А в лесу дремучем, а в лесу далеком... два идиота с кольцом!

Плохой конец несчастен, хороший — неудачлив. Вот что значит трагедия. Том Стоппард.

POV Иван     Где-то через полчаса я смог успокоиться. Но потому что уже болел живот, и горло нещадно саднило. Но это помогло разрядить обстановку. По крайней мере, я практически забыл то, что Таз пытался меня запугать, повесив на ветку. Но я это ему еще припомню (вся спина в кровь счесана!).     Фух... но я давно так не хохотал! С моей сумасшедшей сестрой и тронутым на полную катушку классом делать это искренне становится очень проблематично. Практически невозможно.     Сестра… Интересно, как она там? И мои остальные родные... Тетя с мамой, наверное, все больницы и морги обзванивают. А сестра, скорее всего, сожгла мои вещи в тот же день и плясала вокруг огня на манер дикарей племени Мумба-юмба.     Отцу вообще пофиг. Хотя нет, для него это тоже какая-никакая, а все же радость – одним ртом меньше в доме, и больше он не будет видеть по всем углам мягкие игрушки.     Эх... Ностальгия… Такое чувство, что уже месяц прошел, а не один единственный день с момента попадания в другой мир.     — Ну что, дальше едем? – полюбопытствовал я, тряхнув головой, отгоняя прочь мысли о семье.     Бальтазар, конечно, смотрел на меня, как на своего кровного врага в шестом поколении, но я мог по-прежнему на нем ездить.     Всё-таки приказ был, а не просьба от сенсея.     Сенсей, конечно, очень странный, страшный, мелочный, алкоголик... Но… мне кажется, что он веселый. И решение навязаться к нему в ученики кажется мне самым правильным в данной ситуации.     Чем больше думаю об этом, тем больше убеждаюсь.     — Оглянись, полоумный, – фыркнул на меня Бальтазар, отвернув в сторону голову, – практически ночь.     В животе требовательно заурчало. Ой, да… Не мешало бы поесть. Конечно, я могу долго обходиться без еды, но тогда буду на всех подряд кидаться в попытке сожрать.     — Тогда предлагаю найти покушать и ночлег, – я улыбнулся ему, и, перевернувшись на живот, бодро вскочил на ноги.     — Ну, ищи, – хмыкнул Бальтазар и прищурился. – А что это ты такой бодренький стал, а? Еще каких-то пару минут назад на твоем лице можно было прочитать уныние и тоску.     — Я просто подумал, – честно признался я ему, качнувшись с пятки на носок, – что жизнь не так плоха, какой хочет казаться.     — Ваня, ты очень странный человечек, – прошипел мне демон.     Я вот заметил, что «человечек» или «смертный» из его уст звучит так презрительно, что хочется зарыться под землю и молить о прощении.     Но он никогда от меня такого не дождется.     Может, я и слабый, но очень хочу измениться... Я ведь решил это в день рождения! Значит так и будет.     — Эй, молодёжь! Что это вы там ищете?     Я резко обернулся. Между деревьев, в свете заходящего солнца стояла сгорбленная старушка пенсионного возраста, в пестром сарафане красно-сине-бело-желто-фиолетово-малиново-оранжевой раскраски. На руках поблескивала куча разнообразных браслетиков. А в руках она держала длинную метлу.     Цыганка?     — Здрасте, бабушка, – поприветствовал я ее, махнув рукой.     — И тебе не хворать, внучок, – старушка двинулась ко мне неторопливым шагом, размахивая из стороны в сторону черенком метлы.     — Подозрительная бабка, – баран лениво просканировал её взглядом.     — Тсс! – зашипел я на него, не переставая улыбаться бабульке. – Это невежливо!     — Да расслабься ты. В этом облике меня могут слышать только те, чьей крови я напился. А вот если ты заговоришь со мной при посторонних… Сам понимаешь, повяжут всем, что только есть, и к лекарям душ отправят.     Эм… это, конечно, проблема... Но теперь мне понятно, зачем он кровь из моей раны сосал. Кстати, рана, я совсем о ней забыл.. как-то было не до этого. Скосил глаза на плечо. Глаза чуть на лоб не полезли. Треть боксёрки залита кровью... И вот когда я смотрю на рану, она начинает болеть. Кхм... как-то мне не по себе!     — Батюшки святы! – старушка ко мне, наконец, доковыляла. Подслеповато щурясь, она чуть ли не впритык осмотрела, меня с пальцев ног и до кончиков волос на макушке. – Да кто ж тебя так-то покалечил?     — Сатанисты, – не стал скрывать я, и выложил все как есть. Вообще, мне многие говорили в школе, да и дома, что я слишком честный и совсем не умею врать.     — Кто-кто? – хрипло переспрашивает старушка.     Понятно, Сатаны здесь не существует. Может это к счастью?     — Маньяки, – поправился я.     — Охо-хо-хошеньки, – всплеснула та руками. Я заметил длинные желтые ногти на пальцах, густо усеянных травяными кольцами. – Страх-то какой! В родных лесах разбойники шастают.     — Кажется, кто-то там есть хотел, – как бы, между прочим, намекнул Бальтазар, пощипывая травку у пенька.     — Ах да, ты прав!     — Что ты говоришь, внучек? – пролепетала бабулька.     Тьфу! Я опять забыл о том, что она не слышит Та... барана!     — А... Э-э-э… скажите, бабушка, а вы не знаете, где тут можно на ночлег остановиться? – тут же выпутался я, делая самые честные глаза на всем белом свете. Скажи, что я не буду ночевать на сырой земле! Пожалуйста...     — У меня можно, – вскинула бабка голову, – ты, вроде, парнишка не шелудивый, проблем от тебя не будет..     — Не будет!     — У меня тут домик неподалеку. Пойдем. Тебе понравится, — мне кажется, или что-то не так?.. – заодно ранки твои посмотрим. Ты не бойся, милый, я когда-то знахарем по молодости была.     Бальтазар вопросительно на меня посмотрел. А я что? Я устал, между прочим.     — Определено бабка с подвохом. Ты только посмотри, как у нее глазки-то сверкают при виде твоей крови, — хихикнул Бальтазар и, бросив строить из себя газонокосилку, заспешил за бабкой.     Я засеменил следом и тихо прошептал в ответ, что б она не услышала:     — Ты преувеличиваешь. Только посмотри, какой милый божий одуванчик.     — Посмотрим.     Старушка уверено лавировала между деревьями и торчащими корягами. Сперва мне казалось, что мы только углубляемся в лес, и заходим в какую-то непролазную чащу с колючками, но неожиданно темень расступилась, будто кто-то поднял ширму, и я увидел небольшой, двухэтажный домик... из сладостей. Убранная лужайка, одинокая лавочка, небольшая мощеная дорожка, колодец из радужных камней...     Ух! Прямо как в сказке!     — А питомец твой во дворе посидит, — сказал этот самый божий одуванчик, умудрившись молниеносно надеть на барана ошейник на цепи, тянувшейся от небольшого деревянного столбика рядом со стеной дома. – Ты уж не серчай, дорогой. Но твоя животинка мне всю красоту искушает.     Демон недоуменно хлопал глазами, в которых явно читалось «как так?!».     — Ой, а ваша хата очень похожа на домик из сказки про Гензеля и Гретель! – восхищено ляпнул я, пытаясь как-то разрядить обстановку и не особо злорадствовать при виде обозлённой морды Бальтазара.     Открывающаяся дверь из молочного шоколада с зефирной резьбой и карамельной ручкой, замерла, не открывшись до конца. Бабушка медленно (прямо как в фильме ужасов) повернулась ко мне. Левый глаз прямо таки сотрясал нервный тик, хотя она очень старалась улыбаться.     И это пугало еще больше.     — Вы в порядке?.. – заботливо поинтересовался я, опасаясь, как бы её не хватил удар.     — Не. Произноси. Эти. Имена. — Каменным голосом отчеканила старушка.     — Ладно-ладно, – я примирительно поднял руки вверх, не понимая, что такого сказал. – А... Вы знакомы с этими ребятками?     — Очень даже, – каркающим голосом отозвалась бабка.     — А как вас зовут?     — Меланья я, милок, – надо же, как только я сменил вопрос, она чуть не расцвела.     — А я Ваня!     В доме гостеприимная Меланья усадила меня за стол, налила горячего чаю и разожгла котел, непонятно для чего стоящий посреди комнаты.     — А для чего Вам этот котел?     — Супчик сварю на ужин, – отмахнулась не глядя, та, старательно дуя на дрова.     Желудок снова подал голос.     — Проголодался... Счас бабка Меланья тебя накормит.     Старушка по-доброму рассмеялась, глядя на мою смущённую физиономию, и ушла к печке. Достала оттуда пару казанков, выложила все в глубокую миску, перемешала и вручила мне ложку.     Пшённая каша с мелкими кусочками мяса и разнообразных овощей.     — Ва-а-а! Спасибо за еду, бабушка!     Я схватился за ложку, зачерпнул побольше и только хотел поднести её ко рту, как дверь избушки распахнулась, ударилась об стену, тяжко скрипнув. На пороге стояла девочка лет 12-13 на вид, в черном кожаном топе и шортах.     На двойном поясе, рядом с сумкой, улиткой скрутилась плетка, а на голове — вязаная красная шапка не по размеру.     — Шапка, внуча, – кинулась к печке бабка. И резво так кинулась! А при мне ковыляла... – Садись, милая, садись. Не стой на пороге, сейчас я тебя накормлю…     — Ба, да не нужно, – махнула наманикюренной и окольцованной разноцветными перстнями ручкой девочка и уселась напротив меня, за столом. – Серый мне овцу подогнал. Ну, она все равно не хотела платить по счетам, мы её и зажарили.     Э-э-эмм...     — Слышь, Ба, а у тебя сегодня вижу тоже продуктивный денек, – хитрющие глаза с каким-то таинственным красноватым отблеском, в упор уставились на меня. Я заерзал на стуле, так и не решаясь поднести ложку. – И парниша, и барашек во дворе.     — Баран со мной! – вскрикнул я.     Обе обитательницы вкусного дома глянули на меня.     — Так ведь еще лучше! – одобрительно покивала девочка, сцепив руки в замок.     Меланья зашлась в старческом кашле.     — Бабушка, вам плохо? – заботливо поинтересовался я, бросаясь к ней. Приобнял за плечи. Все-таки старость — это не шутки.     Вот только её внучка, эта Шапка, смотрела на свою бабушку спокойно.     — Очень плохо, родной мой, очень... а вот если бы ты залез в котел, бабушке вмиг стало бы очень хорошо! …     Кажется, в мою рану попала какая-то зараза, и теперь воспаленный мозг проецирует сплошной бред.     — Чего? – на всякий случай переспрашиваю я и с надеждой заглядываю ей в глаза.     — В котел лезь! – оповестила Меланья.     — Чего-о-о? – я подскочил, увидев, как она достала огромный топор. Что происходит?! Это все-таки не бред?!     — Ты что, глухой? – заботливо поинтересовалась девочка. – Тебе сказали – лезь в котел.     — Иди сюда, мой хорошенький. Больно не будет, – ворковала бабка.     — Отстаньте от меня! – несмотря на свой преклонный возраст, бабулька весьма резво бегала за мной вокруг котла.     Ведьма! Точно ведьма! Не зря же она так деревья в лесу не по-старчески ловко огибала!     Что делать-то? Дверь заперта, на окнах решетки…     — А ну стоять! – мы втроем замерли, глядя на дыру в стене, откуда на нас таращился баран. Хм, а съедобные дома – это удобно.     — Да как ты смеешь! – возопила бабуля и выбежала на улицу. Видимо, убивать животное.     Шапка отстегнула от пояса плетку, и стала хищно перекидывать её из руки в руку.     Я тоже вышел и, пользуясь тем, что Меланья гоняет по двору Бальтазара, начал неспешно обрывать мелкие сладости, украшающие домик. Я, между прочим, голодный.     — Эй, ты! – меня боднули сзади, перекинув на спину.     Так мы и убегали от взъяренной ведьмы – вместе с конфетной цепью и ирисовым столбиком. Вскоре она от нас отстала. Может, надоело? Может, на неё метеорит упал (я надеюсь, второе)?     И вот уже час, как я с бараном брожу по лесу. Заблудились мы. Он ругает меня за доверчивость, я уплетаю наворованное.     Вдруг демон замер.     — Ты чего? – забеспокоился я. Неужто бабка догнала?     — Хата! – довольно рявкнул Бальтазар, повернув ко мне морду. Я какое-то время его разглядывал, потом поднял глаза вверх.     