«Черный Призрак» Портовой Мафии, «Ангел Возмездия» белых снегов

      — Ацуши, ты в порядке? — спросил Чуя, когда тигр пришёл в себя.       — Кажется, да, — проговорил оборотень, поднимаясь на ноги. — Что это было?       — Не знаю, возможно, так и должно было произойти? Тот эспер говорил что-то о том, что встретившись со своим двойником, ты сможешь раскрыть потенциал своей способности полностью. Ты чувствуешь какие-нибудь изменения в себе?       — Не уверен. Но, кажется, у меня было какое-то видение.       — Какое видение?       — Всё происходило будто во сне, и я видел то место сквозь туман, а ещё видел книгу с пустыми страницами.       — Она в этом мире?       — Я не уверен. Но мне кажется, что я смогу вызвать это видение снова.       — Давай убираться отсюда.       — А мой двойник в порядке?       — Не переживай, он жив, — заверил оборотня Чуя. — Уходим.       Накаджима кивнул, и они с Чуей поспешили уйти подальше от этого места.       Оказавшись на окраине Сурибачи, эсперы решили остановиться.       — Здесь до нас нет никому дела, — произнёс Чуя. — Если ты хотел что-то сделать, то делай. Кстати, эта странная руна будто выжжена на твоей груди, и она не исчезает, даже несмотря на твою регенерацию.       Оборотень опустил взгляд на свою грудь и поморщился от увиденного. Этот символ действительно был выжжен на его коже.       — Болит? — спросил Чуя.       — Немного, — ответил Ацуши и зажмурил глаза, пытаясь вызвать видение книги, которое у него было, когда он лежал без сознания.       Минут через пятнадцать он произнёс:       — Я снова видел её. Это видение подобно вспышке, но я чувствую, что эта книга далеко, не в этом... — Накаджима не успел договорить: его и Чую отбросило волной гравитации, правда недалеко. Чуе удалось справиться с ней, и он тут же нанёс ответный удар по своему двойнику.       — Ах, вот вы где! — послышался голос Дазая. — Спокойно! Чуя, отпусти оборотня. И ты тоже успокойся. — Местный Осаму обратился сначала к своему любовнику, а затем к его двойнику.       — Не смог удержаться, прости, — ухмыльнулся Чуя из этого мира, поднимаясь на ноги, после того как был отброшен Смутной Печалью своей копии, и деактивировал способность.       — Мы не собираемся с вами драться, — сказал Дазай, обращаясь к гостям из параллельной вселенной. — Ваше существование имеет смысл в той реальности, из которой вы пришли, поэтому мы не хотим вас убивать. Но всё же отпустить тоже не можем, по крайней мере, до тех пор, пока вы не ответите нам на один вопрос.       — Какой? И как вы нас выследили?— спросил Ацуши, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду, а мгновенье спустя к ним вышел местный Акутагава.       — Зачем вы встречались с нашим Ацуши, и что именно вы сделали? Только не советую врать, если не хотите оказаться в подвале Портовой Мафии.       — Мы не знаем, что произошло, — вступил в разговор рыжий гость из параллельной вселенной.       — Чу-уя, ты хоть и не совсем тот Чуя, которого я знаю, однако врать мне ты так же не умеешь, как и он. Я по твоим глазам вижу, что ты лжёшь, — сказав это, Осаму взглянул на Рюноске, который мгновенно исчез и спеленал Накахару по рукам и ногам Расёмоном, оказавшись за его спиной. На все это у него ушло времени, едва ли больше одной секунды. — Не делай глупостей. Вампиры очень быстры, и их практически нельзя убить, — продолжил Дазай, видя, как Чую окутала алая аура. — Ты должен знать об этом, если в вашем мире Акутагава тоже вампир. Без порчи тебе его не одолеть.       