У судьбы нет исключений

— Лекс, то, что находится на третьем складе «Luthorcorp», может здорово навредить твоей избирательной кампании. Никому не понравится, что всеми любимый кандидат в сенаторы помешан на зелёных человечках. — О чём ты, папа? — Ты знаешь, о чём. О космическом корабле, который ты прячешь на складе и который пытаются открыть твои бравые эксперты вот уже много недель подряд. — Я хочу докопаться до истины и нейтрализовать угрозу, для этого мне нужно попасть внутрь корабля. — Тебе не удастся открыть корабль, он слушает лишь того, кому принадлежит. — Откуда такие познания? Уж не подкупил ли ты моих учёных? Лекс отодвинул от себя тарелку и пристально вгляделся в отца, который продолжал спокойно ужинать, и не повёл даже ухом на косвенные обвинения Лекса. — Логика. Это же внеземной механизм, стало быть только инопланетяне могут в него попасть, в свой летательный аппарат. — Это мы ещё посмотрим. Лекс встал из-за стола и принялся просматривать кадры с камер видеонаблюдения, как кто-то всякий раз отключал изображение пишущей камеры на несколько минут в одно и то же время: рано утром в пять часов и вечером в девять часов. — Только это вам и остаётся, - произнёс Лайнел имея ввиду недоступность корабля. ***       Для штата Канзас наступили предвыборные времена, когда жителям больших и малых городов надо было сделать свой выбор в пользу одного из кандидатов: Джонатана Кента либо Александра Лютора. Бывший сенатор Боб Дженкинс оставил свой пост, предложив своему другу Джонатану Кенту поучаствовать в политической гонке и проучить выскочку Лютора. Посоветовавшись со своей семьёй Джонатан соглашается, становясь кандидатом номер два в сенат штата Канзас.       Узнав об этом, Лайнел всячески пытается предложить свою помощь, предлагая чеки на крупные суммы денег, но Джонатан отказывается от его щедрых жестов не желая быть должником у такого человека как Лайнел Лютор. Даже если он был хранителем тайны Кларка, то это не давало ему больших полномочий лезть со своим несметным богатством и раздражать Джонатана, так как тот ещё и жутко ревновал этого помолодевшего щёголя к своей жене.       Марта, в свою очередь, видела, как нелегко им сейчас приходится, чтобы выкрутиться и продолжить участие в выборах. Напечатать листовки, выступить по телевидению, дать интервью в газету, всё это требовало затрат, за всё надо было платить, поэтому Марта, втайне от мужа принимает помощь Лайнела и его чек на крупную сумму денег. Джонатан ни о чём не догадывается, думая, что все затраты оплачиваются с части земель фермы которую он заложил.       Но правда выходит наружу и в доме Кентов происходит скандал. Джонатан лично отдаёт нерастраченную сумму денег Лайнелу и просит больше никогда не вмешиваться в их дела. Лайнел качает головой дивясь упёртости Кента-старшего, ведь на кону защита Кларка, ведь если Джонатан победит у него будет больше возможностей обеспечить сохранность тайны Кларка. Тем не менее финансовые трудности не мешают Джонатану победить на выборах в сенат штата Канзас. Он одерживает заслуженную победу, обогнав Лекса Лютора, сына своего заклятого недруга, что весьма радует Джонатана. — Мистер Лютор, я приглашаю вас к нам домой. Сегодня будет вечеринка по-поводу папиной победы. — Спасибо, Кларк, но приглашать меня должен лично сам хозяин дома, по правилам хорошего тона, - произнёс нравоучительно Лайнел, нюхая распустившиеся розы, шагая по тропинке ведущей из сада поместья. Кларк наблюдал за ним, не упуская не единого изменения в выражении его лица, сейчас Лайнел был грустен и Кларк старался его взбодрить и прийти порадоваться вместе с его семьёй. — Папа этого не сделает, я приглашаю вас, - не унимался Кларк следуя рядом с Лайнелом. Остановившись около раскидистого благоухающего шиповника, Лайнел ответил: — Ну хорошо, я приеду сегодня вечером к вам на ферму, но учти - я не