Час на всё

До выступления осталось двадцать минут. Группа сейчас в Токио, столице Японии. Феликс и ещё двое парней уговорили назначить выступление на десять вечера, когда фонари на улицах этого разгульного города начинают зажигаться, атмосфера становится приемлемой для подростков, которые только и хотят в такое время выйти на улицу большой группой и веселиться всю ночь, а вывески на домах так и манят посетить тот или иной магазин. Кристофер сразу согласился провести выступление поздно, правда он сначала волновался за ребят, что они будут уставшими и сонными, но два выходных (которые, к слову, Сынмин выбил для них очень неожиданно) сделали своё дело, и парни смогли отдохнуть. Сейчас же всё очень волнительно, хоть группа и выступала уже здесь несколько раз, но на данный момент это чувствуется по-особенному предвкушающе, потому что у всех отличное настроение, игривый настрой и куча сил в теле. Ночь обещает быть весёлой. Чонин виснет на шее Кристофера, шепчет что-то приятное на ухо и поправляет воротник. Рядом только парни, менеджера нет, поэтому он позволяет себе немного расслабиться и понежиться перед концертом. Он легонько целует парня в губы и ловит на себе ласковый взгляд. Кристофер его успокаивает, чтобы появилась мотивация отлично провести ночь и зарядить фанатов хорошим настроением. - Хён! - вскрикивает Чонин, когда видит, что у Кристофера начинает капать кровь из носа. - Божечки. Это произошло неожиданно, и, определённо, пугающе для Чонина. Для лидера же нет ничего необычного. Такое происходит часто, поэтому он сейчас по привычке задирает голову кверху и просит кого-нибудь подать ему салфетку. Чонин быстро наклоняет его обратно, заставляет посмотреть на себя, пачкается в чужой крови и пихает ненужный чистый платок по бокам с белой бахромой Кристоферу в нос. До гримерной они доходят быстро, Чонин торопиться умыть парня и внимательно наблюдает за тем, чтобы никто из них не успел испачкать одежду в крови. Кристофер бубнит что-то неразборчивое, но Чонин сразу понимает о чём тот говорит. - Да прекрати уже! - кричит Чонин, когда они заходят в помещение. Он смотрит Кристоферу в глаза и крепко сжимает его ладонь в своей. - Разве я не могу позаботиться о тебе? Я знаю, что это происходит часто, и ты привык, но меня-то пугает! Я не хочу, чтобы это повторялось из раза в раз. Мне это не нравится. Он тянет его на кресло, сажает, а после приносит небольшой стакан с тёплой водой. Руки Чонин успел помыть в раковине, когда наливал воду, а платок взял чистый, чтобы выкинуть уже испачкавшийся в крови в урну. Кристофер ничего не говорит, лишь наблюдает, как Чонин аккуратно вытирает его лицо платком, смоченным в тёплой жидкости, и хмурится, тихонько бубня о его невнимательности. До концерта уже остаются считанные минуты, но Чонин всё сидит на диване и терпеливо ждёт, когда кровь окончательно перестанет капать на платок, иначе его инфаркт хватит, если Кристофер выйдет с головокружением и кровью из носа на сцену. В гримерку забегает запыхавшийся Минхо, кидает им: "Мы сможем развлечь фанатов минут десять, но поторопитесь", и убегает к остальным. Чонин вслед кивает и тянет лидера на себя, позволяя ему сесть на свои бёдра верхом и обнять за шею. Он поглаживает бока и спину Кристофера, успокаивающе целует в шею и свободной рукой придерживает платок около чужого носа. - Вроде всё. - говорит Кристофер и отодвигается. Чонин ещё раз вытирает его лицо от остатков крови и мягко теребит волосы, чтобы не испортить причёску. - Нам нужно идти. Поговорим потом по поводу ссоры? - Мы и не ссорились. Просто иногда позволяй мне поухаживать за тобой. - Чонин говорит с нежной улыбкой на лице, мягко мнёт чужое плечо, а затем крепко обнимает, чтобы подтвердить слова о ссоре. - Я ведь тоже хочу, чтобы ты мог почувствовать себя нужным. Он улыбается, последний раз чмокает Кристофера в лоб и уводит на сцену.

