you will always be my favourite form of love

— Эй, слизень. Рэки вздрагивает и останавливается. Затем оборачивается на Мию. И немного залипает. В лунном свете у Мии очаровательно-красные щёчки, которые он, по всей видимости, пытается спрятать, натянув на голову капюшон с кошачьими ушами. — Чего тебе, мелкий? — Рэки по-доброму усмехается и подходит ближе, сунув руки в карманы. Мие недавно исполнилось четырнадцать и он всё ещё такой махонький, что Рэки хочется его затискать. — Тебе же парни тоже нравятся, верно? Вопрос застаёт врасплох. Рэки моргает, теряется и смущается, дёргается, трёт ладонью шею. Такие вопросы заставляют нервничать – и где он уже успел пропалиться? Только Ланге ведь каминг-аутнулся. Ну, по большей части потому, что Ланга сделал это первый. — Э-э-э... стоп, почему ты вообще- — Просто ответь, — Мия на него не смотрит, но сильнее хмурится. Рэки выдыхает. Что ж, в конце концов Мия – тот, кому он может доверять. — Ну... типа того. Они оба замолкают и Рэки уже готовится спросить, зачем Мие эта информация, когда тот, решительно вскинув подбородок, смотрит, не разрывая зрительного контакта. И выдаёт: — Я подойду? Глаза Рэки ползут на лоб. — Чего?.. Мия свои закатывает и Рэки чувствует себя тупым. — Господи, какой же ты слоупок, ну почему именно ты... — не зря, кажется, чувствует, слыша эти фырчания от Мии. — Смотри, для тех, у кого мозговое развитие остановилось в два года- — Эй! — Рэки оскорблённо вскидывается, но Мия шипит на него и он умолкает. — Объясняю. У меня на тебя краш, который, к сожалению, не проходит. Вот и живи теперь с этим. У Рэки в мозгах действительно что-то не в порядке, потому что там наверняка замыкает сторону рационализма и логики, когда он внезапно ляпает: — Ну, ты в моём вкусе, вообще. О нет. О нет, он не должен был- — О, — губы Мии изгибаются в коварной ухмылке, — даже так? И что конкретно тебе нравится – то, что мне четырнадцать, или мои «закосы на фурри»? — Мия буквально цитирует его же подъёбы и Рэки закрывает лицо руками – читер проклятый! Его же оружием! — Да я не это имел в виду! — стонет он. — Тогда что, — Мия внезапно оказывается совсем близко, — ты имел в виду? Я, вообще-то, хотел просто рассказать тебе об этом и думал, что так эта хрень быстрее пройдёт. Как-то злобно у этого язвительного некобоя сверкают глаза... Рэки это не нравится. Он сглатывает, отнимает ладони от лица полностью, после чего слегка мнётся. Ну, блин. — Да просто... ты маленькая вредина, мне нравится возиться с тобой, а ещё ты красивый до пизды, я в твоём возрасте был похож на картошку, а ты- — Ты и сейчас похож на картошку. — А чего ж ты тогда в эту картошку влюбился?! Мия резко вспыхивает и отстраняется. — И ничего я не... это... это другое! Наблюдать за его реакциями – одно удовольствие. Иногда Рэки делает так специально. — То есть, ты меня не любишь? — Люблю, но- Мия осекается, зажимая рот ладонью. Рэки тянет победную усмешку, скрещивая руки на груди. — Короче, — он тут взрослый и ответственный, он тут собирается решать. Решало, правда, пока не выросло. — Тебе же не вечно четырнадцать будет, верно? Мия смотрит на него недоверчиво, всё ещё смущается и наверняка разрывается между желанием ударить и... и что? И что-то ещё, но Рэки пока понять не может. — Ого, оно эволюционирует. — Цыц, — Рэки легонько щёлкает Мию по носу, после чего тянет к себе, пытливо заглядывая в изумрудные глазки. — Сам же потом будешь хвастаться, что ты мутишь с кем-то постарше. Мия щурится. — А я буду? — Будешь. Если захочешь. — И ты меня подождёшь? Рэки почему-то кажется, что этот вопрос волнует Мию больше всего. Он важный и в него явно вложен особый смысл. Рэки этот смысл понимает очень даже хорошо, потому смягчается – как в голосе, так и во взгляде, и ерошит волосы Мии, убирая с глаз лезущую прядь чёлки. — В чём бы то ни было. Не вижу никаких проблем, — Рэки жмёт плечами. Для него всё