Кукольный Домик

Всё больше и больше познаю мир в котором живу. В моей голове воспоминания разбросаны, словно пазл, который нужно собрать воедино. После беседы с Ипполитом, этот город открылся с другой стороны. Я смотрю на него иначе. Какое же необычное и волшебное бытие. Сказка наяву. Мир где нет места страданиям и несчастью. Всё самое плохое находится лишь в моей голове и за пределами Хорсбрука. Теперь любопытно одно: каков же мир за границей? Ипполит точно будет против подобной любознательности. Да, я начала доверять Ипполиту, выдав все карты. Но у меня до сих пор есть опасения на его счёт. Слова проповедника очень подозрительны. А так же, у него абсолютная власть в этом городе. Он решает все проблемы которые могут возникнуть. Мне неспокойно на душе от таких доводов. Доверять кому-либо все так же сложно. Родители, как обычно, были дома к обеду. Мама умудрялась совмещать готовку и уборку по дому. Я хотела ей помочь, но она сказала, что уже всё закончила. Поражаюсь этой женщине. То, как она совмещает работу и домашние дела - просто уму непостижимо. Из-за этого я чувствую вину, что не помогаю ей. А ведь сегодня еще нужно уехать во дворец. Хотя, я точно не решилась буду ли участвовать в конкурсе. Поступки Нурай уничтожили нашу "крепкую" дружбу. У меня до сих пор стоит ком в горле от обиды. И как я умудрялась дружить с ней все эти годы, называя её лучшей подругой? Так понимаю, Барбара считает такое поведение конкурентностью и даже поощряет подобные вещи. Всё-таки Хорсбрук не такой радужный как мне его описывает Ипполит. Сегодняшний день с самого утра решил проехаться по мне. Я пошла в свою комнату, собирать вещи. Погрузившись в свои мысли, я обдумала слова Барбары. Она права. Это ведь был только первый урок, а я уже успела разбиться на несколько кусочков и сдаться. И всё же, было очень грустно. Потому, мне вдруг вспомнился розовенький кукольный домик, с которым я игралась в детстве. Надеюсь, его не выбросили или продали. Пришлось обыскать всю свою комнату: под кроватью, в шифонерах, в различных углах. В гардеробной я даже не начала искать, потому что на это уйдёт целая жизнь. Поэтому, спустившись вниз, я спросила у мамы: - Мам, помните, у меня в детстве был розовый кукольный домик вместе со всеми куклами и игрушками внутри? - Припоминаю. Ты не можешь найти? - Да. Это ведь моя детская коллекция. А воспоминания мне важны. - Понимаю. Обычно старые вещи либо на чердаке, либо в подвале. Подвал? О нет, я не хочу туда возвращаться. Это один большой, тёмный и холодный лабиринт который веет своим мраком. Уж лучше осматрюсь на чердаке. Я быстренько сбегала туда, но оказалось, что чердак заперт. Всегда, когда передо мной появляется закрытый замок, мне хочется его открыть. Некая любопытность берёт верх. Но вообще, у меня теперь появился довольно интересный вопрос: почему чердак заперт аж железным замком, а входная дверь никогда не запирается? Вернувшись на кухню, я спросила: - Мам, чердак заперт. Где я могу найти ключ? - О, дорогая, я уже и не помню. - ответила мама, нарезая лук, - Давненько я туда не поднималась. - Хорошо, мам. Тогда, есть ли у нас ящичек для ключей? - Где-то должен быть. Я на доли секунды засмотрелась на маму и её действия. Она такая красивая и нежная. При этом скачет туда-сюда на работе, как лошадь. Думаю, для меня эталон совершенства это моя мать, а не Барби Уэст. Внезапно, мама начала мило ухмыляться. - Что такое? - Вспомнила, как ты в детстве никогда не бросала с рук своих куколок. Постоянно ходила с ними, кушала, засыпала. А если утром её не окажется рядом, то ты в тревоге по всему дома искала свою игрушку, прямо как сейчас. Странные у меня были увлечения и привычки в детстве. Да и даже сейчас, спустя столько лет, мне так хочется найти свои старые пластиковые игрушки и поиграться с ними. И меня вдруг посетила мысль, о том, чтобы нормально сесть с родителями и пораспрашивать о самой себе, как интервью. - Да, я была странным ребёнком. Кстати, а где папа? - Работает на огороде. - Какие вы у меня активные трудолюбы. У вас нет ни секунды на отдых. Прозвучал звонок в дом. Я открыла входную