***

Концерт прошёл отлично. 3racha, как обычно, выложилась по полной в сфере рэпа, а остальные постарались в танцах и вокале (кроме, конечно же, Феликса, который, запыхавшись танцами, пытался зачитать трудную часть в одной из песен). Парни до нельзя вспотели и устали. Кристофер же, на котором было ответственности больше всех, умотался по самое горло, да так, что сейчас, будучи в полном удовлетворении работой мемберов, чуть ли не падает на стул в гримерке и просит Чонина принести ему воды. Чонин мысленно обдумывает, где могут находиться бутылки с водой. На этаже три гримерки. Он знает, что остальные уже переоделись и свалили в общежитие со стаффом, только Минхо и Джисон задержались во второй гримерке, где, скорее всего, и находятся бутылки. Он быстро преодолевает небольшое расстояние, видит табличку «#2» на одной из дверей и, совершенно не стесняясь, без какого-либо стука, заходит в комнату, но сразу же одергивает себя, замирает с открытым ртом и рукой на ручке двери. Минхо с растёгнутой на все пуговицы рубашкой, с красными от стыда (вряд ли от стыда, скорее, от возбуждения) щеками, с лёгкой испариной на лбу и висках, опираясь коленями, на которых уже, скорее всего, синяки, о пол, а одной рукой о разведённые в стороны бедра Джисона, заглатывает джисонов член до основания и, не слыша ничего вокруг, издаёт хлюпающие звуки, свободной рукой помогая разминать яички. А Джисон в это время, облакачиваясь о стол, прикреплённый к стене, и рукой направляя голову Минхо в нужной темпе и направлении, закатывает от неземного удовольствия глаза, запрокидывает голову назад, хмурится, сводя брови к переносице, и стонет во всё горло, не опуская возможности прослезиться, только потому что приятно до помутнение рассудка и до дрожащих коленей. У Чонина челюсть встречается с полом. Ему видно всё. Всю картину с самых интересных ракурсов. Его глаза округляются сразу же, как только он осознаёт, чем старшие здесь занимаются и насколько стыдно сейчас находиться в дверном проёме и наблюдать за таким, да ещё, если такое делают твои же хёны. Он, естественно, не против, но "можно же закрывать дверь..?" Минхо и Джисон продолжают, не замечая постороннего в помещении. Чонин же взглядом начинает бегать, пытаясь найти проклятую бутылку, за которой он приходил. Пытаясь не смотреть на Минхо, он цепляется взглядом за вскрытую упаковку бутылок с водой, которые находятся на тумбочке сразу около выхода, хватает одну и очень тихо закрывает дверь, треся головой и прогоняя картинку, которая только что была у него перед носом. До гримерной, где находится Кристофер, он доходит быстро, прокручивая в голове заевшую картину Минхо с членом Джисона во рту. Появляется мысль повторить такое же с Кристофером. У них был секс много раз, но до разнообразия не доходило, да и никто не предлагал и, по всей видимости, не задумывался. Но сейчас эта идея кажется Чонину очень интересной и любопытной. Почему бы и не попробовать? Это же отличная возможность почувствовать новые ощущения и набраться больше опыта. Да. Чонину определённо стоит попробовать, но сейчас нужно лишь отдать воду Кристоферу, а позже, когда они будут в общежитии, рассказать о своей затее. Ещё неизвестно, как он отреагирует на это. Но, думает Чонин, попробовать стоит. Он заходит к лидеру, кидает бутылку тому в руки и сам плюхается на диван, смотря на своего парня и уже прокручивая в голове то, что он хочет сделать с ним. Не хватало здесь ещё возбудиться и всю дорогу до общежития идти со стояком в штанах, потому что Кристофер не жалеет ни свою одежду, ни Чонина и нагло позволяет воде стекать по подбородку и