Жара

      Эта жара казалась Снейпу просто убийственной. Можно было официально объявить этот май самым худшим из всех не дожидаясь его окончания: такая аномально высокая температура не давала спокойно существовать, и не надо было никаких дополнительных передряг, чтобы он чувствовал себя разбитым и почти что мертвым. Даже в замке казалось невозможным где-нибудь укрыться, все приличные прохладные места уже заняли, а сидеть с другими студентами желания не было никакого. В такую жару еще и находиться среди других людей... не то, чтобы он такой уж мизантроп, но иногда было бы неплохо, будь в его жизни людей хотя бы немножко меньше или имей он возможность не находиться в толпе почти целый день.       Северус шатался по коридорам, прижав к себе толстую, тяжелую энциклопедию по трансфигурации и тетрадь, в которой была спрятана последняя целая шариковая ручка с полным стержнем. Ужасный день. Просто отвратительный. В комнате было слишком шумно, чтобы что-то готовить, соседи не замолкали ни на минуты, фоном их разговору шел храп Мальсибера. Попытка позаниматься в гостиной закончилась на парочке, что плюхнулась рядом с ним на диван и без капельки стеснения принялась агрессивно сосаться. Кое-как обойдя Мародеров, которые его словно преследовали, потому что, куда бы он не шел, слышал их противное ржание, Снейп надеялся найти хоть одно более-менее уеденное место.       У очередного поворота, когда он хотел пройти дальше по коридору, его вдруг схватили и потянули за угол. Парень выхватил из-за пояса палочку и подставил ее к подбородку того, чья рука крепко впилась в его плечо. Они замерли, глядя друг другу в глаза. - Какой же ты все таки шуганный, Сев, - нахмурилась Лили. - Да у меня от страха чуть сердце не остановилось, - буркнул в ответ недовольно Северус, пряча обратно палочку. - Нельзя же так пугать! Могла просто позвать меня... - Не могла. Здесь недалеко Джеймс с Римусом таскаются, - рыжая отпустила его руку и оперлась спиной на стену. - И они меня ищут. Звать тебя тихо бесполезно, ибо ты скорее всего где-то в прострации, а если я заговорю чуть громче, чем сейчас, меня тут же настигнут извинения... - Извинения? Они тебя обидели? - он тут же изменился в лице, и его рука вновь потянулась к палочке, но девушка поспешила схватить его за запястье. - Сириус... ну, как всегда. Не сдержался от комментариев, - Эванс сдула упавшую на лоб рыжую кудряшку. - По поводу моего веса и того, как я одета. - А... что не так? - Снейп окинул рыжую недоумевающим взглядом.       Обычные летние маггловские вещи: голубая футболка, заправленная в легкую серую юбку, пара полосатых гольф, кеды, и сидело все это на ней более, чем хорошо. Северус бы даже сказал, что футболка через чур неприлично обтянула полную грудь, но едва ли это зависело от Лили. Чем Блэк опять был недоволен? Эта вшивая псина совсем не умеет держать язык за зубами... сколько раз уже приходилось успокаивать Лили только потому, что Сириусу жизненно необходимо прокомментировать то, как она, такая толстушка, выглядит в тех или иных вещах. Сказать, что это выводило из себя - не сказать ничего.       