дверь, а за ней стояла семья Жаналиных, то есть Жанатан и его родители. Айша держала в руках сырный пирог. - Здравствуйте, наши любимые соседи. А мы к вам в гости. - поздоровался отец Жанатана улыбнушись белоснежными зубами. - Я испекла для вас свой фирменный пирог. - сказала Айша. - Добрый день. Я так рада что вы пришли! Проходите. - ответила я взяв пирог в руки. Мой отец как раз закончил свои дела на огороде и зашел домой. - Клара, вы как всегда неотразимы! - сказала Айша, обняв мою маму. Наши отцы были рады видеть друг друга, крепко пожав руки и обнявшись. У меня в душе стало тепло от увиденного. - Ну привет. - поздаровался Жанатан со мной, когда мы встали немного дальше от родителей. - Приветик. - Игнорируем значит. - Почему ты так решил? - Я тебе утром написал сообщение с пожеланием доброго утра. И не дождался ответа. - Ой, извини, я не увидела. Как же я могу тебя игнорировать? Это же невозможно. - Потому что, я твой приставучий сосед? - Потому что, ты до жути очарователен. - Неужели я тебя чем-то зацепил? - Я так не думаю. - А мне кажется что так. - И не зря. - Сколько воды в этих словах. - Не умеешь читать между строк. Я специально пристально посмотрела ему прямо в глаза. Мне не нравилось то, что он говорит кокетливые и жизнерадостные вещи, но смотрит совсем иначе. В его взгляде можно увидеть печаль и страх. А иногда, во время разговора, его глаза смотрели не на меня, а куда-то в сторону. И порой чуть ли не закатывались вверх. Это выглядит жутко, но раньше я считала это какой-то физиологической особенностью или отклонение. Как приличный человек, мне конечно же, не стоит обращать на это внимание и реагировать, чтобы не засмущать и не задеть чувства своего оппонента, но у меня ощущение, что с ним явно что-то не так. Мы смотрели друг на друга примерно минуту, стоя молча, и я решила нарушить тишину. Решила стать твёрже и перестать поддаваться его обаянию. - Ну? - Что ну? - Чего ты ждёшь? - Ничего. - А за спиной у тебя что? Этот вопрос застал его врасплох. Он застыл в воздухе, словно механизм внутри него остановился. Я даже помахала рукой перед его глазами, но никакой реакции не последовало. - Жанатан, ты в порядке? - спросила я, после чего он ожил. - Да, Хани, я в порядке. - ответил он и показал алую розу, которую держал за спиной. Цветок брызнул в меня жёлтой пыльцой, но я успела закрыть нос и глаза. - О нет, убери этот цветок. - Что-то не так? Тебе он не нравится? Я вырвала с его рук зловещую розу и выбросила в урну. Кислотно-едкий запах мой нос учуял сразу, как в дом вошёл Жанатан. Но как только роза оказалась перед моим лицом, я почувствовала опасность при виде злосчастного цветка и вовремя отреагировала, будто во мне заработало "паучье" чутьё. - Ты надо мной издеваешься? Или убить меня хочешь? - Как ты такое можешь говорить? Я бы не за что не причинил тебе вред! - Откуда ты достал эту розу? - Купил. - Ты меня чуть не убил! Роза была отравлена. - Какой ужас! Я этого не знал, честное слово. - Пойдём. Покажешь мне где ты её купил. Я схватила его за руку и вывела из дома, как наказанного мальчика. Никто из домашних не обратил на нас внимания, словно это в порядке вещей. Жанатан пытался оправдываться передо мной, но я пропускала его слова мимо ушей. - Мне не нужны твои оправдания. Просто покажи мне, в каком магазине ты её купил. На какой улице? - Я поведу тебя туда. - А название улицы ты не знаешь? - Что такое "улица"? - Ох, как обычно. Странности хорсбруковцев. У вас здесь безымянные улицы. Ладно, уже неважно. - В смысле "у нас"? Разве ты не местная? - Меньше знаешь, крепче спишь. Мы шли по одинаковым улицам с повторяющимися под штамп домами. На этот раз район стал людным. Но и люди были будто штампованы. Можно выделить всего несколько типов людей, обитающих в городе. Народ состоял из разных рас и национальностей, но при этом все на друг друга похожи внешне. Единственные персоны, выбивающиеся из толпы - это мои друзья и знакомые. - Вот оно. - указал пальцем Жанатан на розовый фургончик, прицепленный к белой лошади. Вокруг магазина на колесах стоял усиленный специфический запах цветов, режущий