you should be sad

«Layover» еще не открыл свои двери для посетителей, но внутри уже было оживленно. Начинался новый день – начиналась маленькая, новая жизнь в стенах в стиле арт-деко. Чонгук, как только пришел, быстро переоделся. Будучи администратором, ему необходимо выглядеть опрятно и соответствовать дресс-коду, ведь он лицо ресторана.  Убедившись, что все помещения ресторана – зал, кухня, санузлы – идеально чисты, альфа сверил список сотрудников с фактически присутствующими. В главном зале Чонгук провел краткий брифинг, напомнив о стандартах сервиса, и распределил обязанности между сотрудниками. Взгляд цепляется за салфетку, выбивающеюся из общей картины, и Чон аккуратно ее расправляет. Идеально. Зал готов встречать посетителей, и альфа готов к очередному рабочему дню. Легкая джазовая мелодия заполнила помещение, сопровождая голоса первых посетителей лэйовера. Свободных столиков сегодня нет, все забронировано.  В зале все идет гладко, значит, можно заняться организационными вопросами. Хосока сегодня должен был выбрать Чимин, но все равно альфа надеялся, что сможет уйти немного пораньше. Чонгук начал оформлять заявку на недостающие продукты, отмечая себе, что потом нужно будет проконтролировать доставку. Работы всегда было много, но Чонгуку нравится быть поглощенным этим местом, быть частью этого ресторана. Это самая любимая из всех работ, что альфа в довольно раннем возрасте успел уже перепробовать.  Темные брови были нахмурены, и альфа прикусил кончик карандаша. Чонгук так сильно погрузился в список, что резко дернулся от неожиданности, когда на плечо легла чужая рука. — Весь в работе, был хоть обедать?  — Мистер Ким, — Чонгук тотчас поклонился, выворачиваясь из своей ранее сгорбленной позы. Перед его начальником, хозяином ресторана, хотелось выглядеть солидно. — Мне нужны работоспособные сотрудники в первую очередь, — ответил Ким Хоквон, солидный мужчина средних лет. Несмотря на свой статус, мистер Ким, по мнению Чонгука, оставался мудрым и доброжелательным человеком. — Как твой сын? — Спасибо, мистер Ким. Все хорошо. Вот в следующим году уже в школу.  Хоквон одобрительно кивнул. Все-таки, Чонгук был очень благодарен, что после всего, что он прошел, ему попался начальник, кому близки семейные ценности. Молодой альфа не строил иллюзий: он получал хорошее отношение за свой ответственный подход к работе и результаты. Но Чонгуку было приятно получать одобрение от взрослого, состоявшегося альфы. Особенно потому, что Чон уважал мистера Кима. Особенно за то, как тот внимательно относился к лэйоверу, хоть даже ресторан не являлся основным бизнесом альфы. Видя его рассудительность, не удивительно, что тот добился таких высот. — Ну и славно, тогда увидимся на мероприятие.  Мистер Ким хочет собрать персонал лэйовера на небольшом внутреннем мероприятии, обсудить достижения за год, планы на следующий в более свободной, не принужденной обстановке. Работники могли приходить со своими вторыми половинками, детьми. В целом, главная цель данного мероприятия – сплотить коллектив. В прошлом году Чонгук и Чимин отлично провели время – Хоби обзавелся новыми друзьями, а Чонгук танцевал весь вечер с Чимином. Альфа с удовольствием хранил эти моменты в памяти. Для него каждый день с Чимином уже самое любимое воспоминание. — Конечно, мистер Ким. — Чонгук опять вежливо поклонился. В животе что-то заурчало, начальник действительно прав, стоит перекусить. Между делом Чон находит в сообщениях свой самый любимый контакт, быстро печатая сообщение. Кому: моя любовь Привет, Чим, как твой день?  У нас как обычно завал, только выбрался на обед... Легкой тренировки, люблю тебя.    Чонгук глянул на время – Чимин вряд ли сейчас ответит. Покончив с обедом и отложив телефон, альфа, в приподнятом настроении, готов вернуться обратно в заполненный зал.  