Сказание о Великом Убийце Драконов и Бахамуте

      Кто такой герой? Героем можно назвать человека — смелого, храброго, отважного, мудрого, который не побоится спасти другого человека, в какой бы ситуации тот не оказался. У каждого из нас есть свои герои, будь то пес, сказочный персонаж, или герой из мультфильма, для кого то героем может стать мама или папа. Только не нужно путать героизм и хвастовством, настоящий герой никогда не будет унижать слабых, издеваться над беззащитными. Он наоборот будет помогать всем и при этом не будет ждать от других благодарности. Герой — это человек с большой буквы, который готов прийти на помощь в любую минуту. Не важно, кто скрывается под маской, героем может быть каждый. Простой человек, накинувший куртку на плечи мальчика, считающего, что его мир рухнул. (Героем может быть любой. Даже обычный человек, который просто накидывает куртку на плечи ребёнка, чтобы он знал, что мир не погиб…

1448 год. Священная Римская Империя. Окраина Герцогство Бавария. Деревня Шпиценберг

      Недалеко от границы с Австрией, в величественных массивах Альп расположилась маленькая деревушка, совсем крохотная, казалось, в ней еще не ступала нога индустриализации: вместо автобанов и дорог все хижины соединяли тропинки из гравия, а небольшие деревянные домики выстроенные в N-веке, такие простые, но уютные, бросались в глаза и создавали эстетическую картину, которую приукрашивает горный хребет Альп, простирающийся за горизонтом.       — Мама… мама!!! — этот слегка запыханный, но в тоже время радостный детский голос слышался аж на всю маленькую деревушку, привлекая на себя внимание обычных крестьян. Он направлялся в слегка легком беге, добавляя это небольшими прыжками, а путь держал мальчик в сторону крайнего двухэтажного домика, в конце деревни. В его слегка неокрепших ручках ухвачено небольшое железное ведерко, наполненное до краев водой, в которой плавали две речные форели. В другой же ручке он крепко держал небольшую удочку, которую облокотил об свое плечо. — Я вернулся!!!       Женщина, стоящая возле кухонной плиты, жаря филе лосося, оглянулась, с улыбкой поприветствовав своего любимого сына. Он хоть и был её родным сыном, ну внешне почти не был похож на свою матушку: непослушные угольно-черные волосы небольшой длины, торчали словно кактус, она же в свою очередь имела длинные и прямые волосы цвета пшеницы, заплетенные в хвост. Небольшой курносый носик у него и прямой и маленький у нее; ну вот схожесть есть в одном — это их чистые и прозрачные, словно безоблачное небо, голубые глаза.              — Йохан, ты так быстро! Сколько же ты успел наловить рыбы? — поинтересовалась женщина, смотря, как её сын, с невозмутимым видом, держит в обеих руках ведро с рыбой, успев свою удочку упереть на крыльцо, она уже успела посчитать сколько там её было, но материнская внимательность и скорее небольшая наигранность дала о себе знать.       — Представляешь! — проговорил он, после чего ухмыльнулся, почесывая переносицу.— За тридцать минут поймать двух радужных лососей, не правда, я великий?       Мальчик сильно гордился собой, так что задрал голову немного кверху. Это скорее казалось хвастовство, но все ему прощалось, ссылаясь на его еще небольшой возраст, всего лишь 8 лет отроду       — Зовите меня — «Покоритель Всех Вод Мира»! — приподнялся на первый замеченный стул и встал в пафосную позу Йохан, а-ля благодарный паладин, вознося удочку, как меч, над головой, а сам он так и светился от счастья, что если был бы ангелом, то над его головой отражался очень яркий нимб.— Не правда, я великолепен? Скоро все девушки мира будут произносить только моё имя!       