Ты мне нужен

Помещение, похожее на огромный склад. Приглушённый свет и тихий звук шагов. Пустое лицо, лишённое эмоций и чувств. Блеснувший отблеском света клинок. Распахнутые полы плаща. Медленные выверенные движения идеального солдата. — Кас, стой! Кас!.. Он пытается сопротивляться. Пытается вразумить его. Пытается спастись. Будто бы не понимает, что все это не имеет никакого смысла. Замершие в испуге глаза, сдавленный хрип и тело, грузно опустившееся на пол, постепенно заливающийся кровью. Потускневшие зелёные глаза безжизненно глядят в его собственные. — Браво, Кастиэль. Теперь ты готов. — сказала Наоми, хлопнув в ладоши с радостной улыбкой. Кастиэль молчит, стоя посреди тысяч убитых копий Дина Винчестера.

***

Мои чувства мертвы, — так думает Кастиэль, пока Наоми не приказывает ему убить Винчестера. — Должен быть другой выход. Я не могу ему навредить. — Ты делал это много раз, Кастиэль, убей его. После этого забери скрижаль. Доставь домой, где её место. Чертова скрижаль. Чертовы ангелы. Чертовы приказы. Кастиэль заносит руку, сжатую в кулак и держащую клинок, и ударяет Дина по лицу. Ещё раз. И ещё. И ещё. До тех пор, пока оно не превращается в сплошное кровавое месиво. Голос Наоми в его голове без конца твердит одно и то же: — Убей его! Слишком громко. Клинок, ведомый его рукой, поднимается над головой Кастиэля, готовый проткнуть человека, упавшего перед ним на колени. — Кас… — он размыкает разбитые губы. — Кас, я знаю, что ты там и что ты слышишь меня, — всполохи зелени в его глазах кружат Кастиэлю голову. Снова. Даже сейчас. — Кас, это же я, — говорит он терпеливо и мягко, — мы семья. — столько надежды и беспокойства за него, Кастиэля, в его голосе и глазах, в его выражении лица. — Ты нужен нам, ты мне нужен… Ты мне нужен… Внутри все обрывается. Словно спали все путы Наоми, которыми она оплела его так старательно, что едва ли можно найти лазейку. Ты мне нужен… Сердце замирает, и он будто бы мертв несколько секунд. Но позже оно вспоминает о своей работе, и заходится в бешеном ритме. Клинок ударяется о пол. Дин смотрит на него своими колдовскими глазами, в которых плещутся смешанные чувства. Кастиэль поднимает скрижаль, и все кругом озаряется светом. Наоми больше не имеет над ним контроля, ведь теперь он Хранитель. В его голове загорелось будто бы красной тревожной лампочкой: Защити скрижаль даже ценой своей собственной жизни. Защити ото всех. Даже от него. Все его естество наполнилось желанием сбежать. Но не для того, чтобы защитить скрижаль. Для того, чтобы избежать разговора с Винчестером. Для того, чтобы не смотреть ему в глаза. И пусть он отказался от Небес, снова, как и многие разы до этого. Пусть он отказался от всего, от чего только можно отказаться, ему страшно. По-детски страшно, потому что он продал мир ради Дина Винчестера. Человека, который не доживёт и до пятидесяти лет. Кастиэлю страшно, потому что он ангел, который может существовать вечность. Ему страшно, потому что он будет видеть, как умирает его человек. Потому что рано или поздно тот должен будет умереть. Ему так страшно. Перед глазами промелькнули все счастливые моменты его жизни. Именно жизни, а не существования. Жизни, которая началась после его знакомства с Винчестерами. Жизни, которая заключается в этих зелёных глазах напротив. Жизни, которая закончится как только умрет Дин Винчестер. Так страшно. Но Кас берет над собой контроль и протягивает руку для того, чтобы вылечить Дина. Тот пытается увернуться, в испуге произнося: — Нет, Кас! Нет, стой! Кас вздрагивает и наполняется ненавистью к себе, жгучим отвращением, но не отнимает руки и мягко касается лица Дина, вылечивая его. — Мне так жаль, Дин. — говорит он в надежде, что его слова хоть что-нибудь изменят. Ты мне нужен… Но ведь слова Дина изменили его?