Вместо приглушенных бесед посетителей, зал встречает Чонгука треском разбившегося стекла и воцарившейся тишиной. Стоило только разбиться хрусталю ручной работы, как ближайшие столики из любопытства тут же отложили свои беседы. Чонгук, не раздумывая, направился к месту происшествия. Легкость после обеда как рукой сняло. Той самой, что последний раз касалась бокала. Подходя ближе к столику, Чонгук быстро пробежался взглядом по суровому, крайне недовольному на вид альфе. Тот сидел, скрестив руки, и Чон старался не задерживаться на нем. Лицо рядом сидящего омеги, наоборот, ничего не выражало. Но бегло того осмотрев, внимание привлекла рука омеги, вернее красная линия, которая выделялась на безупречно белой коже. — Ох, вы в порядке? — Чонгук поспешил к омеге, отметив, что порез небольшой, но все равно рану лучше сразу обработать. — Пойдемте, порез неглубокий, но лучше сразу промыть и продезинфицировать. Сонбин, пожалуйста, приберись тут, — альфа подозвал официанта, чтобы поскорее привести зал в порядок и убрать осколки, чтобы еще кто-то не поранился.  Омега не собирался подниматься, и Чонгук, заметив, что люди в зале на них смотрят, вежливо улыбнулся окружающим. — Дамы и господа, можете продолжать свою трапезу, — чуть тише добавив омеге, — пойдемте. Парень все же поднялся, и Чонгук, развернулся, убедившись, что омега идет за ним, направился прочь из зала.  — Сначала надо промыть, позвольте, – альфа подвел омегу к раковине служебного помещения и, наблюдая за нерасторопностью парня, бережно взял чужую руку, аккуратно промывая порез, не встретив сопротивления. — Так, почти все, подождите, – Чонгук закрыл кран с водой и быстро достал аптечку, найдя в ней дезинфектор, ватный диск, пластырь. Именно поэтому он и отвел омегу сюда. Быстро обработав рану, Чонгук, довольный своей проделанной работой, наклеил пластырь, пока омега наблюдал, как альфа возится с его незначительной царапиной. – Все! — Псина? – глубокий голос хмыкнул над головой альфы, и Чонгук резко поднял голову, наткнувшись на пронзительный взгляд светло-серых глаз. — Что, простите…? – Чонгук нахмурился, а омеге почему-то показалось это забавным, и тот кивнул на пластырь. – Это щенячий патруль… — Интересные у вас увлечения, господин администратор. – Омега лишь продолжал забавляться.  —  Это моего сына… — точно, Чонгук только сейчас одумался, что вообще-то аптечку с собой берет только из-за Хосока. Мало ли он раздерёт коленку или поцарапается об кусты, как однажды в парке. Чонгук, конечно, понимал, что ребенку хочется исследовать мир и не собирался через чур опекать того, но в случае чего всегда был готов оказать элементарную первую помощь. Поэтому он и повел обрабатывать рану взрослого омеги, только увидев у того кровь. Каждый раз, когда Хосок ранился, Чонгук уже на автомате обрабатывал его раны, чтобы ребенку было комфортнее и быстрее все заживало. Надо же, этот инстинкт сработал, увидев ранение и на взрослом человеке. Как неудобно то вышло! —  Твоего кого? Сына? Ты выглядишь не старше меня? —  Парень наклонил голову вбок, и Чонгук только сейчас внимательно всмотрелся в его лицо. Омега был примерно его возраста, молодой, с аккуратными чертами лица. Пепельные волосы вьющимися волнами сползали на лоб, и серые глаза. Небольшой нос с родинкой в центре, губы вытянуты в тонкую линию. Удивительно, что все это смотрелось гармонично. Увидев незнакомца на каком-нибудь рекламном баннере, Чонгук бы сказал, что тот симпатичен. Конечно, не безумно красив как его Чимин, но на парня было приятно смотреть. Взгляд зацепился за сережку в ухе, и было видно, что украшения как минимум от Булгари или Картье, явно не стекляшка с Мёндона. — Да, моего сына. – Чонгук улыбнулся, поднимаясь, чтобы поклониться. – Извините, если позволил лишнего. Как увидел Вашу рану, сразу посчитал нужным обработать. Пожалуйста, продолжайте обед. Я распаряжусь, чтобы Вам принесли напиток в качестве извинения, что Вы желаете? — Надо же, отцовский инстинкт? – омега устраивается по удобней, теперь уже явно не собираясь уходить, здоровой рукой подпирая подбородок. – Сколько же тебе лет? —  Двадцать три.  —  Ты даже младше меня, мне двадцать пять.  —  Выглядите моложе. Омега закатил глаза.  —  Тебе двадцать три, а не шестьдесят три. Давай на ты.  —  Извините, мне не положено по положению.  Чонгук посмотрел омеге в глаза. В серых глазах отражалась стальная уверенность. Если омега захочет, то будет положено. Альфа не сдержался и быстро облизал губы, когда легкие мурашки прошлись по спине – Чонгуку очень хорошо знаком такой взгляд. Его обладатели не знают слова «нет» и в итоге всегда получают желаемое.  Омега, если даже удивился, что администратор выдержал его взгляд, виду не подал. —  Да ладно тебе. Кстати, спасибо, — парень в миг изменился в лице, искренне улыбаясь, не оставляя ни грамма надменности во взгляде.— Это было даже забавно. Давно не ощущал такого трепетного отношения. Твоему сыну повезло с отцом. — Благодарю, надеюсь, что это так. Пойдемте, осколки у Вашего столика наверняка уже убрали. Ваш собеседник… — Ох, нет, господин администратор, — омега сщурился на значок с именем на груди у альфы, отмечая хорошо сложенное телосложение через белоснежную рубашку. — Чонгук. —  И вернул свой взгляд на темные глаза, протинув имя словно смакуя его на вкус. — Чонгук, можно Вас попросить подозвать официанта, чтобы они передали месье за моим столиком, что меня не стоит ждать? Я буду крайне признателен, не возращаться в ту угнетающую беседу, — видя смущение на симпатичной мордашке альфы, омега закусил губу, — или я могу это сделать сам? — Ханна! – поймав первого официанта, Чонгук озвучил поручение омеги. — Ваш собеседник будет сейчас же проинформирован, но Вам все равно придется вернуться в зал. — Конечно, я понимаю. Видите ли, Чонгук, сама судьба меня избавила от этого обеда, даже я не смог найти причину, не прийти в этот раз. Даже не понимаю, как вообще этот бокал разбился. — Главное, что никто серьезно не поранился, ваша царапина пройдет за пару дней. А бокал всего лишь бокал. Жалко, конечно, все таки хрусталь ручной работы сделанный на заказ в Китае. —  Что? В Китае? —  Омега, будто не веря в шоке переспросил, первый раз в нем читались настоящие эмоции, а не годами отточенное лицо перед посторонними. —  Я думал, здесь хрусталь из Европы. Как минимум Франции, Италии.  Чонгук поджал губы, понимая, что сболтнул лишнего, но тут же вернул себе свое профессиональное выражение лица. —  Ваш компаньон уже покинул заведение, вы можете возращаться к столику. Что вам подать? —  Руку. —  Прежде чем Чонгук успел переспросить, его ладонь сжала рука с пластырем «Щенячьего патруля». —  Ким Тэхён. Приятно познакомиться, администратор Чонгук. Пожав руку, Тэхён хитро улыбнулся напоследок и удалился, оставляя альфу в легком ступоре. Хорошо, что такие странные посетители попадаются нечасто.   Чонгук вздохнул, посмотрев на часы, и вернулся в зал, анализируя произошедшую ситуацию. В целом, он повел себя профессионально, хоть и с излишней заботой. Осталось только составить протокол инцидента. Единственное, Чонгук жалел, что проболтался про хрусталь – разгласил информацию, которая могла ударить по престижу заведения. Да, не из Европы – но и не с Таобао в конце концов. Хрусталь по заказу руководства Лейовера изготавливали индивидуально. Чонгук даже участвовал в согласовании, поэтому ему было очень жаль разбитый кусок посуды. Посуда – это самое первое, что Чонгук поменял, став администратором, наверное, поэтому он слегка ею дорожил. Зал опять был пышно наполнен гостями, и работа быстро вытеснила все лишние мысли из головы Чонгука.

