"Воздушные байбаки"

Кем ты хочешь стать? - спросил я, так как вопрос будущей профессии волновал меня очень сильно, как и всех подростков нашего возраста. Сам я хотел стать юристом, поступил в юридическую гимназию, выиграл множество олимпиад и готовился обучаться в лучших ВУЗах страны. - Я хочу стать военным - ответила она- Мой брат и папа связаны с этим, очень любят военных и я тоже. У меня даже пневматическая винтовка есть, хорошо стреляю. А еще постоянно смотрим фильмы про них. Поэтому хочу поступить в военный ВУЗ в Москву, чтобы быть поближе к брату. Её ответ буквально убил меня, так как я всю жизнь был пацифистом, выступал против армии и военных. Так как, словно по злой шутке дьявола, в наше время, в почёте те люди, которые меньше всего этого заслуживают. В древнем Китае, военные считались низшей кастой. Даже палачи были выше, потому что те убивают только преступников, а военные - ни в чём не повинных людей. Ведь самое жалкое, что есть на свете, — это толпа. Армия — это та же толпа. Солдаты идут в бой не оттого, что в них вспыхнула храбрость или патриотизм. Им придает храбрости сознание того, что их много и что ими командуют. Ведь стадное чувство есть у всех. И это стадо готово по-первому же приказу, уничтожить любое живое существо, совершенно не задумываясь, в чем оно виновно и представляет ли оно опасность... А сегодня они - герои, защитники Отечества. И самое страшное, что чем больше людей военные отправили на тот свет, тем больше их слава. И чем больше Валя их любила, тем больше я их ненавидел... Но несмотря на время и расстояние, мы продолжали любить друг друга. Проходили месяца, менялись времена года, но наши чувства сияли также ярко. Они обретали цвет и форму, становились более взрослыми и осмысленными, но никогда не гасли. Ведь я никогда не знал человека, понимающего меня больше, чем она. И для неё, я был так же сильно важен, как и она для меня. - Я люблю тебя сильнее, чем мог бы любить человек твоего же положения - ответил я - Ведь для него ты самая обычная девушка его уровня. Одна из миллионов. Он всегда будет хотеть чего-то большего и когда он это найдет, просто выкинет тебя, как дешёвую игрушку, которой всегда можно найти замену. Но для меня ты - особенная, редкая, таких на моем уровне просто нет. Замену тебе мне никогда не отыскать. И потому тебя я ценю, гораздо гораздо больше, чем человек твоего положения. - Хочешь раскрою тебе секрет? - спросил я. - Давай. - ответила она. - Впереди, там целый мир, который ждёт тебя. Большие города... музыка... учёба... планы... искусство... истинная красота... и ты сможешь почувствовать всё это. У тебя может быть ещё тысяча дней рождений. Тебе стоит лишь захотеть. Поэтому ты не можешь сдаться сейчас. Это лишь начало прекрасного пути. Я ощущал её волосы на своем плече и чувствовал биение сердца. - И ты должна умереть? Ты не можешь умереть. Ведь ты - это счастье. Понимаешь, мое счастье начинается тобой и тобой же кончится. Так просто и глупо. Ты просто не имеешь права на печальную и трагичную смерть, я этого не допущу. Мы подошли к вокзалу. Он представлял из себя большое и довольно старое здание, еще советской постройки, с многочисленными проходами и арками. Я приложил немало усилий, пытаясь дотащить Валин чемодан до перрона. Такое чувство, что вместо одежды, она везла там кирпичи или весь арсенал полицейского участка. Но наконец последний рубеж, в виде паспортного контроля, был преодолен и мы направились ко входам на перроны. Спустя несколько минут мы уже стояли на перроне, пристани для наземных кораблей, называемых поездами. Валя улыбалась и буквально прыгала от счастья: - Наконец, наконец я попаду на серьезную работу, а не простые тренировки в казарме! Уверена, всё пройдет просто шикарно. Она радовалась, а я всё меньше мог себя контролировать. Ей как-будто было всё равно на меня, на мои чувства в тот момент... Ведь мне было ужасно больно даже от мысли о том, что я могу её потерять… Я понимал, что её уже не переубедить. Повернувшись, я неожиданно сам для себя сказал: - Солнышко, однажды твоя жизнь пронесётся у тебя перед глазами. Убедись в том, что ты захочешь увидеть всё то, что ты сделаешь... Она стояла и молчала… А потом, на её, и без того уставших глазах, заблестели слёзы. - Прости, я не хотел тебя задеть, просто мне очень больно, что ты уезжаешь. - сказал я, поняв свою оплошность - Ничего, я вовсе на тебя не злюсь - ответила она и крепко, со всей нежностью, обняла меня. Мы были в объятиях друг друга всё то время, которое было выделено поезду на остановку. Я целовал её, пытаясь вложить всю свою любовь и нежность в каждый поцелуй. Но чувств было слишком много, а времени слишком мало... ""Поезд Ростов - Горно-Алтайск, отбывает с первого перрона через 5 минут" - послышался из громкоговорителя голос диктора. Голос был сухой и серьезный, такой бывает у судьи во время оглашения приговора. Но мне совершенно не хотелось отпускать Валю, И использовал эти, возможно наши последние минуты вместе, чтобы запомнить, вклинить в свою память всё, начиная от волос и заканчивая стуком сердца, который был так отчётливо слышен в тот момент. Она так хотела остаться, но оставшись, она бы жалела об этом, быть может, всю свою жизнь... Я отдал ей маленького плюшевого медведя, который выиграл ради неё тогда, в