Послышался голос Поттера, звавшего ее по имени, и Эванс, вновь схватив Снейпа за плечо, потянула его прочь из коридора. Они поднялись на пару этажей выше, и скользнули в первую попавшуюся дверь, оказавшись в просторной комнате с большой двуспальной кроватью и большой тарелкой пирожных на тумбочке рядом. Ребята замерли, уставившись на кровать. - Давай будем думать, что кто-то из нас очень хочет спать, - сказал после полуминутного молчания Северус. - Ну, я думала только о пирожных, честно, - рыжая замотала головой. - Так что видимо это тебе очень сильно хочется спать, - она усмехнулась. - М-да уж, странные вы, мужчины. Что для одного - повод пофукать и оскорбить, другого возбуждает... - Что? Я не... не думал об этом, Лили, - Снейп выдохнул. - Ни на мгновение. - Не забывай, что речь идет и о подсознательных желаниях, - хихикнула Эванс, подходя к тумбочке. - Именно поэтому я ненавижу это место. Оно всегда знает, что я хочу именно то, что мне нельзя. - Почему нельзя? - парень, кинув книжку с тетрадью на край кровати, подошел к тумбочке следом за ней, разглядывая содержимое белого большого блюдца. Пара пирожных с малиной и белковым кремом, и несколько ее любимых эклеров. - Ну... потому что, наверное, Блэк в чем-то прав, - она скрестила руки на груди, недовольно нахмурившись. - Это в чем же, интересно? - Северус вскинул брови. - В том, что мне стоит похудеть прежде, чем так одеваться... Он сказал, что сползающие с разбитых коленок гольфы выглядят отвратительно, как и задирающаяся на моей огромной коровьей заднице юбка.       Северус сделал глубокий вдох, стараясь отогнать навязчивую мысль отправиться на поиски Блэка прямо сейчас. - У тебя шикарная задница, Эванс, - стараясь свести к минимуму ее концентрацию на своих собственных словах, парень достал палочку и взмахнул ей, трансфигурируя пару эклеров во фруктовый лед на деревянных палочках. - И то, что она не нравится Блэку, говорит лишь о том, что у него нет вообще никакого вкуса. - Мою задницу считаешь красивой только ты... - фыркнула она в ответ. - Во-первых, это не так. Просто поверь, что не так, потому что едва ли тебе понравятся подробности. Во-вторых, это звучит так, словно я какой-то извращенец, - он взял лед и чуть надкусил. - Прости... после того, как наслушаешься подобного, сложно продолжать адекватно себя воспринимать. - Тебе стоит разок ему врезать. Серьезно, Лилс, никто от этого не пострадает, кроме Блэка и его самолюбия, я более, чем уверен, что это проигнорируют даже преподаватели. - Зачем? Ты с этим прекрасно справляешься. Что? Думаешь, я ничего не узнаю о ваших стычках? Сев, я староста. Ты ведь вроде умник, - рыжая засмеялась. - Просто я... ну... не знаю, не хочу марать об него руки. Не хочу опускаться до его уровня. Это ведь мародерская фишка - лезть в драку всякий раз, когда кто-то сказал что-то им неугодное.       Снейп внимательно слушал девушку, сосредоточившись на веснушках на ее щеках, но взгляд то и дело норовил соскользнуть ниже, на белую шею, на ключицы, на крупные соски, затвердевшие от прохлады комнаты и теперь торчавшие так соблазнительно, и на пупок, ставший видным из-за того, что чертова футболка слегка задралась на ней, а юбку она машинально одернула, когда почувствовала, что та задралась. Да, в комнате прохладно, это его бросает в жар от мыслей, как он зажимает подружку у стенки, как прижимается к пухлым губам своими, нагло залезает ей в рот языком, рукой проходя под юбку... - Сев, у тебя течет. - А? Что? - он растерянно, несколько смутившись, заглянул в зеленые глаза. - Что течет? Где? - Лед потек, - Лили вдруг ухмыльнулась особенно очаровательно, томно прикрыв веки. - Вот здесь, - она в считанные мгновения оказалась около него.       Северус опомнился в тот момент, когда кончик ее языка уже скользил по его руке, там, где стекала холодная капля ягодного сока. Он почувствовал, как она стиснула пальцы на его запястье. Рыжая облизала лед по всей длине и затем неприличнейшим движением взяла его в рот, заглатывая весь, чуть посасывая, и плавно, скользнув губами обратно вверх, выпуская. Снейп отвернулся, шумно выдыхая, стараясь подавить дикое желание завалить ее сию же секунду. - Знаешь, ты прав... здесь жарковато, - она несильно надавила на его пальцы, призывая разжать руку и забирая у него лед. - Мне тоже стоит охладиться.       