Дурочка

Когда ты идешь по улице, В нашем городе паника. Люди в машинах волнуются, Гонят на красный свет. Ты в полной мере соответствуешь этой фразе — ты воистину великолепна. У тебя длинные ярко-рыжие волосы, ярко-красные губки бантиком, широко раскрытые глазки, немного подкрашенные в уголках, походка от бедра и грудь четвертого размера. Ты ярка, как огонь, как костры, на которых сжигали ведьм. Нервные бьются в истерике, Дико ревут динамики, И соревнуются первые Полосы желтых газет… желтых газет. В твою сторону невозможно не обернуться. Ты притягиваешь взгляды даже в самой незаметной, грязно-серой одежде, согнувшись в три погибели и надев на голову капюшон. В тебя влюбляются. Постоянно, каждый день, каждую минуту, но ты ходишь под ручку с Исида Урю — главным ботаником твоей школы — и никто не может понять, что же ты в нём нашла, ведь сквозь твои голубые глазки просвечивает стенка. Ты наивна, совершенно не понимаешь намёков, а Орихиме на твоём фоне кажется верхом ума, серьезности и благоразумия. Осколки стекла, всем известно, На солнце блестят, как бриллианты. Однажды в правильном месте Наступит нужный час. Пустого, что привела к твоему дому Кучики, ты уничтожаешь по чистой случайности — спотыкаешься на высоких каблуках и падаешь прямо на меч Рукии, а потом, уже вооружившись дзанпакто, визжа и зажмуривая глаза, забиваешь бедного Пустого до смерти, причем именно забиваешь — меч ты держишь двумя руками и ударяешь не остриём, а боковой, плоской стороной. Закройте обратно Америку — В нашей гавани паника. Когда ты идешь по берегу, Море волнуется раз… Волнуется два… Про твою встречу с Бьякуей Кучики и его лейтенантом — Ренджи Абараи — говорить не стоит. Ты просто долго, о-очень долго сверлила Кучики-старшего влюблённым взглядом, потом как-то неудачно упала, и Кучики, забрав сестру, свалил в туман Сейрейтей. Что примечательно, тебе он ничего не сделал. Нервные бьются в истерике, Дико ревут динамики. И соревнуются первые Полосы желтых газет… Желтых газет… Ты со всех ног, теряя шпильки, бежишь к отцу, рыдаешь на его широкой и мужественной груди, а он посылает тебя к Урахаре. Урахара тебя немножечко тренирует, ты истеришь из-за сломанного ногтя, не замечая почти сквозной дыры в груди, и как-то очень быстро получаешь шикай. В Сейрейтей ты отправляешься вместе с молчаливым стражем  (Чадом), вроде бы твоим парнем (Исидой) и такой же рыжеволосой блондинкой, как и ты (Орихиме). По настоянию Урахары с тобой отправляется ещё и кошка-Йороуичи. Добираешься ты быстро. Противники так же быстро преклоняются перед твоим обаянием, а ты сияешь от счастья, — скоро ты спасёшь Рукию — пока не встречаешь Зараки Кенпачи. Вы дерётесь — недолго, и ты даже побеждаешь по воле очередной нелепой случайности. Зараки усмехается, глядя тебе вслед. Рукию ты спасаешь в последний момент, остановив дзанпакто с силой тысячи мечей голыми руками. Вроде бы все, всё закончилось, можно идти домой, обратно в человеческий мир к спокойной жизни без сражений, но появляется какой-то странный тип в капитанском хаори, начинает что-то говорить о том, что тебе нужно отдать ему Рукию, а ты… Ты всего лишь немножечко испугалась. И от испуга выронила тот дзанпакто, которым хотели казнить Рукию, прямо на этого странного типа. Он не успел увернуться, и всё закончилось. Всё. Теперь точно все. А где-то там загадочно, от слова ,,гад», ухмыляется Зараки.