Часть 16
18 апреля 2021 г., 19:59
Леви решил, что самое время прибраться и выбросить старые вещи.
Пока он рылся в коробке, нашёл старую фотографию в рамочке, которую он сделал вместе с Габи и Фалько в их первое совместное рождество. Тогда даже чайной как таковой не было. Вместо лавочек и шкафов на первом этаже были вёдра с краской, валики для покраски стен и малярные кисти, доски разных цветов и размеров и много гвоздей.
///
— Краской даже моя комната провоняла, фу. – ворчала Габи, водя кистью по стене. – Я уже устала от этого запаха, а открывать окно холодно!
— Терпи, немного осталось. – Леви старался собрать шкаф по чертежу, но у него это плохо получалось, поэтому он подумывал вызвать специальных людей, чтобы избавить себя от этого страдания.
После часа работы Аккерман хлопнул в ладоши и посмотрел на детей.
— Ладно, сворачиваемся. Сегодня рождество, так что закончим пораньше.
Габи с довольным лицом и краской на лице побежала на второй этаж снимать провонявшую химией одежду. Фалько вздохнул и, поблагодарив, ушёл за ней.
Кто бы мог подумать, что Леви останется жив только из-за этих двух засранцев? Если бы кто-то сказал Леви лет пять назад, что он откажется идти со своими товарищами ради каких-то детей, да ещё и бывших врагов, то он бы этого человека на месте прирезал.
Словно почуяв мысли Аккермана, «дети» вернулись со второго этажа и обняли его.
Через пару часов, когда они ставили ёлку в гостиной на втором этаже, к ним заглянул Оньянкопон с новым фотоаппаратом.
— О, вы уже ёлку ставите? А давайте я вас на её фоне щёлкну.
— Давай! – Браун широко улыбнулась, сделав пальцами жест в виде буквы V.
Фалько вторил её улыбке, а Леви не разделял их эмоциональности и ограничился слабой ухмылкой.
— Габи, у тебя краска на лице.
— Иди ты!
///
Тогда они подарили ему первый чайный набор с изображённым на нём знаменем разведкорпуса.
Это был лучший и самый запоминающийся подарок.
Леви подъехал к моющей посуду Габи и, обмакнув палец в пене, провёл им ей по щеке.
— Габи, у тебя краска на лице.
— Леви, ты!...
Девочка брызнула на него пеной под хриплый смех.