🎭🎭🎭

Чимин подводит верхнее веко фиолетовыми тенями, аккуратно растушёвывая стрелку. Омега мог бы по пальцам пересчитать сколько раз за последний год брал в руки свою старую косметичку, но макияж нанес так же искусно и быстро, как и пять лет назад. Как там говорили? Навык не пропьешь? Руки то все помнят. Десяти минут хватило, чтобы привести себя в более менее нарядный вид, пока Чонгук, надев свою самую солидную рубашку, собирал Хоби. —  Вы все уже? — поправляя края пиджака, Чимин вышел в гостиную. — Дааа! — радостный ребенок вырвался из рук Чонгука и подлетел к омеге.  Чонгук поднялся, откладывая домашнюю одежду ребенка на диван, — Какой же ты красивый!  Встретившись с альфой взглядом, Чимин мог утонуть в плескающимся через край обожании. В нем не было дна, и Пак всегда боялся утонуть бесконечно, поэтому никогда не погружался глубже поверхности. Омега бегло усмехнулся, но подошел ближе, поправляя воротник темной рубашки, — ты тоже. — и тут же оказался стиснутым в крепкой хватке, Чимин смеётся, — Ну все, пойдемте уже, чтобы не опаздать.  — Пойдем, пойдем, — Чонгук забирает ключи от машины с тумбочки, и Чимин помогает обуться ребенку, который уже не может дождаться, когда же уже поедут, раз тридцатый спрашивая: «Мы скоро едим?» Такие вечера, как сегодня, большая редкость. Когда они все вместе куда-то так собираются. Как настоящая семья. Прошло уже шесть лет, но Чимин все равно иногда не может поверить. Усадив ребенка, Чонгук выруливает со двора, что-то напевая. Не вооруженным взглядом было видно, что у него отличное настроение.  Чимин откинулся на сидение, и тоже попытался расслабиться, чтобы хотя бы этот вечер, не грузить себя мыслями о тренировках и предстоящих пробах. Сегодня нужно просто расслабиться в кругу семьи, отлично проводя вечер.

🎭🎭🎭

— Чимин, Чонгук, рад видеть, как же вы замечательно выглядите! — Хоквон не упустил возможности поздороваться, как только официальная часть закончилась. Люди в помещении начали разбиваться на компании, общаясь между собой.  — Благодарю, но куда нам до вас с вашим супругом! — вежливо улыбнувшись Чимин поспешил ответить на комплимент, сжимая в руках бокал. Чонгук тоже поспешил поблагодарить за комплимент, в одной руке держа безалкогольное шампанское. А вторую руку альфы Чимин ощущал у себя на лопатках. Чимин не льстил, когда говорил, что до альфы и его мужа им далеко: Ким Хоквон был в дорогом костюме, который отлично на нем сидел, наверняка сделанном на заказ в одном из бутиков Италии. Так же статно выглядел и его супруг, Ким Хёнву. Его строгий образ дополняли прозрачные камни – на запястье, пальцах, в ушах. Пара действительно выглядела красиво.  — Мне так нравится ваша семья, Чонгук. Смотрю на вас и не могу, — Хоквон это говорит словно погружаясь в свою юность, вспоминая себя и своего омегу лет тридцать назад, — Вы такие молодые, красивые, счастливые. Чонгук, редко сейчас встретишь альфу, особенно такого молодого, который так ценит свою семью. Держись за сына, за своего прекрасного омегу. И тогда ты далеко пойдешь. Все у тебя еще будет. Ради семьи ты все достигнешь. — Спасибо за Ваши слова, мистер Ким, — Чонгук вежливо поклонился, — Конечно, я все сделаю, — альфа со всей нежностью во взгляде поворачивается к Чимину, пока тот отпивает игристое со своего бокала, — чтобы мои самые любимые люди были счастливы. — и бегло целует омегу в висок. — Эх, молодежь, — смех мужа подхватывает и его супруг, пока Хоквон резко кого-то не увидел в толпе и извинясь удалился со своим омегой, пожелав молодой паре хорошего вечера. — Ты и так для нас все делаешь, — как только начальник отходит, Чимин допивает свой бокал до дна и усмехается, потянув альфу к столику с разными закусками, — ну и что нам посоветует глава самого Лейовера? Чонгук позволят себя утащить, усмехаясь Чимину в ответ, — Не глава, а всего лишь администратор. Кстати, за все это время я так и не видел владельца. Мистер Ким как-то упоминал, что занялся рестораном, потому что тот надоел его сыну. А, и эти закуски не с нашего ресторана. — Да? Как жаль! — отправляя в рот соленую корзиночку с кремовым сыром и креветкой, Чимин театрально вздохнул, — Все равно вкусно. Так, что из этого будет наш ребенок? Чимин осмотрел и другие закуски. Мероприятие, которое устроило руководство Лейовера, включало в себя много еды и напитков, презентацию про достижения ресторана за последний год. Сегодня был вечер, когда работники и их семьями собирались вместе, подразумевая сплочение коллектива. Омега оглянулся в поисках сына, который уже с самого начала убежал за детьми других работников. 