просто – они друг другу нравятся, им вместе классно, почему бы и не попробовать? А разница в возрасте – это фигня. Они ведь не испытывают никаких сложностей в общении и дружбе, чем отношения должны отличаться? Наверняка обнимать Мию, брать за руку, кутать в свои кофты будет классно. Наверняка будет здорово устраивать свидания на скейтах. А ещё целоваться – о, Рэки его научит. Рэки, вообще-то, мастер в поцелуях. Знал бы Мия, сколько в своё время помидоров пострадало от его, Рэки, тренировок... Мия смотрит на него странно, но кивает. — Хорошо. Тогда позаботься обо мне, придурок. И пинает его в голень. Ну что за маленький дьявол? * Мие шестнадцать, и Рэки очень осторожничает. Мия остаётся на ночёвку – это отлично, они делали так уже тысячу раз, но в последнее время, когда их отношения «вышли на новый левел», как любил говорить сам Мия, ночёвки тоже стали восприниматься по-другому. — Хочешь..? — Да, пожалуйста. Рэки сглатывает и шумно выдыхает, когда они прижимаются друг к другу ещё сквозь бельё. Мия заводится очень быстро, Рэки от него не отстаёт, ныряет рукой вниз и сам управляет процессом. Всё происходит само собой – нежно, приятно, без лишних сложностей. Классно. Главная запара – вовремя схватить салфетку. В остальном – идеально. Шумящие за окном цикады глушат тяжёлое дыхание и тихое мычание. Под одеялом жарко, они оба взмокли, но останавливаться сейчас – смерти подобно, поэтому Рэки просто спускается губами ниже, собирая языком капельку пота, стекающую по шее Мии. Солоно, приятно – Рэки чувствует себя извращенцем, и не только потому, что его парню всего шестнадцать, но и потому, что ему хочется Мию сожрать. Целиком и полностью. Он слишком вкусный. — Я сейчас, — громко шепчет Мия, выгибаясь в пояснице навстречу. Рэки тянется за салфетками свободной рукой и целует Мию в переносицу. — Люблю тебя, котёнок, — мягко улыбается, когда Мия дрожит от острого наслаждения, прошибающего тело. Рэки надолго тоже не задерживается, срываясь следом. Они лежат какое-то время молча, восстанавливая дыхание. Рэки откидывает две использованные скомканные салфетки на пол, стаскивает одеяло. Жарко. Кайфово. Зная, что Мия сейчас захочет пить, он поправляет на себе приспущенные трусы, нехотя отстраняется, встаёт и берёт со стола бутылку с водой. Как же бесит отсутствие прикроватной тумбочки в такие моменты! Рэки думает о том, что когда съедет (а это случится уже очень скоро), то точно выберет квартиру, где возле кровати есть тумбочка. Он откручивает крышку, запрокидывает голову и жадно глотает воду с горла. Несколько капель стекает по шее и груди, но это даже приятно, остужает разгорячённое тело. Затем возвращается в постель, замечая, что Мия следил за ним всё это время. — Держи, — Рэки подмигивает, протягивает Мие бутылку и плюхается головой на подушку. Прикрывает глаза. Слышит, как Мия пьёт. «Водный баланс – это важно!» – сразу всплывают его слова в голове. Рэки улыбается. — Блин, ты такой маленький, — шепчет, поворачивая голову к Мие. Тот моргает и хмурится. Видимо, связывает эти слова с произошедшим. — У меня средний размер, как для японца! Это просто у тебя больше. Рэки краснеет и не сдерживается – ржёт, утыкаясь Мие в плечо, пока тот отпихивает его лицо ладонью. — Да я не про это, блин, кис. Я просто... в целом. Маленький такой, крохотулечный, на котёнка похож. Мия пихает его уже не так активно, вяло, лишь для галочки, и пыхтит недовольно. Но Рэки знает, что ему нравится. Рэки поворачивается, прижимает Мию к себе и целует в припухшие губы. Если бы Мия всерьёз злился, то не отвечал бы так охотно. — Эй, — тихо, мягко зовёт он, поглаживая Рэки по бицепсу, — ты же помнишь, что я уже тысячу раз говорил тебе, как мне хорошо? — Да, но- — Рэки, — Мия смотрит прямо в душу – пристально следит за реакцией и выражением лица. Обмануть его совершенно невозможно, но Рэки и не пытается. Нет, не после тех