Разговоры в темноте

Сердце вновь колотилось бешено, почти болезненно ударяясь о грудную клетку. Впрочем, «почти» можно было откинуть: Брендон сгорал от боли, парализованный ею. Что он должен был сказать? - Райан… Но тот уже вскинул руки и замотал головой: - Не говори ничего. Я знаю, как тупо это звучит. - Еще как, - подтвердил Брендон и выдавил жалкую улыбку, хотя она и была совсем некстати. Все это было некстати. Следовало просто остановиться еще два дня назад, допить виски и сказать себе, что прошлое, такое прошлое ему нахрен не сдалось. Все эти прощания и «я хочу в последний раз увидеть тебя», снова и снова, ни к чему не вели. Одно Брендон понимал четко: вчерашняя встреча и этот сегодняшний кофе все-таки стали страшной, непростительной ошибкой, как бы ни пытался он себя предостеречь. Но пространство между ними было наэлектризовано, казалось, вот-вот рванет. Это было знакомо и мучительно с самого первого раза, когда Брендон почувствовал непреодолимое влечение. Тогда они стояли на сцене, покрытые потом, юные, полные неугасимой энергии, и он ощутил на себе взгляд, от которого все тело словно завибрировало, и сорвался голос на верхней ноте. Как сейчас, когда все так изменилось в их жизнях, он мог не дать Райану возможность сказать правду, даже если ее не хотелось слышать? Если так будет проще попрощаться навсегда, Брендон готов был пережить густую терпкую горечь потери еще один раз – в последний раз. По улице за воротами сквера пронеслась машина, и фары на мгновение осветили лицо Райана. Брендон увидел, как блестят его глаза, и это стало последней каплей. Он просто больше не мог. Он вскочил на ноги, швырнул на землю стакан с недопитым кофе, разлетевшимся в стороны остывающими брызгами, и схватился за голову. Райан поднялся следом, шагнул к нему и попытался, очень бережно и осторожно, обнять Брендона за плечи. - Нет! – Брендон отшатнулся, прекрасно представляя, как безумно это выглядит, но ему было наплевать. – Не прикасайся ко мне, пожалуйста, не прикасайся! Райан подчинился. Опустив руки, он стоял рядом и печально смотрел Брендону в лицо. Не было мочи больше находиться здесь, рядом, но он не находил в себе сил развернуться и уйти. Одного шага назад было бы достаточно, но и его он сделать не мог. Брендон закрыл глаза, но, казалось, даже через опущенные веки он видел бледную кожу, расширенные бездонные зрачки и мягкие пряди волос, обрамляющие красивое лицо плавными волнами: картинка из прошлого, такая живая и яркая, что на ресницах затрепетали слезы. - Прости меня, Брендон, - тускло проговорил Райан; каждое слово будто давалось ему с трудом. – Если бы я знал, что это вечеринка твоих друзей, я бы отказался. И осознание того, что они могли бы и вовсе не встретиться, хлынуло тугой плотной волной. Они с Сарой могли приехать к Линде, отлично провести время, вернуться домой, заняться сексом, а утром он продолжил бы жить свою жизнь дальше с чувством легкого похмелья и ясной головой. Время от времени он продолжал бы вспоминать о Райане с твердой уверенностью, что у него точно все хорошо. Райан не пропадет, он знает, что делает. И этот Хэллоуин не запомнился бы ничем, кроме как неважным настроением и идиотским, но, зараза, таким стильным цилиндром трубочиста на голове. Или, еще хуже, они с Райаном встретились бы глазами там, в большой гостиной, заполненной спертым воздухом, и Райан отвернулся бы, будто Брендона знать не знает. От этих мыслей стало еще страшнее, но накатившее тяжелое оцепенение чуть ослабило хватку. - О чем ты думаешь? – вдруг спросил Райан, все так же не двигаясь, стоя в шаге от него. Если бы только все это можно было объяснить. - О том, как это все некстати. Райан вздохнул: - Понимаю. Они молчали, стоя перед скамьей, влажной от холодной осенней росы, окруженные тишиной и запахом взрытой земли и шорохом листьев. Брендон не имел ни малейшего понятия, что