Сирень

Сегодня я принёс домой букет сирени. Белой сирени. Так странно: вроде рано ещё, только конец апреля, а она уже расцвела. Вот, принёс домой, порадовать тебя. Ты ещё не дома, какая жалость... Но вот придёшь, и непременно обрадуешься. Ты же так любишь белую сирень, правда? Наверное, ты снова пляшешь у Собора? А может пошла к своему солнцеликому Фебу? Сгущается закат, я пишу стихи, а на подоконнике моем стоит и ждёт тебя букет апрельской сирени.

***

Тебя не видно уже месяц. Сирень цветёт повсюду, пахнет так, что кружится голова. Я по-прежнему пишу стихи и посвящаю их тебе, любовь моя. Я знаю, у тебя есть твой солдат в золотых доспехах, зачем тебе простой поэт? Увы, сколько я раньше писал о любви, но не знал, что за мука любить. Любить, не ожидая ответа. А впрочем, из этой боли рождаются прекрасные стихи... Все же прошу тебя, вернись или хотя бы дай знать, что с тобой. Клопен как-то на днях спросил меня, где же ты. Я ответил, что не знаю. Он обругал меня последним болваном, и заявил, что отвратительный я муж, и что лучше бы он меня повесил. Он очень обеспокоен твоим исчезновением, дорогая. Потому, пожалуйста, возвращайся домой. Делать нечего, пойду в город, может узнаю про тебя хоть что-то. Если ты была у Собора, то мой учитель наверняка что-нибудь знает. Да бог с ним, архидьяконом, лишь бы ты нашлась.

***

На моем подоконнике стоит увядший, расцветший раньше времени букет сирени. А больше сирени нигде нет. Отцвела. Как и ты. Я не могу смотреть на цветы без слез, как не могу ходить мимо Собора и по Гревской без этой ужасной боли, что поселилась в моем сердце. Вчера я увидел тебя. Спустя два месяца. Жестокие люди сломали, убили тебя как ведьму, хоть ты не причинила им никакого зла. Ты просто была диковинным цветком, расцветшим раньше времени. А я... Я не смог тебя уберечь. Я искал тебя, но не успел. И потому сейчас так больно моему израненному сердцу. Словно цветы проросли и там, и разрывают его на части. Прости меня, прошу! Я сижу напротив окна, вцепившись в волосы, и, кажется, вот-вот сойду с ума, если ещё не сошёл. Жаль, тут невысоко, а то прыгнул бы вниз, не задумываясь. Нет, так не пойдёт. Стихи так и лезут в больную голову. Только в них я могу высказать все, что мучит меня. Я напишу. Напишу поэму о тебе, мой ангел, моя любовь, моя жизнь, моё все. Я буду стихами кричать на весь мир о моей огромной любви! О той, чьей смерти стал виной, которую не искупить никакими стихами. Любовь моя, любовь всей моей жизни! Мой апрельский цветок сирени. Прости меня, если можешь... Прости.