надолго, поздравлю твоего отца и уйду, ведь он не захочет меня видеть в своём доме, я уверен в этом. — Хорошо, — Кларк слегка улыбался, довольный, что Лайнел согласился, быть может удастся пригласить его на конную прогулку. — Только вы не надевайте строгого костюма, можно обойтись и обычной повседневной одеждой. — Держу пари, ты что-то задумал, — чуть прищурив глаза произнёс Лайнел. — Ничего такого, чего бы следовало опасаться. — Хм, да ты становишься стратегом, мне нравится твоя тактика, но по отношению ко мне она недопустима. Не стоит тратить своего времени на завоевание моей персоны. — Своим временем я вправе сам распоряжаться, так что, мистер Лютор, вам меня не переубедить, жду вас к семи часам у нас на ферме. Кларк подаётся вперёд и прикасается к губам Лайнела, запечатлевая на них лёгкий поцелуй. И прежде чем Лайнел начнёт возмущаться, Кларк исчезает из сада, довольный своей маленькой победой. ***       На ферме Кентов было необычайно шумно и весело. Поздравить Джонатана приехали со всей округи штата Канзас как простые фермеры, так и именитые политики - мэр Смолвиля с некоторыми чиновниками мэрии и Сената.       Джонатан был рад каждому гостю, будь то обычный трудяга или же высокопоставленное лицо, всех он привечал, сажал за стол и вёл оживлённую беседу. Но когда в его доме появляется промышленный магнат, миллиардер и негодяй в одном лице - Лайнел Лютор, Джонатан заводится с полуоборота, стоит ему взглянуть на помолодевшую рожу неприятного для него человека.       Он тут же закипает и быстрым шагом спешит к нежеланному гостю, хватая за ворот дорогого пиджака и без лишних слов выставляя его за дверь на крыльцо. Марта с Кларком пытаются утихомирить Джонатана, но он срывается и на них, упрекая их в предательстве и слишком близком общении с Лютором, с этим волком в овечьей шкуре. — Я всего лишь помогаю вашему сыну, как мне поручено, только и всего. — Сукин сын, знаю я тебя! Ты хочешь подобраться ближе к нам и обернуть знания о тайне Кларка в свою пользу!       Лайнел не затевает с Джонатаном ссоры и не оправдывается, он привык к такому обращению, что многие считают его жестоким, эгоистичным и изворотливым человеком. И разубеждать людей в этом бесполезно, он уяснил это давным-давно.       Кларк идёт следом за Лайнелом, ведь это он пригласил его на праздник, а теперь надо загладить вину перед молодым человеком за колкие слова отца. — Мистер Лютор, папа это не со зла. Вы же сами знаете, какой у него взрывной характер. — О-о-о, мне ли этого не знать! С твоим отцом я знаком давно и он не раз показывал мне свой нрав. Лайнел открывает дверь своего автомобиля садясь на водительское место. «Помолодев», он снова начал испытывать удовольствие от самостоятельной езды, без услуг водителя. — Доброй ночи, Кларк, иди празднуй со всеми, а за меня не беспокойся.       Лайнел отъезжает от фермы, направляясь в замок к Лексу, вот кто-кто, а Лекс был единственным человеком кто был рад его присутствию рядом. В последнее время они отлично ладили отчего у Лайнела теплело на душе, всякий раз когда он думал, что в его семье наконец-то наступил мир. ***       Джонатан так сильно разволновался по-поводу визита Лайнела и не только на ферму, всё его активное участие в жизни его семьи раздражало мужчину, он абсолютно не имел желания сотрудничать с Лютором и доверять какие-то секреты. Это касалось только лишь Кентов и всякие разные мутные личности не могли полностью втереться к ним в доверие, запятнав репутацию в прошлом. — Марта, почему из всех людей на Земле именно Лютор должен быть посвящён в тайну нашего сына?! — вопрошал Джонатан у жены сидя на летней веранде. Кларк находился с родителями, надо было успокоить отца, чтобы он перестал кипятиться и вываливать на Лайнела негатив. — Дорогой, он на нашей стороне. Тебе пора это признать. — Марта, Лайнел Лютор никак не может быть на нашей стороне, здесь