Кофе с молоком

      В тот момент она осеклась…       — Мои дорогие, познакомьтесь, это ваш новый начальник — Александр Нильсен. Я возвращаюсь в Америку и продаю часть своего бизнеса. Прошу уважать и не жаловаться. Хотя нет, жаловаться можно, так я хоть буду знать, что всё в порядке, — Вишня весело подмигивает Нильсену, на что тот закатывает глаза. — В честь этого события сегодня все гуляют за мой счёт! — из толпы работников послышались восторженные свисты и улюлюканья вперемешку с аплодисментами. Одни только официантки стояли надутые — их богатый-красивый-молодой начальник уезжает, скорее всего, к той самой Саре, о которой кучерявый постоянно лепетал, как только перебирал лишнего, и теперь они остались без предполагаемого кошелька. Спасало их только то, что новый владелец выглядит более-менее ничего. Но это вечером, а сейчас работать. — Агата, подойди сюда, пожалуйста.       Харрис, всё это время находившаяся в лёгком ступоре, вздрогнула и похлопала густыми ресницами. Сказать, что новость об отъезде Вишни и продаже отеля огорчила её — ничего не сказать. За все эти пять лет, что Агата проработала управляющей в «CheRa», Вишня стал её настоящим другом. Она до сих пор помнит, как поспорила с тётушкой, что найдёт работу за 24 часа, и в итоге абсолютно случайно столкнулась с брюнетом. Последний был очарован красотой этой боевой блондинки с большими зелёными глазами и пригласил её посидеть в кафе, где девушка и рассказала о своей проблеме. Вишня практически незамедлительно предложил Харрис стать управляющей его только открывшегося отеля в центре Лондона. Ответ был очевиден.       С тех пор эти двое стали просто неразлучны. Вишня тянул девушку с собой на все тусовки в закрытые элитные клубы, рассказывал практически все секреты, просил совета и долго по-дружески обнимал, заставляя работников отеля чуть ли не фанфики про них писать. А Агата заставляла его выбирать цвет и длину ногтей, жаловалась на этот мир за бокалом вина, представляла его как своего парня для тётушки, чтобы та не беспокоилась о её личной жизни, и просила помочь с выбором нижнего белья. Харрис всегда чётко выполняла свои требования, несмотря на хорошие отношения с кудрявым, и готова была по голове ему надавать, когда он допускал ошибку в отчётах или каких-либо ещё важных документах. А Вишне только и нужна была такая помощница, которая всегда готова и помочь, и исправить, и накричать, когда это потребуется. Времени вместе они проводили огромное количество, но, вопреки этому, никогда не переходили планку «лучшие друзья». И если в самом начале Вишня ещё пытался проявлять какие-то знаки внимания, то вскоре прекратил попытки. Агата останавливала его на середине слова, давая понять, что у них только дружба и ничего более. Вишня смирился и перестал ухаживать за девушкой. Такое развитие событий устраивало их обоих.       Но вот сегодня все закончилось. И закончилось так стремительно, что Агата даже не успела ничего осознать. Как будто она всё это время стояла у обрыва, наслаждаясь природой и видом, но её резко столкнули вниз, не заботясь об острых камнях внизу. Сердце англичанки кровоточило настолько сильно, что волноваться об этом уже не было смысла. Поэтому Харрис делает глубокий вдох и направляется к двум мужчинам, пытаясь нацепить хоть какую-то улыбку. Получается, честно говоря, не очень.       — Да, Вы что-то хотели?       Агата не смотрит на кучерявого, потому что знает, что не сможет сдержать своё желание залепить ему затрещину, как только снова заглянет в его подлые глаза. Уж кто-кто, а она просто обязана была первой узнать о том, что Вишня уезжает. Девушке казалось, что они достаточно близки, чтобы рассказать о таком важном решении. Они даже друг друга голыми видели, в чём его проблема?       — Да, я хотел тебя представить лично, — Вишня осекается на полуслове, только сейчас понимая, что Харрис как-то уж очень резко перешла на «Вы». Мужчина бросает на девушку вопросительный взгляд, надеясь, что она сейчас с привычным лукавством в зелёных глазах улыбнётся, невинно похлопав ресничками. Но этого нет. Она смотрит на Нильсена, терпеливо ожидая, когда их лично представят друг другу, и девушка сможет спокойно свалить куда-нибудь в свой кабинет, закрыться изнутри и пожаловаться на кучерявого мерзавца своему пятилетнему шотландскому психологу. — Александр, это Агата, администратор и по совместительству самая лучшая и незаменимая помощница во всём ресторане, — кудрявый улыбается, снова смотря на подругу. Последняя даже не реагирует на приятное примечание, всё так же продолжая изучать лицо нового владельца. Вишня вздыхает, обещая заняться этим позже. — Агата, это Александр, новый владелец и начальник, теперь он здесь за главного. Я надеюсь, вы поладите.       