Крик в пустоту

      Серьёзно? И в такого я влюбился? Ну и дурак конечно.       По таким мальчикам всегда сохнут приторно сладкие девочки с крашеными волосами, которые худеют до мертвенной ходьбы.       Но я? Я?! Парень двадцати лет, который предпочитал, до этих пор, невысоких девочек с милыми большими глазами, а тут вот это. Это диво-дивное, чудо-чудное.       Не понимаете о ком я говорю?       Ну хорошо, так и быть, расскажу.       Случилось это несколько месяцев назад, я только перешёл на третий курс и жил один себе спокойно в комнате общежития. Всё было хорошо и прекрасно, но ко мне решили подстелить первокурсника, который меня удивил.       — Привет, я Антон. — Ворвался без стука и приглашения парень.       — Привет. Я Арсений, теперь, как я понимаю, мы соседи с тобой? — Спросил я, стараясь не рассматривать собеседника.       Выходило плохо. Он был одет в ярко красную толстовку поверх которой была надета цепь с крупными звеньями. Его волосы были коротко снижены, светло-русого цвета, а на концах затонированы немного в фиолетовый.       На ногтях был чёрный лак, который только подчёркивал обилие колец и браслетов на тонких руках высокого юноши, пока я на него смотрел, успел насчитать около 8 на одной только правой руке, которую он протянул. Странно даже.       Мы с ним начали неплохо общаться, но у него был один существенный недостаток.       Всегда, если я когда-либо приходил с университета, то он ходил с разным парнями и девушками на свидания.       В первый же день узнал о том, что данный индивид является бисексуалом, я был непротив такого расклада. Он, в принципе, был открыт для разных экспериментов, что в плане внешности и одежды, что в плане партнёров.       Оказалось, что этот первокурсник достаточно умён для своих лет. И в его лице читалась какая-то мудрость, словно он познал все самое хорошее и плохое в этом мире и получил дзен. Вместе с этим в нём была такая лёгкая и детская непосредственность, что даже иногда задавался вопросом как ему хватало сил быть таким всегда.       Я, конечно же не понял, когда начал влюбляться в него… Хотя может это было тогда, когда Шастун переодевался…или когда я его ждал с пар и случайно поглядел с каким огнём в глазах он отстаивал свою точку зрения перед преподавателем, или когда он шутил, а потом заражал меня таким смехом, после которого я ходил с улыбкой несколько часов.       Не знаю.       Но знаю, что мне стало с каждым днём тяжелее наблюдать за ним, за тем, как сладко он спит, как потерает глаза спросонья или, словно Чацкий, с корабля на бал бежит. Где бал — это свидания, а корабль — учёба.       И вот, пора пришла, и я влюбился. Скажи кому угодно, что «Арсений Попов влюбился по уши» — никто не поверит.       С самого утра Тоша ускользнул доздать сессию. Перед новым годом нужно закрыть все долги всё-таки. Меня тоже пытался вытащить пойти с собой, но мой настрой совершенно не располагал к этому.       Ближе к вечеру я просто перетёк со своей кровати, на кровать Шаста.       Интересно, что же он скажет, когда придет? Наверное не поймёт и попросит перейти на свою кровать…       Я больше так не могу. В очередной раз сильно зажмурив глаза, из одного капнула горячая слеза. И с этого ручья начался ниагарский водопад. Я начал рыдать       Идиот! Не могу же я так показаться ему! Нужно успокоиться до его прихода, а то первый раз в моей сознательной жизни кто-то увидит мои слёзы.       — Я дома! Сейчас собираюсь и убегаю! — но тут он влетел в комнату и немного опешил увидев такую картину: Я лежу на его кровати, обнимая его акулу из Икеи, которую ему дарил какой-то очередной хахаль несколько месяцев назад. Она пропахла его духами и лавандовым шампунем, которым первокурсник пользовался каждый день.       В Тошиных глазах мелькнуло непонимание, но он присел ко мне на кровать, погладил по голове.       — Что случилось, Арс? — серьёзно спросил зеленоглазый. Я в них только и делал что смотрел. Боже. Как они красивы. Я не могу.       — Я не могу так больше. — резко подскочил с кровати и остался стоять напротив. Он ничего не понял.       — Скажи, что ты не можешь? — от этих слов я всхлипнул и прошептал:       — Я люблю тебя.       — Я знаю. — мои глаза округлились от этих слов, — Я тебя тоже.- и моя улыбка просто расплылась по моему лицу, словно вода в весенний паводок.       Его руки меня мягко обняли, а губы коснулись моих. Это было легко и целомудренно, будто он первый раз кого-то целовал. Но наверное дело было в том, что, он целовал любяще, не от страсти или просто желания кого-то целовать, а потому что любил.       Первый раз любил.       По настоящему.