делать дальше. Сейчас он развернется и уйдет, для верности заблокирует номер Райана и будет ждать, когда Сара приедет домой. Она узнает, что что-то случилось, она всегда такое чувствует, но будет делать вид, что ничего не произошло. Он будет ей благодарен – снова и снова. Лет через десять и этот вечер забудется. И Райан забудется. Возможно, именно такой жирной точки не хватало в этой истории, чтобы забыть наконец и жить, не оглядываясь назад. Брендон уже сейчас не верил, что это возможно. Чувство вины, зародившееся в его груди сразу после неожиданной встречи, отступило назад. Сейчас все, что заполняло его до краев, было тоской об упущенном и болью утраты. Тосковать о том, чего никогда так и не случилось, было почти так же глупо, как оплакивать ребенка, который даже не был зачат. Брендон поглубже засунул руки в карманы и нахохлился. Райан снова поднял глаза и вдруг улыбнулся: - Замерз? Брендон кивнул. Его знобило. - Пойдем, - Райан мотнул головой в сторону ворот, - провожу тебя до машины. Они вышли на освещенную часть улицы. Поздние прохожие окидывали Брендона любопытными взглядами, но ему было все равно. Ни у кого не хватило смелости их остановить. До машины оставалась примерно сотня футов. - Взять тебе чего-нибудь горячего? - спросил Райан у дверей кофейни. - Нет, спасибо, - Брендон покачал головой, - до дома потерплю. Ключи от машины позвякивали в кармане, напоминая о том, что нужно садиться, уезжать и не оглядываться. - Подвезти тебя домой? – выпалил Брендон вместо того, чтобы попрощаться. Во взгляде Райана мелькнуло что-то, что Брендон не успел толком расшифровать, и это заставило его окончательно пожалеть о своем предложении, пожалеть и загореться бессмысленной, безжалостной надеждой. Если Райан умнее, то он откажется. - Было бы здорово. Брендон понял, что улыбается глупой, нервной улыбкой, которая зажглась на лице против его воли. - Перестань улыбаться, - серьезно сказал Райан. – Правда, перестань, - и он сел на пассажирское сиденье. - Почему? – не понял Брендон, поворачивая ключ в замке зажигания. Райан не ответил, отводя взгляд. Брендон подождал еще немного, но ответа не последовало. – Ладно. Куда ехать? У него было примерно пятнадцать минут на размышления. Брендон отгонял от себя непрошеные мысли о том, зачем на самом деле едет туда, к дому Райана. В конце концов, это вежливо. Нехорошо почти ночью оставаться одному в огромном городе, полном мрачных не освещенных улочек и пугающих тупиков. Наверное, ему просто хотелось еще немного оттянуть момент, побыть с Райаном еще немного, а в теплой камерной атмосфере салона – тем более. Райан всю дорогу смотрел в окно и молчал. Брендон готов был дать руку на отсечение, что время от времени на его лице появлялась странная полуулыбка. Они въехали во двор многоквартирного дома, где, несмотря на поздний час, пара подростков сидела на качелях и беззаботно болтала. Понимали ли они, что это золотое время тинейджерской свободы никогда больше не повторится? - Мы приехали, - негромко произнес Райан, но выходить из машины не спешил. Во рту стало до противного сухо. - Что ж… - Брендон сглотнул. – Пора прощаться? - Да, определенно пора. Сказать было легче, чем сделать. Как прощаться с человеком, от простого присутствия которого все переворачивалось внутри? Рукопожатие? Неловкое объятие? Похлопать по плечу и сказать «пока, чувак»? Додумать мысль Брендон не успел. - Хотя, знаешь, - голос Райана был задумчив, - я могу угостить тебя кофе или еще чем-нибудь. Тебе определенно нужно согреться. Не иначе как заметил эту жуткую дрожь, которая вернулась снова и выбивала из головы весь здравый смысл без остатка. Райан повернулся, чуть наклонился вперед и заглянул Брендону в глаза: - Хочешь? «Я хочу убежать так далеко отсюда, чтобы никогда больше о тебе не вспоминать» - вот что ему следовало сказать. Но вместо этого он заглушил двигатель. - Хочу.