Агата протягивает свою ладонь, дабы обменяться рукопожатиями, однако Нильсен на удивление аккуратно наклоняется и берет её запястье, оставляя невесомый поцелуй на тонких пальцах. Брови девушки стремительно взлетают вверх, и она немного истерично выпаливает:       — Александр, Вас воспитывали горные короли?       — Что-то в этом роде, — Нильсен ухмыляется, нехотя отпуская руку англичанки. Оценивающий взгляд последней пробегается по мужчине. Отмечает холодные голубые глаза, острые скулы, скривившиеся в полуусмешке губы и выступающий наточенный кадык. Лёгкий акцент выдаёт в Александре его иностранное происхождение, а крышесносный одеколон добавляет большего шарма, заставляя приятно поёжиться и сжать кончики пальцев. Харрис облизывает губы и сверкает глазками. По крайней мере, первое впечатление Нильсен произвел. И произвел очень даже хорошее. — Я побывал во многих отелях, но такую красивую управляющую вижу впервые.       Нотки флирта отчётливо проскакивают в его речи, и Агата рвано выдыхает, немного выпрямляя и без того прямую спину. Вишня начинает чувствовать себя третьим лишним, а это значит, что этих двоих нужно срочно останавливать. Мужчина всегда поражался умению Харрис привлечь внимание мужчины к себе за считанные секунды и уже не раз наблюдал, как девушка сначала умело флиртует, давая надежду на более интересное продолжение вечера, а затем отшивает уже наскучившего ей молодого человека, ссылаясь на плохое настроение. Вишня знал эту методику как свои пять пальцев, поэтому уже наловчился вовремя останавливать англичанку, чтобы та не наговорила лишнего. В данном случае — чтобы её не уволили к чертям в первый же день.       — Алекса-андр, я прекрасно понимаю, что Агата у нас невероятно красива, но оставь это до вечера, ладно? Сейчас у нас только работа, — Вишня кладёт руку на плечо Нильсена, тщетно пытаясь словить взгляд Харрис, однако та только довольно хмыкнула и отвела глаза, прекращая беззвучную войну взглядами со шведом. По её искрящимся глазам было понятно, что к этому «экспонату» она ещё обязательно вернётся.       — Работа, так работа, — Александр в последний раз пробегается взглядом по Агате. — Только если мисс Харрис обещает мне танец сегодня вечером.       Агата тихо смеется и, на последок одарив мужчин загадочным взглядом, удаляется в сторону ресепшена. Портье, коим был молодой парень лет двадцати, моментально выпрямился под взглядом управляющей и приветственно помахал ей рукой. Александр ещё недолгое время смотрел вслед блондинки, а после восхищённо выдохнул, чуть разминая шею.       — Красивая…       — Даже не думай об этом, — Вишня с привычным лукавством косится на друга, слегка качая головой.       — Я даже ничего не сказал!       — Я знаю, что ты скажешь, и сразу предупреждаю: Агата девушка принципиальная, к ней так просто не подберёшься.       — Я подберусь, будь уверен, — Александр переводит горящий взгляд на Вишню и пересекается с его нахмурившимся выражением лица, искренне не понимаю столь резкую перемену в настроении друга. — Что-то не так?       — Агата мне как сестра, Александр. Если с ней что-то случится, я не посмотрю на то, что мы друзья… — Вишня говорит это с уже привычным спокойствием, однако в его голосе отчетливо чувствуется сталь и тихая угроза, отчего у Нильсена неосознанно поднимаются брови вверх. Никогда ещё кучерявый так сильно не вступался за девчонку, никогда еще не впутывал их дружбу в отношения одного из мужчин, а это заставляло задуматься. — Так что с кем-с кем, а с ней будь аккуратен.       Каким бы моральным уродом Нильсен не казался в глазах каждой второй девушки, понимать и анализировать он умел прекрасно. Если бы не это умение, то не управлял бы швед своими отелями, то не имел бы сейчас свои деньги, связи и репутацию. Александр мог буквально прочитать человека, словно книгу, стоит им пообщаться чуть больше двух часов. Мог, поэтому воздержался от провокационных шуток и сдержанно кивнул, давая понять, что Вишня может быть спокоен за свою подругу. Каким бы моральным уродом Нильсен не казался в глазах каждой второй девушки, он бы никогда не причинил боль и не сделал того, чего бы первая сама не хотела. Это было его главное правило, которое швед ни разу не нарушил.

