Сны грешников

Большой просторный хол, в котором ещё недавно царила идиллия и полнейшее взаимопонимание меньше чем за неделю превратился в рассадник уныния и безпросветного мрака. — Доктор, думаю вам лучше прелечь. — с далека начал человек со званием правой руки личного помощника председателя. — Отдохните, расслабтесь, и уже завтра с новыми силами… — Нету времени у нас на сон. — оказал тот, подорвавшись со своего кресла уже в седьмой раз, и всё по тому же маршруту наматывает круги по периметру всей комнаты. — Даже сейчас Убон может быть в опасности, эти ублюдки славятся своими садистскими методами добывания информации, кто знает, может быть она прямо сейчас подвергается невыносимым мукам. — сморщив лоб, Сандаваль остановился, пытаясь вытеснить из своей головы все неладные мысли. — Вы волнуетесь — это понятно, но не стоит забывать о том что у вас усть ещё десятки подченённых. И кто как не вы поддержит их в это трудное для всех время? — продолжил успокаивать доктора тот, неуверенно переглядываясь с первым помощником. — Я знаю свои обязанности, — в повышенном тоне произнёс тот. — хорошо бы и вам всем знать свои. В особенности тебе. — указав пальцем на сидящую рядом на стуле брюнетку с короткой стрижкой. — Ты уже третий день приходишь сюда и просто сидишь, а мы даже не знаем её точного местонахождение. — Хочешь чтобы я так же как и ты ходила по всему дому и ныла о том как же мне плохо? — голос был низким и прокуряным тяжёлыми сигаретами. — Если поддаваться панике можно натворить делов и в порыве эмоций явиться перед ними с шашками на головах, вот только вряд-ли «RA» устроят на родушный прием. — девушка с короткой стрижкой стояла у окна, подозрительно выглядывая в еле заметную щель между шторами, лишь слегка увиличивая указательным пальце расстояние между тусклой тканью. — Так или иначе ты стоишь неподвижно уже час, и за всё то время что мы пытались найти способ связаться с Убон даже бровью не повела. — в глазах обычно собранного врача пылали огни в сопровождении вальса морщин у него на лбу, которые со временем покроют все остатки его молодости. — Какой от тебя прок? — Ты… — устрашающая пауза длилась будто бы вечность. — слишком шумный. — голос девушки стал ещё ниже чем был до этого. — И это тот гениальный врач, чей разум по скорости мышления приравнивают к разуму величайших философов средневековья, и чьи яйца крепче чем сталь? — отойдя от окна, напоследок кинув суровый взгляд во двор особняка, брюнетка отправилась в глубь комнаты. — Я здесь не для того чтобы играть в игру «чей член окажется длиннее», — прижав настойчивыми шагами Сандаваля к робочему столу, та мгновенно приставила к его глотке ручку, нащупавшую только что на столе. — мне нужна конкретика. Примые факты, понимаешь? — рукча всё сильнее впиваеться в кожу доктора. — А если вы, идиоты, продолжите чесать свои яйца, можете забыть об этой девчушке, на ближайшие несколько лет. — отстранив «холодное оружие», девушка отбросила его всторону. Закашлявшись, Сандаваль жадно хватал недостающий воздух, небрежно размазывая синюю пасту на своей шее. — Я здесь не по своей прихоти, но и прогибаться под вас я не буду. Большая Дэтт дала вам слово, так что сдержать его моя обязанность. — подойдя к знакомому окну, брюнетка аккуратно преоткрыла запахнутые шторы. — Я найду эту девчонку, будь она даже на том свете. Даю слово.

***

Розы — одни из самых символических цветов. Это символ вечно меняющегося и открывающегося новыми гранями мира. С этим цветком ассоциируется идея мистического центра. Сад Эроса, пылкие сердца довечно влюбленных, милосердие, всепрощение, божественная любовь, муеничество и победа. *Моя мама любила красные… Мама? Это моя мама! * Светлые золотые волосы блестят под солнцем, а белое платье залатаное со всех сторон, медленно накрывало верхушки прекрасных цветов дьявола, окрашенных кровью всех грешников этого бренного мира. Тёплая улыбка вырисовывалась на усталом морщинистом лице. В её дрожащих руках охабка прекрасных роз, плотно связанных черной летной, с золотыми вставками. Она улыбаеться, хотя с её рук на сырую землю капля за каплей стекала кровь, мгновенно испаряясь под палящим солнцем. Острые шипи с виду безобидных цветов впивались в кожу рук, но она не стала их выбрасывать, наоборот, она прижала их к себя ещё сильнее, опустив заплаканные веки. Огромное поле вдоль и впоперек засаженное алыми цветами, и лишь маленькая трапинка с поворотами и зигзагами вела её вглубь. Огромная поляна окружена цветами, идеально ровные линии за которые даже сорняки не смеют заходить, служила огрождением для чего-то более весомого, чем просто лужайка, она прятала мраморную плиту, темно серого цвета, которая при солнечных лучах отдавала синевой. * Мама, это я — Маша! * — шатенка кричала во всё горло, но её голос в миг превратился в шёпот, она пыталась догнать белое платье, всё больше ускоряя шаг, но земля подобно сыпучим пескам предательски засасывала её ноги, не давая возможности даже пошевелиться. — * Почему… почему ты меня не слышишь? * Светловолосая женщина, приклонила колени перед глянцевым памятником с еле заметными буквами, которые предательски розмывали блики от солнца. Она опустила связку роз рядом, положив окровавленную руку на плитку. Прищуривая глаза, Лебедева пыталась разглядеть надпись, которая скрывалась под слоем пыли. — Кто ты? — тихий дрожащий голос послышался из уст голубоглазой женщины. Её взгляд был глубоким и пустым. В её глазах не было блик, лишь бездна и мрак. Эти глаза Мария не знала. Взгляд её матери был всегда точным и проззающим. Она всегда смотрела в суть, не обращая внимания на то в чём одета её дочь. Это не её глаза. — Я Маша…твоя дочь. — она ответила так же тихо, и несуразно, пытаясь найти в, с виду родных глазах, тепло. — Ты…меня не узнаешь? Мелодия музыкальной шкатулки, которую часто слушала в детстве шатенка, когда мама глушила свою боль алкоголем, тихо играла на фоне. Маленькая Машенька, которая пряталась в шкафу от монстров, и юная Мария, которая прячется в чужой жизни, от собственного прошлого: такие похожие, и такие разные. — Нет. — ответила та. — Ты не моя дочь. Моя дочь мертва. Дрожь мгновенно овладевала всем телом девушки. Этот неосознанный страх появился из неоткуда. Лебедева давно смирилась с тем, что все её знакомые считают её трагично погибшей, но всё же услышать это от матери — верх трагизма. — Нет, что ты говоришь, вот же она я! То что тебе сказали это… Маленькая лодонь, покрыта морщинами, аккуратно смахнула последнию слезу, с бледного лица. Коснувшись памятника, женщина медленно провела пальцами по скользкой поверхности, освобождая надпись от пут, годами накопившейся пыли.