косяков, которые натворил три года назад во время собственных загонов. — Я сам захотел. Я уламывал тебя со своих пятнадцати. И мы до сих пор не дошли до «главного босса», — у Мии теперь тоже краснеют щёки, но он выглядит уверенно и в его глазах читается чёткое желание вставить Рэки мозги на место. Чтобы снова не загонялся. — Это недостаточно похоже на активное согласие? Рэки вздыхает. Гладит Мию по талии и снова осторожно целует. — Я просто думаю о том, что ты слишком быстро взрослеешь. И что этому могут способствовать наши отношения – я старше и ты, ну... типа, тянешься за мной? — Рэки кусает губы и вздыхает. — Я не хочу торопить тебя. Помнишь, я сказал, что дождусь тебя? Мия тихо стонет и Рэки ойкает, потому что чувствует чужие острые зубки на своём плече. — Ты меня дождался, только я уже ждать не могу, Рэки. Ты реально думаешь, что мне будет лучше, если я буду дрочить на тебя сам, вместо того, чтобы делать это с тобой и- Рэки затыкает его рот ладонью, весь красный и смущённый. — Ладно-ладно, окей! Я тебя понял. Только не говори об этом так... так! Мия усмехается, проводя языком по его ладони. — И кто из нас здесь «маленький»? Спустя полчаса они валяются всё в той же кровати и смотрят какую-то игровую подборку с ютуба на телефоне Мии. Точнее, Мия смотрит, а Рэки просто слушает краем уха. Он, вообще-то, не особо разбирается в излюбленных рпг-шках своего парня, но старается быть в теме. По крайней мере, они классно рубятся в классику, вроде мортал комбат или марио карт. На улице всё ещё стрекочут цикады, это крайне хорошо слышно, потому что окно в комнате распахнуто настежь. Жарко. Зато чувствуется влажный воздух с океана – Рэки живёт не очень далеко от береговой линии, но и не так близко, как хотелось бы. В голове мелькают мысли о том, как было бы здорово выйти на балкон своей квартиры с чашечкой... нет, не кофе, Рэки пьёт кофе только с кучей молока, сливок и сиропов, Мия буллит его за это. Так вот, выйти с чашечкой ягодного чая или стаканчиком свежего фрэша, наслаждаясь видом рассвета над океаном. Рэки всегда хотелось жить повыше, чтобы вся Окинава – как на ладони! — Эй, — Мия блокирует телефон и сонно тычется ему в плечо носом, — давай спать, слизень. — Мгм. Ты же повышал меня до «голема», — Рэки усмехается и получает вялый тычок под рёбра, после чего его окутывают чужие конечности. Приятно. — Повышал и до дракона, так-то, но это было до того, как ты меня кинул. Сердце Рэки на секунду болезненно сжимается. Да, он тогда конкретно так проебался... — Поэтому я теперь на веки вечные «слизень»? — Да. — Но ты любишь этого слизня. Ненадолго наступает тишина. Затем Мия хмыкает. — Люблю, — уже легко и просто утверждает он. Рэки засыпает с улыбкой на лице и щекой Мии на своей груди. * Мия выглядит прекраснее любого вида на океан, стоя на балконе в одной его, Рэки, футболке и попивая кофе из чашки с принтом каких-то анимешных кошек. Рассвет окрашивает силуэт Мии в розовые и оранжевые оттенки – Рэки безбожно залипает. Его парень потрясающий и Рэки готов говорить об этом часами. Ланга – самый лучший в мире друг, потому что, когда у Рэки случаются приступы «а-давай-я-расскажу-тебе-в-миллионный-раз-как-сильно-я-симплюсь-по-своему-кошкобойфренду», Ланга спокойно кивает и слушает. Если честно, Рэки думает, что он его не заслуживает. Как и Мию. — Ты бы ещё слюни пустил, — Мия усмехается, когда поворачивает голову к Рэки и окидывает его взглядом. Усталым, сонным взглядом – он не высыпается из-за усердной подготовки к экзаменам. Выпускной класс, как-никак. Рэки подходит ближе, обнимает со спины и целует. — Тебе не холодно? — заботливо уточняет. — Мм, теперь – не-а, — мурлычет Мия и льнёт к нему ближе, тянется за очередным поцелуем. Утренняя идиллия, по мнению Рэки, должна выглядеть именно так. Они стоят на балконе какое-то время, наблюдая за тем, как просыпается Окинава. Квартира, которую Рэки