Чуе всё это было известно, и убивать Рюноске или своего двойника, а также Дазая, он тоже не собирался. Однако смириться с поражением и отступить, он также не мог: им всего-то надо было с Ацуши просто сбежать и продолжить поиски Книги. Поэтому он сделал вид, что деактивировал способность, но в тот же миг, снова её активировал и разорвал Расёмон на части, однако Акктагавы сзади него уже не было. Вампира не отбросило гравитацией, применив сверхскорость, он практически мгновенно куда-то переместился, куда именно, Чуя не знал, так как его движения были молниеносными. А потом он появился позади оборотня, но ни Чуя, ни сам Накаджима этого не заметили, если не считать, едва ощутимого дуновения ветерка, которое почувствовал Ацуши за своей спиной, перед тем, как его пронзила адская боль одновременно почти во всех конечностях. Отрезанная Расёмоном нога и обе руки тигра, упали на землю рядом с ним, и лишь они служили доказательством того, что это сделал с ним Акутагава.       Оборотень упал вслед за своими конечностями, скорчившись от боли, и его крик заложил уши всем здесь присутствующим. А тем временем местные Чуя с Дазаем стояли неподалёку, спиной друг к другу, и, с улыбками на лицах, наблюдали за происходящим.       Накахара-гость огляделся по сторонам, но нигде не увидел вампира, его способность была активна, однако несмотря на это шляпа Чуи, прорезанная Расёмоном, упала на землю вместе с прядью рыжих волос, а также куском чёрной ленты способности Рюноске. Гравитация сработала, но не так быстро, как хотелось Накахаре, оторвав лишь ту часть Расёмона, которой вампир нанёс удар. Чуя не увидел Акутагаву и не уловил движения вампира, хотя Смутная Печаль должна была отбросить нападавшего. Значит, дар Рюноске оказался быстрее способности Чуи. Накахара знал о сверхскорости Акутагавы, но в своем мире он с ним никогда не сражался, поэтому и готов к такому, можно сказать, не был. Он ударил волной гравитации наугад, минуя лишь оборотня: местный Чуя защитился своей способностью, на Осаму Смутная Печаль не подействовала, а вампир оказался вне зоны досягаемости волны.       Это была демонстрация силы, Накахара понимал, почему Рюноске действовал именно так. Если бы их хотели убить, Акутагава изначально нанёс бы удар ему, а не Ацуши. А если учитывать присутствие здесь Осаму и двойника Чуи, те сейчас просто стояли в стороне, не принимая участия в «битве», конечно, гости из параллельной вселенной были в очень невыгодном положении. Если Чуе придется вступить с этими эсперами в реальный бой, то без порчи не обойтись, а местный Дазай вряд ли станет его спасать после применения сингулярности.       — Хорошо, — сказал Чуя, подходя к страдающему от боли тигру и, взяв одну из отрубленных рук Ацуши, пристроил её к тому месту, где она должна была быть изначально. — Я расскажу правду, но что потом?       — А потом мы решим, что с вами делать, — бесстрастным тоном проговорил Осаму. — Рассказывай, пока тигр будет приращивать свои конечности на место.       — Нам нужен был ваш тигр для того, чтобы раскрыть полностью потенциал способности Ацуши, — произнёс Чуя, бросив мимолётный взгляд на Осаму, который сложив руки на груди, неотрывно смотрел на него. — Это должно было помочь в поисках Книги.       — Каким образом? — поинтересовался Осаму.       — Я не знаю. Он должен был почувствовать её, но ничего такого не произошло.       — Правда? — Дазай испытующе смотрел в голубые глаза Накахары-гостя. — И всё-таки ты что-то не договариваешь.       — Я не знаю, — повторил Чуя. — У него появилась какая-то руна на груди, но прошло слишком мало времени, он ничего не успел понять про Книгу.       Дазай подошёл к оборотню и, расстегнув несколько пуговиц на его рубашке, взглянул на руну, к тому времени Ацуши полностью прирастил одну руку. Осаму положил свою ладонь на символ на его груди: сверкнула белая вспышка, и руна исчезла, но когда Дазай убрал руку, она вновь начала проявляться.       — Очень интересно, — проговорил Осаму.       — И что с нами будет? — поинтересовался тигр.       — Я собираюсь отправить вас домой. И больше не появляйтесь здесь. Забудьте про Книгу.       — Ты знаешь, как отправить нас домой? — спросил Чуя-гость.       — Знаю.       — Когда?       — Как только твой оборотень полностью регенерирует.