Под его пристальным взглядом Эванс направилась к кровати, на ходу ныряя рукой под юбку и снимая с себя трусики. Устроившись на постели, рыжая широко развела ноги, задирая серую ткань. Северус прикусил губу, уставившись на открывшийся вид, как будто в первый раз, жадно разглядывая рыжий пушок на лобке и нежные складки, по которым Лили аккуратно, чтобы не закрывать ему обзор, водила указательным пальцем.       Она облизала лед и вдруг коснулась кончиком клитора, вздрогнула. Снейп внимательно наблюдал, как она водит льдом вниз-вверх, сладко улыбаясь ему, хихикая. Лили сжала грудь свободной рукой и с губ ее сорвался довольный тихий стон, заставивший прикрыть глаза. Улыбка ее снова стала хитрой, лисьей, и такой невыносимо красивой, что захотелось поскорее поцеловать ее розовые губы. Когда лед легко скользнул в ее блестящую и влажную от растаявшего сока киску, Северуса повело от возбуждения и чуть отшатнулся назад, не отрывая взгляда, и она хихикнула, совершая легкие движения, выгибаясь демонстративно в спине, показывая ему себя.       Северус тряхнул волосами. В штанах уже было тесно. Он подошел к девушке, что уже слегка забылась, и сел перед ней на колени. Парень затормозил руку рыжей и вытянул лед из тугого отверстия, чтобы на глазах у не меньше сгорающей от возбуждения Лили облизать его. - Какая ты вкусная девочка, - его рука легла на ее шею, и он притянул ее к себе, чтобы прильнуть к губам. - Хочу еще, - Снейп вновь нырнул вниз, задирая еще выше юбку.       Эванс взвизгнула, от слишком резкого движения его языка, откидываясь на спину. Северус интенсивно лизал, заставляя ее выгибаться, несдержанно стонать с тяжелыми вздохами. Лили зарылась рукой в его темные волосы, судорожно стягивая их, пропуская через пальцы пряди и вновь ныряя ладонью в непослушные нечесаные космы. Она закусила губу, приподнимаясь навстречу его движениям, и парень довольно засмеялся, взглянув на то, как рыжая закатила глаза, приоткрыв губы в очередном сладком стоне, больше похожем на скулеж, после чего снова прижался губами к самому чувствительному месту, сладко-соленому от ее смазки, смешавшейся с растаявшим соком.       Его пальцы скользнули в нее. Он уже знал, куда и как лучше нажать, чтобы она получила максимум удовольствия от каждого движения, и от этого сам испытывал совершенно особое, отличное от привычного, приятное чувство. Эванс правит бал, но ведь у него тоже не меньше власти над ней, он тоже может помыкать этой озабоченной девчонкой, используя только лишь руку. Вот она уже пытается сама нетерпеливо насаживаться на пальцы, прикусывая губы, часто коротко дыша, раскрасневшись, и он чувствует, как туго и горячо сокращаются ее мышцы. Лили выгибается с коротким вскриком, и обмякает, все еще подрагивая в ответ на то, как он продолжает двигать кистью, чуть углубляя проникновение.       Он нависает над ней, такой запыхавшейся и такой красивой, смотрит ей прямо в глаза, улыбаясь в ответ на то, как растянулись в улыбке ее подрагивающие пухлые губы, в параллель расстегивая ремень брюк, но Лили вдруг упирается ладонями ему в грудь, толкая от себя. Северус на несколько мгновений недоуменно замирает, но затем все же отползает от нее, и встает у кровати, продолжая расправляться с джинсами.       