произошла какая-то ошибка. — Но Джор-Эл неспроста выбрал именно его. — Да, папа. Джор-Эл не стал бы мне вредить и подсылать непроверенных людей. — Да что вы знаете о Джор-Эле? Может он такой же как и Лайнел - самовлюблённый и эгоистичный, упивающийся властью и жаждущий неукоснительного соблюдения всех его требований. — Джонатан, тебе надо успокоиться и вернуться к гостям. А то как-то нехорошо получается, мы их пригласили на наш праздник и бросили одних. Джонатан всё никак не мог успокоиться, должен быть способ избавиться от Лютора, право заботиться о Кларке и хранить его секрет должно принадлежать только их семье. — Я сейчас же иду в пещеры кавачи, чтобы поговорить с Джор-Элом. Пусть он избавит Лютора от необходимости помогать нам. Джонатан с полной решимостью рванулся в амбар за восьмигранным ключом, Марта с Кларком последовали за ним пытаясь отговорить от этой глупой затеи. — Папа прекрати! — Джонатан, нет! Залетев в амбар, Джонатан чувствует давящее чувство в районе груди, около самого сердца. Нехватка кислорода и острая непрекращающаяся боль свалили его с ног, на пыльный пол сарая. — Папа, что с тобой? Кларк не даёт отцу упасть, придерживая за спину. — О, Боже, дорогой! Марта опускается перед мужем на колени, прижимая его к себе, ещё не осознавая масштаб бедствия, что Джонатан проводит свои последние секунды рядом с родными и с самыми любимыми людьми на планете. — Я люблю вас… Он поочерёдно целует Кларка и Марту, в последний раз обнимая их и затем обмякает, умирая. — Нет! Марта с Кларком в ужасе и неверии прижимают Джонатана к себе, не желая верить в чудовищную реальность, что любимого отца и мужа нет в живых. ***        В день похорон, поддержать Кентов приходит и Лайнел, несмотря на враждебность Джонатана по отношению к нему и постоянные пустые размолвки. Церемония проходит тихо, на ней присутствуют только близкие друзья и родственники семьи Кент, обходится без лишней шумихи и надоедливой прессы. Лайнел не позволяет журналистам тревожить Марту и Кларка, распоряжаясь не впускать писак на территорию кладбища и фермы. После похорон, Лайнел подвозит Марту и Кларка на своём лимузине, и там же, в машине, начинает непростой разговор. — Марта, я понимаю, что сейчас не самое подходящее время, но я считаю, что именно ты должна занять место Джонатана в сенате. Так и Кларк будет в большей безопасности и другие люди могут рассчитывать на твою помощь. Марта не ожидала такой подсказки, если честно то она думала, что её жизнь закончилась со смертью мужа. — Мама, это прекрасная идея, мистер Лютор прав. — Я даже не знаю, что и ответить, — покачала головой Марта, — это очень ответственное дело. — Не торопись, Марта, обдумай всё хорошенько. Я думаю, ты примешь правильное решение, — произнёс Лайнел, сжимая ладонь женщины. Доехав до фермы, Марта с Кларком прощаются с Лайнелом и идут в осиротевший дом. Без Джонатана всё было каким-то застывшим, неживым, даже огонь в камине был похож на муляж, потрескивая поленьями и создавая ненастоящий, с жуткой издёвкой, уют. — Я сделаю травяной чай, — говорит Кларк, смотря на застывшую на диване мать. — Хорошо, дорогой. Марта улыбается краешком губ, стараясь не расплакаться при Кларке, показывая свою слабость. Он не должен видеть её такой, при любых обстоятельствах. ***       Марте потребовалась неделя, чтобы справиться с семейной трагедией и начать действовать во благо общества и конечно же, Кларка. Она принимает предложение Лайнела и занимает место мужа в Канзасском сенате. С тех пор у Кентов начинается новая насыщенная жизнь, требующая стопроцентной отдачи, как морально, так и физически. Кларк оставляет учёбу в Канзазском университете посвящая всё своё время заботе о ферме и её обитателях. Друзья как могут, поддерживают его, даже Лайнел стал чаще появляться в их доме, короткими, но такими важными встречами поднимая настроение Кларку и Марте. Время шло, их кровоточащая, огромная рана потихоньку затягивалась, Марта занималась благотворительностью, часто отсутствовала дома, оставаясь в Метрополисе в «Luthorcorp Plaza», где у неё был личный номер, подаренный Лайнелом, сразу же, как только она начала свою политическую карьеру, заняв пост сенатора. На первую годовщину смерти Джонатана, через полтора месяца, стали происходить странные вещи: сам Джонатан стал являться Кларку и Марте. Кларку на кладбище, требуя, чтобы он убил Лайнела, и тогда они освободятся от гнёта Лютора.       