Перед нами возвышалась небольшая, даже слегка покорёженная, халупа.     — Может, там можно узнать дорогу? – я направился ко входу.     — Стой, – я успел сделать только два шага. – Смертный, ответь мне, ты и в самом деле такой тупой? – насмешливо посмотрел на меня Бальтазар своими невозможными оранжевыми глазами! Обошел по кругу и стал боком напротив, как бы преграждая дорогу. – Неприятности к тебе тянутся, словно мухи к навозу...     — Эй!     — ... так неужели ты думаешь, что зайдя туда, ты не вляпаешься в очередную неприятность? Ведьма, рекламщики, маньяки, я даже не могу предположить, что ждет нас за этой дверью. И мне бы хотелось сказать «тебя», но, к моему ВЕЛИЧАЙШЕМУ сожалению, я не могу. Старик совсем голову потерял, приказав мне быть преданной лошадкой, такому как ты... Не понимаю, зачем ты ему вообще сдался?..     — Да я сам не знаю! – вспылил я, сжав руки в кулаки. – Сколько можно?! Хоть ты и демон, но я не позволю поливать себя грязью! Все... все вы всегда делаете это, даже не задумываясь, что я чувствую!     Демон спокойно посмотрел мне в глаза и безразлично бросил:     — Ты ведешь себя как дурак или маленькая капризная девчонка. Бесишь.     — Ване-е-ечка, ну что же ты убежал? – из-за ближайшего куста вывалилась запыхавшаяся Шапка. – Ба! Я их нашла!     Мы с бараном посмотрели на нее.     — Из двух зол выбираю меньшее, – философски заметил демон, развернулся задом и ка-а-ак жахнет задними копытами девчонку. Та улетела обратно в кусты, изумлённая не меньше моего.     — Позже, мы обязательно поговорим про «девочку» и «дурака», — я строго пригрозил ему пальцем и, выдохнув, рванул к халупе.     Хата обрадовала открытой дверью, которая, к несчастью, выглядела крайне хлипкой. Баран пронесся пулей следом, я тут же захлопнул дверь и прижался к ней спиной, прислушиваясь. Но, вопреки ожиданиям, ведьма не стала срывать её с петель, и вообще, я не слышал ничего с той стороны кроме щебетания птичек.     Второй раз за день меня посетило стойкое чувство «что-то совсем не так». Может Таз прав? Неприятности, и в самом деле, ко мне неравнодушны...     — Позор, – прижавшись ухом к двери, прошептал баран. – Я, главнокомандующий основными войсками Ада, и прячусь от какой-то вшивой бабенки и её молокососа.     — Бывший, – тут же встрял я. Страх перед этим существом окончательно улетучился.     Видно, сладкое поспособствовало.     — Умолкни, – раздражено бросил он и отлип от двери. – Они стоит за деревьями, но близко сюда не подходят. Странно...     — Странно, – эхом согласился я и тоже оторвался от двери.     Наконец, я рассмотрел обстановку. Таинственный полумрак, свечи в черепах по стенам, паутина в углах и… Огроменный самогонный аппарат?! Я, конечно, видел такой раньше (у родственницы в деревне), но тот был меньше раз в пятнадцать.     От ведроподобного чана отходил шланг, рядом стояло что-то наподобие ванной, в которую капала мутноватая жидкость.     О, так мы по назначению. Может, госпожа удача все же соизволила глянуть в мою сторону?     — Нам сейчас будет плохо, — с тяжелым вздохом сообщил демон.     — Почему?.. – недоуменно посмотрел я на него.     Ну да, обстановка мрачноватая, но, мне кажется, здесь не так уж и пл...     — А ты еще кто такой?! – с непередаваемым визгом ко мне подскочила неизвестно откуда взявшаяся девица. На вид ей было лет двадцать пять.     — А… Э…     Мысли куда-то улетели. Передо мной стояла высокая (на голову выше меня) красотка, с шикарной грудью размера этак четвертого, затянутой в корсет. Длинная, пушистая копна пепельных волос, собранная в высокий хвост, курносый носик, парочка конопушек, слегка раскосые, темные глаза с длинными ресницами. Элегантная мушка на правой щеке. Шикарные ноги в полу-облегающих бриджах.     Боже, кажется я растекся по полу лужицей….