снимает, на двенадцатом этаже – океан отсюда действительно видно. Как он и мечтал. И Мия в его объятиях на этом балконе – тоже. Мечты сбываются. — Ты колючий, — этот ворчливый сонный котёнок чуть ёрзает, заставляя Рэки улыбнуться. И ведь всё равно усыпает маленькими, невесомыми, словно прикосновения крылышек бабочки, поцелуями линию челюсти от подбородка до мочки уха. — Ещё не успел побриться, сорян. — Тебе бы пошло... — Мия снова неразборчиво что-то бурчит. — Мм? — Типа, знаешь... бородка. Только не козлиная, а, ну, чтобы щетина вот тут была. Рэки моргает, ощущая, как пальцы Мии касаются его подбородка. А что, звучит хайпово. В принципе, можно попробовать, тем более, раз Мие такое нравится. — И тогда ты всё равно будешь ворчать, что я колючий? — Рэки усмехается, выгибая бровь, наклоняется чуть ближе, чтобы поцеловать Мию в шею и подняться выше, ненадолго перехватывая его губы своими. Они целуются некоторое время, прежде чем Мия таки отвечает. — Угу. Но ты будешь секси. — А сейчас я, то есть, не секси? — Секси, но будешь ещё более. Диалог тупейший и Рэки пробивает на смех. А затем они целуются снова. И снова. И ещё парочку раз, пока Мия не отрывается, чтобы допить содержимое своей чашки. Утренние поцелуи с ним часто на вкус как кофе или матча. Рэки это обожает. — Люблю тебя. — И я тебя тоже, солнце, — Мия на удивление ласков и податлив сегодня, потому что даже использует это милое прозвище. Рэки стискивает его в объятиях. Они самые счастливые в мире. * — Малыш? — тихонько зовёт Рэки, поглаживая Мию по оголённой спине. — Котёнок? — Ммм. — Детка. — Пфмх-мх... — Крошка. Сладкий. Радость моя. Пупуня. — Кьян, я тебе ёбну, если сейчас восемь утра, — доносится хриплый голос откуда-то из кучи подушек. — Какое счастье, — Рэки зевает, скользя пальцами к пояснице и ниже, очерчивая ямочки чуть выше задницы, — что сейчас семь двадцать. Тебе к первой паре. Мия на первом курсе – что-то с чем-то. Они съехались, наверное, просто чтобы Рэки не давал ему прогуливать пары. Ну, как «съехались»... просто Мия окончательно перекочевал к Рэки на съёмную квартиру. Справедливости ради, его подработка и спортивная стипендия юниорской сборной позволяли вносить общий вклад в их совместный бюджет. Из той же подушки доносится полный скорби стон. Сменяется он на чуть более заинтересованное мычание, стоит Рэки спуститься пальцами пониже. Такое пробуждение Мие куда более по душе. Рэки знает, как устроить своему парню по-настоящему доброе утро, потому, усмехнувшись, ныряет под одеяло. После оргазма Мия разморенный, сонный, но довольный, явно заряженный энергией на предстоящий день. Рэки любуется ним и улыбается. Ему нравится видеть Мию вот таким. Счастливым. Залюбленным. — Рэки, — Мия сам льнёт к нему и чуть ли не мурлычет совершенно по-кошачьи. — Рэ-э-ки-и. Рэки тает, ощущая Мию всем своим телом, обнимает его крепче и выдыхает куда-то в тёмную копну волос на макушке. — Рэки, я тебя люблю, — слышать это от Мии напрямую – редкость. Обычно он цундерит, потому сейчас сердце Рэки готово выпрыгнуть из груди. — Ты у меня самый лучший в мире и я повешу любого, кто с этим поспорит, на его же кишках, — совершенно ласково таки мурлычет Мия. Повисает пауза. — Тебе... — Рэки тихонько кашляет, — тебе стоит меньше играть в эти свои жестокие игрули... — ...А ещё глаза на жопу натяну и моргать заставлю. И пооткусываю всем лица. Потому что люблю тебя. — И не ёбнешь мне за то, что разбудил? — Не ёбну. Рэки смеётся, подгребая Мию поближе к себе. Это его любвеобильный котёночек, что уж. — Я тоже люблю тебя, кис. * — Я тебя люблю. Мия ничего не отвечает, лишь усмехается уголком губ, пока расчёсывается перед зеркалом. Ловкие пальцы перебирают длинные тёмные пряди, собирая их в косу. Рэки решает продолжить. — Я тебя люблю, так люблю, прям очень сильно, типа, пиздец как люблю, понимаешь? Люблю-люблю-люблю... — — Рэки, — Мия звучит смущённо