Как бы Кларк ни любил отца, но даже после смерти, он не мог выполнить его просьбу, она была невыполнимой и очень странной.       Марте Джонатан явился дома, он сидел в кресле и уличал жену, в том, что она слишком сильно доверяет Лютору и вообще, непозволительно быстро забыла своего покойного мужа.       Для Марты упрёки Джонатана были сродни пощёчинам, она стала уверять его, что он не прав, что она всегда помнит о нём. Также как и Кларку Джонатан посоветовал Марте избавиться от Лайнела, убив его. Марта и так была расстроена увидев его, как живого, а теперь ещё была и обескуражена его странной просьбой. Между тем, благодаря слежке за Лексом и его тёмными делами, Лайнелу удаётся узнать, что Милтон Файн или Брейниак стоит за этими странными видениями. Тогда Кларк заманивает нейроорганизм в Крепость, чтобы избавиться от него раз и навсегда. В ходе борьбы Кларку удаётся избежать разрушений Крепости, когда он с силой толкает Брейниака на острые ледяные кристаллы, выступающие из стен Крепости. Вместе с Файном исчезает и космический корабль на складе номер три «Luthorcorp». Узнав об этом, Лекс обвиняет отца в краже, так как тот знал о корабле, он не давал ему покоя и вот теперь Лайнел выкрал его. Лайнел посмеивался над Лексом, говоря, что ему корабль и даром не нужен, у него есть дела поважнее, чем разгадывание тайн пришельцев. Лекс не унимается, тратит огромные средства на поиски Файна и корабля, так как он считал, что Файн обладал кое-какой информацией и мог помочь открыть корабль, что бы там ни говорил отец.       Его усилия вознаграждаются и приносят плоды: ищейки Лекса обнаруживают следы Файна в Гондурасе. Он вылетает туда на личном самолёте и вскоре действительно встречается с Файном, озвучивая ему догадку кем тот является на самом деле. По мнению Лекса, Файн работал на ФБР, был секретным агентом. Такой ответ более, чем устроил Брейниака и он начал тесное сотрудничество с Лексом и «Luthorcorp», для достижения своих не очень гуманных целей: ему надо было освободить Землю от людей и создать на ней Криптон, для своего господина генерала Зода.       Брейниак берёт образцы заражённой крови у мёртвых жителей Гондураса и на её основе в лабораториях «Luthorcorp» создаётся сыворотка, якобы от внеземных вирусов. Нейроорганизму удаётся обмануть Лекса, но привести в действие свой жуткий план - нет. Лекс догадывается, что Файн не тот за кого себя выдаёт и тогда тот мстит Лексу воткнув ему в руку отравленную сыворотку.        Лекс думает, что не выживет, заразится неизвестной болезнью и умрёт, как те бедолаги из Гондураса, но сделав анализ крови, врач оповещает Лекса, что в организме нет никаких отклонений, он полностью здоров. Когда Лекс приходит в лабораторию на следующий день, то с удивлением обнаруживает, что она разгромлена, а сыворотка уничтожена, вдобавок, где-то разгуливает полностью лишённый человеческих чувств робот и жаждет людской крови. ***        Через полгода упорной кропотливой работы в Сенате штата, Марта могла похвастаться неплохими результатами своей политической деятельности. Благодаря её заботе, был отремонтирован приют для детей сирот, а также все нуждающиеся могли каждый месяц получать одежду, продукты и медикаменты совершенно бесплатно, на деньги собранные с благотворительных аукционов, вечеров и пожертвованные богатыми людьми Метрополиса лично сенатору Кент.        