🎭🎭🎭

Тэхён крутит в хрустальном бокале золотистую жидкость, но не успевает осушить его залпом, как планировал, когда в его ноги почти врезается маленький ураган в виде ребенка. Хорошо, что тот удержал равновесие, ведь Киму было бы даже не много жаль, опрокинь он шампанское на свою голубую, шелковую рубашку. Та идеально сидела на омеге, хоть и выглядела на размера два больше и при движении переливалась от белого до темно-синего оттенка в зависимости от освещения. Талия омеги подчеркнута кожаным ремнем и заправленной рубашкой в черные кожаные штаны, что идеально подчеркивали стройные ноги. Кольцо из белого золота с крупным центральным сапфиром украшало руку, такая же подвеска с сапфиром из белого золота и брильянтов красовалась на шеи омеги. В каждом ухе было по два кольца, тоже из белого золота, но на фоне глубокого сапфира те терялись. Только одна подвеска на серьге из брильянтов, что струилась вниз, могла посоревноваться с синим камнем и привлечь внимание.  Из макияжа Тэхён нанес только нейтральный блеск на свои и так розоватые губы и подвел светло-серые глаза, при этом оставляя легкую небрежность в волосах, словно он не высушил светло-пепельные волосы после душа. Но все это не мешало ребенку, который чуть в него не врезался, поднять полный восхищения взгляд и прошептать: — Извините… Вы словно ангел… Засмущавшись, ребенок побежал дальше, и Тэхён усмехаясь проводил его взглядом, пока тот побежал в сторону, видимо, родителей. Среди них Ким сразу узнал знакомую, светлую макушку - администратора его Лэйовера. Чонгук выглядел почти так же, как и в первый день встречи в Лэйовере, только вместо белоснежной рубашки на альфе была черная. Та отлично смотрелась – еще бы, альфа был сам по себе хорошо сложен, высокого роста. Светлые волосы идеально уложены – ведь не надо было носиться по ресторану, отчего в прошлый раз пару прядей все же выбивались из укладки.  Омега про себя хмыкнул, оценил ли альфа премию, которую он решил нужным начислить? Удивился? Догадался? Обрадовался? Удивительно, как альфа не понял, что перед ним владелец «Layover»? Ну да, скорей всего омега уже давно уехал, намного раньше, чем Чонгука взяли на работу в ресторан. Не знал? Интересно, отец переписал ресторан на себя? Возможно, Тэхён опять заинтересован в ресторанном бизнесе.  Ким перевел взгляд на омегу рядом с альфой. Он был значительно ниже, но на его фигуре наверняка дешевый, фиолетовый костюм смотрелся дорого, подчеркивая каждый изгиб, где положено. Из темных, уложенных волос выбивалось пару прядей, при этом отлично контрастируя со смазливым лицом. Пухлые, кукольные губы, и так по-блядски подведенные глаза. Тэхён много повидал таких омег – этот образ особо любим альфами в его кругах. Те падкие на милые личики, за которыми дерзкий характер. Тэхён был полностью уверен в своих стереотипных суждениях насчет омеги. Такие особи всегда умели очаровать своим таким нежным образом, грамотно обеспечивая себе достаток в будущем. И омега рядом с Чонгуком, был именно таким, смазливым, но с точной расчетливостью во взгляде. Не понятно только, что он остановился на Чонгуке, который был простым администратором, хоть и привлекательным. Омега был достаточно симпатичным, и Тэхён уверен, сообразительным, чтобы устроится в обществе получше. Это из-за ребенка? Или по большой любви к альфе? Про любовь почему-то слабо верится, и одним залпом опустошая бокал, Тэхён отправляется к молодой семье.    — Значит, ты тут у нас любитель щенячьего патруля? — Тэхён наклоняется к ребенку, но тот шагает назад, прячась за ноги Чонгука. — Чего? — пытаясь уловить суть вопроса только то подошедшего омеги, Чимин скептически приподнял бровь. — Мультик такой. Щенячий патруль. — Ага, Тэ отмечает, что омега не знает интересы своего сына, и делает вывод, что видимо ребенком занимается больше Чонгук. Все равно Тэхён дружелюбно улыбается, всем телом ощущая как по нему проходятся взглядом, на пару мгновений задерживаясь на его сапфирах.  — Да? —за улыбкой, которой Тэхёна одарил Чимин, первый ощущает скрытую ухмылку, — Вы не особо похожи на любителя щенячьего патруля.  — Я люблю щенячий патруль! — Чуть смелее выглядывая из-под ног, Хосок смело заявляет, пока Чонгук смеется и треплет сына по темной макушке.  — Мы не сомневаемся, малыш! —  Тэхён коротко улыбнулся Хосоку, тут же возвращая свое внимание взрослым, — Ммм... просто проходя мимо вспомнил Вашу... помощь. Что ж, наслаждайтесь остатком вечера. Любопытно. Тэхён поспешил прочь, оставля эту семейную идилию,  как его окликнул знакомый голос. — Ох, Тэхён-и! Этот приторный возглас, прозвучавший слишком радостно, заставил Тэ остановиться. — Папа, — развернувшись, Тэхён изобразил подобие улыбки, слегка поклонившись родителям. — Отец. — Мой сладкий мальчик! Мы и не думали, что ты придешь!  — Действительно, ты, кажется, даже не появился на открытии.  Тэхён лишь пожал плечами, закусив губу, но отец все равно заключил его в свои объятия. — Мы с папой рады тебя всегда видеть. Надолго ли ты приехал в этот раз? — Ммм, — взгляд омеги зацепился среди толпы за альфу, который нагнулся к ребенку, — не знаю еще.  — Это администратор в твоем ресторане, — проследив за этим взглядом, отец кивнул головой в сторону Чонгука. — Это Чонгук и Чимин, посмотри внимательнее на их семью, вот с кого тебе бы взять пример! Молодые, амбициозные, ответственные. Проводят вечера с семьей, а не как ты, непонятно где. — Хоквон! — папа Тэхёна даже ахнул в возмущении, опасаясь вести такие разговоры на публике. — Извини? — отлично, началось! Тэхён не веря усмехнулся, догадываясь, какой именно разговор сейчас начнет отец. — Будто я не знаю, чем ты там в своих Лос-Анджелесах занимаешься. Напоминаю, я очень хорошо вижу все счета, оставленные с твоей карты в клубах, мой дорогой. — Ох, двадцатипятилетний омега пьет алкоголь, и что? Я же не порошок покупаю. — Ким Тэхён!  — Ну, что, пап! Мне двадцать пять лет, это нормально, что мы собираемся отдохнуть с друзьями, выпить, потанцевать. Не надо делать вид, будто я устраиваю нарко-оргии каждые выходные. — Сынок, мы с папой просто переживаем. Мы знаем, что у тебя голова на плечах. — глава семейства, никогда это не скажет, но он рад, что их единственный сын тратил деньги на шмотки, машины, путешествия. В его кругах, у детей знакомых были и более ужасные случаи, которые грозили серьезным уроном по репутации – секс-скандалы, наркотики, вождение в нетрезвом виде. У близкого друга альфы единственный сын уже очень долго на реабилитации борется с зависимостью, это ужасное зрелище.  Поэтому, с одной стороны, Хоквон обеспечивал любой каприз сына, приобретая или просто скидывая деньги на все, что тот хочет. Желания Тэхёна, кроме ресторана в шестнадцать лет, по доходам их семьи были даже скромные. Семья Ким были почти миллиардерами. Хоть Тэхён и любил тратить деньги семьи на красивые вещи, он не стал спорить, когда отец настоял после выпуска из частной школы в Европе, чтобы он получил престижное высшее образование в США. Насколько тщательно омега учился, уже на совести самого Тэхёна, но оценки в дипломе были чуть выше среднего. А закончив учебу, Тэхён отправился путешествовать по Европе, отдохнуть на островах, и вернулся обратно в Америку, только в этот раз в Лос-Анджелес, где жил последние два года. Тэхён просто жил в свое удовольствие, тратя