нос и глаза. Но несмотря на это, я решила подойти поближе. Окно было закрыто, через него были видны букеты разноцветных роз. Я постучалась, чтобы узнать, кто продал Жанатану отравленную розу, хотя кажется, отравлены были все товары. Никто не отвечал. Наверное, продавец куда-то ушёл. Спереди стоял белый конь и ел красные яблоки лежащие на асфальте. И тут я узрела, что у белокурого скакуна один глаз голубой, а другой зелёный. Точно такие же как у Китти, и как это было на секунду у Рамоны, а однажды и у Жанатана. Я моргнула несколько раз, чтобы уточнить, действительно я вижу то, что мне видно. И да, так и есть. А ведь это всё не просто так. Я уверена, что это проделки анонима, пытающегося уничтожить мирное существование Хорсбрука. Как отчаянный герой, я рискнула попытаться войти внутрь фургона. Дверь не была заперта и открылась от лёгкого толчка, но, совсем неожиданно, оттуда вылетела уйма летающей тли. Будто бы каждая из них коснулась моей кожи и умудрилась пройтись по мне. Я побежала подальше оттуда и судорожными движениями вытряхивала из себя противных насекомых. Жанатан застыл как восковая фигура, но насекомые его не трогали. Летающие тли испарились в воздухе. И хорошо что так. Из-за них на моём теле начался неприятный зуд и отвращение, будто они до сих пор ползают по моему телу. Подойдя к Жанатану, я помахала рукой перед его лицом. Никакой реакции не последовало. Он по-прежнему стоял как статуя. Точно также, как и педагоги школы, которых я отчитала. Значит, Ипполит прав. Во всём замешан тайный вредитель и его колдовские трюки. Сзади меня послышался шелест цепей. Обернувшись, я увидела, что белый конь исчез. Сам по себе он освободиться не мог, а топота копыт я не слышала. Видимо, тоже испарился в воздухе. Всё же, мне пришлось войти внутрь фургона. Всеядные вредители высосали соки со всех растений. Но помимо сгнивших цветов, была одна интересная вещь: конверт с письмом и фотографией, на которой изображена брюнетка. Фотография была деформирована, аноним намеренно расцарапал лицо, чтобы скрыть от меня что-то. Но что? Текст письма: - Ты выглядишь хрупкой и нежной девушкой, но сколько же в тебе агрессии и отваги. Мне нравится такой настрой. Ипполит, конечно, тщательно старается защитить тебя, но меня вашими заклинаниями и куклами не остановить. Держи пищу для ума: девушка на фотографии - ключ на все ответы, которых у тебя нет и на которые тебе Ипполит ни за что не ответит. С любовью, аноним. Я внимательно разглядела фотографию и попыталась запомнить все детали. Кто же она такая? Теперь это главная интрига, которая будет крутиться в моей голове. У неё коричневые и слегка волнистые волосы. На ней зелёная водолазка и что интересное, такой же треугольный амулет, как мне дал Ипполит. Аноним хочет поиграть со мной в какую-то игру. Но если он в чём-то и прав, так это в том, что Ипполит скрывает многое от меня. Глубоко погрузившись в свои мысли, я не сразу услышала мурлыкание Китти, пока она не начала ласкаться об мои ноги. Опять эта белокурая кошка с гетерохромией. После всего, что происходит, она вызывает у меня сомнения. Присев на колени, я спросила: - Китти, могу ли я тебе доверять? В ответ кошка промурлыкала, и я взяла её с собой. Положив фотографию и письмо обратно в конверт, я вышла из фургона. К этому моменту, Жанатан ожил. - Хани, ты в порядке? - Не зови меня так больше. - Пожалуйста, извини. Мне очень стыдно за то, что произошло. Я понимаю свою ошибку. Как я могу её загладить? - Ну, не знаю. Исчезнуть из моей жизни? Наверное, меня бы это устроило. - Ты хочешь этого? - Да. И вдруг, лицо Жанатана резко стало безразличным. Он действительно повернулся в противоположную сторону и ушёл в неизвестном направлении, как робот. И теперь, я начала сожалеть, что нагрубила ему. Ведь, с чего же я взяла, что это он пытался отравить меня. Он же всего лишь пешка в игре неизвестного злоумышленника. Я не умею сдерживать эмоции. По пути домой, в руках у меня был конверт и Китти. В голове крутились разные мысли. И когда я уже подошла к территории нашего дома, кошка резко зафыркала и поцарапав мои руки, выпрыгнула на