На все званые мероприятия, её сопровождал Лайнел, он был для неё хорошим другом, к которому она могла обратиться по любому вопросу и всегда найти отклик. Лайнел посвящал ей очень много времени, знакомя с нужными людьми и играя роль кавалера, чтобы такую интересную женщину как Марта, не доставали своим навязчивым вниманием поклонники. Вот и сегодня Марта тщательно подбирала образ для очередного выхода в свет. Только вот играть роль подруги магната ей уже надоело, она не хотела, чтобы Лайнел находился с ней в ущерб себе. Ему надо было искать себе спутницу жизни и создавать семью, а вместо этого он проводил время со стареющей вдовой, поднатаскивая в политических делах. — Мама, ты куда-то собираешься? — интересуется Кларк у Марты, зайдя вечером в дом, переделав всю работу на скотном дворе. — В Метрополис, на благотворительный ужин. Лайнел любезно согласился сопровождать меня, кстати, он будет с минуты на минуту. — Что ж, ясно. Значит ты в надёжных руках, мне не стоит беспокоиться. — Да, Кларк, Лайнел замечательный человек.       Марта обнимает сына и в этот момент открывается входная дверь и со стороны чёрного входа появляется Лайнел, одетый в классический строгий смокинг с бабочкой, с уложенными волнистыми волосами, благоухающий дорогим парфюмом, олицетворяя собой завидного жениха не только Метрополиса, но и всей Америки. — Добрый вечер. Марта, прекрасно выглядишь. Лайнел любуется поистине шикарной женщиной, одетой в длинное бордовое платье, с распущенными завитыми волосами, целуя её ладонь, а потом пожимая руку Кларку. — Спасибо, Лайнел, — Марта улыбается, кладя руку на согнутый локоть Лайнела. — Кларк, не скучай, отдыхай, я вернусь завтра к обеду. — Хорошо, мама. До встречи. Идя к вертолёту с Лайнелом, Марта чувствовала себя неимоверно счастливой и значимой. Лайнел был настолько привлекателен и красив, что ей даже стало не по себе от исходившего от него обаяния. Не положено женщине похоронившей мужа полгода назад так остро реагировать на постороннего мужчину.        Вечер прошёл замечательно, многие толстосумы не скупились и подписывали чеки прямо за банкетным столом, отдавая заветные бумажки сенатору Кент, которая прятала их в свой клатч с милой улыбкой на красивых губах. Лайнел не мог отвести взгляд от своей спутницы, чувствуя такой прилив энергии, что хотелось горы свернуть ради одной только улыбки Марты Кент. После благотворительного ужина, Лайнел с Мартой едут в «Luthorcorp Plaza». Лайнел приглашает Марту в свой номер, чтобы за бутылочкой бургундского вина завершить этот плодотворный день. — За тебя, Марта. Кресло сенатора поистине принадлежит тебе, ты заслуживаешь его как никто другой до тебя. — Спасибо, Лайнел. Меня всегда интересовала жизнь простых людей. Они беззащитны, словно дети и поэтому хочется дать им немного больше, на что они могут рассчитывать в этой жизни. — Ты знаешь, я предлагаю тебе основать свой собственный благотворительный фонд. А я выступлю в качестве инвестора и покрою все расходы, связанные с открытием благого дела. — Лайнел, ты и так очень много сделал для нашей семьи. Мне не по себе загружать тебя ещё и своими проектами. — Марта, мы в одной упряжке, и ты и я служим на благо общества. Я только недавно осознал, как прекрасно творить добро, скольким людям можно помочь имея возможности и неограниченные средства. — Ты безусловно прав. Я верю, что вместе мы многого добьёмся. Марта подносит свой фужер с шампанским к фужеру Лайнела, легонько стукая его, закрепляя их деловой союз.       Из стереосистемы льётся спокойная классическая музыка и Лайнел приглашает Марту на медленный танец. Та с удовольствием соглашается, гордясь, что у неё такой партнёр, на зависть многим особам. Она видела, как женщины на ужине просто пожирали Лайнела глазами, мечтая заполучить его в качестве любовника или же ухажёра, а он не отходил от неё, посвящая всё свободное время.       