Я справлюсь

      Позже Мицуки рассказала Бакуго, что Инко подхватила какую-то новую заразу, и врачи искали лекарство от неё. Рассказала о том, что Изуку каждый день после академии приходила в больницу навестить мать. Но так как вирус передавался воздушно-капельным путём, её не пускали к ней в палату. Да, она могла вылечить Мидорию старшую причудой, но врачи сообщили, что это может стоить ей жизнью. Ну а когда Изуку уже было не остановить и она ломилась в палату, её и вовсе выгнали из больницы.       Прошла неделя, всё это время Мидория лежала на кровати в комнате укутовшись в одеяло. Она никуда не ходила, практически ничего не ела, игнорировала смски от друзей, одним словом - депрессия. В академии Кацуки постоянно доставали надоедливые подружки Изуку. Спрашивали где она, что с ней, как она и ещё много-много вопросов.       Бакуго это слишком надоело и после школы он всё же зашёл в тёмную комнату Мидории. Парень подошёл ближе и сел рядом на кровать. У Изуку были закрыты глаза. — «Спит?» — пронеслось в голове Кацуки, но потом девушка медленно открыла глаза, уставший взгляд словно прошёлся лезвием по лицу парня заставив пробежать мурашки по его коже.       —Каччан? — послышался хриплый голос. — Ты что-то хотел? — Изуку медленно приняла сидячее положение.       —Харе тут тухнуть, меня уже задолбали твои друзья с вопросами. И вообще, какого хрена ты не отвечаешь им на сообщения? — Бакуго пытался говорить как можно мягче, но его уже до такой степени всё задолбало, что нотки гнева в его словах всё же были. В ответ Мидория опустила голову и через несколько секунд ответила.       —Прости меня Каччан... Прости. — последнее слово оборвалось слишком резко, как будто его конец отрезали. Кацуки тяжело вздохнул и обнял Изуку, крепко-крепко, что б она уж точно никуда не делась.       —Прекрати ныть, это совсем не та Деку, которую я знал. — молчание длилось около десяти секунд.       —Каччан, знаешь почему когда мама умерла я пошла к тебе? — Бакуго промолчал, ведь за эту неделю он не мало раз задумывался над этим. Парень молчал, как бы давая возможность говорить дальше. — Потому, что я поняла, что ближе тебя у меня больше никого нет, совсем никого. Ты знаешь меня очень давно, лучше всех. Никто бы меня так не понял, как ты. — последнее предложение опять резко оборвалось. Кацуки почувствовал, что руки Изуку поднялись и наконец обняли его в ответ, а на плече появились мокрые капли от слёз. — Никто, совсем никто... — голос Мидории был совсем тихий и дрожал. Что б успокоить девушку Бакуго пару раз провёл по её кудряшкам рукой. — Каччан, — резко вырвалось из уст Изуку, — пообещай, что не бросишь меня, пообещай! У меня же никогда не будет такого друга как ты. — в голове зависло слово "друг". Но по крайней мере она считает его лучшим другом.       —Да успокойся ты уже, куда я денусь, конечно не брошу.       —Обещаешь?       —Да.