Temptation of passion

Свободный столик с хорошим видом на сцену как будто специально предназначался для Хёнджи. Над сценой висела вывеска «С выздоровлением!», на которую девушка не обратила особого внимания, усаживаясь на удобный, обшитый белой тряпкой мягкий стул с комфортной спинкой. Хорошо было только одно: толпа не обратила особого внимания на Хёнджи. Они не знали её в лицо, приняв за очередную богатенькую девицу Пака, которая зачастую навещала их особняк. Положив ногу на ногу, она держала в одной руке бокал шампанского, а в другой свою ненаглядную черную орхидею. Наслаждаясь ароматом, девушка не обратила внимания, как сзади подошёл какой-то мужчина. Только лишь аромат парфюма, пропитавший его тело, выдал появление незнакомца. — Ким Тэхён. — хитро ухмыльнулась Хёнджи, отводя бокал с шампанским от своих губ. — Как я только могла забыть про ваше существование? — Рад видеть тебя, Хёнджи, на столь знаменательном событии, заслуга которого полностью принадлежит только тебе! — обходя медленно вокруг столика, говорил Тэхён. Поправив свою рубашку, он сел рядом на стул. — Ох… Ну, что ты, Тэхён. — тяжело вздохнула девушка, любуясь им. — Вы мне льстите! — Никоим образом, Хёнджи. — возразил, облизывая свои губы, Тэхён. — Кто, если бы не ты, смог разгадать причину неизвестной болезни госпожи Чахен? Вы просто одержимы манией головоломок! — Я просто выполняла свой долг. — заявила спокойно девушка, отпивая глоток шампанского из своего наполненного бокала. — Скромность и решительность - ваши отличительные черты. — заметил это Тэхён, сказав таким тоном, будто это должно было произвести какое-то впечатление. В этот момент появился Чимин. Поднявшись на сцену, с восхищенной улыбкой держа Чахен под руку, он оглядывал собравшуюся толпу, которая громко аплодировала скорейшему выздоровлению его жены. — Дорогие гости! — обратился он к публике, взяв микрофон в руки. — Я очень рад тому, что вы пришли все на столь значимое для нашей семьи событие! — Как красиво говорит, не правда ли? — послышался голос Юнги за спиной Хёнджи. — Во всяком случае, я рад тебя видеть, Хёнджи. — В кровати или вообще? — спросила девушка, хитро ухмыльнувшись, держа бокал шампанского у своих губ и не обращая совсем никакого внимания на реплики Чимина. — Ну почему сразу в кровати? — засмущался Юнги, присаживаясь на свободный стул рядом с ней. — Я, если честно, везде тобой восхищаюсь. — Вот видишь, Хёнджи, тебя везде ценят. — подтвердил Тэхён, поманив указательным пальцем к себе молодого официанта. — Всем нужен, наверное, столь гениальный человек. — взяв бокал шампанского с серебряного подноса, продолжил хвальбу Тэхён. — Ким Тэхён. — сделала замечание Хёнджи, искоса на него посмотрев блестящими при свете солнца глазами. — Может быть, сменим тему? — Ох… — вздохнул глубокого Юнги. — Сейчас, наверное, тебя вызовут. Вот, послушай. Чимин о тебе уже заговорил. — И не обошлось бы всё это… — говорил Пак, когда девушка обратила на сцену свои критичные взор и внимание. — Если бы не помощь и неоценимое внимание одного человека, живущего в нашей провинции! — Да-да, конечно, Пак Чимин. — крикнул из толпы какой-то мужской голос. — Можем мы сегодня поговорить с человеком, которому принадлежит эта заслуга? — Ну, раз уж наш нетерпеливый народ требует задать несколько вопросов нашему первоклассному герою, то как я могу этому препятствовать? — красиво трепал своим языком Пак на