Слова своего сына не могли не вызвать женский смешок, какой же он энергичный и радостный, а также гордый и самовлюблённый… Однако девушка очень сильно гордилась своим ребенком, ей бывает очень трудно без мужа и отца Йохана, а сын помогает ей почти во всем, убираться, бегать к речкам за рыбой, и вообще для нее, как она любит его уменьшительно-ласкательно называть «Йохи». Пока её сын переодевался, накидывая обычные серые шорты и такую же футболку, то заметила краем глаза, что он уже хочет куда-то «смылить». Парень молодой, ребятишек много в деревни и хочется порезвиться, но все же к ним с минуты на минуту должно придти очень-очень важный гость.       — Йохи, ты никуда пока не уходи, мне нужно тебя кое-с-кем познакомить! — проговорила женщина. Сын посмотрел на маму, сейчас она была радостная, что можно было понять по ней, на лице выражалась только лёгкая, как утренний ветерок, улыбка. Длинные белокурые волосы, спускающиеся за спину, на маленьком круглом лице лишь спадала прядь волос. Как всегда, белое длинное платье покрывало объёмную фигуру женщины, но сейчас поверх ещё был красный фартук, ведь она стояла у плиты. — Присаживайся пока за стол.       Она указала на деревянный стол, рядом с которым располагаются четыре деревянных стула, сама же мебель сделана из березы, что подчёркивалось беловатым оттеноком       Парень последовал указанию мамы, но его мучило сомнение, ведь она обычно никого в дом не приглашает, хотя ей ведь одиноко… Одинокая вдова, воспитывающая маленького сына, который очень-очень активен и жизнерадостен. Парень уже готовился отбиваться от какого-нибудь гнусного мужика, который решил поухаживать за красивейшей девушкой в деревни, ну он этого просто так не допустит!       — Мамочка, а ты нашла замену папы? — в голосе Йохана чувствовалась некая грусть и печаль. Такое состояние не присуще её сыну, лишь бывает таким, когда его мучают неблагоприятные мысли. Как любящей матери, ей было невыносимо смотреть за страданием своего любимого и единственного лучика света.       — Нет, конечно, если ты думаешь, что я брошу тебя ради какого-то мужчины, то знай, что такого никогда не произойдёт, ведь ты мой любимый и единственный сын! — она произнесла эти слова так нежно и приятно, обнимая его и гладя по голове, что Йохан легко чувствовал атмосферу любви и кружащиеся в танце вокруг него лепестки красных роз, символизирующих любовь… По его лицу поползла привычная ему улыбка, заметив её она сама непроизвольно выронила из своих уст лёгкий смешок.— А теперь, когда всё хорошо… ты можешь войти!       Послышался скрип двери и шарканье каблуков ботинок. Йохан оглянул то место, где стоял высокий мужчина, облачённый в бело-красный стихарь с золотым крестом и золотыми линиями, на плечах расположены стальные пластичны, усыпанные драгоценными камнями, от них идёт длинный оранжевый плащ с белыми линиями по краям, достигающий пола. Длинные, такие же как у матери, белокурые волосы и зелёные радужки. Сейчас он смотрит на мальчика со спокойной и лёгкой улыбкой. Йохан заметил в этом мужчине, похожего на представителя из церкви внешнюю схожесть с её матерью, задаваясь разными вопросами, по типу «он что брат матушки? Или это мой дядя?»       — Боже, — промолвил он от удивления, смотря на молодого человека. Невысокий и, кажется, даже миниатюрное солнышко, но всё-таки рост был средним, в сравнении со сверстниками. И светло-голубые радужки глаз, которые так и блестели от удивления. — Йохан, вырос ты сильно однако!       Парень не понимал, откуда он знает его имя, и почему! Он так похож на маму! Он тоже ангел и сын божий???       — Дяденька, а вы что, брат моей мамы… Аааа… — Йохан приоткрыл рот от удивления, ведь его просветило. — Вы тоже ангел, как моя мама?       — Какой же ты забавный мальчик, Каритаэль, у тебя прекрасный сын! — сделал комплимент женщине мужчина, на что она лишь улыбнулась и сделала небольшой поклон.— Ты так и не узнал меня, Йохан?       Парню он казался знакомым, тем более мама ему поклонилась, значит, он мог бы быть выше её по ангельской иерархии, но кто он? Его мать Каратиэль была очень древним херувимом и почти достигала силы Серафимов, но за долго до рождения полюбила его отца — Генриха и родила его, обычно, как он читал и слышал по рассказам от мамы, то другие ангелы в таких случаях падают, но не мама… Не известно правда почему и как? Однако все же, этот мужчина очень уважаемый матушкой, значит он является одним из серафимов?       — Извините, но я не знаю, кто вы. — почесал затылок Йохан и нервно слегка посмеялся, поглядывая коса и криво на мужчину в церковном красном одеянии.       — Боже, меня поражает твоя краткость. — говорил в своей уникальной манере ангел, но нимба на голове не было, ведь он был убран. — Я — архистратиг Михаэль, лидер всего ангельского полчища и тот кто несет волю божью по всему миру и на небесах.       Йохан уже второй раз за день, тем более, за пару минут открыл рот удивления, он прекрасно знал, кто это, из рассказов и историй своей матери, величественный и могущественный ангел и лидер группы архангелов, чье имя переводится с иврита «Тот, кто Бог» но зачем такому высокопоставленному существу быть здесь?       — Ты удивлён, малыш? — задал вопрос Серафим, а сам он был в неком замешательстве, смотря на такую яркую реакцию дочери Каратиэль       — Не такой мой сын и кроткий, ты его плохо знаешь, брат! — ответила женщина, принеся тарелки, наполненные жареной рыбой и отваренной картошкой. Она конечно очень сильно любила и уважала старшего брата, который на её суду по связи с человеком помог ей не пасть, но все же отчитала его за слова в отношении любимого сына.       — Но сейчас он мне показался таким, — ответил Михаэль, при этом видя краем глаза состояние мальчика, со стороны кажется, что он в трансе и не проявляет никаких внешних признаков жизни. — Ты в порядке?       Ответа не последовало, ангела это смутило, и он щелкнул пальцами и парень легонько подпрыгнул на стуле, нервно поглядывая по сторонам. Йохан был так сказать в своем мире, он уже крутил разнообразные картины развития событий и происшествий, а также сильное понимание, что такая высокопоставленный фигура прибыла в их хижину не просто так!       — А? Вы меня уж извините, видеть вас мне очень п-приятно… — его речь становилась постепенно дрожащая, а лицо краснеть, взгляд же начал бегать.       — Ты так волнуешься и дёргаешься, будто ты грешник, оказавшийся на Божьем суде и я сейчас, нахожусь перед тобой, чтобы за что-то отчитать или наказать. Позволь узнать, ты грешен? — Михаэль говорил это спокойно, ведь ему был интересен ответ мальчика.       Каритаэль оглядела своего брата, хоть они были созданы не биологическим путем, но все чистокровные ангелы являются друг для друга братьями и сёстрами. Женщине не нравилась черта Михаэля, когда он оказывает эмоциональное давление на цель своим спокойствием и величием.       — Н-ну, д-да… — сначала было слышно только дёрганье губ Йохана, но позже последовал ответ.       — В чем же это выражено? — продолжал некий допрос Михаэль, внимательно смотря на маленькое чадо.       — Я о-очень… Ну прям-прям очень сильно люблю себя, это ведь считается гордыней? Ведь благодаря ней пал первый ангел… — под словосочетанием «первый ангел» отчетливо понятно для Архангела, кого имеет ввиду Йохан.       — Говоришь, любишь себя? — выронил из своих уст лёгкий смешок Серафим, попивая яблочный сок.