________

Мария Лебедева

1997 г. — 2014 г.

Чья-то тёплая лодонь нежно коснулась жрупкого запястья, сделав небольшой толчок. Слеза медленно скатывалась на подушку, оставаясь лишь еле заметными пятнышком. Спустя мгновение последовал следующи толчок, уже более ощутимый, но шатенка лишь сильнее сжимала тяжёлые ресницы. То самое чувство когда мысленно понимаешь, что все это лишь игра твоего подсознания, но всё же так не хочется покидать это мгновение, хочется остаться в нем подольше, ощутить давно забытые чувства, рассказать об умолченом, услышать об утаяном. — Маша? — нежный голос, подобно отравленной стреле пробил нежную кожу, и вонзился в самое сердце, роспростроняя яд-дежавю, со скоростью света. Имя, которым нарекли ещё в детстве, простое слово, на которое она собственноручно поставила табу, произнеся вслух клятву перед Богом. Резко приподняв верхний корпус, Мария приоткрыла ещё сонные веки, паралельно схватив руку человека, который вероятно являлся обладателем того самого голоса. Секунду на фокусировку зрачков и вот, перед ней с ошарашеным выражением лица сидит миловидная блондинка с невероятно пышными губами. — Убон, спокойно, — аккуратно начала та. — это я, Настя, всё в порядке. Сонная шатенка лишь сильнее сжала руку собеседницы. — Ты…что ты только что сказала? — след от недавно оборонённой слезы, неприятно стягивал кожу в раёне глаз, что ещё больше затрудняло Марие уловить эмоции блондинки. — Я сказала, что я Настя, и что тебе ни о чём бес… — Да нет же, — перебила её Лебедева. — перед этим. Мне показалось, или ты назвала меня как-то иначе? В глазах Наточий можно было разглядеть лишь хаос да неразбериху. — Слушай, с тобой точно всё в порядке? — голос был насквозь пропитан неловкостью. — Может мне позвать Крис? — Нет! Крис точно нет! — Маша и сама не ожидала от себя такой реакции. — Э, ну, то есть я имела ввиду зачем беспокоить её по поводу таких мелочей, уверена ей и так есть чем заняться. * Святые кузнечнки, нужно срочно что-то предпринять, а иначе меня опять примут за сумасшедшую. * — А, точно, как я могла забыть, — актриса погорелого театра вошла в кураж. — мне ж снился сон, только что, наверное я всё ещё немогу от него отойти. Бывает же такое! — неловкий смешок сопроводила натянутая улыбка и слегка приподнятые брови, для правдоподобности. — Сон? — невинная улыбка Насти и до жути наивный взгляд показывали успех проделанной опирации. — Пфф, я уж подумала что от скуки совсем уже поплыла. — дзвонкий смех вновь овсетил всю ту бренную комнату после вчерашней зловещий ауры. — Ну да, здесь все возможно. — отшутилась Маша. * Ну не могло же мне послышатся, я точно помню это произношение и даже интонацию. Неужто и вправду простая психосоматика? * — Эм… Убон. — слегка наклонив голову вправо, Настя тихо обратилась к погрузившейся в свои мысли девушке. — Не могла бы ты… — опустив взгляд на свою руку которая уже немного покраснела от плотно сжатых пальцев Марии, та без слов попросила её отпустить. — Да, конечно. — вскрикнула девушка, мгновенно разжав ладонь. — Извинити, я не хотела. — виновато произнесла Лебедева, натянув улыбку. — У меня такое иногда бывает, когда сняться кошмары или… — опустив взгляд, Мария уставилась на края своей белоснежной футболки. Стоп. Белоснежной? Спустя мгновенье мысли начали постепенно находить друг друга, связываясь в понятный незамысловатый фильм. * Кровь…* — мелькнуло в голове озадаченной девицы. — * Её нет.* Ловко спрыгнув к кровати, Мария подбежала к агромному шкафу с зеркальными дверцами. Перед ней стояла абсолютно та же Маша, в белой футболке, без единого пятнышка. Глаза девушки молниеносно метались по разным местам футболки, остановившись на плече, которое должно было быть испачкано с вероятностью 100%. — А вот сейчас не поняла шутки. — в слух молвела шатенка, продолжая тераризировать свое же отражение в зеркале. * Это что ещё за цыганские фокусы такие? Я точно помню как ее окровавленная рука сжимала моё плече. Вся футболка, руки и даже ковер был испачкан.* — секунда на розмышление…ковер! Подобно Сонику шатенка метнулась в другой угол комноты, манёвренно обойдя немаленькую кровать. Взгляд девы вновь устремился в одну точку на светлом паркете. Ковра нет. — Малая, что-то не так? — колеблясь спросила Настя, сидя на кровати. — Или это всё ещё твой сон? — Здесь вчера был ковер. — начала девушка, не отрывая глаз от пола. — Где он? — Ковер? — удивлённо приподняв одну бровь, переспросила блондинка. — Его сегодня рано утром отвезли на чистку, ты тогда ещё спала. — Что? Зачем? — вопросы сыпались из уст Лебедевой один за другим. — Почему именно сегодня? — Потому что сегодня подедельник. — монотонно ответила та. — Раз в неделю, то есть каждый понедельник все больше ковры и прикроватный коврики отправляют на чистку. Крис не любит пыль. * Наверняка эта стерва постаралась. * — нахмурившись, подумала кареглазая. Поливая Штрефонд грязью в голове, Маша судорожно искала взглядом хоть малейшее доказательство того, что всё что было вчера — не плод её воображения, но не следов крови, ни бутылки, и даже осколков розлетевшихся по всему паркету от бокала не наблюдалось. Кто-то очень постарался. — Извини. — выдала Настя. — Я не думала, что для тебя это так важно. Если бы я была там, то определённо не позволила