз заметил, что Шурик смотрит на него странно. Сегодня он собирался спросить, в чем дело, но Шурик его опередил. — Ты думаешь, это о нас? — Что? — Лева растерялся от вопроса. — Пора расходиться в разные стороны? Лева понимал и не понимал одновременно. Они были вместе ужасно давно, прошли огонь и воду, пережили взлеты и падения. Тем не менее музыкальные вкусы Шурика отличались от Левиных и были слишком широкими. Его тянет экспериментировать, пробовать новые жанры, новое звучание. — Хочешь уйти? — прямо спросил Лева. И поймал ответное удивление на лице Шурика. — Мне казалось, ты хочешь. — Да с чего бы? — Ну, ты так проникновенно поешь, будто это наша последняя песня. Лева очень хотел обозвать Шурика дураком, но вместо этого развел руками и перевел все в шутку: — Я всегда так пою. Это талант. Однако слова Шурика не шли из головы. Вечером Лева сидел за компьютером и пытается набросать что-нибудь для новой песни, но получалась какая-то ерунда вроде «я всегда с тобой» или «я везде за тобой».

***

Раз в месяц Шурик приходил к Леве и разгребал его черновики. Это было не так-то просто сделать, потому что порой набиралось под сотню файлов, и где-то был почти готовый текст, а где-то — пара слов. — Что это? Шурик долго смотрел на экран, а Лева пытался вспомнить, что же такого гениального он написал за последнее время. — Если ты в пекло, я — за тобой, — с выражением произнес Шурик. Затем он обернулся, и в его глазах отчетливо читалось: и я за тобой.