публике. — А сейчас я прошу выйти на сцену первоклассного врача, специалиста в своей области диагностики сердечных заболеваний - Хёнджи! — Давай, удачи тебе! — пожелал успеха Юнги, чуть притронувшись ладонью к упругим ягодицам девушки. Пожалуй, такой жест был самым приятным ощущением, которое она могла ожидать. За последние дни, что девушка провела в постели с Юнги, у неё разыгрались чувства вполне даже естественные к этому мужчине. Пальчики Юнги в момент такого прикосновения проникли под низ платья, чуть притронувшись к её упругим бедрам, оставив на них след незабываемой нежности, вызывающей в голове теперь самые грязные эротические желания. — Прошу, Хёнджи, не стесняйтесь. — сказал Пак в тот момент, видимо, заметив, как она не спеша поднимается по деревянным ступенькам на сцену. — Микрофон вас точно не укусит. После прикосновения руки Юнги к её телу, Хёнджи стала словно сама не своя. Было трудно контролировать бурный поток нахлынувшей эротической страсти. — Вот, прошу держите. — передал Пак в руки черный гладкий микрофон. — А вот ваш цветок, если не возражаете, пусть побудет у меня. — Ой, знаешь, Чимин. — решила его поставить в неудобное положение. — Я искренне возражаю теперь отдавать свой заслуженный цветок в чьи-либо руки. — Твое право. — вежливо улыбнулся Пак, и по его глазам девушка заметила, как он сильно сдерживает свои эмоции ради неё. — Пойдем, Чахен, займем место за каким-нибудь свободным столиком. — обратился он к Чахен, что сидела на стуле за спиной Хёнджи. — Когда же ты научишься сдерживать свои эмоции, Хёнджи? — тихо прошипела змея Чахен, вставая со стула. — Господин Пак. — решив поиздеваться. — Приструните, пожалуйста, свою змею и пододвиньте стул для меня. Хочу восседать на стуле перед публикой, как королева. — Хм… Чахён… — было видно, как девушка ставила его в неудобное положение, как его уже трясло от гнева. — Да-да, конечно, Хёнджи. Наверняка журналисты многих журналов хотят пообщаться с вами на весьма откровенные темы медицины. — Ну, итак… — сказала неуверенным голосом Хёнджи в микрофон и, присаживаясь на белый мягкий стул, положила ногу на ногу и откинулась на его спинку, озирая огромную публику. — Ваши вопросы, дорогие господа! Ну, и дамы. — застенчиво улыбнулась девушка, сдерживая и подавляя страх в себе, стараясь не показывать своего волнения на публике. — Скажите, Хёнджи… — послышался голос молодого парня из толпы с большим черным профессиональным фотоаппаратом в руках. — Каков прогноз теперь после операции у Чахен? Ну, в смысле профилактика. — Ах… Вы вот о чем. — плавно набирая воздуха в свою грудь, начала говорить девушка. — Всем больным с митральным стенозом рекомендована вторичная профилактика рецидивов ревматической лихорадки. — Поясните, какая профилактика конкретно нужна при ревматической лихорадке? — поинтересовался молодой парень, поправив рукой темно-синюю бейсболку. — Внутримышечные инъекции пенициллина натриевой соли. Ну, и профилактики эндокардита перед рискованными процедурами. — О какой профилактике тут идет речь? — этот наглый юноша продолжал засыпать Хёнджи вопросами. — Назначают бензатина бензилпенициллин. — спокойно и сдержанно ответила девушка, когда этот наглец уже начал её раздражать. — Вы то же самое назначали, потеряв по вине халатности своего пациента? — этот вопрос поставил Хёнджи в тупик. Она даже не знала, что ответить, поняв, на что намекает этот парень. — Простите, я