Неторопливо кружась в танце Лайнел и Марта пьянеют от близости друг друга и переступают черту, которую они никогда бы не пересекли в другом случае. Но сегодняшняя ночь принадлежала им двоим, как и страсть, вспыхнувшая так внезапно, что всё происходящее было похоже на чудесный сон. Лайнел целовал Марту, запуская руки в её длинные рыжие волосы, попутно расстёгивая молнию на платье и раздеваясь сам, чтобы обнажёнными упасть на широкую кровать и там переживать наивысшие моменты счастья, когда-либо испытанные в жизни. Утром, спустя долгое время проснувшись в кровати не одна, у Марты не возникло и доли сомнения, что она поступила неправильно, потому что она поняла, что безумно влюблена в этого красивого молодого человека, мирно спящего на соседней подушке. Для Лайнела чувства к женщине были в новинку, он уже забыл, что можно так сильно в ком-то нуждаться. Последние его отношения окончились плачевно и невыносимо больно. На этот раз им с Мартой никто не мог помешать, уж Лекс точно не станет вредить Марте, он примет её как мать, а Кларку тоже придётся смириться, что Лайнел будет его отчимом. Лайнел делает Марте предложение в этот же день, после совместной ночи. Марта без раздумий отвечает «да» и они наполненные счастьем и нежными чувствами летят самолётом в Смолвиль, чтобы оповестить сыновей о радостном событии. Приземлившись на поле Кентов, Марта с Лайнелом встречают Кларка около загона для овец, молодой человек как раз собирался кормить животных, таская им сено в кормушки. — Кларк! — Марта машет сыну рукой, радостно улыбаясь и поглядывая на Лайнела. - Сынок, у нас скоро будет помолвка, в августе, мы с Лайнелом теперь вместе. Марта прижимается к своему любимому, тот обнимает её в ответ, целуя в щёку. — Как это? Тюк сена выскальзывает из ослабевших пальцев, так как Кларк отказывается принимать реальность, это известие как обухом по голове. Такого просто не может быть, мама и Лайнел не могут быть вместе! — Мы любим друг друга, Кларк, — отвечает Лайнел, твёрдым голосом, видя растерянность Кларка. — Но… — Сынок, я понимаю, что тебе тяжело принять эту информацию, но, пожалуйста, смирись. Мы правда очень счастливы. Кларк молча уходит в дом, Марта с Лайнелом идут за ним. Нельзя было допустить, чтобы Кларк воспротивился и пошёл на поводу у своих чувств. — Кларк, скажи что-нибудь! — Мама, я желаю вам счастья, не подумай, что я против ваших отношений. — Кларк, спасибо! Я так переживала, что ты воспримешь новость в штыки. Марта обнимает сына, тот обнимает её в ответ, желая матери только счастья, а у самого сердце разрывалось от боли. — Кларк, нам надо ещё заехать к Лексу, потом мы ещё приедем. Я приготовлю праздничный ужин, мы соберёмся всей семьёй, если ты не против. — Нет, конечно, мама. Теперь, хочу я этого или нет, Лекс будет мне братом. — Ну ты же этого хочешь, верно? — спрашивает Лайнел пристально глядя на парня. — О, да, всегда мечтал о брате. — Вот и славно. Мечты однажды сбываются. В шотландском замке будущих молодожёнов встретили более радушно. Лекс совершенно искренне пожелал отцу и миссис Кент счастья в личной жизни, по-очереди обнимая обоих счастливчиков. Извинившись перед Мартой, Лайнел остаётся с Лексом один на один: — Лекс, я надеюсь, ты не будешь вставлять мне палки в колеса и мешать моему счастью, как это было с Лукасом? — Папа, я не настолько жесток, чтобы мешать вам с миссис Кент. Будьте счастливы вместе, любите друг друга, стройте своё совместное будущее. А что касается Лукаса, то это была неправильная любовь, отец и сын не могут заниматься сексом, как двое извращенцев. Я не могу даже думать об этом, настолько мне от этого противно. — Мы не просто занимались сексом, мы с Лукасом очень любили друг друга. Но теперь это в прошлом, теперь я счастлив с другим человеком и больше мне никто не нужен. Лайнел