парке… - Пусть он всегда будет с тобой, как частичка меня. Частичка - которая будет на твоей стороне, несмотря ни на что… Но пришла роковая минута и мы направились ко входу в вагон. Она показала паспорт проводнику, я передал ей чемодан, теперь уже не казавшийся таким тяжёлым. - Я люблю тебя - произнёс я, с трудом скрывая, накативший шквал эмоций. - И я люблю тебя! И моя любовь к тебе навечно! - ответила она и я увидел, как по её лицу катятся крупные, блестящие слёзы. - Моя любовь тоже к тебе навечно! Навсегда! - закричал я с такой силой, что наверное услышал весь вагон, а может и весь поезд. Но мне было плевать на то, как на меня посмотрят другие люди и что они подумают. Проводник закрыл дверь вагона и сквозь большие окна вагона я смотрел, как она находит своё место, бросает на него вещи, а затем, развернувшись, ищет меня в толпе людей, почти полностью прижавшись к стеклу. Я замахал рукой и она, наконец заметив меня, помахала в ответ. Но больше всего меня привлекали её глаза в тот момент. Этот взгляд, в котором я видел её душу, был чем-то большим, чем внимание двух влюбленных людей к друг другу. В нём, я видел отражение всех тех переживаний, живших внутри неё. Он стал своеобразным продолжением нашего диалога. Я смотрел на неё, не отворачиваясь ни на секунду. Опаздывающие пассажиры толкали меня, но даже тогда, я не отворачивался. Здесь словно не было никого, кроме неё. И каждая секунда, пока мы смотрели друг на друга, была самой долгой и ценной для нас обоих. Поезд зашумел и медленно поплыл вдоль перрона. Её глаза начали медленно уходить от меня. И вместе с ними весь мой мир, который был заключен в них. На меня напало непреодолимое желание побежать за поездом, крича и размахивая руками ей в след, как это часто бывает в романтических мелодрамах. Но бежать за уезжающим поездом, это всё равно, что пытаться догнать прошлое, которое безбожно отдаляется всё дальше и дальше, пока не исчезнет за горизонтом... И всё что я мог сделать, это просто стоять и смотреть, как эта железная махина увозит моего любимого человека, мою Валю, за тысячи километров от меня... Я застыл и умирающим взглядом глядел на место, где еще совсем недавно целовал её прекрасные губы. Прошло часа два, прежде чем я осознал, что всё уже не будет прежним, этот поезд уже не вернется назад, возврата её ко мне. Что я больше не вернусь домой, в ожидании получить сообщение от моей принцессы. Больше не услышу её игривого мурлыканья рядом с собой. Не смогу просто лежать с Валей в поле, рассматривая облака, смеяться и говорить о пролетающих мимо воздушных байбаках. Наш мир изменился и нам предстояло измениться вместе с ним... Мои размышления прервал человек, работавший на вокзале. На вид ему было лет 40, он был в черной куртке, с бейджиком на груди и в брюках, которые были ему сильно большие, и потому выглядели очень нелепо и смешно. Ему, судя по всему, показалось странным, что молодой человек стоит и уже 4 часа смотрит на пустой перрон: - Я заметил, вы тут уже очень долго стоите. На улице прохладно. Вы кого-то ждёте? - Жду девушку. И всегда буду ждать. - ответил я хриплым голосом. - Вот и я ждал когда-то... - с грустью заявил мой собеседник. - Кого? - Жену. Кого же еще можно ждать 13 лет? Уехала на заработки в столицу, тогда у нас с деньгами просто очень туго было, а жить на что-то надо. Теперь сильно жалею что отпустил её туда... - А что случилось с ней? - Да встретила какого-то красавчика с кучей денег. Звонит мне и говорит, что любовь прошла и что я ей больше не нужен. Что ей нужен богатый мужчина, а не простой работяга. Ну и осталась там. - А что теперь с ней? - с интересом спросил я. - Не знаю. Больше не звонила и сменила номер телефона. - А вы пытались её найти? - Пытался. Но по старому адресу её нет, а столица слишком большая, чтобы пытаться в ней найти одну девушку. Поэтому я остался здесь. Теперь с работой всё нормально, деньги есть, но её, к сожалению, уже не вернёшь. Но знаешь, парень, я верю что когда-нибудь она вернётся. Просто приедет и скажет, что ничего не нашла, кроме предательства и разочарования. И всё снова будет по-прежнему... - Я уверен, что она вернётся. Рано или поздно это случится, если вы будете верить в это. - ответил я. - Верю. Надеюсь парень, ты дождёшься свою девушку, а если не вернётся, то приходи сюда, будем ждать и верить вместе. - усмехнувшись, сказал он и, похоже, погрузился в воспоминания. До свидания - сказал я, и направился к выходу из вокзала. Уходя, я заметил обручальное кольцо на его руке. Похоже, он так и не решился его снять... Выйдя из здания вокзала, в небольшом отдалении, я увидел тёмный парк с большим количеством деревьев. Два часа ночи светилось на привокзальных часах и людей почти не было. Я сел на лавочку, где еще вечером, я сидел вместе с Валей. Я купил ей мороженое и она, как всегда, перепачкалась в нём, выглядев невероятно мило. Вспоминал её счастливое лицо в тот момент, её чудесную улыбку и сверкающие глаза. Все воспоминания нахлынули на меня потоком, сравнимым с цунами. Я не мог больше сдерживать все эмоции, которые убивали меня изнутри. Хотелось поехать на любую войну, но быть рядом с ней, ни смотря, ни на что. Я ненавидел себя за беспомощность и слабость в этот миг. Ведь от всего произошедшего я просто упал на землю и заплакал.....