Нет права на ошибку

Отбросив лишние мысли, Грейс побрела на кухню в поисках обеда. Она стала выбирать песню, которая смогла бы вывести её из состояния транса после ужасающего сна, потому открыла свой плейлист и включила первую попавшуюся композицию. Под ударом её большого пальца стояла песня Yung cxreal — I hate boys. «Хах. Это больше, чем просто подходящая песня. Это знак!». Улыбка от собственной мысли озарила лицо Грейс. Она положила телефон на обеденный стол, подняла руки, потягиваясь и расхаживая по кухне, затем подошла к холодильнику. Достав два яйца, связку сосисок и овощи, девушка, подпевая и пританцовывая в такт музыке, подошла к столешнице и, разложив каждый продукт, принялась создавать кулинарный шедевр. 15 минут. Девушка уже сидела за столом, наслаждаясь каждым кусочком своего обеда и пролистывая ленту Youtube в поисках интересного ролика. Однако после нескольких проигнорированных видеороликов она отвела взгляд в сторону, вспомнив, что перед погружением в жуткое забвение хотела позвонить и узнать насчёт матери. Прожевав последние куски во рту, Грейс набрала номер клиники, который Мистер Гилберт любезно записал на листочке и вручил ей при последней встречи. Шли гудки, а сердце стучало всё громче, заглушая раздражающий звук, исходящий из динамика телефона. Вскоре послышался ответ. — Лечебная клиника Мистера Гилберта. Чем могу помочь? Девушка удивилась, узнав, что эта лечебница принадлежит непосредственно самому доктору Гилберту. — Здравствуйте. Меня зовут Грейс Допсон. Моя мама находится у вас на временном содержании. Могу я узнать, как она? — Конечно. Передать ей трубку или вы хотите поговорить напрямую с лечащим врачом? — Нет, позвольте, я поговорю лично с Эмбер Допсон, если это возможно. — Хорошо, одну секунду. В трубке послышалось, как по громкоговорителю объявили: «Эмбер Допсон, подойдите к стойке регистрации». Конфиденциально, однако. Через минуту послышалось шуршание, и активный голос в трубке произнёс: «Привет, дочка!». Не ожидав столь жизнерадостного тона, Грейс подумала, что позвонила по ложному номеру, но всё же ответила: — Мам? Это ты? — Да. Привет, Грейс. Как вы? Как Майя? — У нас всё хорошо. Майя в школе. Что там у тебя? — Со мной всё отлично. Я на удивление хороша в бильярде. Представляешь, никогда бы не подумала, что я могу играть в него. — Амм…ладно. А что насчёт врачей? С тобой работали психологи? — Вчера два. Сегодня утром один. Они умеют выжать слёзы из людей. — Так значит, тебе там…как сказать…нравится? — Здесь хорошо, но я скучаю по вам. И Грейс, — её голос спустился почти на шепот и задрожал. — я так и не извинилась за последнюю свою самую ужасную ошибку. Мне так стыдно перед тобой. Прошу, прости меня. Я не знаю, чем я думала. Я… Удивлению девушки не было предела. Никто не мог ожидать таких результатов после одного с половиной дня нахождения в неком «санатории». В трубке слышались тихие всхлипы женщины, что обезоружило злость Грейс, заставляя включить жалость. — Мам, успокойся. Не реви. Всё нормально. Я рада, что тебе там хорошо. Я приеду за тобой в пятницу, а потом улетаю. — Хорошо, дочка, — женщина улыбнулась, а груз с души медленно спадал. — Я люблю тебя. — И я тебя. Из телефона послышалось отдалённое: «Эмбер, сейчас твоя очередь в аэрохоккей». — Да вы издеваетесь надо мной! — рассмеявшись, воскликнула Грейс. — У вас там парк развлечений? Мать и дочь Допсон засмеялись и на позитивной ноте закончили разговор. Отложив телефон, Грейс оставалась в недоумении ещё несколько минут. Смена обстановки крайне положительно влияет на маму. Неужели у них появился шанс обрести в доме покой?!

У Лив.

Вечер подходил к концу и медленно погружался в ночь, а звонка от Рика всё не было. Рыжеволосая и гордая, но беспокоящаяся за безопасность близкого друга решила нарушить их взаимное игнорирование и позвонить первой. Перед истерикой, которую закатил Рик, он упомянул, что вечером ждёт свой телефон из ремонта, а значит ответить ему не помешает ничего, кроме собственного упрямства. Гудок…гудок…и так раз за разом. На счету у Рика был уже пятый пропущенный вызов, а значит пять оживляющих оплеух ждёт его на следующий день. Последовал последний решающий вызов, который, на удивление, имел привилегии на ответ. Гудки прекратились, и в барабанную перепонку Лив ударили громкие басы музыки и последующая невнятная речь. — Рик? Почему ты не брал трубку? — Эй, Лив! — парень старался перекричать оглушающие биты, однако язык не слушался хозяина. — Тут круто! Сделав акцент на последнем предложении, Рик хотел указать на свою правоту в отношении Зака и на то, что беспокойство Лив не имеет смысла. — Ты в порядке? В трубке послышались посторонние восклицания, которые означали, что вечеринка в самом разгаре, после чего вызов прекратился, а ответа на свой вопрос Лив так и не услышала. Было ясно, что Рику весело, но в безопасности ли он…