и так же выглядит, когда поворачивается к своему парню. Опускается на кровать, одним коленом, наклоняется, тянет его за шею и затыкает поцелуем. — Я тоже тебя люблю, — шепчет в самые губы, после чего отстраняется. — Ты готов? Рэки облизывается, собирает вкус Мии со своих губ и кивает. Они собираются на двойное свидание и в этот раз место выбирал Ланга. А точнее его партнёр. — Как думаешь, насколько сильно наш семейный бюджет поредеет, когда мы закажем в этом мажорском рестике капуч на двоих? Мия скептически вскидывает бровь, поправляя ворот его рубашки перед выходом. Пытается помочь выглядеть хоть немножечко не так по-распиздяйски, как обычно. — Какой капуч, Рэки, мы, по-твоему, миллиардеры? Там наш уровень – максимум американо. Они ржут и пихают друг друга локтями, а потом целуются в лифте. Свидание проходит бомбически и у них даже удаётся не собираться в одного трансформера по буллингу мужиков Ланги. Ну, почти. По крайней мере, конкретно этого «мужика Ланги» они знают уже давненько, но оттого и ситуация выглядит комичнее. И всё же, прошлое навсегда остаётся в прошлом – Рэки крепко, но без агрессии жмёт чужую руку в ответ, когда прощается. Ланга стоит рядом со своим мужчиной, выглядит спокойным, как и обычно, но Рэки знает, что на самом деле его лучший друг крайне рад. Ему тоже было тяжело, особенно когда приходилось скрывать свои отношения с тем, кого, как Ланга раньше думал, его самые близкие друзья не одобрят. Что ж, когда-то Мия научил Рэки прощать на собственном примере. И Рэки прощает, надеясь, что Ланга действительно будет счастлив со своим любимым человеком. * — Согласен. Эта фраза пробирает дрожью. Рэки старательно кусает губы, чтобы не разреветься – он чертовски рад, потому что его любимый мальчик сказал это. Потому что они сейчас на собственной свадебной церемонии и где-то позади, чуть сбоку, стоит его шафер Ланга, мягко улыбающийся, сам уже как год с кольцом на безымянном пальце, где-то среди немногочисленных гостей также присутствуют давно состоящие в браке Джо с Черри, а Шэдоу снимает на камеру. Ока, держащий на шлейке Скетча рядом с ним, то и дело шмыгает в носовой платок от умиления. Дрожащими руками Рэки пытается обменяться с Мией кольцами и, когда это наконец-то получается, притягивает его к себе, крепко целуя. Мия охотно отвечает, обвивая шею Рэки руками, и Рэки чувствует, что слёзы на их щеках перемешиваются воедино. Два сентиментальных придурка. Этот день переворачивает жизнь с ног на голову и Рэки не может дождаться, когда они с Мией наконец-то останутся вдвоём, чтобы зацеловать его всего-всего. Конечно, Рэки рад друзьям и с удовольствием проводит с ними время на своей достаточно скромной свадьбе в ресторане Джо, но... но Мия выглядит так по-особенному сегодня, с блеском неподдельного счастья в своих изумрудных глазах, что хочется спрятать его от всего мира куда-то, где больше не существует никого, кроме них двоих. — Я тебя люблю, — шепчет Мия, когда они наконец-то остаются наедине, в снятом шикарном номере элитного лав-отеля. На первую брачную ночь можно и раскошелиться! — Я так сильно тебя люблю... Шёпот перемежается с поцелуями и шуршанием одежды. Рэки выпил совсем немного, Мия тоже, дело тут больше не в алкоголе, а в тех эмоциях, которые они испытали за весь день. Кажется, опьянение здесь от счастья, а не от алкоголя. — Я тебя тоже, — Рэки счастливо посмеивается, подхватывает своего мужа под бёдра и тащит в кровать. — Блин, мы теперь мужья, прикинь. — Долго же до тебя доходило, — Мия в ответ беззлобно язвит и срывает его галстук-бабочку, припадая поцелуями к шее. Выглядит, будто не один Рэки целый день залипал на своего возлюбленного в костюме и теперь дорвался до него. Видимо, так оно и есть. — Не тормози, слоупок, я хочу тебя. И Рэки больше не тормозит. Любовь всей его жизни здесь, под ним, жадно целует и раздевает, а больше ему ничего не надо.