вас не поняла. — застенчиво улыбнулась Хёнджи, поправляя низ своего платья, понимая уже осознанно, что ситуация выходит из-под контроля, и сама она никак не вывезет. — Несколько месяцев назад вы допустили по своей вине смерть пациента, неверно диагностировав ему диагноз, когда вы были заведующей отделения кардиологии. — Да, но… — поняв, что тут нечего отвечать, когда этот наглый репортер просто психологически давил на неё своим утверждением. — Прошу меня извинить, Хёнджи. — вмешался грамотно и вовремя Хосок. — Но ваше время истекло, пора начинать праздник! — мило улыбался он, подходя к девушке и забирая микрофон. — Так все же! — настойчиво требовал ответа этот наглец. — Как же так получилось, что вы диагностировали неверный диагноз вашему пациенту и проявили грубую халатность как со стороны вашего отдела кардиологии, так и со стороны руководителя? — Все-все, господа! — настойчиво с улыбкой говорил Хосок. — На этом мы заканчиваем наши реплики, время праздновать. Спускаясь по ступенькам со сцены, Хёнджи не могла ни о чем даже думать. Зачем этому парню было копать так далеко на неё? Он поставил девушку в неудобное положение перед публикой, когда вокруг началась смута и какие-то шептания и косые взгляды на поникшую, опустившую голову Хёнджи. — Хёнджи, как ты? — первая спросила Чахен, подходя к ней, едва ковыляя сама. — Прости, что так неудобно получилось. Наша охрана уберет этого наглого репортера, если ты пожелаешь. «Но ведь самое главное: зачем ему было нужно копать под меня? Чего он хотел этим добиться?» — Да… — ответила потерянным голосом девушка. — Чахен, ты не возражаешь, если я уединюсь с Юнги? Нужно кое-что обсудить. Если можно, пришли нам одного из официантов с вином. — Ммм… верно метишь, Хёнджи. — промурлыкав, как кошка, ответила Чахен с похотливой улыбкой на губах. При виде Юнги, что шел к ней на встречу, девушка оживилась. — Хёнджи, дорогая, как ты? — подошел Юнги, обняв её за талию. — Этот негодяй ранил тебя? — Нет. Все в порядке. — ответила радушно Хёнджи, мило улыбнувшись ему в ответ. — Как насчет распить бутылочку вина из погреба Пак нам с тобой наедине? — похотливой улыбкой улыбнулась она, застенчиво похлопав влажными от скопившихся слез глазками. — Ммм… Ты же знаешь, чем это может закончиться. — ответил Юнги, приобняв за талию. — Так я на это и рассчитываю. — обвивая рукой талию Юнги, она притянула его тело к себе ещё ближе. Заглянув в его глаза, она увидела яркие искорки, что загорались каждый раз, когда Хёнджи находилась рядом. Так близко, так горячо. Она не удержалась и скользнула рукой по спине до поясницы. Закусив губу, она провела рукой ниже и сжала его ягодицу. Не встретив в его глазах сопротивления или неодобрения, девушка одарила его озорным шлепком по ягодицам. — Ты можешь трогать меня, касаться, целовать везде, где тебе заблагоразумится. Но шлепать здесь могу только я, негодница! — прошептал на ухо Юнги. — Вы же там не сможете друг друга потом удовлетворять. — улыбнулась злорадно Чахен, радушно кивком головы подтвердив просьбу девушки. — Хорошо, сделаю, что смогу. Тем более, я ведь обязана тебе жизнью. — Ой, да брось ты! — махнула рукой девушка, как будто это пустяк какой-то. — Я сейчас Юнги буду обязана сама жизнью. Да, мой дорогой? — прижимаясь к нему ближе, пояснила она, обратив внимание, как Чимин с двумя охранниками пробирается сквозь толпу к этому наглому надоедливому репортеру.