землю. - Да что такое, Китти?! В ответ она снова фыркнула, а затем помчалась куда-то в переулки. Я сначала ничего не поняла, а потом меня осенило. У врага нашего города гетерохромия и возможно белая растительность на примере волос или бороды. Мой дом был защищён кукольным колдовством Ипполита, который не пропустит злоумышленника и его способы контролировать мной. А если Китти не смогла зайти в дом вместе со мной, значит она и есть тот самый злоумышленник. Узнав, что у меня есть слабость к милым котятам, он решил подкрасться ко мне именно в этом образе. Хитрая чертовка, либо я слишком глупа. И не заметила, как сильно меня поцарапала Китти своими острыми когтями. Ведь мне совсем не было больно. То странное чувство, когда когти пронзают кожу - я ощутила, но вот боль - нет. Никакой крови и царапин нет, лишь порванная плоть и дыры. Мои бледные запястья были изуродованы ссадинами из которых не текла кровь. Китти меня проткнула, будто я не человек, а резиновая кукла. Я смотрела на свои запястья и от этого мне стало очень некомфортно. Мне хотелось зайти домой, но не хотелось видеть там кого-либо. Подойдя к входной двери, я прислушалась к дому, и было настолько тихо, что мне показалось будто внутри уже никого нет. Но стоило мне открыть дверь и пройти через порог, как резко и внезапно послышался смех родителей и гостей из холла. Мне хотелось незаметно проскочить, но передо мной появилась Айша. - Хани, мы так рады что ты вернулась. Поздравляю с участием на конкурсе Мисс Хорсбрук. Садись с нами. Мы должны это отпраздновать! - жизнерадостно лелеяла Айша и потащила меня за руку в холл. На диванах, за кофейным столиком сидели мои родители и отец Жанатана, которые смотрели на меня улыбкой и гордостью. Но меня это лишь раздражало. Просто уже не могу дальше терпеть слишком приторный голос Айши. - Я хочу чтобы вы ушли. Сейчас же. Все. - сказала я топорным голосом, на что все они застыли и уставились на меня, - Уходите. Натянутые улыбки с лиц гостей и моих родителей исчезли, приняв нейтральное выражение. Затем, гости взялись за ручки и вышли из дома, а мои родители поднялись наверх, скорее всего, в свою комнату. Моя догадка подтвердилась. Во всех этих людях, что окружают меня, нет ничего настоящего. Даже в самих близких мне персон. Стоит просто сказать им уйти прочь и они безусловно повинуются. Словно в них нет собственной воли и самосознания. Думать о том, что все вокруг меня фальшивы, конечно, не хотелось. Но все факторы вели к этому. Мои мысли терроризировали меня. Я поднялась наверх, зашла в ванную комнату и заперев дверь, начала плакать. Взглянув в отражение зеркала над раковиной, я смотрела на себя, и не видела слёз на лице. Я чувствую, как по моим щекам текут горькие слёзы, но в отражении их нет. Плачущее и сморщенное выражение лица, при этом нет красноты и мокрых глаз. Коснувшись своих щёк понимаю, что они сухие. А может, я и сама фальшивка. Ведь точно утверждать кто я такая у меня не получится. Чем больше копаюсь в себе, тем сложнее. Вечный самоанализ вертится в голове. Миллионы вопросов, и ни единого прямого ответа. Одни ребусы, пазлы и загадки которые мне раскидывают на поле, а дальше собирать по кусочкам единую картину приходится мне самой. Я потеряла смысл всего, что помогало бы мне продолжить своё существование. Мне очень тяжёло прямо сейчас переварить свои нескончаемые мысли. Не хочу жить в мире, где всё теряет смысл. Не хочу двигаться дальше. Хочу остановить поезд жизни и сойти с пути. Я потеряла стержень, по которому могла бы продолжать своё существование. Для меня образовался какой-то тупик. Мне просто не хочется двигаться дальше, где всё для меня потеряло смысл. Была бы возможность на какое-то время вынуть свой мозг и отдохнуть от него, получив полную тишину в голове, то я бы это сделала не задумываясь. У меня буквально несварение информации. Меня также пугает мысль, что мне ничего неизвестно о мире, который находится за пределами закрытого от всех города. Это сравнимо с диким зверем, запертым в клетке зоопарка, где ему сделали дешёвые условия и кормят по расписанию. Животное потеряло все свои