***

      Вечером престижный отель в центре Лондона превращался в настоящий ночной клуб. Именно это было главным условием Вишни, когда он договаривался с арендодателем насчёт здания. Кучерявому показалось до безумия символичным то, что для туристов, проходящих мимо красивой картинки и фотографирующих всё на своем пути, CheRa казался приличным заведением, где могут позволить себе остаться исключительно богатые люди, сливки общества и так далее, а ночью это самое заведение превращалось в самый развратный и дорогой, по мнению многих СМИ, ночной клуб, вход в который достать было более, чем сложно. Вишня долго ссорился с Агатой на эту тему, ведь девушка хотела сохранить репутацию серьёзного отеля и не сходить с планки лидеров вообще никогда, а кучерявый настаивал на том, что просто обязан организовать клуб, ведь это было мечтой его жизни. Помнится, пара друзей даже разговаривать перестала друг с другом на продолжительное время, потому что Харрис, не выдержав, послала Вишню куда подальше и показала ему сразу два средних пальца на обеих руках, громко хлопнув дверью и сбросив подставку для карандашей. После этого кучерявый ещё очень долго извинялся перед лучшей подругой, буквально каждый день свозя к её дверям тонны подарков и присылая такое же количество извинений. Связь была налажена, мир восстановлен, но Агате пришлось смириться с непоколебимостью Вишни и его невероятно сильным желанием открыть чертов клуб. Несколько месяцев разработки, найма работников и вот, «вторая жизнь» CheRa была готова. Неплохие связи Вишни в сфере главных тусовщиков города помогли ему быстро раскрутить заведения и уже буквально через месяц клуб стал одним из самых посещаемых во всем Лондоне. Как бы Харрис не противилась, ей все же пришлось признать свою неправоту насчёт репутации отеля. Туристы специально регистрировали номера здесь, чтобы ночью посмотреть на разворачивающееся веселье.       Именно в этом клубе Вишня и решил отпраздновать свой отъезд, из-за чего Харрис злилась еще сильнее. Была бы ее воля, она бы вообще осталась дома, натянув любимую пижаму и взяв подмышку плюшевого медведя, включила сериал и спокойно провалялась весь вечер, не заботясь о каком-то там Вишне, что всего лишь уезжает из страны, не сказав своей самой близкой подруге. Подумаешь.       Но Агата не могла позволить себе лишний выходной, ибо к работе относилась более, чем ответственно. Девушка абсолютно всегда присутствовала на заказных мероприятиях, по типу свадеб и дней рождений, дабы не допустить денежных утрат и ненужных инцидентов, способных нанести урон репутации отеля. Сегодняшний вечер обещал быть запоминающимся, а учитывая, что, скорее всего, там будут присутствовать друзья Вишни, то не быть там вообще не представлялось возможным. Страшно подумать, сколько запасов алкоголя уйдёт только в первую половину вечера…       Музыка неприятно тарабанит по ушам, запах пота и перемешавшихся духов бьют в нос, заставляя поморщиться, а сама атмосфера не сулит ничего хорошо. Однако делать было нечего. Сжав клатч посильнее и уверенно оглядевшись по сторонам, Харрис приняла решение пойти сразу в ВИП-ложу, ибо среди полупьяных сотрудников, которые завтра не смогут и с кровати подняться, девушке находиться совершенно не хотелось. Она вообще не любила подобного рода тусовки и не познала бы их вкус, если бы не кучерявый, вечно тягающий ее с собой. А теперь и его не будет. Отпад.       Агата пробирается сквозь толпу, которая, по сути, сама расступается перед начальницей, дабы не нарываться на лишние проблемы. Не то, чтобы Харрис была очень строгой, просто немного вспыльчивой. Её мало кто видел в приступе настоящей необузданной ярости, однако «старшее» поколение всегда предупреждало новеньких, что если дело касается Агаты, работу нужно делать как можно точнее и правильнее, иначе получат все. Никто не противился таким простым правилам, и из-за этого Харрис чувствовала себя просто прекрасно. Чувство ненависти к своей работе давно не преследовало ее коалой на плечах, что просто не могло не радовать. За это Агата гордилась собой. Только за это, наверное.       