— Любить себя не значит быть гордым, просто нужен предел чувств, а если ты это сравниваешь с падением Люцифера, то боюсь расстроить… ты многого ещё не знаешь и не понимаешь, Йохан, но я очень рад, что ты не соврал мне и поднёс это. — в его голосе не слышалось высокомерия, а наоборот, доброта и нежность, которая могла вскружить голову.       — Я очень рад, что вы нашли нужным сказать мне эти слова! — поблагодарил Йохан, приклонив немного голову, вздыхая слегка как-то с облегчением.       — Ты очень чистое и доброе дитя, вылитая копия своей матери. Яблоко от яблони недалеко падает!       Разговор продолжался довольно продолжительное время, темы были разные: обучения, друзья парня, и множество других разнообразных тем. Стол был давно пуст, а каждый присутствующий — сыт. Сейчас был разгар лета, и Йохан с матерью жил в это время в деревне, недалеко от родного города Мюнхен. В городе она всегда работает, а Йохан остаётся с няней Джессикой, которая отправляется в отпуск, когда Каритаэль дома и освобождена от работы на долгий срок. Деревенский домик был двухэтажным и состоял полностью из темного дуба, вокруг него находились небольшие грядки с посаженными овощами и корнеплодами, а также пара деревьев яблони и вишни.       — Скажи мне, Йохан. — привлёк внимание Михаэль. На улице было уже темно, поэтому дома горел свет, а женщина мыла посуду. — Ты бы хотел увидеть папу?       А ведь да, он отчётливо знает, кто его отец, но никогда не видел, ведь тот умер ещё до Рождения его самого от неизлечимой болезни. Его отец — Генрих Хоффлайн, также по совместительству сильнейший герой прошлого, убийца драконов и просто великий человек, который совершил немало подвигов за свою жизнь.       — Конечно, — ответил с прикрытой улыбкой Йохан, пропитанной малейшим чувством — грусть. — Моей маме очень тяжело воспитывать меня одной, и я делаю всё, чтобы ей было легче. Если бы я только смог увидеть его хоть раз, я был бы самым счастливым человеком в мире…       Михаэль понимал его сердечную боль, обычно люди, которые всегда на взводе и в приподнятом настроении, бывают очень грустны внутри себя, именно в душе. Этот парень явно из таковых, конечно детское ребячество дает о себе знать, все же душевная боль и терзания регулярно дают о себе знать в мыслях перед сном или наедине, дезориентируя его.       — Йохан, уже поздно, иди спать! — донеся с кухни взволнованный голос матери. — Я позже зайду к тебе!       — Хорошо, мам! — ответил он, слезая со стула. — Ну-с, я был рад с вами увидеться, дядя Михаэль, надеюсь, мы ещё встретимся с вами!       — Гарантирую, обязательно встретимся, — ответил он, положив ему на макушку ладонь.— Беги, ложись спать, не расстраивай маму!       —Угу.       Мальчик в лёгком темпе побежал в сторону лестницы и скрылся с глаз, оставив улыбающегося Серафима.       — Он уже ушёл? — спросила, зашедшая в комнату, Каритаэль.       — Да, — ответил Михаэль.— Он внешне очень похож на Генриха, но сердце у него твоё! Господь, однако, был прав, не лишив тебя благодати!       — А я должна была пасть, как другие падшие? — задала вопрос Каритаэль, удивленно хлопая ресницами и смотря на высшего ангела.       — Ты сама всё прекрасно понимаешь, полюбить человека и родить от него ребёнка кажется очень глупым, не так ли? Ты остаёшься ангелом даже после лишение твоего тела невинности и смерти Господа, но сыграло пару факторов, почему тебя наш Создатель помиловал. Он дорожил тобой и Генрихом за его подвиги и знал, что ты привязалась к человеку не из-за похотливых интересов, а потому что была привязана к нему всем сердцем, и твой сын доказательство всего этого!       