бы проводить какие либо действия пока ты спишь. В следующий раз, я обязательно распоряжусь чтобы тебя ставили в известность. Все таки это… — Погоди. — перебила её Маша. — Хочешь сказать, когда забирали ковёр, тебя здесь не было? — Нет. Санитарными процессами руководит Мисс Райя. Но, если я не ошибаюсь сегодня она ещё не заходила на смену, да и вообще сюда была направлена другая группа, насколько мне известно эти девушки не входдят в состав нашего тех-персонала. — Тогда почему они здесь? — вновь нахмурившись фыркнула Маша. — Разве не опасно впускать сюда неизвестных людей? — Это распоряжение Крис. - не понимая в чём проблема продолжала оправдываться блондинка. — К тому же вряд-ли она бы стала отправлять к тебе непроверенных людей. — Опять эта Крис! — агрессивно бормотала себе под нос Маша, усевшись на край кровати. * Как же всё это не логично! Зачем подмешивать мне что-то в стакан, а потом просто делать вид что ничего не произошло? Проснись я в подвале, с прикованными рядом трупами, у меня было бы меньше вопросов чем сейчас! * Подождав секунд 10-ть, и дав девушке время остыть, Настя начала диалог: — Слушай, я не знаю что вчера произошло у вас с Крис, и пологаю знать мне этого не нужно, но так или иначе я знаю, что ты хороший человек, и даже не смотря на то что ты чуть не убила насколько наших людей, ты всё равно мне нравишься. — Наточий говорила медленно и осторожно, будто бы подготавливая девушку к основной части своей речи. — В общем, я хочу чтобы ты знала, что я эту идею ни капельки не поддерживаю. — Что за идея? — обеспокоенно уточнила шатенка. — Думаю, будет лучше если она сама тебе об этом скажет. — спустив ноги на пол, блондинка привстала с кровати и направилась к стеклянному столику, на котором лежало аккуратно сложенное чёрное платье. — А это ещё что? — настороженно посмотрев на столик произнесла Маша. — Надевай это и выходи. — сухо молвела Настя, направившись к выводу. — Я буду ждать тебя за дверью. Поторопись. <Звук закрывающейся двери> Привстав с кровати, Лебедева подошла к свёртку одежды. * Может там бомба? * — мелькнуло в голове шатенки. — * Хотя вряд-ли бы она стала пачкать эту прекрасную светлую комнату. Уж больно эта фрейлина чистоплотна. * — скривившись подумала та. Наконец-то решившись росправить ткань, девушка увидела перед собой платье. То самое платье которое ей выделили в «Доме Орла». * Неужели… неужели она отправит меня домой? * — эта мысль определённа стала лучшей за последнюю неделю. Окрылённая желанием наконец-то увидеть отца, Мария оделась за несколько минут и подобно мотыльку выпорхнула из комноты. — Я готова. — радостно воскликнула она, оказавшись в коридоре. — Мне бы твой энтузиазм. — ошарашено произнесла, на удивление серьезная Наточий. — Пойдем, будет плохо если ты опоздаешь в свой первый день. — Первый день? Настюш, ты чёт путаешь, я так-то здесь уже больше недели? — переспросила девушка, доганяя уже достаточно отделившуюся Настю. — Не отставай. Ещё никогда эти пустые коридоры не вызывали у шатенка столько радости, ступеньки никогда не заканчивались так быстро, а люди никогда так не…люди? А где люди? — Почему здесь так пусто, куда все подевались?— выскользнув из своей эйфории, уточнила Лебедева. — Все уже нас ждут. — ответила блондинка, ускоряя шаг. — Ух-ты, даже персонал уже знает? — с улыбкой спросила шатенка, бросив взгляд на пустой хол. — Все уже знают. — не отводя глаз от конца коридора, в котором и расположен кабинет босса. — А выход разве не внизу? — спросила девушка, настороженно разглядывая знакомую дверь. Как всегда возле этой двери стояло несколько серьезных парней, которые явно не внушали в Маше доверия. — Готова? — тихо спросила Настя, переведя взгляд на Марию. — К чему? — не уверенно шепнула та. Нечего не ответив, блондинка без колебаний открыла дверь, посмотрев на Лебедеву, приглашая её войти. Сделав несколько неуверенных шагов, шатенка прошла вглубь комнаты, мгновенно оказавшись центром внимания для десятков глаз. По правую сторону комноты, стояли девушки возрастом от 20 до 40 лет в таких же нарядах, что и она, а по левую стоял диван, на котором уютно устроились близняшки, рядом с которыми оперевшись на спинку стула стояла Дарья. Окинув взглядов всех, Мария посмотрела прямо, увидив знакомый стол, за которым и сидела леди-босс, по совместительству хозяйка дома, за спиной которой стояла Рейко — правая рука Крис, по совместительству представитель босса на важных переговорах, элегантно скрестив руки на груди. * Что-то мне уже не нравить эта движуха. * — былая воодушевлённость Лебедевой исчезла также быстро как и появилась. — Что за безответственность? — на пафосе начала Рейко. — Почему все должны тебя ждать? — по её раздражённому лицу было понятно, что её что-то не устраивает. Что-то или кто-то. — Мы опоздали всего на 5 минут Рей. — в серьёзном тоне произнесла Настя, выходя из-за спины Марии. — Не нужно читать нам нотации. — пройдя к дивану на котором закинув ногу на ногу сидели близняшки, блондинка устроилась рядом с ними, прожигая нахальную брюнетку взглядом. * Впервые вижу, чтобы Настя показывала зубки. Аж сердце радуется. * — подумала Лебедева, незаметно улыбнувшись. — Ну, думаю можно начать. — подняв верхний корпус со спинки кресла, Крис облокотилась на стол, сжав