впитываться в воротник на рубашке. Чонин нервно сглатывает. - Дай мне тоже, пожалуйста. - просит он и встаёт, чтобы попить. Кристофер протягивает ему на половину пустую бутылку и уже готовится что-то сказать по поводу выступления, как видит, что Чонин садится к нему на колени и начинает жадно вылизывать с его подбородка воду. Кристофер недовольно стонет от мокрого языка своего парня на кадыке и позволяет себе откинуться на изголовье стула, а Чонину продолжить свои действия. Макнэ ухмыляется, замечая расслабленный вид лидера, руками позволяет исследовать родное тело и не упускает ни единой любимой частицы губами. Он аккуратно расстегивает пуговицы тонкими изящными пальцами, целует где ни попадя, но только не в губы, лишь рядом - дразнит лидера, который пребывает в дурманющем разум удовольствии и каждый раз пытается поймать чужие губы в поцелуй. Сейчас Кристофер чувствует себя не так, как раньше. Всё будто бы изменилось, но не в худшую сторону. Даже наоборот. Ощущения Чонин приносит совсем другие. Мышцы во всем теле ноют из-за долгого концерта, лёгкая дымка возбуждения контролирует напряжение в бёдрах, но душа будто бы успокаивается. Он чертовски устал и сейчас, находясь словно под кайфом, ему чертовски приятно получать удовольствие. Сил на сопротивление нет, да и желания тоже. Про открытую дверь никто так и не вспомнил, хотя зайти может кто угодно, но на данный момент такие малозначащие вещи не волнуют совсем. Кристофер утопает в чониновых ласках, позволяет брать контроль над своим телом и ощущениями и полностью отдаётся своему парню. Чонин же сам кайфует, наблюдая за реакцией Кристофера. Он видит насколько тому приятно, видит как щёки лидера покраснели от явного возбуждения, шея и виски вспотели от слоёв одежды и из-за того, что его кидает в жар каждый раз, когда губы младшего идеально ложатся на его кожу, а член налился кровью и уже упирается Чонину в упругую задницу. Чонин прекрасно понимает в каком они положении сейчас находятся. И это не про то, каким действом они занимаются. Он понимает совсем другое. Например, то, что они оба сейчас потные, чертовски уставшие и неспособые, практически, на что-либо. Но он всё равно продолжает свои манипуляции, хотя можно было спокойно прекратить спускаться всё ниже по телу Чана и, наконец, пойти помыться и привести себя в порядок перед сексом. Но сейчас никто из них точно не задумывается о том, как от кого пахнет или закрыта ли дверь или нет. Кристофер знает, что сейчас может быстро кончить, поэтому ничего не говорит и не сопротивляется, всё равно минет не займёт много времени. Чонин же настроен растянуть удовольствие своего парня надолго. Хочется сделать его оргазм, насколько это возможно, дольше. Да и вообще, присутсвует желание попробовать член Кристофера. Ощутить, как он будет смотреться у него во рту, как будет ложиться средних размеров орган на его язык и, как он будет старательно вылизывать длину. Чонин сползает на колени, вспоминая, как подобное делал Минхо. Всё же картинка навсегда заела у него в голове. Руки сразу же разводят увесистые ляжки лидера в стороны, а лицо придвигается ближе к паху. Кристофер сразу стонет, как только чувствует широкую ладонь, которая сильно сжимает через ткань обтягивающих штанов его член. Остаётся лишь грубо вздохнуть, обхватить рукой подлокотник и закрыть глаза в нарастающей эйфории. Чонин ухмыляется. Приятно видеть, как любимый человек чуть ли не кончает, когда ты ему всего лишь страстно сжимаешь пах. Такое приятное чувство разливается внутри и заставляет тебя ещё больше постараться над принесением удовольствия. Чонин стягивает с Кристофера