***

В комнате все пахло розами. Манящий притягательный аромат этих цветов насыщал весь воздух своим приятным изобилием вкусов, вызывающих самые разные эротические соблазны и дикое звериное желание совокупляться. Постель с красными простынями и большим темно-красным, почти алым одеялом была как будто специально расправлена, предвкушая заранее пылкую, огненную страсть двух горячих тел на ней. Положив цветок черной орхидеи на стол, Хёнджи прошла манящей походкой, эротически покачивая бедрами, постукивая нежно своими коготками по столу, пока другой рукой якобы поправляла сзади низ платья, приоткрывая, как ей казалось, для своего ненаглядного искусителя всю прелесть привлекательных ног. — Я так долго ждал, когда же это снова случится. — обвивая её за талию, шепотом на ухо сказал Юнги. — Когда же я снова окажусь с тобой наедине. — Ты не представляешь, как долго я ждала этого момента. — тихо ответила ласковым голосом девушка, ощущая, как рука Юнги прошла там, где был спереди разрез платья, чуть притронувшись к нежному кружевному черному белью на ней. Раздавшийся стук в дверь все испортил. Вошел парень с серебряным подносом, на котором стояло три бутылки вина. Хёнджи стояла у открытого окна, поставив ногу на низкий, находящийся почти возле пола подоконник, и как будто разглаживала свои чулки. Юнги сидел на краю стола, с восхищенным взглядом любуясь телом девушки. — Простите за беспокойство… — сказал парень. — Как вы и заказывали: три бутылки вина и закуска. — вежливо очень говорил парнишка, поставив серебряный поднос на стол. — Благодарю. — ответил Юнги. — Если что-то нам понадобится, мы сообщим. А теперь, если не возражаешь, дай нам пообщаться наедине. — испепеляющий ненавистью взгляд Юнги заставил парня поспешно покинуть комнату. — Ну зачем ты так с ним? — сказала возбуждающим голосом Хёнджи, освобождая нежные бархатные плечи от назойливого красного мини-платья. — Он ведь выполнял свою работу. Платье волей рук медленно спускалось по её талии, пока она все так же стояла возле открытого окна, наступив каблуком красных туфель на низкий широкий подоконник. — Предлагаю сначала… — начал говорить Юнги, с восхищением любуясь женским телом, открывая штопором бутылку красного вина. — Выпить по бокальчику. — По бокальчику? — удивилась похотливой улыбкой девушка, направляясь к нему в одном нижнем белье, красиво покачивая своими бедрами. — Может, сразу с горла? Чего мелочиться. — Кстати, ты забыл надеть свои боксеры, пока в спешке уходил от меня на работу? — поинтересовалась с похотливой улыбкой Хёнджи. — Какая же ты проницательная. — улыбнулся Юнги, протянув ей бутылку с вином. — Иди на кровать, я пока вторую открою. — предложил он и, взяв в руки штопор, начал распечатывать другую бутылку с вином. — Любишь приказывать? — улыбнулась, запрокинув руки за спину, стоя возле стола рядом с Юнги. Ловким и непринужденным влиянием своих рук девушка расстегнула застежку на своем бюстгальтере, освободив от стягивающих оков прекрасную сочную пышную грудь. Плавно черный кружевной бюстгальтер скатился по рукам Хёнджи и упал точно на серебряный поднос возле еще одной полной бутылки вина. — Стой-стой, красавица. — заявил Юнги, обвивая девушку руками сзади за талию, когда она повернулась к нему спиной и хотела направиться к кровати. — Не так быстро! Мне кажется, ты что-то забыла с себя снять. Хёнджи развернулась, отстранившись немного, посмотрела на Юнги, обмакнула палец в крем и протянула ему. — Хочешь попробовать? Член Юнги дернулся от ее голоса и нежного взгляда. Девушка задумала поиграть, и, поняв это, он автоматически стал твердым. Юнги наклонился вперед, взял ее палец в рот и пососал. Хёнджи тихонько ахнула от возбуждения. Он с наслаждением облизывал ее палец, становясь при этом болезненно твердым. Когда он выпустил ее палец изо рта, взгляд девушки был направлен на его губы. Все тело затрепетало. — Иди ко мне. — прорычал он. Хёнджи медленно подошла еще ближе, вплотную. На губах появилась довольная улыбка, когда она сжала его член через брюки. — Ты заводишься с пол оборота. — Да, особенно, когда ты рядом. — ответил он, наматывая ее волосы на кулак, запрокидывая голову. Он наклонился ниже, впиваясь губами