пальцы на руках в замок. — Мои дорогие девушки, женщины, все вы уже наверняка знаете о грядущем банкете, к которому мы все начали готовить заранее. Вы уже проделали очень много работы и за это я вам безморно благодарна. — она говорила с теплом. Теплом в голосе и даже во взгляде. — Видя то как вы стараетесь, мне очень не хотелось бы напрягать вас работой ещё больше, но к счастью или к сожалению я приняла решение впустить в наш дружный коллектив нового работника, в надежде на то, что мой кабинет останется целым. — взгляд полный телпоты в миг оказался на ошарашено лице Марии. * Чё это она на меня пялиться? * — спросила сама у себя шатенка, слегла пошатнувшись от неожиданности. — Убон, — доброта в её глазах на мгновение приобрела дурной подтекст. — добро пожаловать в семью. Внимание всего персонала вновь обратилось на неё, вот только в этот раз Машу это мало волновало. — Чт…кт…? — единственное, что на тот момент смогла выдать Лебедева. — Не стоит меня благодарить, Убон, — мать Тереза в чистом виде. — я вижу как тебе здесь трудно приходиться, а все знают, что труд, даже с обезьяны может сделать человека. — Это я то обезьяна? — еле слышно шепнула кареглазая, нахмурившись. — Надеюсь тебе больше скучать не придется. — неумолимый азрт буквально искрился из её глаз. Повернув голову вправо, Мария возмущённо посмотрела на Настю, которая очевидно тоже была не в восторге от этой идеи. — Как это понимать? — лишь губами произнесла Лебедева. — Изнини, я пыталась её отговорить. — точно так же ответила ей та. — Сильвия, ты будешь за главную, пока Мисс Райя не вернёться к своим обязанностям, так что новенькую оставляю на тебя. — в серьёзном тоне молвела Крис. — Да. — голос брюнетки был довольно мягким, и даже местами писклявый. — Я сегодня же определю её в нужный отдел. — ответила та, переведя твёрдый взгляд на шатенку. * Чёт как-то она недобро на меня зыркнула. * — вновь брови Марии скалились друг на друга. — Не нужно, я сама выберу её направление. — взяв со стопки документов лежащих на столе, лист А4, Штрефонд пробежалась глазами по верхней строке. — К вечеру я сообщу о своем решении, и уже завтра она может начинать. А сейчас можете возвращаться к своим делам, до следующего собрания. Спасибо. — отложив лист к остальным документам, Крис обхватила стобку обеими руками, и предварительно выровняв её, положила на край стола. — Большое спасибо, госпожа! — в один голос воскрикнули девушки, синхронно наклонившись в знак уважения. * Ух ты, вот это синхронность. Они как будто в историческом фильме эпохи Чосон снимаются. * — всё так же ошарашено стояла на месте Маша. Дружно развернувшись, девушки оперативно направились к выходу, обойдя Лебедеву даже не пошатнувшись. Проживая в особняке своего названного отца, Мария часто делала ему чай, а по необходимости проводила лёгкую уборку исключительно в знак уважения, как-никак этот человек подарил ей крышу над головой, так что тяжёлый труд ей не страшен. Но несмотря на и так большой вклад в будущее приемницы, Сандаваль никогда ни к чему её не принуждал, всё что она делала было исключительно из чистых побуждений и собственного желания. — Ты счастлива, мышка? — надменная улыбка скользнула на лице дредастой девушки. — Я сожгу этот дом. — в спокойном тоне произнесла шатенка. Где-то со стороны послышался еле уловимый смешок. — Хочешь об этом поговорить? — не стирая улыбки с лица, спросила Крис. — Сожгу до последней щепки. — продолжила новоиспечённая работница. Она говорила уверенно и настойчиво, ни разу не усомнившись в своём заявлении. Она определённо это сделает. — Оставьте нас. — в повышенном тоне произнесла Штрефонд, обратившись ко всем присутствующим. Не возразила ни слова, девушки сидящие на диване уже через мгновение были у двери. Приказ босса нужно исполнять беспрекословно. — Нет, я не уйду. — стоя на месте возразила Рейко. — Эта девушка опасна, вчера она пырнула тебе руку, а сегодня это может быть шея. — шепнула та ей. — Тебе не стоит волноваться, у меня всё под контролем. — мягко ответила той Желточенко, натянув улыбку. — Нет, я всё равно… — Рей, дорогая, ты ведь знаешь как я отношусь к глупым девушкам? — перебив собеседницу, Крис раздражённо покосилась на брюнетку. Глаза девушки были полны страха. Былая уверенность мгновенно растворилась в настойчивом взгляде хозяйки дома. Казалось, грубая, порой жестокая леди вот-вот заплачет. Проглотив накопившийся страх вместе со слюной, Рэй виновато опустила взгляд, и ничего не ответив, направилась к выходу. — Только попробуй что-то учудить. — прошипела брюнетка, проходя около Маши, паралельно прожигая её взглядом. — Я буду ждать снаружи. — уже громче крикнула она, захлопнув за собой дверь. Тихо как в музее. В воздухе ветало эхо тяжёлого дыхания и биение чужих сердец. — Начинай изливать мне свою душу, грешница, сегодня я буду твоим отцом.