выходит из гостиной к своей любимой, которая дожидалась его сидя на лавочке в саду. — Пойдём, милая. У меня есть к тебе разговор. Лайнел берёт Марту за руку и они не спеша идут по вымощенным дорожкам, мимо фонтана и раскидистых кустов дикой розы. — Марта, я бы хотел, чтобы ты родила мне ребёнка. Я очень хочу иметь от тебя детей. — Но Лайнел, мне сорок семь лет, все мои детородные функции почти угасли. Тем более у меня был однажды выкидыш, два года назад, после этого мой организм сильно пострадал и доктор сказал, что я уже не смогу иметь детей. — Марта, выход есть: метеоритный коктейль, он вернёт тебе женское здоровье и молодость, хоть ты у меня и так самая красивая и желанная. — Лайнел. Марта прижимается к своему любимому, не веря, что судьба решила подарить ей такое небывалое счастье. ***       Два месяца пролетают незаметно, приближая одну из главных дат в жизни Лайнела и Марты. На помолвке, Марта Кент предстала перед гостями полностью изменившейся и помолодевшей на пару десятков лет, в кремовом платье-футляр, идеально сидящем на её точёной фигуре, с медными распущенными волосами, струящимися по стройной спине и сверкающим от счастья взглядом. Она была настолько красива, что Лайнел весь вечер не отпускал свою невесту, будущую миссис Лютор, от себя ни на шаг. Кларк с грустью во взгляде и тяжестью на сердце смотрел на свою помолодевшую мать и не верил, что это она, да ещё и с человеком, в которого он был влюблён, по злой прихоти судьбы. — Марта, я говорил тебе, как ты прекрасно выглядишь? — говорит на ушко своей любимой, Лайнел, когда они присаживаются за стол, чтобы отведать десерт. — Да, любимый и не раз.       Помолвка происходила в Метрополисе, в одном из респектабельных ресторанов города, с именитыми гостями и самыми близкими родственниками. На торжестве также присутствовал отец Марты мистер Питер Кларк. Он не скрывал, как он рад выбору дочери, что наконец, она выбрала того, кого заслуживала, тонко намекая, что Джонатан ей был далеко не парой. Марта быстренько отвела отца от болезненной темы, переключив его внимание на светлое будущее в качестве тестя самого Лайнела Лютора. — Уважаемые гости! Мы рады сообщить вам, что торжественно приглашаем вас на нашу свадьбу, которая состоится в январе будущего года в «Luthorcorp Plaza». Официальные приглашения ждите в ближайшее время, — объявил Лайнел под бурные аплодисменты собравшихся.       Это известие отозвалось тупой болью в области грудины и Кларк поспешил выйти из помещения на открытый балкон, больше похожий на посадочную площадку, из-за своего немаленького размера. Ослабив галстук, Кларк осушает бокал с шампанским, смотря на огни большого города. Тоска и одиночество затапливали с головой и он уже устал от этого чувства, когда засыпаешь - плохо, просыпаешься - плохо… Окончательно погрязнуть в безрадостных мыслях Кларку не дают, его тонкий слух улавливает звуки шагов и он оборачивается, видя приближающуюся Марту. — Кларк, вот ты где. Марта подходит к сыну и накрывает своей ладошкой его руку, лежащую на ограждении площадки. — Мама, что-то случилось? — Кларк, я вижу, что ты чем-то опечален. Это из-за нас с Лайнелом, верно? Кларк перевёл взгляд на мать, такую красивую, такую счастливую из-за перемен в жизни, что огорчать её, сказав, что он влюблён в её жениха и речи быть не могло. — Нет, мама. Просто я скучаю по отцу, мне непривычно видеть рядом с тобой Лайнела, но я думаю, что скоро привыкну, это дело времени. — Сынок, я так хочу, чтобы вы ладили. Марта обнимает Кларка, успокоенная его ответом. — Я ничего не имею против Лайнела, мама, не переживай попусту. — Хорошо, сынок, — Марта поднимает улыбающееся лицо, с нежностью гладя Кларка по волосам. — Идём к гостям. В обнимку они покидают открытую площадку, Кларк продолжает «радоваться» за молодых, а Марта излучать неподдельное счастье и любовь к своему избраннику.