Слова Михаэля были остры и точны, как лезвия ножа. Он никак не был высокомерным и надменным, а наоборот, показывал себя добрым и сострадательным ангелом. Хотя он жил всю жизнь одним принципом — идеи большинства важнее, чем меньшинства. Но оставался заботлив к каждому, вспомнив, когда она предстала на суде, он и другой Серафим — Гавриэль, заступились за неё и просили пощады.       — Скоро должен пробудиться Механизм, заключенный в сердце ребенка… меня настораживает, что Акнология тоже может узнать это. Если ты хочешь защитить сына, то отправь его в скором времени в Академию Миральда, там ему будет комфортнее и безопаснее, ведь он будет под наблюдением ангелов. — предупредил её Михаэль.— Я рад снова увидеть тебя и твоего сына, но мне нужно идти обратно в Рай. До скорой встречи!       — Пока, Михаэль…              Академия Миральда — особое учебное заведение мирового класса, скрытая от публичности на Сицилии, недалеко от Вулкана Этна. Главной её задачей является воспитание героев. Но кто же такие герои? Герои — это особо талантливые в магии или ином сверхъестественном направлении люди, защищающие обычный мир от всего злого. Тем времени в ярком золотом свечении Серафим исчез из дома, Каритаэль очень сильно обеспокоил этот разговор, ей больше всего не хотелось терять сына, тем более чтобы он встретил этого дракона Акнологию, которого прозывают «черным драконом апокалипсиса».       От переживания ноги становились ватными, и она с трудом поднялась по лестнице. Открыв дверь комнаты, она увидела на диване уже крепко спящего Йохана. Она не перестаёт удивляться, как её сын так быстро засыпает, но это и облегчает, так крепко спит, видно, что полностью здоров.       — Спокойной ночи! — закрыла она за собой дверь, а на лице расползлась спокойная материнская улыбка. [Пробудись!]       — Что? — Йохан резко открыл глаза, он не понимал, откуда доносится этот грубый мужской голос. Это сильно напугало его и он решил оглядеться, находясь в неизвестном темном измерении? Здесь было ничего, однако он увидел, перед собой огромные сгустки алого пламени, расползающиеся вокруг него, словно круг. [Пробудись!]       Огонь поднялся ещё выше, а мальчик прикрыл лицо руками, но после заметил сзади пламени расправленные огромные крылья. На парня устремились два огромных синих зрачка, после чего показалось существо, достигающее пятнадцати метров в высоту, вместо кожи была крепкая чешуя ярко серебряного цвета, также имелось четыре лапы с острыми чёрными когтями, также от него исходила такая странная и могущественная темно-синяя энергия, витавшая повсюду, от которой пламя в нее окрашивалось. И вот парню показалась длинная морда существа, напичканная острыми клыками, из затылка выходили два длинных чёрных шипа, которые также продолжались по спине и вдоль длинного хвоста. [Пробудись!]       — Извините! — пытался докричаться мальчик, уже устав слушать этот непонятный крик — Кто вы такой и где я нахожусь? [Сейчас ты спишь, но находишься у себя в голове!]       Мальчик не понимал, о чём это существо говорит, оно очень могущественно, и величие переполняет его душу, а внешне он сильно походил на огромную ящерицу, дракон? Однако ему сразу же смутило, что оно говорит, что сейчас оба находятся в подсознании парня, что же ему здесь делать?       — Могу я узнать ваше имя? — задал вопрос повторно Йохан, глядя на ящера, скрывающегося за языками пламени [Что же… Юноша мое имя Бахамут, я - тот, кто является могущественным и древним существом, которое смеется над всеми расами, душа которого заключена глубоко в человеческой душе… Я - дракон света и тьмы, который знает испокон веков, их разделение и совмещение… Я — дракон баланса, а также тот, кто стал наиболее близким из всех других драконов, чтобы стать божеством над всеми ими.] Приложение Каритаэль — с иврита «Любовь Бога»