— поднявшись, Штрефонд скрестила руки на груди, оперевшись на стол. — Что ты подсыпала мне в бокал? — вопрос который интересовала её больше всего. — Понятия не имею. — с улыбкой. — В каком смысле? — Всамом что ни на есть прямом. — сердце бешено колотилось. — Эту таблетку изъяли у тебя, сразу после твоего феерического визита. — сделав акцент на предпоследнем слове, молвела Крис. — Ты с ума сошла! — ошарашено воскликнула Мария, после нескольких секунд молчания. — А если бы это был яд. Ты убить меня хочешь? — не узнать действие своего же препарата — позор! — А ты, Убон, ты хочешь меня убить? — мгновенно подхватила речь та, сжав перебинтованную руку. * Хочу! Конечно хочу! Только вот сейчас, это малость сложнее чем казалось сначала. Да? Я ведь хочу этого? * — сомнительно металась с одной мысли на вторую шатенка. — Это здесь совсем не при чём! — неуверенно замямлила та. — Я хотела сказать, что это ужасно неосмотрительно с твоей стороны. — Пф, мышка, которая заявилась в особняк холоднокровных убийц, по всему периметру напичканым камерами и датчиками движения, не имея при этом даже базовой информации о месте в которое её отправили, — закотив глаза, фыркнула Штрефонд, неспеша подходя ближе — будет говорить мне о неосмотрительности? — всего метр розделал их горячее дыхание друг друга. — Не нужно меня недооценивать. — немного пошатнувшись от внезапного сокращения расстояние, буркнула Маша. — Если бы я тебя недооценивала, стала бы приставлять к тебе за няньку Наточий, которая, как ты наверняка знаешь относиться к приближенным ко мне людям? — мигом подхватила фразу собеседницы Крис, аккуратно смахнув со щеки девушки ресничку, вызвав шквал возмущений и жуткой неловкости шатенки. — И к тому же, звание моей личной горничной не может носить человек в оценке которого я не уверена. — развернувшись, Желточенко уверенной походкой направилась к робочему столу, расположившись на кресле, подобно Посейдону. — На поняла, какой горничной? — раздражённо переспросила девушка, нахмурив брови. — Ты услышала. — в серьезном тоне произнесла Штрефонд, устремившись в подозрительный взгляд собеседницы. — Мне некогда играть в твои игры, и нянчиться с тобой я не собираюсь, так что я приняла решение, что под моим тщательный присмотром ты сумеешь обуздать свой нрав. — она говорила уверенно, недавая времени на то чтобы опомниться, но её глаза всё так же блестели, как и тогда, в тот вечер. — Я не хочу что бы работу на меня ты воспринимала как наказание, наоборот, это своего рода поощрение. — Хочешь что бы тебя поблагодарила, о великодушная мать Тереза? — сцепив зубы, прошипела Маша, натягивая зловещую улыбку. — Смотря что ты подразумеваешь под благодарностью, мышка. — на саркастический вопрос, последовал не менее саркастический ответ, имеющий возможный скрытый подтекст. — Стоит поосторожней разбрасываться подобными заявлениями, учитывая в какой ситуации ты сейчас находишься. — Похоть и азарт сливались в голубом океане чарующих глаз, отдавая отблеском в её бликах. Эта импозантная девушка, обладающая статусом хозяйки данного сооружения имеет иммунитет ко всем видам сарказма, будь он скрытый или нет, она определённо его вычислить и отплатить той же монетой, только с наиболее яркой окантовкой. При общении с ней, кажется, что ещё в раннем детстве она освоила курсы грамотного владение ситуацией, какой бы она не была. — Я сказала о том что это своего рода поощрение, с той целью чтобы напомнить тебе о возможностях, которые откроет для тебя эта должность. — вытащив чистый лист из первого же выдвижного ящика, глаза Крис устремились в рукопись, бегло осматривая каждую строчку. — С завтрашнего дня ты официально станешь человеком, который относиться к кругу приближенных ко мне людей, соответственно твоя просьба, будет рассчитывается как моя, твои поступки будут определённо сказываться и на мне, думаю аналогия тебе понятна. Я буду очень рада если ты перестанешь мне дерзить и вести себя как ребёнок. — взор Штрефонд вновь оказался на на удивление спокойном лице Марии. — Ясно. Я поняла. — кивнула шатенка, заправив пряди волос за уши. — Мне очень приятно, что ты возложила на меня такую ответственность, но я всё же откажусь. Уж лучше я буду сидеть в своей комнате, и дожидаться своего скорого отъезда. — сделав акцент на предпоследнем слове, молвела та. — До не скорых встреч. — оставив надменную ухмылку на последок, Мария направилась в сторону двери с гордо поднятой головой.  — Ничего ты не поняла, Мария. — оперевшись голтем на рабочий стол, ответила Крис. Вздрогнув, услышав своё имя, уверенный шаг девушки заметно замедлился, а пылающий взгляд, утратив свою решимость, был полон страха. В подсознании шатенки урывками мелькал недавний сон. Не каждый день во сне можно увидеть своё надгробие. * Плевать, это всего лишь сон. Нельзя что бы из-за такой мелочи я потеряла контроль на своими эмоциями.* — уже через мгновение, хрупкие пальцы окутали холодный метал.  — Все люди работающие здесь определённо точно мне верны: садовники, тех-персонал, и даже те большие дяди, следящие за тем кто входит и кто выходит из моего кабинета. Оцепенение. Рука, которая всего мгновение назад сжимала ручку двери онемела, и стала до дрожи тежелой, как гранит. Не столько фраза сказанная на родном языке ввела Марию в состояние транса, столько её суть. *Охранники. У двери стоят грёбаные охранники! * — Что такое? Ты передумала? — с улыбкой молвела Желточенко, разглядывая силуэт девушки в платье сзади. — Я…м-могу идти? — стиснув зубы, прошипела Лебедева, прожигая взглядом фактуру двери.  — Можешь. — игриво ответила та, забросив ногу на ногу. — Но не обещаю что они не вернут тебя назад, сразу после того как ты попытаешься выйти. Злость — чувство недоброжелательности, раздражения, гнева, досады. Злость — это ярость. Это чувство выражает сильную эмоцию, которая направляется на определённый объект. Своего рода лихорадка, которая может оказывать на человека как негативное влияние, затмевая его разум, так и позитивное, способствуя мобилизации его возможностей. — Чего ты хочешь? — сдержано молвела Мария, лишь дрожжу в голосе выдавая своё недовольство. — Сломать меня? Унизить? Заставить покориться тебе?! — переходя на крик продолжила шатенка, повернувшись к собеседнице лицом. — Так знай же, мне слаще будет умереть чем назвать тебя своей хозяйкой! — крик сродни львиному рёву, а глаза одичалой рыси — поистине прекрасно. За дверью все заметно всполошились, услышав крики, в то время как Крис сидела по прежнему спокойно, не напрягая не единого мускула на своем лице. — Впервые улювидев тебя около того клуба, ты показалось мне глупой и безнравсивенной девчонкой, и даже зная твоё довольно высокое положение в организации обладающей такой мощью, я не стала воспринимать всерьёз твою личность. Однако копнув поглубже того что я имела вначале, мой интерес к тебе рос с каждым днём. И, как оказалось, ты не настолько глупа, ты скорее хотела быть таковой в глазах других людей. Ты зовёшься профессионалом хотя позволяешь себе агрессировать тогда, когда другие, менее важные «орлы» не посмели бы поднять свой взор. — идеальное произношение по легенде не знакомого ей русского языка уже не пугало Лебедеву, лишь дразнило. — Что это Мария? Обыкновенная юношеская дерзость, банальная не способность контролировать свой гнев, или же твой очередной тщательно продуманный до мелочей «ход конём»? «ПА» «Орлы» — в данном контексте люди, которые находятся под властью «Дома Орла». — Я не стану раскрывать тебе всю свою масть, пока ты скалишь зубы в ответ на мою протянутую руку. — продолжила дредастая, доставая из-под стола бутылку, с виду до безумия дорого коньяка. — Если ты умная девочка — спроси у себя, для чего был мой вчерашний визит к тебе? — тоненькой струёй алкоголь неспеша наполнял пустой стакан. — Может, я попросту хотела тебя убить, но увы в состав таблетки входило лишь несколько видов санаторного? — Нет. Ты бы не посмела меня убить. — мгновенно ответила Лебедева, будто бы ожидая подобного предположения. — «Дом Орла» не позволил бы тебе такое самовольство! — Глупая мышка. — нежно обратилась к шатенке Крис, нацепив гримасу умиления. — Сразу видно, что по биологии у тебя стояла твердая двойка, ибо умные мышки знают, какой бы большой не была стая гиен, сильнее льва им не быть никогда, потому что они всего навсего никчемные гиены, и их природа — подчиняться тем кто сильнее. — аккуратно обхватив татуированными пальцами стакан, Штрефонд элегантно прокручивала его по всей оси, позволяя алкоголю лишь слегка намочить внутренние стенки не доходя до краёв. — Сейчас ты гиена, которая по не осторожности отбилась от стаи, и которой на удивление всё ещё удаётся быть целой и невредимой находясь в центре прайда, среди львов, но вместо того чтобы сидеть на своей прекрасной попе ровно, ты продолжаешь провоцировать прирождённых убийц на совершения необдуманных поступков. * К чему она ведёт? Я не понимаю.* — колеблясь, размышляла Маша, допустив неловкую тишину. — Ты угрожаешь мне? — неуверенно предположила Маша, в тот час же убедившись в не правильности своего суждения. — Ты не уловила моих подсказок, увы. — разочарованно выдохнув, Крис, залпом влила в себя содержимое стакана. — Как бы там не было это ничего не меняет. Желаю тебе приятных трудовых деньков. Эй, вы там, — от неожиданной смены громкости и тональности в голосе блондинки, по спине Лебедевой, проскользил приятный холодок. — позовите Настю, и скажите Рейко пусть зайдет ко мне. — Что? Ты не можешь просто выставить меня за дверь. — вернулась в реальность девушка. — Я всё ещё не получила ответ! < Звук открывающейся двери > — Диалог окончен, Убон, сейчас тебе лучше вернуться к себе. — как же быстро она переключилась на тайский, не сфальшивив не единым артиклем. — Нет подожди, скажи что ты имела ввиду! — машинально дернувшись в сторону собеседницы, Мария моментально почувствовала острую глухую боль в районе правого плеча. — Что именно тебе было непонятно в словосочетание «вернуться к себе»? — без лишнего шума произнесла, только что вошедшая Рейко, со всей силы сжав предплечье шатенки. — Уведи её. — молвела арабка, слегка оттолкнув Марию к выходу, около которого уже стояла ошарашенная Настя. — имей ввиду, хоть она и станет с завтрашнего дня полноправным работником дома, за малейшую её выходку ты ответишь головой. Оставив на последок угрюмый взгляд на образе Марии, брюнетка высокомерно развернулась, и как ни в чём не бывало направилась на своё привычное место «у коленок хозяйки». — Пойдем, Убон. — слегка дёрнув Лебедеву за рукав платья, шепнула раздражённая Наточий. Уставившись на довольную ухмылку Штрефонд, от, до дрожи мерзких и почему-то настолько раздражающих поцелуев извивающейся у её шеи брюнетки, Мария лишь недовольно сцепила зубы. * Плевать! * — оторвав взгляд от не совсем приятного для неё зрелища, развернувшись, Мария с гордо поднятой головой направилась к выходу, подобно весенней буре пройдя мимо заметно напряжённых охранников. — У…Убон? Ты куда так побежала то? Подожди! — искажая голос шептала Настя, направившись за девушкой, поспешно закрыв за собой дверь. * Плевать. * — сердце неугомонно трепаталось, под стать голубю в золотой клетке. — * Мне плевать… * — ком в горле застрял где-то между гордость и желанием быть слабой хоть с кем-то, хоть когда-то. — * Меня это абсолютно не волнует.