Я стоял пред тобой на коленях, Я кричал, я просил, я молил! Я на этих проклятых ступенях Рассказал тебе всё, что хранил В своём жарком и преданном сердце, Целиком оно было твоё! (с)
***
Я стоял пред тобой на коленях, неудобно, однако, но пусть, На проклятых претвёрдых ступенях одолела душевная грусть. Рассказал я тебе без утайки, всё, что на сердце долго хранил, Словно двери чулана для мётел для тебя распахнул-отворил.
На меня ты взирала со скукой, пока я и просил, и кричал, И твою правоту в нашем споре, опрометчиво даже признал. Ладно, это я погорячился, не могла ты быть в этом права, Но уж сильно давили ступени и к штанам прилипала листва.
Помутнение, видно, рассудка, одолело внезапно меня, Раз мечту удержать я пытался, умоляя её и кляня. Я безжалостной и бессердечной собирался тебя обозвать, Хорошо, что услышал будильник... и проснулся. Пора вставать.