Мирное небо длиною в жизнь

Лёгкий бриз шумел, игриво перебирая сочную листву. Он играл ею, любуясь, как переливаются блики закатного солнца на мягкой кожице. Тихо шуршало мягкое разнотравье. Луг был безмятежен и отдыхал после длинного дня, готовясь к ночной прохладе. Но вдруг всколыхнулось пёстрое море и стремительно взмыло в небеса. Это были бабочки, потревоженные детской игрой. Тишь полудрёмы сменилась звонким смехом двух маленьких девочек. — Догоняй! — крикнула одна из них, игриво взмахнув чёрным пушистым хвостиком. Что это за дивное существо? Не человек, но и не животное. Да, острые кошачьи ушки и хвост выдавали в ней Квану — человека-кота. Она ускорилась и далеко позади оставила другую — белокурого эльфа. Пухлые детские ручки раздвигали высокие стебли цветов, что были, наверное, выше неё ростом. Крупный красный колокольчик вздрогнул и рассыпал сладкую пыльцу. Эльфийка чихнула, смешно щуря курносый носик. Девочка широко распахнула медовые глаза и устремила взгляд в далёкое вечереющее небо. По нему медленно ползли пушистые облака. Солнце опускалось всё ниже, крася их и кромку леса в тёплые цвета заката. Такой необъятный, необъяснимый простор, такое приятное и тёплое чувство озарило её! Из груди вырвался радостный смех и ребёнок, будто почувствовав прилив сил, пустился вслед за юной Кваной. Девочки бежали навстречу шумному лесу. Эльфийка успела выхватить взглядом шуструю тень, проскользнувшую меж стволов. — Подожди! — крикнула она ещё быстрее перебирая маленькими ножками. Эльфийка вынырнула из луговой травы и прислонилась к шершавой коре высокого дуба. Такой необъятно огромный и величавый, но тоже, казалось, танцевал под мелодии ветра и громких птиц, живущих в его кроне. Отдышавшись, девочка в нерешительности переступила с ноги на ногу. Никогда раньше она не бывала в лесу, да и строгая тётя всегда запрещала ей ходить туда. — Ева! — позвала девочка. Лес отозвался уханьем горлицы. Из-за дальнего дерева осторожно выглянула девочка-кот и когда глаза детей встретились, та залилась озорным смехом и пустилась прочь. Юная эльфийка бросила быстрый взгляд на таящуюся за лугом околицу и нырнула в лесную тень. Босых ног коснулся влажный мягкий мох. Розовая лента выскочила из тугой косы, смело раскинув белокурые локоны по ветру. В воздухе витал нежный аромат лесной земляники, наполняя рот слюной. К лакомству девочка обязательно вернётся, но позже, когда наконец догонит шуструю подружку. Меж кустов заколыхались разноцветные огоньки, но стоило ребёнку приблизиться к ним, как те стремительно гасли. Вдали появились необычные деревья. Кора их была испещрена светящимися жилами. Цвет в них завораживающе переливался, меняя оттенки с розовых до синих. Свечение это стало очень отчётливым, будто в одну секунду ночная мгла обрушилась на землю со всей своей силой. Сколько времени прошло? Или в этом лесу всегда так темно? Плутая, кружась среди ярких огней, девочка потеряла счёт времени. А лес, так коварно туманя голову звал всё дальше и дальше в свои объятия бесконечной тиши. — Ева? — позвала девочка. — Ева… — тихо, почти неслышно отозвался холодный голос. Эхо ли это? Или голос самого леса, что был не рад шумным гостям? — Где ты? — эльфийка посмотрела по сторонам. Немая тишина. Только стрекотание крыльев прозрачных бабочек, что кружили над головой. — Я здесь! Девочка вздрогнула и ринулась через кусты. Яркие огоньки испуганно рассыпались в разные стороны. Колючие ветки цеплялись за одежду, волосы, царапали нежную кожу. Одна из них гулко шлёпнула по щеке. Эльфийка всхлипнула, но проглотив слёзы вышла на тропу, вьющуюся далеко в туманные дали. Ребёнок медленно двинулся в сторону тумана. Сквозь тьму белёсое облако неспешно колыхалось и будто бы бледно светилось. А за ним — ни-че-го. Плотная пелена. Абсолютно