* — эхо в собственном подсознании затмевало то, что исходило от небольшого каблука на ее обуви, которое подобно чуме со скоростью звука поглощало просторные но такие пустые коридоры хорошо освещённого дома. Снова острая боль в том же плече, будто дефибриллятор вернула тело и разум шатенки в такую ненавистную для неё реальность. — Ум… — тяжёлый стон вырвался из уст Марии. — Да чтоб тебя, Настя! — схватившись за руку, девушка молниеносно прильнула спиной к стене светло бежевого оттенка, плавно спустившись вниз. — Меня как будто шокером только что шибанули. — Была бы у меня такая игрушка — ты бы уже в отключке лежала. — выдала Наточий, недовольство зыркнув на сидящую на полу девушку. — Что, мать твою, на тебя нашло? Я угнаться за тобой не могла. Мы поворот наш прошли, возвращаться придется. — скрестив руки на груди, прошипела блондинка, паралельно оглядываясь назад. — На меня что нашло? — мгновенно фыркнула Лебедева. — Это на хозяйку твою что-то нашло! Думает что я ей как и все отлизывать буду. Наивная. — злобно вглядываясь в до блеска натёртый кафель молвела она, сжимая до дрожи онемевшее плече. — Ну, честно говоря для нас всех это стало неожиданностью. — немного ослабив напор в голосе, Настя протянула вперёд правую руку, помогая девушке встать. — Подбором персонала всегда занималась Рейко, и даже на самые незначительные должности проводился тщательный отбор, что уж говорить о том, кем назначили тебя. Не без помощи поднявшись с пола, шатенка тяжело свела плечи, после чего расслабленно их развела. С каждым шагом Марии, блондинка всё настойчивее причитала, пока та лишь тихо вздыхала, пытаясь продумать свои дальнейшие действия. — Сегодня на завтрак можешь не спускаться, — подойдя к нужной двери, блондинка приоткрыла Лебедевой дверь, приглашая ту войти. — я пришлю кого-нибудь чтобы тебе принесли его в комнату. Уверено войдя в уже знакомую «клетку», Мария устало упала на кровать, бросив себе на лицо небольшую подушку. Уловив подавленное состояние близкого по духу ей человека, Наточий заметно поникла, но увы, всё что она могла сделать в данный момент — это посочувствовать, но толку то. — Послушай, я знаю как тебе тяжело, но в том что произошло ты сама виновата. Если бы ты изначально послушала моего совета, и не искала проблем на свою пятую точку, всё могло бы обойтись. Но мы ведь так не умеем, да? — вновь скрестив руки на груди, паралельно скорчив серьёзное лицо причитала та. — Я не хотела тебя ещё больше напрягать но боюсь теперь у тебя неприятностей только прибавиться. Здешних рабочих связывает с Крис не столько деньги, столько взаимовыгода. Тебя взяли без строгого отбора, в то время как многим из них пришлось пойти на многое, вплоть до ухода и семейного клана. Вряд-ли они будут отрыто на тебя бузить, но даже имея покровительство Штрефонд, они определённо будут вставлять тебе палки в колеса. Так что будет лучше если ты… — Я всё поняла. — пробормотала в подушку Мария. — Можешь не волноваться, я не буду доставлять тебе проблемы. В глазах Анастасии чётко читалось желание помочь хоть как-то, что-то подсказать, наставить на верный путь, но в голосе Марии слышалось лишь беспросветное уныние и не желание слушать кого-либо. Вновь окинув девушку взглядом, Наточий разочаровано развернулась, слегка скрипнув дверью. — Как ты думаешь, — начала шатенка, отбросив подушку со своего лица в сторону. — для чего она это делает? — приподняв верхний корпус, взгляд девушки зафиксировался на уже давно интересующем её рояле. — Вряд-ли она увидела во мне настолько невъебательного работника, что приняла решение даже не посоветовавшись со своей так называемой семьёй. * Я не верю что Настя и вправду не знает о случившемся прошлой ночью.* — Пф, ну ясно же зачем. — смешком ответила Наточий, вновь повернувшись к собеседнице. — За последнюю неделю, своими выходками ты солидно так подорвала её авторитет. Очевидно что она не спустила бы тебе это с рук, а учитывая нрав Крис, работа на неё — это самое незначительное наказание. Так что тебе ещё повезло. — скорчив жалостливую рожицу молвела ей та, паралельно выходя из комнаты. < Звук закрывающейся двери > * Эврика! * — мелькнуло в голове Марии. — * Ну конечно! Она показывает кто в доме хозяйка, кто главный! * — вскочив с кровати, девушка восторженно хлопнула в ладоши, будто бы решив знаменитую задачку всего мира: «Что появилось сначала: яйцо или курица?» Теперь природа действий Штрефонд была как на ладони, вот только, толку с этого мало. Решение принято, и сейчас, для всех скрытная Убон, абсолютно обнажена, а мисс непредсказуемость, именуемая себя как Мария, связана по рукам и ногам. Карты на столе — решение принято. Покорно склонить голову и беспрекословно выполнять любые приказы Штрефонд или вновь показать свой оскал, не позволяя другим переступать через себя - одно из двух. Не простое решение, но так или иначе, кажное понесёт за собой определённые последствия.

