Незакрытый гештальт

      С немым укором, глухой усмешкой сверкали снова твои глаза. Меня оставил ты слишком спешно, сказав, что это была игра.       Не знала правил, не знала сути, слепым котёнком на время став. Приводят в чувство «родные» люди, разжечь пытаясь мой пылкий нрав.       Проходят годы (как будто жизни) песком сквозь пальцы моих же рук. И вот по новой больные мысли забытый (нет) теребят «недуг». Свинцом по жилам, осколком эха - твой образ грубый давно со мной. Гештальт открытый мне стал помехой, меж мной и жизнью восстав стеной.       Темно. Не слышно и сердца стука. Одна я в комнате - стула два. О боги! Это подобно муке: на стуле том представлять тебя. Изгибы, мысли, и это имя слетает ядом как будто с губ. И даже образ давно «любимый» походит больше на жуткий труп.       Иду по списку: представить «тело» так явно, словно коснусь рукой; поведать боль и тревоги смело в надежде вновь обрести покой; глубокий вдох и хлопок в ладоши. Навек тебя отпускаю я.       И вот, казалось бы, эта ноша, как камень с сердца спадёт с меня.       Трясутся руки и спутан разум. Уходят мысли мои в пустоту. Хотелось спалить мне тот стул как заразу, развеяв остатки его по ветрУ. С рассветом приходит ко мне осознанье: готова тебя я теперь отпустить. Мне горло сжигает мое же признанье, но силы нашла я в себе говорить. Тебя отпускаю навечно я. И сердце свободно теперь от тебя.       Открыть глаза и пустое место - последний шаг в терапии той. Открыв глаза, стало мне известно: навечно останешься ты со мной.       Вздохнув, ощущаю всю тяжесть я. Ты снова смеёшься в ночи надо мной. Напомнив, что было все это игрой.