Единственное, что заставляло Агату держать голову высокоподнятой, — это новый владелец. Уж очень притягательным оказался этот Александр из Швеции. Дело даже не в красоте, ведь красивых мужчин в Лондоне пруд пруди, учитывая, что Харрис работает в отеле, где регулярно останавливаются иностранные туристы с манящей внешностью. Дело в харизматичности, умении поддерживать разговор и галантности. В последний раз Агате целовали руку в подростковом возрасте, когда Аннет тащила племянницу почти на каждый прием у партнёров. С тех пор ни одного раза никто не коснулся губами тыльной стороны ладони англичанки. До этого утра. Харрис, словно маленькая девочка, в глубине души таила надежду, что она действительно понравилась Александру как девушка, и что они обязательно сработаются в будущем. Агата чётко запомнила линию его до безумия острых скул, из-за чего ругала себя который час, ведь один из «жизненно важных уроков для настоящей леди» от Аннет-Сильвер Харрис было то, что никогда мужчина не должен сидеть в голове женщины дольше, чем это может потребоваться. Глупое правило, однако именно его, почему-то, Агата запомнила лучше всего. Англичанка уже стала глазами выискивать шведа среди немногочисленного количества людей в ВИП-е, когда кто-то крепкой хваткой схватил её за запястье, сжав его почти до хруста. Большое количество уроков с психологами и разработанная до дрожи выдержка заставили Агату не вскрикнуть от боли, а только резко выпрямиться и полностью развернуться в сторону наглого кого-то. Не успела Харрис даже рта открыть, как почувствовала, как вокруг её талии обвивается широкая мужская ладонь, уводя ее ближе к центру зала. От света софитов, зудящего запястья и потемневших от боли глаз, англичанка не сразу смогла сфокусироваться на расплывающимся перед глазами силуэте. В голову уже закрались приятные мысли, что это может быть сам Нильсен, которому девушка обещала танец, но, приняв более-менее стоячее положение, Агата распознала до боли знакомые тёмные кудряшки.       — Вишня, да твою мать! — Харрис возмущённо распахивает глаза и недовольно дергает запястье, вызывая у брюнета приступ смеха. — Ты совсем долбанулся, да? Пусти, мне больно!       — Тихо, принцесса, не кричи, сейчас отпущу, — кучерявый разжимает пальцы, моментально перехватывая ладонь управляющей и притягивая девушку ближе к себе. — Не надоело бегать от меня?       Его тихий спокойный тембр мог действовать словно гипноз, заставляя голову кружиться, а ноги подкашиваться, завлекая в свои объятия и укладывая спать. Эта своеобразная манипуляция действовала на всех, от девушек до парней, и Вишня активно этим пользовался, когда нужно было договориться с агрессивным отдыхающим или с водителем автомобиля, владелец которого очень сильно обидел одну из подруг Агаты. К слову, голос действовал на всех, кроме самой Харрис. У неё уже давно выработался иммунитет.       — Не понимаю, о чём ты, Вишня, — Агата уводит глаза за спину мужчины, когда тот, продолжая держать её за талию, начинает медленно двигаться в такт заигравшей музыки для медленного танца. Харрис не сопротивляется, ибо знает, что это абсолютно бесполезно. Да и, если признаться, ей самой не очень хотелось отпускать плечи кучерявого, они ведь друг другу не чужие люди, как бы сильно девушка на него не обижалась.       — Да-а, а мне кажется, понимаешь, — любимая лукавая ухмылка появляется на губах, и Агата раздражённо выдыхает, закатывая глаза.       — Собрал вещички уже? — Харрис заглядывает в бессовестные глаза кучерявого, пытаясь вызывать у него, наконец, сожаление. Но Вишня спокойно перехватывает обиженный взгляд англичанки, по-свойски хмыкнув.       — Собрал.       — Молодец какой, я тобой горжусь. Теперь жду, не дождусь, когда ты свалишь из страны, и в моём окружении станет на одного мудака меньше! — голос предательски дёргается, выдавая Агату с потрохами. Девушка отворачивается, чтобы не столкнуться с осуждающим взглядом друга, в то время как тому становится всё понятно. Обижена, зла и сломлена. Его любимая Харрис.       