* * *

Пустой взгляд дредастой остался на входной двери. Как-то грустно. Бемби снова вельнула бедрами на последок и поспешно ушла, стащив с собой весь азарт. Руки арабки переплелись на затылке Желточенко, которая в порыве погружения в себя, даже не заметила по хозяйски расположившуюся на своих коленях брюнетку. — Земля вызывает Штрефонд…пшш-пшш…прием. — прекрасные темные глаза, длинные шелковые волосы, цвета самой тёмной летней ночи, во мраке которой даже звёзды гаснут. Она стройная подобно берёзе, изящная, и что самое главное — покорная. Её прекрасная улыбка расплывалась в поцелуе, и каждый день, она стонет будто впервые, хтя уже больше года Крис получила право называть её своей. Страсть охватившая девушек начала понемногу поглощать посторонние мысли. Пока блондинка жадно углубляет поцелуй, наклоняясь вперёд, брюнетка игриво покусывает и сразу отодвигается, чтобы увеличить желание. — Ты дразнишь меня? — с улыбкой шепнула Крис, оторвавшись от губ собеседницы, обжигая шею той горячим дыханием. — Оттягиваю удовольствие. — закотив глаза от промчавшихся мурашек выдала та, сжимая кончиками пальцев плечи дредастой, через одежду оставляя незаметные следы. Хрупкая талия Рей, буквально извивалась от давления сильных татуированных ладонь. Опустив руки ниже вдоль по позвоночнику Штрефонд притянула бедра брюнетки ближе, сокращая дистанцию между ними. — Крис… — сквозь поцелуй простонала та. — я хотела спросить. — тяжёлое дыхание постепенно превращалось в глухой стон. — Это что-то настолько важное, что ты вспомнила об этом именно сейчас. — обхватив края футболки, сидящей на ее коленях девушки, Штрефонд неспеша потянула их к верху. — Та девушка, из «Дома Орла». — начала она. Услышав последнюю фразу, Крис заметно замедлила процесс снятия футболки. Снова холодный взгляд направленный в никуда. * Маша… * — мелькнуло в голове дредастой. — Ты ведь не собираешься и вправду назначать её на должность своей личной горничной. — настороженно продолжала та, заметив нестандартную реакцию Штрефонд. — А что собственно тебя не устраивает? — посмотрев ей в глаза спросила Крис, отбросив только что собственноручно снятую футболку в сторону. — М…меня? Меня всё устраивает. — замешкалась и без того напряжённая брюнетка, ощутив на себе тяжёлый взгляд Желточенко. — Просто, ей, как человеку из конкурирующей с нами организации, было бы лучше как можно меньше знать об этом доме, что бы не создавать ненужных рисков, а если она действительно станет здесь горничной, ещё и с таким положением, боюсь, она может узнать того, чего ей не стоит. Разве это не создаст лишних…проблем? — сделав невинный взгляд, Рейко постаралась хоть как-то сгладить грубость только что заказанных слов. — Не помню чтобы спрашивала когда-то твоего совета по поводу принятых мной решений.— приподняв свой подбородок шептала Крис, аккуратно заправляя темные пряди девушки за уши. — Что тебя так беспокоит, Рей? Ты ведь не из тех глупых сосок чтобы опускаться к таким раздражающим вещам как ревность. Или может я чего-то не понимаю? — не сводя глаз с девушки спросила Штрефонд, слегка похлопав ладонью по бедре брюнетки. — Нет. Какая ревность, ты о чём вообще? — уловив жест похлопыванья, арабка замешкалась, и оперативно спустилась с колен собеседницы. — Просто, я немного переживаю, у нас на носу такое важное мероприятие, — с наигранным смехом отмахивалась та. — поэтому мне не хотелось бы чтобы что-то пошло не так. Поднявшись с рабочего кресла, Штрефонд взяла в правую руку со стола уже начатую бутылку виски, а в левую стакан, после чего на весу наполнила его до половины, отставив полупустую бутылку в сторону. — Избалованные дети, часто портят вещи, которые им покупают родители, — начала Крис, неспеша направившись в сторону дивана. — они без сожаления ломают игрушки, портят и пачкают одежду, оправдывая это тем, что папа купит новую, а мама зашьёт и постирает. — раскинувшись на диване, дредастая сделала приличный глоток со стакана в своей руке. — Так вот чтобы научить таких детей ценить вещи, которые их родители покупают за кровно заработанные деньги, нужно дать им возможность самим заработать эти деньги. Только когда они смогут прочувствовать этот труд, им удастся понять как работает денежный круговорот этого мира. — устало откинув голову назад, и закрыв глаза, Желточенко вдохнула полной грудью сладкий запах лилий… водных лилий. * И откуда бы им здесь взяться?.. * — подумала блондинка, нежно улыбнувшись. В мгновение, весь кабинет покрыла густая тень. Приоткрыв глаза Кристина увидела Рейко, и задвинутые шторы позади неё. — Рейко? — удивлённо произнесла она, делая небольшой глоток, не отводя взгляд од полуобнажённого силуэта. — Я ужасно устала. — Я знаю. — подойдя ближе, девушка элегантно завела руки за спину, расстегнув застёжку чёрного лифчика. — Я всё знаю. — спустив лямку за лямкой она отбросила его к ранее снятой футболке. — Сложно вести дела, проводить расчёты, имея при этом своего несколько доверенных лиц. — забрав из рук Желточенко стакан, брюнетка залпом опустошила его остатки, отложив пустой стакан на стеклянный столик. — Тебе нужно время от времени расслабляться, — медленно опустившись на колени, арабка принялась расстёгивать ремень на штанах хозяйки. — и кто если не я, тебе в этом поможет? Запустив длинные пальцы в мягкие волосы чернее ночи, девушка, чьё тело на 75% покрыто татуировками, вновь расслаблено откинула голову на спинку дивана. — За это я тебя и люблю, дорогая, — закрыв глаза, Желточенко вновь сделала глубокий вдох, дабы учуять тот сладкий аромат. — ты понимаешь меня без слов. Такой желанный и бархатный аромат. Будто тысяча бутонов ещё не распустившихся лилий кружат вокруг неё, подобно майским жукам вокруг куста белоснежной сирени. Сегодня, этот аромат ещё долго останется в холодных стенах светлого коридора. ...