Я не хочу тебя терять...

Дом — Университет. Университет — дом. Каждый день один и тот же, неменяющийся для Бокуто. Очередной раз идя по дороге домой, он наткнулся на одно очень заманчивое объявление. В нем говорилось, что ищут сиделку для инвалида. Странное предложение, но Бокуто принял решение, что хочет там работать. На самом деле, его привлекла зарплата, настолько, что у него округлились глаза от изумления. — Проходите, — произнесла женщина средних лет, пропуская Бокуто в дом. — Я хочу обсудить с вами то, что вы должны выполнять, пока будете работать у нас. — Хорошо. — Во-первых, вам следует жить в нашем доме, это создано для безопасности Акааши. Также, помимо вас здесь работают врачи. Поэтому я вас предупреждаю, чтобы позже вы не удивлялись тому, что вы не одни, — подойдя к Бокуто, она шепотом прошептала. — Кейджи совсем не любит сиделок и постоянно мне твердит, что ему это не нужно. Были когда-то и другие сиделки, но они ушли, не проработав и недели. И вот, я в очередной раз надеюсь, что в этот раз, вы меня не подведете и пробудете у нас больше, чем они. — Я вас понял, Кейджи-сан. — А вот и ваша комната, — стоя на прежнем месте, она произнесла, указывая на белоснежную дверь. — Можете ее обустраивать как захотите. Знакомство Бокуто и Кейджи прошло крайне негативно. Последний совсем не принял нового человека в свою компанию с докторами. Общение их также не налаживалось. Как ни крути, но самым заинтересованным в их общении был Бокуто, что было крайне логичным. Каждый раз Бокуто искал повод, чтобы различным способом поговорить с Акааши, а он каждый смотрел куда-то вдаль, не обращая на Котаро никакого внимания.

***

День за днем ничего не менялось. Общение Бокуто с Акааши так и не наладилось. Так и прошла первая неделя проживания Бокуто в доме Акааши. Очередной день. Бокуто, пробыв в университете, вернулся с прекрасным настроением в надежде на то, что Акааши обратит на него внимание. И вот, снова ничего не поменялось. Котаро планировал лечь спать, думая о том, что этот день ничем не будет отличаться от других. Он уже лег в привычную постель, планировал затушить свет, исходящий из лампы, как неожиданный звук, раздавшийся из радионяни, которую специально дала мать Кейджи, чтобы Бокуто следил за состоянием Акааши, серьезно напряг Котаро. «Что-то с Акааши» — пронеслось у Бокуто в голове. Бокуто никогда не заходил в комнату Акааши, это был первый раз. Да, он видел ее отрывками, но это не давало ему возможности увидеть всю картину, и полностью реализовать в своей голове комнату. Но Бокуто не было времени рассматривать комнату, он увидел, как Акааши начались ужасные судороги — эпилепсия. «Что же делать?» — мысли Бокуто беспорядочно были разбросаны, он не знал как нужно действовать. Кого-то будить — не выход. Едва не поддавшись панике, Бокуто решил незамедлительно что-то предпринять. Все, что он придумал — взять Акааши за руку. Глупая идея, ведь Бокуто знал, что это ничем не поможет, так как Кейджи не чувствует ничего, начиная с шеи и ниже. Как ни странно, но это легкое касание руки помогло.

***

Утро. Бокуто сам не заметил, как уснул рядом с кроватью Акааши. Проснулся он от первых лучей солнца, проникающих через окно. Акааши, который лежит со своим классически-недовольным лицом, смотря на Бокуто непонимающим взглядом, произнес: — Что вчера произошло? — недовольно бурчит он, смотря на руку, на которой так всю ночь и располагалась рука Бокуто. — Прошу меня простить. Вам вчера было плохо, и я решил вам помочь. — Зачем вы это сделали? Вы не должны были… — Но все спали. Вам никто не смог бы помочь. — Выйдите из комнаты… сейчас же! Я не хочу вас больше видеть и слышать. Уйдите. Это был их первый диалог за несколько недель, и он оказался не самым удачным. Не то, что хотел бы Бокуто.

***

Душа хотела уйти, забыть это все, но что-то тянуло Бокуто к Акааши. Что-то неизведанное, что-то такое далекое, что сложно описать, поэтому у Бокуто появилась идея. Он решил, что будет готовить для Акааши и кормить его, даже если он будет против. Эту процедуру обычно выполняла мать Акааши, но из-за предложения Бокуто, она решила покинуть свой пост и передать владения ему. Как и ожидалось, начало не задалось. Еду Акааши категорически не принимал. Не хотел даже открывать рот. — Ну съешьте хоть ложечку, — жалостливо произнес Бокуто. — Перестаньте меня уже кормить. Если у вас не получается, так передайте это занятие другому человеку. По парню читалось, что ему не хочется видеть Бокуто, но он мягко высказал свою мысль. В конце концов, Акааши стал принимать еду, ведь понимал, что от Бокуто так просто не избавиться. В скором времени это превратилось в небольшую традицию, особенно с утра, когда все только-только просыпались, Бокуто с большим воодушевлением шел готовить для Акааши, чтобы позже его покормить. На парах в университете он набирался сил, то есть спал. Ведь скучно и совсем не так интересно, как с Акааши, с которым они успевают даже поговорить о чем-то своем.

