io servo...

Рукия очнулась в каком-то погребе. Сырая земля заменяла стены и пол, а импровизированный потолок из еловых веток пропускал лунный свет, немного освещая пространство вокруг девушки. Брюнетка попыталась вскарабкаться наверх, но ничего не выходило. Она кричала, подбрасывала камушки, но никто так и не ответил ей. — За что, Соде? — повторяла Рукия, обхватив себя руками и сидя на земле. Силы давно ее покинули, последние из которых были потрачены на слезы. Лунный свет нервно подрагивал на стенах, видимо шел дождь. Где-то наверху доносились голоса людей, но никто так и не заглянул проверить ее. Руки дрожали, а ноги затекли. Под ногтями куски земли, кое-где ссадины от падений. Пару раз ей все-таки удалось вскарабкаться. — Ты не должна волноваться. Твое присутствие здесь, гарант безопасности. Послушался голос сверху, и ветки начали раздвигаться. Светловолосый человек смотрел на нее грустными глазами, словно просил прощения. — Кто вы? Что вам нужно от меня?! — закричала Рукия. — Я прошу, успокойся. Никто ничего тебе не сделает. Вот, возьми это. — Он спустил вниз веревку с корзиной, где лежала еда, вода и одеяло. — Придется держать тебя здесь, так как из палатки ты можешь сбежать. Прости. — Вы так и не ответили на мой вопрос. Кто вы? — Я Укитаке, отец Соде. — Но Вы же погибли! — Нет, может, в какой-то степени это и правда, конечно. Рукия, а ты помнишь мать? — Нет. — А я ее видел. Ты точная ее копия. Кучики очень повезло, что у него выросли такие дочери. — Что?! — переспросила девушка, вжимаясь спиной в стену. — Знаешь, Император прибыл на остров. Так что пора раскрыть тебе тайну вашего с сестрой происхождения. Ты и Момо являетесь наследницами одной знатной семьи в Риме. Их фамилия Кучики. — Ты тронулся умом, — горько усмехнулась девушка. — Этого не может быть. — Если бы. Вас похитили еще в детстве, при этом погибла Хисана. — Не смей впутывать в свой бред мою мать! — закричала Рукия, сжимая кулаки. — Она пыталась вас защитить от слуги, что предал их. Его имя Аэронилью. Он служил Императору… Укитаке еще долго говорил, стараясь объяснить причину поступков Шибы, только девушка его не слушала. «Нет, этого не может быть», — думала она, пытаясь отогнать свои воспоминания. Те самые, когда отец часто повторял, как ненавидит ее, как похожа она на мать, синяки и ссадины. А еще тот день, когда нож вошел в его тело, не давая право продолжать жить. Слезы хлынули из глаз, но Рукия даже не пыталась сдержать их. Сердце сжалась в комок, а каждый удар эхом отдавался в ушах. Брюнетки больше всего в жизни хотелось исчезнуть. Пусть ненадолго, но чтобы ее никто не видел в этот момент. Каких-то пара слов смогли разрушить ее мир, оставляя после себя руины и грязь. — Убирайтесь, прошу, — тихо прошептала девушка, отрешенно смотря перед собой. Укитаке снова задвинул ветки. Только в этот раз лунный свет не проникал сюда, превращая все вокруг в кромешную тьму. Но девушка не пошевелилась, продолжая сидеть на холодной земле. Пальцы подрагивали, то и дело сжимаясь и разжимаясь. Губы что-то беззвучно нашептывали, кажется, это были слова просьбы о прощении. — Не надо было так резко, — сказал Шунсуй, который все это время был рядом. — Она сильная девочка, справиться, — ответил Укитаке. Только во взгляде было какое-то сомнение. — Я сильно изменился? Ведь раньше бы я так никогда не поступил с ребенком. — Да, все мы изменились. Но никогда не поздно вернуть что-то старое, — усмехнулся его друг. — Иногда мы теряем слишком много, то, что никогда не вернуть. — Тогда нам остается лишь лучше беречь то, что сейчас имеем. Укитаке ничего не ответил. Да в общем-то, этого и не требовалось. Шунсуй лишь озвучил истину, которой они пренебрегли много лет назад. А мертвых уже не вернуть. Сколько бы ни пролилось новой крови, не зависимо от того свершилась месть или нет — все это будет напрасно. Только остается надежда, что это поможет успокоиться собственной душе, затянуть швы на ранах и прекратить кошмары, что каждую ночь посещают твои сны. ___________________ — Гримм, — обратился Улькиора к другу, который уже минут десять, как хранил полнейшее молчание. — Айзен бы так не поступил. — Хочешь обмануть себя? — голос был пропитан горечью. — У Императора никогда не было слабостей и все беспрекословно подчинялись ему. — И он никогда не будет ни с кем делить власть, — закончил за него речь Шиффер. — Необходимо выбраться отсюда. — Пока они не выпустят нас