на себя деньги родителей, и делился своей роскошной жизнью в инсте. Но с другой стороны, Тэхёну уже было двадцать пять лет, и Хоквон с супругом хотели, чтобы тот начал задумываться о семье. Сами же они поженились в очень раннем возрасте, и так же рано у них появился ребенок. Тэхён же думал только о любимом себе. Ясно, что никакой наследник из него не получится, поэтому Хоквон хотел, чтобы Тэхён хотя бы просто вышел замуж и растил детей, денег все равно хватит еще на пару поколений. Альфа даже мечтал, что когда родится внук, он будет с самого детства воспитывать его наследником бизнеса их семьи. Только вот Тэхён вообще не думал о семье, жил как будто ему вечно девятнадцать. И еще, Хоквону не нравились слухи, которые он слышал о сыне на светских приемах – якобы тот свалил от родителей подальше в свободную Америку, чтобы вести там развратную жизнь. Чего он только о сыне не наслушался, что тот покупает альф, как проституток, постоянно меняет партнеров, что спит с омегами. Тэхён лишь на слухи рассмеялся и сказал, что в следующий раз обязательно запишет для сплетников секс-видео, чтобы внести ясность в их яром интересе к личной жизни Кима. Хоквон с супругом шутку не оценили. — Вот посмотри, какая красивая семья! Разве ты не хочешь также? Ты можешь продолжать заниматься любимым собой, у нас же достаточно денег. Можно взять няню, чтобы ты не уставал, поваров, клининг! Зато дома всегда будет любящий муж и дети, возможно, ты втянешься, и уютные вечера с семьей ни с чем не сравнятся с твоими клубами!   — Ха, подожди! Любящий муж, этот тот черствый юрист? Или сын твоего дружка, который при мне строил планы на вечер с другим омегой? Ааа, так вы про того сорокалетнего аджосси с пивным пузиком, который возглавляет фирму? Виноват, каюсь. Как же я сразу не догадался!  — Ладно, Тэ, — альфе не остается ничего другого как вздохнуть. — Ты реально нашего сына отправил на свидание с мистером Квоном?!  — Дорогой, это была крайняя мера! Возможно, я был зол, что Тэхён сорвал свидания Хэджоном. И я хотел, чтобы Тэ одумался, что Хэджон в сравнении отличный вариант!  — Мне не нравится Хэджон.  — Тэхён, тебе вообще никто не нравится, может надо остаться, походить с нами по приёмам, присмотреться. Скажи спасибо, что мы с папой в том состоянии, что можем дать тебе свободу выбора. Большинство детей вообще женят ради выгоды бизнеса! — Ц, я крайне благодарен, — поднеся руку к груди, Тэхён закатил глаза и поклонился. Тэхён не понимал, чем Хэджон так нравился родителям. Он был обычной внешности, одевался по статусу, в общем, выглядел как обычный сын богатых родителей в свои двадцать восемь лет. Весь такой важный – отец поставил его возглавлять отдел, и теперь тот считает, что добился всего в бизнесе. У него даже нет ни малейшего эстетического вкуса, тэхёнов «Layover» назвал посредственностью. Любимый, легкий джазовый мотив – старомодным. Тэ до сих пор не понимал, как разбил бокал, но был безумно рад этому, особенно тому, что альфу попросили не ждать его, и когда Тэхён покинул служебное помещение, Хэджон уже удалился. — Кстати, почему у нас китайская посуда? Дела совсем идут плохо, что мы не можем заказать хрусталь из Европы?  — А что не так? Это был проект Чонгука, очень выгодный вариант, индивидуальный подход в соотношении с экономически выгодным предложением. Нам всем понравилось.  — Мм, хочу посмотреть.  — Ух ты, спустя девять лет вспомнил, что у тебя есть ресторан? Лучше бы ты так хотел создать семью. Вон Чонгук – отлично справляется и с семьей, и с Лэйовером. Разве не ты попросил выделить премию администратору, который крайне профессионально справляется со своими обязанностями у бухгалтера ресторана? — Тэхён-и, милый, только не сердись на отца, ты же знаешь, что мы хотим для тебя только самое лучшее! Конечно, мы с отцом хотели бы внуков, но мы больше всего хотим, чтобы ты был счастлив. Хоть отцу и не приятно слышать о тебе разные слухи от завистников, но он искренне хочет, что бы ты познал семейное счастье, — нежная ладонь ласково коснулась щеки омеги, прежде чем родители отправились к другим гостям, оставив Тэхёна одного среди людей.   Хоть их разговор был в приглушенных тонах и не привлекал внимание, все же, не остался не замеченным от фиолетовыми тенями подведенных темных глаз.  Чимин, отпив шампанского, легко постучал по предплечью альфы, который что-то рассказывал сквозь смех Хосоку.  — Так значит, к нам только что подходил твой босс.  —  Что? Ты про того омегу в голубой рубашке, который подходил к нам?  — Ага. Его буквально зацеловал супруг твоего начальника, а потом и Хоквон обнял.  После того как к Чимину с Чонгуком неожиданно подошел незнакомый омега и так же неожиданно удалился, Чонгук объяснил, что это тот парень, про которого он рассказывал. Чимин тогда рассмеялся, он даже мог представить удивленное лицо омеги, когда Чонгук нацепил ему тот нелепый пластырь с щенком.  — Папа, хочешь креветку? — Хосок тянет в своих маленьких ручках закуску, и Чимин приседает, что бы ее съесть. — Хоби, спасибо, это было очень вкусно! — Чимин улыбается, а счастлив от этого Чонгук.  — Когда я вырасту, я буду готовить как отец, что бы ты никогда не готовил!  Чонгук рассмеялся, а Чимин с коротким «эй» треплет сына за щеку: — Я не настолько плохо готовлю! —Ай, ай, ай, — мальчик смеется и пытается вывернуться из хватки папы, ища помощи в глазах отца, и Чонгук сдается, подхвачивая Хоби на руки. — Мы будем отвечать за готовку, а папа за танцы. Мы с тобой будем приходить и сидеть на спектаклях папы в первых рядах и громко-громко хлопать, — Чонгук оставляет на носу сына легкий щелчок, и Хоби хлопает в ладоши.   Тэхён отправляет сообщение водителю семьи и выпивает еще шампанского. Взгляд непроизвольно поворачивается на детский смех. Чонгук крутит своего сына в воздухе, улыбаясь, рассказывая что-то своему омеге, как там папа говорил его звали, Човин? Тэхён не особо вслушивался, но сейчас всматривается в Чонгука, для которого будто в зале других людей больше не существует. Тот даже ничего не сказал, когда Тэхён подошел, полностью уделяя внимание сыну, что спрятался у него за ногой. Может быть, если бы на него, на Тэхёна смотрели с таким обожанием, он бы и был согласен создать свою семью. Молодой, симпатичный альфа, любящий, и не указывающий омеге на его место, мол, ты омега ты и занимайся детьми. Тэхён внимательно всмотрелся лицо Чонгука. Почему он выглядит таким счастливым? Он действительно так любит свою семью? Они создали семью по большой любви или просто растят ребенка по залету? Тэхён не был экспертом по детям, но мальчику точно было больше четырех лет. Сколько там Чонгук говорил ему, двадцать три? Что подвигло его создать семью в девятнадцать? Почему он захотел семью в таком раннем возрасте? Любопытно. Тэхёну мысли о молодом администраторе не дают покоя, и он не верит, усмехается, что почти что следует совету отца и смотрит на семью Чонгука как пример. Этого он принципиально делать не будет. Все же молодой альфа не выходит из головы даже когда Тэхён ложится уже спать на свои шелковые простыни. Интересно. Тэхён не думал идти на небольшое мероприятие своего ресторана, он вообще думал уезжать обратно в Штаты на неделе. Видимо, он немного задержится, и еще раз наведается в «Layover», чтобы удовлетворить свое появившиеся любопытство.