в нежную шею, легонько покусывая ее. Юнги подхватил девушку на руки. Хёнджи вскрикнула от удивления, но машинально обхватила его ногами за талию и руками за шею. Юнги толкнул бедрами вперед, упираясь членом в промежность. Девушка выдохнула, поддалась вперед, целуя его, крепче сжимая бедра. Парень целовал ее в ответ, сплетаясь с ней языками. Не выпуская из рук, Юнги медленно нес девушку через комнату к кровати, при каждом шаге потираясь членом о ее промежность. Все это время Хёнджи стонала, не разрывая поцелуй. Грудь девушки прижималась к его широкой груди, а губы сладостно отвечали на его поцелуй. Это была сладкая пытка. Юнги донес Хёнджи до кровати, аккуратно уложил на нее, накрывая своим телом сверху. — Ммм… — заговорила она, продолжая работать бедрами. — Мне понравилось, как ты меня держал. Так я была ближе к тебе. Юнги сел, скидывая с себя рубашку, следом брюки. — Мы можем продолжить. Я буду держать тебя, пока мы занимаемся любовью. Хёнджи посмотрела на него удивленным взглядом и провела рукой по его обнаженному торсу, обрисовывая упругие грудные мышцы. Девушка широко расставила ноги, и Юнги не мог отказаться от такого приглашения. Но вместо того, чтобы упасть в ее объятия, Юнги сполз по кровати и лизнул нежную, влажную плоть, с наслаждением слушая ее всхлипы в ответ на его действия. — Ты такая сладкая. — он прошелся языком по складкам, кружа им по клитору. — Мне никогда не насытиться тобой. — Тогда не останавливайся. — ее руки сжали его волосы, удерживая его лицо на месте, пока он ласкал ее языком. — О, боже, только не останавливайся… — Но тогда ты кончишь. — прерывисто бормотал он, обхватив губами и посасывая маленький комок нервов. Хёнджи закричала, выгнула спину и заскулила, когда Юнги отодвинулся. — Почему ты остановился? — Потому что я хочу быть в тебе. — его голос был хриплым от желания. — Прямо сейчас. Девушка еще раз застонала, а он, ухватив ее за бедра, дернул к краю кровати. — Обхвати меня руками за шею. — приказал он, направляя головку члена к ее влажному входу. В следующую же секунду девушка выполнила его просьбу: прижалась к нему, окружая его своим теплом. Ощущения были невероятными, и Юнги застонал от восторга. Хёнджи сцепила ноги у него за спиной, в то время как он удерживал ее под ягодицами. Он двигался медленно, сжимая бедра, удерживая на месте. Он хотел неустанно целовать девушку, но в такой позе мог лишь едва касаться ее губ. Она чуть качнула бедрами, двигаясь ему навстречу. Это движение позволило Хёнджи тереться сосками о его грудь, возбуждая Юнги еще больше. Девушка покрутила бедрами. Юнги в этот момент поддался вперед, от чего она ахнула. — Сильнее, Юнги… Его удары стали немного сильнее, но в этой позе делать это было куда сложнее. Ему нужно было больше места. Осмотревшись по сторонам, он нашел пустое место у стены и пошел к нему. — Что ты… — возмущенно бурчала Хёнджи, пока он отвлекся. Юнги прижал ее спиной к стене. Она хочет грубого секса? Она его получит. Опора на стену позволила ему двигаться быстрее, и со следующим толчком глаза девушки округлились, а влагалище сжалось вокруг члена. — О, да! Вот так! Он двигался все резче и резче, радуясь ее вскрикам при каждом его толчке. Ее глаза были закрыты. Она так сильно впилась ногтями в его плечи, что на коже остались следы. Но она поддавалась навстречу каждому его быстрому движению. И ему это нравилось. С ближайшей стены упала картина, но Юнги было плевать. Его движения были быстрыми и заставляли девушку скользить по стене и его члену. — Юнги! — выкрикнула она. — Я здесь. — ответил он, накрывая ее губы в грубом поцелуе. — Я держу тебя. — ее крики были громкими, дикими, и они сводили его с ума от удовольствия. Он вдалбливался в нее, погружая член в идеальное тепло. Она закричала у его губ. Он почувствовал, что она уже была на грани. Всего через секунду она задрожала всем телом, мышцы напряглись, сжались вокруг него. Юнги тихо выругался. Он сам был уже близок, поэтому ускорился. Она продолжала вторить его имя, содрогаясь всем телом, не в силах остановиться. Юнги последовал за ней, кончив с долгим стоном. Он ударил бедрами в последний раз и замер, позволяя себе последовать за ней в пучину удовольствия.