Вишня вздыхает и притягивает англичанку к себе, заключая в объятиях. Хрупкое тело лучшей подруги подрагивает, а сбившееся дыхание говорит о том, что до истерики остаются считанные секунды. Кучерявый опирается подбородком о её макушку, перед этим оставив там небольшой поцелуй. Какие бы маски она не пыталась надевать, какие бы позиции не занимала, в душе Агата всегда оставалась маленькой девочкой, что нуждалась в периодических объятьях. Последним её явно обделили в детстве.       — Её зовут Сара, помнишь, я тебе рассказывал? — начинает Вишня, наклоняясь к уху подруги, чтобы ей было лучше слышно. — Так вот, пять лет назад я оставил Сентфор и уехал в Лондон в поисках лучшей жизни. На тот момент мы с О’Нил целовались всего несколько раз и все. Но я всегда, почти с первой нашей встречи, был очарован её красотой, упрямством и несговорчивостью. Очарован до сих пор. Даже название отеля состоит из наших совмещённых имён*. Неделю назад мне пришло письмо от Майкла, участника банды, где я состоял, где было написано, что она собирается выходить замуж. Моя маленькая мисс О’Нил будет замужней дамой, понимаешь? Будет чьей-то женой, будет носить чью-то фамилию. Чью-то, но не мою. Я просто не могу не поехать, Агата, мне нужно хотя бы на неё посмотреть. Я не сказал тебе, ибо был уверен, как уверен сейчас, что ты надавала бы мне по голове за то, что оставил её там и заставила бы извиняться перед ней на коленях, что уже поздно что-то менять и что она должна быть счастлива. Я все знаю и понимаю, но просто не могу иначе. Я всегда буду на связи и всегда буду помогать тебе, вне зависимости от того, насколько буду занят и где буду находиться, идёт? — Вишня берет Агату за подбородок двумя пальцами и целует ее в лоб, словно старший брат целует младшую сестру. — И не смей на меня дуться, поняла?       Минутное молчание, и Агата недовольно трёт носик, словно пытаясь отогнать ненужные мысли от себя.       — Всё-таки я была права, когда назвала тебя мудаком.       — Харрис! Я вообще-то и обидеться могу!       — Ага, валяй, я посмотрю, — кучерявый сощуривается, вызывая у Агаты улыбку. Как ни крути, а по этому несносному дуэту будет скучать, без исключения, каждый работник отеля. Казалось, нельзя будет долго продержаться без язвительных шуток со стороны кучерявого без возмущённого взгляда Агаты, без их умения найти общий язык с отдыхающими и крышесносящих идей по улучшению уровня работы. Они сами друг по другу будут скучать. Они уже скучают.       Агата, по-детски шмыгнув носом, увела взгляд в сторону, наткнувшись на картину, заставившую её сердце болезненно сжаться. В ВИП-зоне сидел Александр, окружённый со всех сторон десятком молодых девушек, который удобно уложил ладонь на ягодице одной из них. Вид его довольного лица заставлял рвотные позывы подкатываться к горлу, а глаза машинально закатываться. Не сказать, что сердце Харрис было вдребезги разбито, но маленький огонек обиды разгорался в её груди. Снова позволила себе повестись на глупые обманы и лесть мужчины, который явно не из чистых побуждений пытался понравиться англичанки.       Всем здравствуйте — перед Агатой сидел собственной персоной настоящий живой бабник. Мерзкое чувство обмана разливается вниз по грудной клетке Харрис, и она отворачивается к Вишне, кивнув в сторону выхода.       — Подвезёшь меня домой? Я немного устала.       — Конечно, принцесса, только куртку возьму.       Кучерявый возвращается к своему столику, забирая чёрную кожанку с вышитым на спине драконом, и через минуту уже ведёт подругу через чёрный ход во двор. Харрис в последний раз обернулась на зал и в этот момент столкнулась со взглядом голубых глаз, что буквально прожигали её спину мгновеньем ранее. Агата невинно пожимает плечами и скрывается за дверью, чётко давая себе обещание, что больше никогда не поддастся на уловки мерзких представителей противоположного пола. С кем-кем, но только не с Нильсеном. Никогда в жизни.