***

      Несколько часов спустя...       — Эспера доставили в порт, — сказал Акутагава Дазаю, проходя в его кабинет, в котором, помимо него, находились Чуя и гости из другого мира.       Осаму кивнул:       — Хорошо. Веди его сюда.       Акутагава вышел, а через несколько минут вернулся вместе с Сэйтё Мацумото, конечно, это был не тот эспер, который отправил сюда Чую и Ацуши, этот являлся двойником Мацумото из данной реальности. Но благодаря информации, полученной от Достоевского Дазаем, когда последний сидел в соседней с ним камере в тюрьме, он знал, что этот Сэйтё обладает такой же способностью, как и тот эспер и примерно представлял, как она работает.       Достоевский был знаком с Мацумото и знал о параллельных мирах, а также об эсперах, способных перемещаться между ними. Он как-то сказал Осаму, о том, что все люди, как одарённые, так и нет, имеют в каждой параллельной вселенной своего двойника, который обладает в целом таким же характером и способностью. Но бывали некоторые исключения, иначе события в этих мирах развивались бы идентично. Безусловно отличия были, так как люди — это всего лишь люди, и, под влиянием обстоятельств, они способны совершать определённые поступки. Но если обстоятельства немного изменятся, то и поступки одних и тех же людей могут быть другими, что повлечёт за собой иные последствия. Поэтому и события в разных реальностях проистекают по разному. А в некоторых, очень редких, случаях люди и их двойники из параллельных миров могли иметь отличающиеся друг от друга характеры, способности и даже различия во внешности. Хотя это уже не двойники выходит, а совсем иные личности, имеющие одинаковые имена и фамилии.       Достоевский, наверное, от скуки рассказал когда-то обо всём этом Дазаю, но Осаму не придал в то время значения информации, касающейся параллельных миров, хотя и запомнил её. Его целью в то время была иная информация, которую ему тоже удалось выведать у Феди, и касалась она Камуи и организации «Смерть Небожителей». Интересный метод общения у них с Фёдором был в то время, вспоминал Осаму, при помощи чисел, но ещё более необычным способом Дазай передавал полученную информацию Анго Сакагучи. Что же касается Мацумото, то Фёдор как-то упомянул о том, что хотел бы заполучить этого эспера в свою организацию, однако Сэйтё не желал в неё вступать. Почему Достоевский рассказал тогда об этом ему, Осаму догадывался. Видимо, посчитал, что Дазай никогда не выйдет из тюрьмы для одарённых, учитывая его преступления, и передать информацию кому-либо тоже не сможет, ведь никто не знал, что Осаму умеет контролировать свой сердечный ритм и именно таким способом передаёт информацию Анго. Поэтому, когда Чуя пришёл за Осаму, разгромив половину тюрьмы, Достоевский был очень зол. В тот момент он понял, как сильно облажался.       — Отправь наших гостей домой, — обратился Дазай к Сэйтё.       Эспер подошёл к Чуе и Ацуши. Взглянув на них, он обратился к Дазаю:       — Это вполне реально, только мне нужно немного времени, чтобы определить откуда они пришли.       — Без проблем, — сказал Осаму, и Мацумото взял за руки Накахару и Накаджиму.       Минут через десять он произнёс:       — Теперь я знаю, откуда пришли эти двое, и могу отправить их домой.       — Хорошо, действуй.       Когда гостей из параллельной вселенной привели в Портовую Мафию, Чуя незаметно передал Ацуши записку, поскольку шептаться им вряд ли бы кто-то позволил. На малюсеньком клочке бумаги оказались написаны очень мелким почерком пять слов, под ними шла толстая черта, а ниже было написано ещё одно слово:       «При перемещении, представь это место, — а ниже: — Уничтожь».       Ацуши удалось прочесть записку так, чтобы никто не заметил, использовав улучшенное зрение, которое давала ему его способность. Про себя он отметил, что Чуя писал записку ни ручкой, ни карандашом, а скорее всего, Смутной Печалью. После её прочтения, оборотень, отвернувшись ото всех, всё так же незаметно проглотил записку. И теперь, когда Сэйтё начал их перемещение, Чуя взял за руку оборотня, а тот представил Книгу с пустыми страницами в том месте, которое он видел ранее.       Пространство вокруг них завертелось, и эсперы куда-то провалились. Падение быстро прекратилось, и они поняли, что находятся уже не в той реальности, где только что были, но и не в своём мире.       — Кажется, получилось, — произнёс Чуя. — Мы должны были оказаться в том мире, в котором Книга, если ты всё правильно сделал.       — Я думаю, что мы там, где нужно, раз мы не вернулись домой.       — Попробуй почувствовать Книгу.       Ацуши закрыл глаза и сосредоточился, руна на его груди засветилась, а потом он сказал:       — Она точно здесь, я снова видел её, только гораздо яснее, чем в своих видениях, и руна на моей груди горела, будто раскалённый металл приложили к коже.       — Она светилась. На этот раз мы не станем обращаться к своим двойникам. Не важно, что здесь происходит, в порт соваться нельзя и мелькать в городе тоже. Нужно переждать где-то до вечера. Когда стемнеет, отправимся на поиски.