Lovely

Когда жизнь ставит Чанбина перед выбором он находится в смятении — с одной стороны он в шаге от осуществления своей главной мечты, а с другой, находится любящий его всем сердцем прекрасный мальчик с веснушками. Чанбин корит себя за мысли, что у него есть желание полететь в Америку, но и признаться Феликсу молодой человек не может сразу. Когда Со впервые замечает Ли вместе с группой маленьких детишек в парке ему становится стыдно за свой внешний вид. Он — представляет собой мрак в чистом виде: любит носить чёрные толстовки, кепки, рваные джинсы с цепочками, а ещё у него виски выбриты и куча пирсингов. Чанбин кажется холодным и неприступным как гора, навряд ли светлый парень с очаровательной улыбкой взглянет на него. Но Феликс обращает своё внимание на Чанбина. Как можно вообще его не заметить? Среди зелёных деревьев и горячего, летнего солнца этот парень значительно выделяется на фоне всего остального. Феликс смеётся, когда Хаын случайно ударяет его пластиковой лопаткой по голове в процессе игры, убегая от громкого Хенджина, который только и умеет, что пугать детей и снова смотрит на Чанбина. Молодой человек замирает, потому что последний ему улыбается и Ли готов поклясться в этот самый момент, что его сердце замерло. Улыбка незнакомца пробуждает в нем что-то новое, как новый росток, пробивающийся сквозь замерзшую землю после холодной зимы. Чанбину кажется, что за всю жизнь он больше ни у кого не слышал настолько искреннего и счастливого смеха как у блондина с веснушками. — Давайте поиграем с вами в «Классики», — произносит Феликс, доставая из своей сумки коробочку с разноцветными мелками, — Хаын, поможешь нарисовать нам поле? Девочка с курносым носиком с энтузиазмом кивает преподавателю, отпуская Хенджина из плена и подбегает к нему. Хван хмурится, театрально закатывая глаза, но вместе с остальной группой ребятишек присоединяется к ним. Хенджин с дредами, в узких джинсах и белой футболке смотрится неуместно на фоне своего друга, одетого в простые брюки и классическую рубашку, однако дети успели здорово привязаться к нему за время их практики. Им нравилось играть с парнем, слушать как он читает сказки перед сном, нравилось рисовать с Хенджином на уроках изобразительного искусства. Феликс же рисовал не очень хорошо, поэтому порой завидовал Хвану, потому что тот легко находил общий язык с каждым ребёнком. Приступив к созданию поля Феликс не заметил как со спины к ним кто-то подошёл. Низкий бас, раздавшийся после, заставил его удивленно раскрыть рот и повернуть голову.  — Можно мне помочь вам? Сто лет не рисовал «Классики». Чанбин набрался смелости, чтобы подойти и заговорить с ним. Было страшно, но он сделал это. Хенджин хмыкает, скептично окидывая взглядом человека перед ними и пожимает плечами.  — Привет, да, почему бы и нет, ты можешь присоединиться к нам, но сначала представься детям, хорошо?, — голос Феликса звучит мягко, нежно. Его глаза по особенному тепло смотрят на него. Со готов упасть на колени перед ним, потому что Ли производит впечатление очень доброго человека. «Ты напоминаешь мне невинного ангела без крыльев, в тебе поместилась вся красота бренного мира, ты собрал всё самое лучшее от природы», — проносится в мыслях рэпера. Дети с любопытством поглядывают за «падшим ангелом» перед собой, оставив разноцветные мелки в стороне. Чанбин слегка смущается, прочищая горло, ведь он понятия не имеет как нужно общаться с ними.  — Меня зовут Со Чанбин, мне 22 года, я создаю свою музыку и читаю рэп, ещё немного умею танцевать и катаюсь на скейте в свободное время. Буду счастлив познакомиться с вами и поиграть. На лице преподавателя вновь расцветает широкая улыбка, в которую Со медленно, но верно успевает влюбиться. И даже вечно серьёзный Хенджин мгновенно расслабляется, показав Чанбину большой палец. — Вау, всегда любил творческих личностей, — парень встает, отряхивая джинсы и протягивает ему ладонь вперёд, — Значит ты музыкант? А я занимался танцами раньше, но из-за травмы ноги был вынужден бросить их. Сейчас вот учусь с Феликсом на втором курсе на педагога, у нас здесь проходит летняя практика как видишь. — Рад знакомству, — пожав Хвану руку он протягивает свою ладонь Феликсу и когда последний поднимается со своего места, охотно ответив на рукопожатие, Чанбин просто зависает. У него золотая россыпь веснушек по всему лицу! Аккуратные, симпатичные блики на щеках и кончике носа. Феликса при рождении поцеловало само Солнце. Он особенный человек в его жизни, Чанбин ощущает это внутри себя.  — Привет, хен, ты будешь старше нас с Хенджином на год. Вижу детям ты уже нравишься, это здорово. Тогда бери мелки и начинай рисовать второе поле рядом. Поразительно, но дети успели привязаться к новенькому за час. Чанбин прыгал вместе с ними, кружил девочек в воздухе и Хаын даже шепнула на ушко покрасневшему Ли о том, что хотела бы себе такого жениха. В Чанбина успела влюбиться вся группа, пока Феликс надрывал живот от смеха, наблюдая за спором парней о том, кто из Мстителей на самом деле круче. Посмотрев на время, Хван напомнил, что им пора возвращаться в садик. Они стали собираться, как вдруг Со осторожно дотронулся до запястья Ли, заставив последнего остановиться. — Могу ли я проводить вас? — Зачем? Нам здесь идти до садика минут десять всего, не стоит тратить своё время. — Ты нравишься мне, Ликси, хочу убедиться, что всё будет в порядке. Взволнованный внезапным признанием, студент совсем не знал куда себя деть. Ему не так часто признавались в любви раньше, да и опыта в отношениях у него «как кот наплакал», однако Чанбин тоже понравился ему и он был совсем не против узнать о нем получше.  — Пойдём. Тексты музыканта становятся другими, более личными. Теперь практически каждый его трек написан про любовь, а песни приобретают особенные, яркие краски. Феликс вдохновляет, открывает второе дыхание Чанбину, показывает обратную изнанку мира. Постепенно в гардеробе Со начинают появляться светлые вещи — бежевые толстовки с жёлтыми футболками. В его буднях теперь вообще много жёлтого цвета, потому что во-первых, это любимый цвет Феликса, а во-вторых, Ли напоминает окружающим настоящее солнце. Чанбин показывает парню процесс создания музыки в своей скромной, снятой в аренду музыкальной студии и угощает лимонным мороженым. Феликс же рассказывает ему о родном доме, младших братьях, друзьях, хобби и однажды дарит музыканту сплетенный им из бисера браслет. — Я подумал, что ромашки идеально подойдут тебе, хен, — Феликс смущенно отводит взгляд в сторону, стараясь унять бешено стучащее сердце в груди. — Ликс, ты замечательный, слышишь? Мне нравится, я буду носить его каждый день, обещаю, — сухими губами Чанбин целует парня в щёку, щекоча нежную кожу на его лице своими ресницами. — Я люблю тебя. Со боится пошевелиться, боится сделать лишнее движение и спугнуть его. Однако в груди разливается приятное тепло от осознания, что чувства взаимны и теперь они могут быть вместе. Навсегда. Развернув парня в компьютерном кресле к себе лицом, Чанбин задает лишь один вопрос:  — Я могу поцеловать тебя, Феликс? И получив положительный ответ они оба умирают, растворяясь друг в друге. Первый поцелуй выходит трепетным, чувственным. Губы Ли на ощупь сладкие как воздушная вата, а его волосы потрясающе пахнут — яблоками в карамели. Хенджин с Чанбином становятся близкими друзьями. Оказалось, что у них немало общего. По выходным дням они втроём стали выбираться в кино, на прогулки, пока Со не познакомил ребят со своими коллегами по работе Чаном и Джисоном. Чан учился за кинорежиссёра на третьем курсе, а Джисон недавно бросил универ, начав зарабатывать первые деньги, принимая участие в рэп батлах. Порой они с Со писали музыку вместе. Феликс с Джисоном образовали шумный тандем. Рядом с ними остальные потихоньку стали сходить с ума, потому что пять минут находиться с ними в одной комнате было ужасно невыносимо. Они могли громко смеяться, устраивали бои на подушках и записывали глупые челленджи в Тик-Ток вдвоём. Как-то Хан проиграл другу в споре, и налив воду в резиновую перчатку, кинул её вниз с пятого этажа. К слову, попала вода на проходящего мимо Ли Минхо. — Тебе не жить, мелкий засранец, клянусь! Спускайся немедленно, я просто хочу мирно поговорить с тобой, — закатав рукава до локтей, Минхо махнул ладонью из-за чего напуганный Хан нервно сглотнул. Если бы не Феликс, который в буквальном смысле вытолкнул друга из квартиры, Джисон бы не познакомился со странным парнем со смешинками в глазах. — Послушай, я правда не хотел, чтобы вода попала на тебя, мне жаль, ладно? Ну, а теперь я пойду, да? — Мне действительно любопытно, почему вы решили использовать перчатку вместо презика, раньше в детстве мы с пацанами просили старших купить нам их в аптеке и сбрасывали бомбочки с балкона на прохожих. Святой Иисус, какое же крутое было время! , — воскликнул довольно незнакомец, внезапно рассмеявшись. «Красивый», — подумал Джисон, неловко улыбнувшись. — Как назло все презервативы дома закончились, недавно вот с парнем расстался, знаешь... может, поможешь мне?, — раскрепощенно подмигнув ему, Хан запустил свои пальцы в волосы, выставив одну ногу вперёд. Боже правый! Он флиртовал с парнем, которого впервые в жизни видел. Наблюдающий за ними со стороны Феликс поражёно кушал чипсы, переписываясь с Чанбином в чате. Минхо был не из робкого десятка, поэтому принял чужие правила игры.  — У меня есть с собой парочка, дать тебе? Джисон поперхнулся, тяжело закашляв в кулак и покраснел как рак. Похлопав парня по спине, Ли оценил масштабы катастрофы — его футболка полностью намокла, а волосы были влажными. Зато по крайней мере так как сегодня с привлекательными мальчиками он ещё никогда не знакомился раньше. — Нет, спасибо, пока не стоит. — О, значит у меня есть шанс? Меня Минхо зовут. — Джисон, Хан Джисон. — Я иду на тренировку в зал сейчас, но в качестве извинений могу принять Айс Американо от тебя после в кафе здесь неподалёку, Джисон. — А не слишком ли ты наглый? — Надеюсь со временем ты привыкнешь, — кивает ему Ли, достав стикер с ручкой из кожаного рюкзака. Танцор быстро пишет ему свой номер и прикрепив стикер на грудь опешившего Хана, убегает прочь со словами:  — Буду ждать звонка, красавчик! Спустя неделю Минхо приглашает Джисона на свидание в парк аттракционов, ещё через одну Хан приводит Ли на вечеринку к Хенджину, где знакомит танцора со своими друзьями, а спустя месяц они начинают встречаться. Минхо с Джисоном ведут себя ещё хуже Чанбина с Феликсом и целуются везде где только можно. Со с Ли рады за своих друзей, правда теперь бы им пристроить одиноких Чана с Хенджином в добрые руки. Осень наступает стремительно быстро. Чанбин отправляет несколько треков в крупную звукозаписывающую студию в Америке. Он надеется, что его заметят и пригласят поработать, но увы, ответ долго не приходит. Пробует ещё, теперь юноша отправляет песни в другие студии и возможно, это не те места, куда бы он хотел попасть в конечном итоге, но удача оказывается на его стороне. Чанбина хвалят, говорят, что музыкант действительно талантлив и однажды ему звонят с предложением поработать вместе. — Только вы не надейтесь, что процесс записи альбома займёт две недели, возможно нам потребуется месяц, а то и больше времени, — мужской стальной голос в трубке был полон уверенности. — Возможно вам придётся остаться здесь жить на неопределённое время. Сердце музыканта болезненно сжалось от мысли, что ему придётся уехать. Он не может оставить Феликса одного в Корее, просто не хочет, без него Со умрёт ведь Ли его воздух. Без своего веснушчатого солнца рядом под боком Чанбин завянет. Молодой человек посмотрел на студента, который внимательно читал книгу, делая пометки на полях карандашом и до крови закусил нижнюю губу. Черт возьми, да он готов сделать все ради единственного человека в своей жизни. Пройдёт сквозь любые стены, переплывет через океан, сорвет себе голос ради того, чтобы прокричать на весь мир о том, как Ли дорог ему. Со Чанбин в буквальном смысле влюблен во все, что делает этот парень, в каждую черту его характера, в заразительный, милый смех, в привычку щурить глаза на солнце, хмурить брови и возможность внезапно начать заниматься спортом, потому что физические нагрузки полезны для иммунитета. Чанбин восхищается тем, каким взглядом Феликс всегда смотрит на детей — нежно, он действительно очень сильно любит детей. В будущем Ли обязательно станет хорошим отцом, но Со надеется, что они вместе станут замечательными родителями — одной большой дружной семьей. — Феликс, ты хотел бы воспитывать со мной нашего ребёнка? , — тихо шепчет Чанбин поздно вечером, когда на город опускаются сумерки. Пара лежит на ковре перед телевизором, смотря фильм. Они обнимаются, порой прерываясь на короткие поцелуи. Атмосфера в воздухе спокойная, уютная, а где-то на улице одинокий музыкант пронзительно играет на скрипке. Вопрос любимого человека заставляет Феликса затаить дыхание. Когда в носу защищало, он едва сдержал выступившие наружу слезы. — Ты хочешь, чтобы мы стали семьёй? Со посильнее обнял стройного парня, опустив свои горячие ладони поверх чужих. — Да, глупый вопрос, Феликс, я люблю тебя. — Я не ожидал, что ты спросишь у меня об этом, — юноша уже не сдерживался и расплакался от нахлынувших на него разом эмоций. — Я хочу, чтобы у нас с тобой был ребёнок. Чанбин стал вытирать мокрые дорожки с родного лица напротив и нежно поцеловав Феликса в губы, он умудрился смутить младшего ещё больше. — Тогда в будущем у нас будет одна очаровательная дочка с твоими красивыми карими глазами, россыпью золотых веснушек на лице и милый мальчик, похожий на меня, любовь моя. Феликс поднял взгляд на притихшего парня и устало улыбнулся. — Бини, хен, всё в порядке? Ты выглядишь расстроенным, что-то случилось? Чанбин не мог рассказать о том, что его пригласили в Америку, только не сейчас. Возможно чуть позже он обязательно сделает это и примет решение. — Задумался о том, как мне повезло встретить тебя тогда в парке, наша встреча словно подарок судьбы и я никогда не оставлю тебя, слышишь? , — Со сел перед ним на колени, опустив голову ему на ноги. — Я очень сильно люблю тебя. — А я люблю тебя больше жизни, хен, — нежные прикосновения по волосами заставили Чанбина задремать.