сами, мы ничего не сможем сделать. — Тогда стоит заключить с ними сделку. — И что же мы предложим им взамен? Вряд ли этим людям нужно золото, - усмехнулся Джагерджак, делая новую попытку встать на ноги. — Нет. Есть кое-что получше. Голова Соуске, — спокойно ответил Улькиорра. — Я не откажусь от такого подарка, — сказал Шинжи, входя внутрь камеры и пропуская неяркий свет внутрь помещения. Ребята зажмурили глаза, пытаясь прятать лица. Они уже привыкли к кромешной тьме, а свет действовал раздражающе. — Это значит, что ты нас отпускаешь? — спросил Гримм. — Обстоятельства изменились. Сегодня пришло сообщение, что Рукия была похищена. Скорее всего, над этим поработал Айзен. Только расположение лагеря он никак не мог узнать, а значит, в наших рядах есть предатель, — сказал Хирако, в его руке блеснул обнаженный клинок. — С Момо все в порядке? — Да. За ней теперь присматривают. А вот жених Рукии рвет и мечет. Хичи никогда не отличался особой сдержанностью. Улькиорра, у тебя серьезный противник, — засмеялся Шинжи, за что сразу получил по голове от подошедшей Хиори. — Заткнись, — пробубнила девушка. — Давай, делай то, зачем мы пришли. Она была явно недовольна. Брови сдвинуты, а руки сжаты в кулаки. Вся ее поза показывала, что девушка напряжена. — Как хочешь. Мужчина стал медленно подходить к Гримму. В его руке был зажат нож, что опасно переливался на свету. Джагеджак не собирался просто так сдаваться, он приготовился атаковать. Хотя его положение и было плачевно, но умирать без боя Гримм не обирался. Он кое-как смог встать, но ноги были связаны, а значит, ни о каком побеге речи и не могло быть. Шинжи резким движением оказался за его спиной, занося руку для удара. — Эх, вот и закончилось ваше время, — проговорил он, когда метал легко скользнул, окрашиваясь в красный цвет. — Следующий ты, Шиффер. __________________ Ичиго уже бегал полчаса по лагерю, пытаясь разыскать Соде, но девушка постоянно ускользала. Псоле того, как стало известно, что Рукию похитили, в лагере объявили тревогу. Начали искать врагов, но кроме следов у реки ничего так и не было обнаружено. Последней, кто видел девушку, была его невеста. Хичи был просто в бешенстве: избил человека, который должен был сторожить Рукию. Тот до сих пор в себя не пришел, кстати. Хитцугая не отходил от Момо ни на шаг. Гин, Урахара и отец о чем-то разговаривали в доме, никого не впуская внутрь. Ренджи с Тацке искали Исиду и Иноэ, которые тоже куда-то пропали. Весь лагерь словно превратился в пустошь. Дети были заперты по домам, женщины оставались с ними, а мужчины готовились к нападению, точа мечи и пропитывая наконечники стрел ядом. Кто-то тихо о чем-то перешептывался. В воздухе витал запах грядущей битвы и смерти вперемешку с напряжением. Все-таки был предатель, и возможно, он находился еще здесь. Первым, кого увидел Ичиго, был Урью. Он неспешно шел ему навстречу. Только лицо у него было какое-то задумчивое, а пальцы теребили края туники. Он продолжал одеваться как римлянин, даже прожив столько лет в лагере бриттов. — Что произошло? — спросил рыжий, смотря на друга. — Иноэ… — парень замолчал, собираясь с мыслями. — Я считаю, что свадьбу твоего брата и Рукии необходимо отменить, — уже уверенно заявил Исида. — Ты что-то узнал? — Да, но ничего не могу рассказать. Как только вернем в лагерь Рукию, необходимо тут же отменить свадьбу. — Мы даже не знаем, где она сейчас. Отец постоянно молчит, впрочем, как и Урахара. — Ты нашел Соде? — Нет, видимо, она очень переживает, что Рукию снова похитили. — Понятно. Тогда дай ей побыть одной. Мой отец прибудет сюда в скором времени. Куда это он так спешит? — спросил Урью, смотря куда-то за спину рыжего. К ним подбежал Ренджи. Он остановился, пытаясь отдышаться и сообщить что-то важное. — Там... там... — повторял Абарай, делая глубокие вдохи. — Что случилось?! — крикнул Ичиго. — Нашли предателя? — Нет, хуже, все намного хуже. Там... там этот… — Ренджи снова замолчал. — Там мертвец, — наконец-то выговорил он. — Кто? — переспросил Исида. Но крик Момо заставил их бросить все расспросы и бежать в сторону лагеря. Первым, кого они увидели, был Хитцугая, что нервно сжимал рукоять меча. Затем — перепуганную девушку. А рядом с ней застывшую Мацумото. Напротив них стоял темноволосый мужчина с темно-синими глазами. — Аэронилью, — прошептал Ичиго. — Я же сказал, мертвец, — прошептал Ренджи. — Нет. Я живее всех живых, — обратился к ним мужчина.