штаны, сразу же легонько дуя на член сквозь боксеры. Лёгкий ветерок обдаёт чановы бёдра и пах, и он сразу приятно выдыхает, кидая взгляд вниз и ловя на своём лице похотливый взгляд макнэ. Чонин наклоняется медленно, растягивает долгожданный момент, но всё равно всё рушится, когда он целует не головку члена, а внутреннюю сторону правой ляжки лидера. Кристофера подбрасывает сразу же, он пытается свести ноги, но быстрая реакция Чонина и его же руки не позволяют этого сделать. Кристофер хнычет, ощущая, как Чонин лёгкими бабочками осыпает его бёдра, и не позволяет себе переместить руки на голову этого похотливого (только на подобные моменты) ребёнка, вытащить член, который, он уверен, уже испачкал всю ткань трусов предэкулятом и грубо трахнуть парня в рот. Но вместо этого приходится лишь сильнее стиснуть челюсти, нахмуриться и покрепче обхватить подлокотник потной ладонью. Чонин играется с огнём. Он нагло начинает вылизывает и так мокрую ткань и языком движется вдоль длины члена, уже сейчас ощущая на нём солёный привкус спермы. - Чонин... - мямлит неразборчиво Кристофер и всё же сдаётся. Его рука осторожно ложится на щёку макнэ и мягко поглаживает, пока Чонин, чуть наклонившись в бок, целует чувстительную головку, всё также не снимая оставшуюся одежду. Нет, ему нельзя сорваться, иначе Чонину может быть больно, поэтому Кристофер убирает руку и взглядом просит, точнее умоляет, приступить к самому главному. Чонин всё же жалеет своего парня, стягивает трусы плавно вниз и смотрит на алого цвета головку, сразу собирая пальцами предэкулят с конца. Он медленно вбирает свои же пальцы в рот, слизывает чанов вкус с них и смотрит вверх, прямо Кристоферу в глаза. Чонин планировал сделать всё настолько медленно, что Кристофер мог бы начать вслух умолять увеличить темп работы ртом, но всё даже для него произошло неожиданно. Он резко вобрал длину насколько смог и, давясь слезами, спермой и самим членом Кристофера, начал двигать головой, вспоминая, как это делал Минхо и, как тогда Джисон закатывал глаза. Кристофер тоже это делает, издаёт облегчённый выдох и, не сдерживаясь, стонет, что-то бормоча время от времени. Его рука всё же перемещается Чонину на затылок, чуть подталкивает к члену и мягко перебирает жёсткие от большого количества лака волосы. Чонин стонет так громко, когда его свободная рука опускается на собственный член, а язык на чужом явно ощущает всю степень возбуждения лидера, что от вибрации по плоти, Кристофер не успевает продержаться подольше и бурно кончает, напоследок выкрикивая имя макнэ. Чонин не отстраняется сразу, сначала вылизывает оставшуюся сперму с чужого члена, потом проглатывает, даже не замечая за собой рвотного рефлекса, и только после переводит взгляд на Кристофера. Тот медленно восстанавливает дыхание, находясь с закрытыми глазами. Чонин ухмыляется, полностью довольный своей работой, смотрит вниз, на свои штаны с небольшим пятном в районе паха и начинает медленно прибираться. - Что, блять, только что было? - спрашивает Кристофер, не переставая сжимать подлокотники. Ему даже не нужен ответ на этот вопрос, он лишь хочет узнать, как такое могло прийти в голову вечно милому и весёлому Чонину, которые до сих пор стесняется слова "секс" в компании, но, кинув взгляд на макнэ, всё само становится понятным. Чонин повзрослел. Ему нравится повзрослевший Чонин, да и даже, когда тот стесняется всё равно Кристоферу нравится. Каким бы Чонин не был: взрослым или ещё с небольшими моментами из детства, он всегда будет нравится Кристоферу. - Всё из-за Минхо... - тихо проговаривает Чонин и мягко прикасается губами ко лбу любимого.