инстинкты и не видело мир за пределом железной клетки. Продолжив лить слёзы, я решила сесть за свой старый компьютер и поискать нужную для себя информацию в интернете. Сеть ловила очень плохо. Вкладки грузились долго. Поисковый сервер выдавал ошибку на любой вопрос который я вбивала. Единственное, что он мог мне находить, это информацию о Хорсбруке и его известных жителях. Не больше. Выплакав все несуществующие слёзы, я направилась в комнату родителей. По началу, как это уже было прежде, в коридоре царила тишина, пока я не подошла ближе к двери их комнаты и не начался смех. Они сидели на кровати и активно обсуждали какие-то темы. Дверь открылась от моего входа, но они не реагировали на меня. - Мам…Пап, извините меня. - с таких слов начала я, они сразу повернулись ко мне. - За что, дорогая? - одновременно сказали двое. Классно, они даже не помнят или не понимают за что я извиняюсь. - За то, как я себя вела, там, на первом этаже. При наших гостях. - Всё хорошо, дорогая. Ты ни в чём не виновата. - сказала мама, - Пойдём обратно вниз, сядем рядом с камином, я тебе приготовлю какао. - Какао разве не сладкий напиток? Сладкое разрешено только по воскресным дням. - Тебе можно. - Дорогая, послушай маму. - сказал отец. Мы спустились вниз, сели с папой рядом с камином, где он разжёг дрова, а мама направилась на кухню делать мне какао. Я решила задать несколько вопросов обо всём, сидя на ковре рядом с отцом. - Пап, а как давно мы живём в Хорсбруке? - Всю твою жизнь. - Мы же не можем быть коренными жителями, верно? - С чего такие вопросы, милая? - Хочу заново узнать важные детали. Я ведь потеряла память. - Тебя такие вещи не волновали и до потери памяти. Тебя что-то тревожит? Кажется, отец старается избежать моих вопросов. - Просто, я сейчас более любопытна, когда ничего не помню. Нужно же пополнять баланс знаний, иначе я хожу такой туповатой как пробка. - Не бойся, жители Хорсбрука не будут доставать тебя подобными вопросами. - Хорошо, папуль. Тогда назови мне самый любимый момент из своей жизни, связанный со мной. - Дорогая, такие моменты длятся и сейчас. - Ну пап. - Я серьёзно. Я ценю каждый момент проведённый с тобой, начиная с твоего дня рождения. - Дорогуша, твой отец так устаёт после работы, что не соображает как тебе отвечать. - появилась мама дав мне чашку с горячим и ароматным какао. - А разве вам уже давно не пора на работу? - Мы не могли оставить тебя одну, видя что тебе плохо. На самом деле, мне совсем не хотелось пить, но аромат какао притягивал к себе своим аппетитным запахом. И вот я уже приподнесла чашку к своим губам и хотел сделать глоточек, как резко послышался громкий женский крик. - О боже, что это было? - Ты о чём, милая? - спросил отец, будто ничего не слышал. - Вы что не слышали крик? - Тебе показалось, доченька. Я поставила чашку на пол и встала с ковра. Резко обернувшись, увидела как мама стояла с приподнятой рукой в которой держала иголку, что показалось мне на первый взгляд. Но в руках она держала корсажную булавку золотого цвета. От испуга, я инстинктивно схватила за руку матери и отобрала злобную булавку из её рук. С полным ужасом в глазах, я посмотрела в её глаза, которые, кажется, тоже были напуганы. - Мам, что ты собиралась сделать? Мать мне не отвечала, а просто смотрела в ответ. Теперь я обернулась к папе, и увидела, что он тоже в руке держит корсажную булавку. - ОСТАНОВИТЕСЬ! - закричала я на весь голос, от чего родители застыли статуей. Я помчалась прочь из дома, сильно напугавшись недобрых действий своих родителей. Вновь послышался женский крик, и я узнала в нём голос Нурай, на что проникла к ней в дом. Внутри жилища много узких коридоров и дверей, поэтому мне пришлось побегать от двери к двери по дому, ориентируясь на крик. Не дом, а лабиринт с мебелью. В одной из двери, мне всё-таки удаётся найти Нурай, плачущую сидя на полу, перед большим разбитым зеркалом. - Нурай, что случилось? - тревожно спросила я и коснулась её плеча. Она дёрнулась от моего прикосновения и закричала вновь, только уже по-другому, более реалистично, искренне и громче. - О боже, Кулумшина? Что ты