неизвестное, невидимое пространство. Исчезли яркие огни. Смолкли бабочки и птицы. Ветром лист не шелохнётся. Лишь гнетущая тишь и туманная тьма. Девочка крадучись шла. Тонкое летнее платьице больше не сохраняло тепло. Эльфийка обняла себя за оголённые плечики, будто пытаясь убаюкать трепещущееся сознание. «Всё хорошо. Ева близко» Эльфийка набрала в лёгкие воздух, но окрик застрял в горле и сорвался рваным всхлипом. Девочка оглянулась. Туман окружил её плотным кольцом. Где же теперь дом? В тишине слышалось нарастающее биение сердца. Горло её горело огнём. Крадучись она шла дальше. Стопы неприятно саднило. Мягкий мох сменился сухими листьями и ломаными ветками. За спиной будто сгустилась тьма и вмиг напряжённая, похожая на вакуум тишина, разорвалась. Шумно захрустели ветки. Глухо ухнуло что-то в кустах. Звук пронзил тело насквозь и рассыпался холодом. Громкий визг заполнил пространство. Девочка побежала. Попадались торчащие корни. Она спотыкалась. Она падала. Но тут же вскакивала. Казалось, лишняя секунда может приблизить её к чему-то, что наверняка гонится за ней. То-ли туман рассеялся, то-ли выглянуло пропавшее солнце, но вдали показались очертания поляны. Чей-то тёмный силуэт покачиваясь стоял там. Эльфийка вильнула в куст и притаилась. Хриплое дыхание казалось слишком громким. Она закрыла рот ладошкой, стараясь быть тише... Чьи-то руки схватили ребёнка за плечи. — А-а-а-а! Помогите! — закричала девочка. Кто-то засмеялся. — Это же я! Глупая. Девочка открыла глаза и повернулась. Перед ней стояла Ева и ехидно хихикала. — Что? Испугалась? Ну ты и трусиха! Эльфийка закусила губу, отвернулась, но горло сдавили слёзы. Она кинулась в объятия подруги и заревела. — Мне страшно! Домой хочу-у-у! — Конечно. Ты хочешь домой. — голос Евы резко стал холодным. Она оттолкнула эльфийку и захохотала. Вначале смех, громкий и весёлый, будто раздвоился. Может быть это было эхо или взявшийся из ниоткуда завывающий ветер? Лицо Евы побледнело. Сквозь тонкую кожу проступили синие сосуды. Квана резко смолкла. Улыбка исчезла с её иссохшихся посиневших губ. Некогда полные озорства глаза помутнели и уставились в пространство перед собой. — Ев-ва? — заикаясь спросила девочка. Квана резко вздёрнула голову. Эльфийка вжалась в кусты. Ева медленно повернула голову в сторону. Её туманный взгляд блуждал, она будто замерла в задумчивости. Потом прищёлкнула языком и одним прыжком преодолела расстояние, отделявшее её от девочки. — Ох, Лилит… — голос её зазвучал неожиданно скрипуче и грубо. Она подняла руку и острые когти сорвали лицо как тряпичную маску. Теперь перед эльфийкой стояла не восьмилетняя Квана, а пышущая злобой старуха. Глаза её были абсолютно черны и смотрели прямо в душу. Казалось, где-то там, на дне смоляных зрачков танцевали красные искорки. Их танец, опасный психический бур, врезался, выжигал этот взгляд на всю жизнь. Ведьма схватила ребёнка за запястье и приблизилась ещё ближе. Она опалила лицо гниющим смрадом дыхания и девочка замерла не в силах ни пошевелиться, ни закричать. Только крупные слёзы стекали по пухлым щекам. — В мрачные годы летели призраки воды, унося тебя с собой. Теперь ты тоже призрак. Призрак темноты! — нечеловечески провыла старуха и всё вокруг задрожало. Задрожало и разбилось миллионами осколков. Реальность перестала существовать и стала чёрной бездной. Опора под ногами исчезла и девочка полетела вниз. Она закричала и спиной разрезала водную гладь. Холод обжёг тело, быстро идущее ко дну. Эльфийка неуклюже махала руками, но сильное течение переворачивало и крутило её. Лёгкие горели. Так страстно хотелось вдохнуть, но тёмная вода была повсюду. Мутнеющий взгляд выхватил огни красных глаз. Они быстро приближались к тонущему ребёнку. Миг и чьи-то острые зубы вонзились в плоть, пронзая ледяным холодом и болью…