***

Все наладилось. Бокуто и Акааши посещали различные места, куда могли выезжать: прогулки по парку, культурный вечер/концерты и прочее. Они стали настолько близки, что стали считать себя родными, как будто знали друг друга наизусть. У Акааши была любимая песня, которую он готов был переслушивать по нескольку раз за день. — Да ладно, ты опять это слушаешь? — заходя в комнату Акааши, Бокуто поинтересовался. — И как тебе это не надоело? — Котаро, это вообще-то The Neighbourhood «The Beach». Перестань так называть мою любимую английскую песню. Меня это оскорбляет. Я ведь уверен, что она и тебе понравится. If I told you that I loved you. Tell me, what would you say? *, — каждый раз, когда играла эта песня, Акааши постоянно пел только первую строчку это песни. Бокуто всегда и везде был с Акааши, кроме того успевал приходить на учебу. У него периодически были выходные дни, поэтому он успевал на все мероприятия, где мог провести день с близким человеком — Акааши. Родители Кейджи умилялись такому единению парней. Они надеялись на большее между ними, но они оба предпочитали оставаться друзьями и очень преданными.

***

В жизни для Бокуто всё пошло на лад, он всегда следил за Акааши, но судороги стали проявляться все чаще и чаще. Это сильно напрягало Бокуто, как и всю семью Кейджи. Возвращаясь с прекрасным настроением из университета, Бокуто, ничего не подозревая, пришел домой. Но к его удивлению дома никого не было. Сердце парня забилось учащеннее. В надежде на то, что Акааши с родителями просто уехали ненадолго, Бокуто все же решил позвонил маме Акааши. По ту сторону телефона раздались всхлипы и только тогда раздался голос мисс Кейджи: — Ты должен срочно приехать, мы в больнице. Адрес скину, — кратко произнеслись несколько фраз, из-за чего Котаро долго пребывал в ступоре.

***

Бокуто моментально приехал в нужное место на такси. Быстрыми шагами он направлялся прямо к стойке регистрации, где мгновенно спросил про больного под фамилией Акааши и в какой палате он расположен. Быстро найдя нужное место, Котаро вошел в палату. Кроме семьи Кейджи никого не было. Как только родители Акааши заприметили Бокуто, они поспешили выйти и оставить их наедине. — Я устал, Бокуто, — видя непонимающий взгляд Котаро, Акааши дополнил. — Я устал терпеть внутренную боль, она как будто… пожирает меня изнутри. Я принял решение уйти раньше, чем ты привяжешься ко мне. — Я… я не понимаю. — Ты мне нравишься, Бокуто. «Что?» — Я знаю, что поздно говорю это, но прошу, помни меня всегда. — Вовсе не поздно. Ты еще будешь долго жить. Я знаю. — Нет, Бокуто. Я принял решение, я просто не смогу больше терпеть эту боль… не смогу дальше жить с ней. Это очень тяжело, пойми. — Я совсем не хочу с тобой прощаться. — Но придется. Я всегда буду рядом, что бы не случилось, слышишь? Все это время Бокуто лишь держал руку Акааши. Он не верил тому, что придется с ним распрощаться. Он больше не увидит его истощенные руки, которые так привычно располагались на боковых ручках кресла, специально созданного для Акааши. Больше не увидит его улыбку, которая редко появлялась на лице Акааши. Никогда… больше никогда… — Я не хочу тебя терять, — прошептал Бокуто, пока по его щеке скатывалась одинокая слеза.

***

Он умер. Бокуто пришлось слишком долго приходить в себя и продолжать жить дальше. Он верил в то, что в один из дней придет в дом к Кейджи и увидит Акааши на привычном месте, но нет… Была одна вещь, которую Акааши оставил напоследок для Котаро — письмо. Оно всегда находилось рядом с Бокуто. Боясь, что не сможет сдержать слез, Бокуто не открывал его, ждал подходящего дня. Однажды этот день наступил. С тяжелым сердцем, открыв его, Бокуто стал читать: «Дорогой Бокуто-сан. Хочу сказать тебе спасибо за все эти годы, которые ты провел со мной. Знаю, звучит глупо, но я влюбился в тебя, как полный идиот. Я не знал, как тебе в этом признаться. Это ведь сложный шаг, особенно для тебя. Как жаль, что я не смогу увидеть все твои взлеты и падения, но верю в то, что ты найдешь подходящего для себя человека, который полюбит тебя также, как и я. Будь счастлив, Бокуто.» Помимо этого письма был небольшой список желаний, прикрепленный к письму. Акааши горел всем сердцем исполнить их, но ему этого не удалось. Он передал это задание Бокуто, попросил выполнить все желания за него. Все, до последнего.

***

Прошли дни, месяцы. Котаро выполнил все желания, кроме одного, последнего. Прожить свою жизнь с дорогим и близким человеком. Бокуто всегда думал, что его сердце екало каждый раз при виде Акааши только из-за какой-то жалости, но оказалось, что нет. Котаро даже не подозревал о том, что сам чувствует что-то. Он чувствовал тоже самое, что и Акааши, но не мог признать это внутри себя, сердце противилось и не признавало это. Надо было раньше думать, к чему это приведет.