делаешь в моём доме? - Я услышала твой громкий крик и прибежала на помощь! - Ты посмела войти в мой дом без разрешения. Может это ты разбила мое любимое зеркало? Святой Инарис. Нурай пробитая насквозь больная психопатка. То есть она кричала и оплакивала разбитое зеркало? И кстати, она выглядела так, словно плакала. А её глаза абсолютно сухие. Но я точно слышала вопль. Она тоже плачет без слёз… - Нурай, я всего лишь испугалась за тебя и пыталась помочь. - В моей жизни самая большая угроза это ты! - Да почему ты так ненавидишь меня? Нурай не могла ничего ответить и просто молча смотрела мне в глаза. Я пригляделась к ней, и заметила в её глазах совсем другую эмоцию. Когда она говорит, она полна ярости и уверенности, но глаза говорили об абсолютно обратном. Мне был виден страх её очей. - Всё. Я звоню проповеднику Ипполиту Владимировичу. - сказала она и потянулась к своему телефоне на комоде, но я схватила за её руку. - Нурай, остановись. Она застыла. У меня что, есть некая сверхспособность заставляющая людей делать то, что я им говорю? Я отпустила её руку и пристально посмотрела в её карие глаза. Глазные яблоки двигались. Потом они начали двигаться от стороны в сторону, сверху вниз и закатываться вверх, словно пытались мне что-то сказать. В этот странный миг, в комнату входит Ипполит. Я теперь всерьёз думаю о том, что он умеет телепортироваться. - Ханайым, Нурай, что происходит? Живая статуя ожила и сразу начала жаловаться проповеднику. - О, Ипполит, в мой дом пробрались без моего разрешения! - Кто же мог допустить себе такую невоспитанность? - Спросите лучше у неё! - проворчала она указав на меня. - Ипполит, я могу объясниться. Всё было не так. Я услышала крик и прибежала на помощь. У меня не было корыстных целей. - А как ты мне объяснишь зеркало которое ты разбила?! - продолжила клевету Нурай. - Тише. - ответил Ипполит, на что та замолчала, - В разбитом зеркале виновата не Ханайым. И это не первый подобный случай. Нужно поднять тревогу и оповестить о тайном злоумышленнике весь Хорсбрук. Я взглянула в это зеркало с несчастной участью. В нём отсуствовал один большеватый осколок по середине. Прям как это было с золотым зеркалом в моём доме. Ипполит молча и рассержено вышел из комнаты. После него, в ту же секунду, в комнату вошли двое мужчин и унесли зеркало. Откуда появились они мне вообще непонятно. Нурай так и продолжила стоять молча, закручивая пальчиком прядь волос. Не дожидаясь, пока она сама начнёт выгонять меня из дома, я вышла наружу. Я не поняла ход её действий и не находила логику в её поведении. Нурай так сильно расстроило, что её зеркало кто-то разбил. Это показалось мне очень странным. А кричала она так, словно на неё напали с ножом. Ипполит стоял на улице. Как обычно, весь в тёмном прикиде. Ветер развивал его чёрные длинные локоны. Прежде, я не видела его настолько сердитым и тревожным, как сейчас. Бытовые проблемы Хорсбруковцев это действительно мелочи, в отличии от таинственного вредителя. Он напуган и беспокоиться о своём городе. В этом мне он понятен. Но во всём остальном - он для меня полная загадка. - Ипполит, как себя чувствуете? - спросила я стоя позади него. - Нейтрально. - ответил он, продолжая стоять спиной ко мне. - Вы так сильно мне доверяете. Откуда же вам было знать, что это не я разбила зеркало? - Мне стоит в тебе сомневаться? - Я та личность, которая однажды совершила крупное преступление, в последствии чего потеряла память и явно веду себя не так, как ведут типичные граждане. Откуда же вам знать, что я не совершу нечто ужасное вновь? - Потому что, я знаю всё. Я знаю всё о всех жителях этого города. Даже о тебе. - Ну раз вы знаете всё, то тогда у меня есть соответствующий вопрос. Есть ли что-то, что вы скрываете от меня? Ведь я желаю знать лишь правду. - Иногда ложь идёт во благо. И если я что-то скрываю, то лишь в благих намерениях. - Уверенна, вы утаиваете от меня многое, Ипполит. И не уверенна, в моё ли благо, или же в ваше. Ипполит обернулся и презрительно посмотрел на меня. Я лишь улыбнулась и сделала вид, что иду к себе домой. Но в дом возвращаться не собиралась.

***