Эванс отползла к краю кровати и свесила голову вниз, позволяя кудрям упасть к полу. Она соблазнительно облизнулась и поманила его к себе пальчиком, высовывая язык, потянувшись ладонью к его члену. - Такой твердый... - рыжая обхватила пальцами ствол, принимаясь легко двигать ладонью, заставляя Северуса чуть подаваться вперед навстречу ненавязчивому давлению ею ладошки. - И такой горячий. Вряд ли с таким получится охладиться, - усмехнулась она. - М-м-м, ты права. Но с тобой, знаешь ли, мне тоже ужасно жарко, так что все справедливо, - он уперся головкой члена ей в губы.       Девушка послушно открыла рот, и член скользнул во влажный жар ее рта и глотки. Она судорожно и тяжело втягивала воздух через нос, вцепившись пальцами в его бедра, но не протестуя наглому быстрому темпу его движений. Северус скользнул рукой по ее лебединой белой шее с редкими веснушками на грудь, на то место, где пониже ключиц, было скопление этого бисера цвета леденцов из жженого сахара, погладил там, и забрался под голубую натянутую ткань, чтобы сжать ее грудь и поиграть с соском, от чего она приподнялась, прогнулась и торопливо нырнула ладонью под юбку.       Он отступил, и Лили сделала глубокий шумный вдох, переворачиваясь на живот. Девушка подняла потемневшие зеленые глаза, пошлый взгляд которых превратился в откровенно похотливый, вытирая губы тыльной стороной ладони.       Снейп вновь оказался над ней, и Эванс прижала его к себе, неожиданно переворачиваясь и подминая. Она села спиной к его лицу, устраиваясь, откидывая назад налипшие на шею волосы. Северус зарычал, когда она привстала, опираясь ладонями на покрывало, чтобы потереться своей киской о ствол члена. Он нащупал на боку бегунок молнии и потянул вниз, и Лили приняла сигнал, снимая юбку через голову и отбрасывая куда-то в сторону за приделы кровати. - Да, у Блэка действительно просто нет никакого вкуса, - выдохнул парень, прикусывая губу и стискивая мягкие округлые ягодицы. - Ты прекрасна.       Лили только замычала неоднозначно в ответ, прикрыв глаза - ей чертовски нравилось, когда он так мял ее, крепко и жадно, до легкой боли. Она вновь чуть приподнялась, подаваясь вперед, чтобы Снейп проник в нее и тут же рванул к себе, резко натягивая, и она сладко тихо мурлыкнула что-то чуть дрожащим голосом, размякая от удовольствия. Эванс двигалась легко, полностью положившись на Северуса, контролировавшего ее темп. Его пальцы впивались то в бедра, то в талию, то снова в задницу, чаще всего, лишь бы только в этот раз не осталось синяков, как в прошлый.       Снейп непроизвольно стонал, чувствуя ее всю, а ее хитрая ухмылка, которую удавалось поймать изредка, когда она оборачивалась, чтобы посмотреть на него, окончательно сводила с ума. В какой-то момент она взяла совершенно безумный темп, не слушаясь, вырываясь из его рук, и Северус понял, что вот-вот кончит. Он чуть приподнялся, хватая ее за плечо, опрокидывая на себя, так, чтобы девушка оказалась сверху. Она приподнялась, позволяя ему стать ведущим, запрокидывая голову ему на плечо, позволяя цепляться маленькими короткими поцелуями за щеку и ухо, вздрагивая на каждый толчок.       Лили кончила, и Северус тоже не смог больше терпеть, изливаясь в нее.       Девушка тут же юркнула в сторону, растягиваясь на кровати, спрятав лицо на предплечьях. - Я даже не знаю, что хуже, - выдохнул Северус. - То, как жарко на улице, или то, как жарко мне с тобой. - Тебе же правда нравится со мной? И моя попа...       Снейп хмыкнул, закатывая глаза. Он перевернулся на бок, ложась ближе, свободной рукой любовно погладил ее по ягодицам, прильнув губами к ее виску, а затем вдруг резко несильно шлепнув. От неожиданности Лили вскрикнула и засмеялась. - Ну за что? - сквозь смех спросила рыжая. - Если ты не прекратишь сомневаться в том, что у тебя охеренная задница, я тебя накажу, понятно? - прошептал он ей на ухо и поцеловал в щеку,