Договор для нестеснительных

Время для Чимина остановилось. Он и сам не понял, когда закричал и почему. Всю «веселую» поездку он полагался в большинстве только на свои ощущения, которые в этом неприятном здании просто сошли с ума. Иногда он и сам не замечал, что делает, не успевал даже об этом подумать, просто делал и все, словно его телом управлял не мозг, а что-то другое. Или кто- другой. В тот момент, когда машина влетела в окно, Чимин понял, что опоздал. Да, его интуиция сработала, да, он закричал, но слишком поздно. Тупой Юнги, сам постоянно орал, чтобы были крайне осторожны, а в итоге вылез на самое открытое место, еще и перед окном. Точнее, перед зияющей дырой, в которой когда-то было стекло. Сердце упало в пятки, и на миг парня словно окунули в застывшее желе, сквозь которое все события этого мира казались размытыми и заторможенными. Он резко дернулся внутрь помещения, по пути тут же жалея об этом, так как рана на спине мгновенно отозвалась режущей болью. Остановился посреди комнаты, в упор глядя на зеленоволосого. Его лицо все еще озаряла победная улыбка, появившаяся от мысли, что удалось-таки грохнуть охотника, пусть и таким неожиданным способом. Эта самая улыбка так и не успела сойти до того момента, когда все тело стало пеплом и быстро развеялось гуляющими от одной дыры-окна до другой сквозняками. Чимин тут же почувствовал, что теперь начинает нещадно ныть еще и голова, а силы уже совсем-совсем на исходе, но физическая боль притуплялась холодящим жилы ужасом. А что если?.. Вокруг влетевшей в окно машины все еще стояла густая туча пыли, хотя, по идее, сквозняк уже должен был ее рассеять. Плюс, еще и на улице уже почти совсем стемнело. Именно потому разглядеть что-то в той стороне не получалось. В голову приходили самые плохие варианты, и Чимин никак не решался подойти ближе. Все боялся, что может там сейчас увидеть. Как бы он не злился на Юнги, как бы не обижался за тот уход, мысль о том, что этот придурок умрет, и он его никогда больше не увидит, вызывала желание сброситься с крыши. Но тут из груды развалин послышалось смачное: - Ебать, - и от сердца немного отлегло. Живой. Тут же захотелось изменить ситуацию и собственноручно придушить эту тупую рожу. - Дебил! – Чимин ринулся на звук, пытаясь рассмотреть, что там происходит, и насколько все плохо. – Дебил-дебил-дебил-дебил-дебил! - про фонарик благополучно забыл, потому начал растаскивать обломки почти вслепую. - Да услышал я, - недовольно пробурчал охотник, тут же закашлявшись от пыли. – Куда эту глыбу тащишь, больной вообще?! Ты забыл про рану?! Не трогай, блять! Сам разгребусь. - А ты ранен? – уже нормальным тоном спросил Чимин, послушно отпуская обломок. Сил его поднять все равно не было. - Ногу передавило, болит сильно, - процедил сквозь зубы охотник, пытаясь подавить злость на самого себя. Черт, это же надо было так проколоться! Сам же виноват, какого хрена полез, куда не надо? - На тебе машина… - Чимин, наконец, вспомнил о фонарике и включил его. - Переднее колесо ногу переехало, но я могу ее вытащить. Несколько секунд Чимин внимательно наблюдал, как тот, кривясь от боли, вытаскивает конечность и выползает из груды обломков, а затем, неожиданно даже для себя, со всех оставшихся сил влепил Юнги подзатыльник. - Придурок, - вырвалось изо рта еле слышно, - я думал ты погиб… - Чимин, что происходит?! – из коридора донесся голос Тэхёна. И даже не смотря на жуткое эхо было слышно, как тот обеспокоен. Потому блондин не стал продолжать разговор и осторожно поднялся на ноги. Пошатнулся, но все же выстоял. Очень этому обрадовался и направился к двери. - В дом влетела машина! – закричал он, выйдя в коридор. – Юнги повредил ногу! - Как влетела?! – тут же послышался голос друга с первого этажа. - Потом объясню! Что у вас?! - Джин постоянно отключается! Его срочно нужно в больницу! А еще мне пришлось снова взять контроль над демонами, потому что они полезли в здание! Чимин, я долго не выдержу! Нужно уходить! Блондин выругался. Мозг все еще отказывался нормально функционировать, а времени совсем в обрез. Что же делать? Он обернулся к комнате, прошвырнувшись глазами по огромной дыре в стене, по машине с почти полностью смятым передком, и вдруг понял одну важную вещь: это не их машина! Их машина все так же стоит у входа, заведенная и готовая увезти подальше от этого места. - Тэхён! – закричал Чимин, чуть ли не прыгая от радости после пришедшей в голову идеи. – Тэхён, выходите из здания, поднимай машину! - А вы?! - Облети вокруг, на третьем этаже увидишь дыру в стене, подлетай к ней! Мы как-нибудь на ходу запрыгнем! - Хорошо! – голос брюнета, казалось, даже немного повеселел. – Жди! Чимин только кивнул и вернулся обратно к сидящему на полу охотнику. Почему-то парня начинало трясти, хотя он не очень понимал, от чего именно: от упадка сил, переизбытка эмоций, волнения? Или от всего вместе? В любом случае, ощущения не из приятных. Юнги вытянул правую ногу и внимательно осматривал ее, громко и со вкусом матерясь. - Все так плохо? – Чимин подошел ближе и присел на корточки, но через секунду не удержался и упал на колени. Охотник рефлекторно дернулся, хватая парня за локоть, но, удостоверившись, что все хорошо, ответил: - Не знаю. Похоже на перелом. - Ты должен встать, я сказал Тэхёну поднимать машину и подвести ее сюда, к дыре. Стена сильно раскрошилась, мы сможем пролезть. Юнги лишь кивнул, понимая, что это очень даже неплохой вариант. Главное не промахнуться и не полететь вниз. Он продолжал дырявить глазами Чимина, от чего тот недовольно повел плечами и буркнул: - Ну, чего? – при этом отводя взгляд. - Ты волнуешься за меня? - Еще чего. Размечтался. Юнги тяжело вздохнул, затем протянул руку и мягко повернул его лицо обратно к себе. - Почему ты так себя ведешь? Я не могу понять, чего ты хочешь. Чимин в ответ тоже вздохнул и немного отодвинулся, пытаясь скинуть с себя руку. Это прикосновение почему-то показалось слишком уж интимным, совсем неуместным в этой ситуации. - Потому что ты меня обидел. Очень сильно. Потому что люди всегда от меня уходят, но твой уход оказался ударом под дых. И я не знаю, могу ли тебя простить. Юнги скривился и убрал руку. - Но ведь я вернулся. И признал себя полным дебилом. И просил прощения уже миллионы раз. И хочу остаться с тобой. Я понимаю, что это ничего не изменит, и мой поступок навсегда останется моим поступком, но неужели оно совсем ничего не значит? - Не знаю. Я вообще ничего больше не знаю, я запутался, - Чимин снова отвел взгляд, чувствуя, как в груди возникает странная эмоция, идентифицировать которую было пока невозможно. - Хочу одновременно, чтобы ты свалил к чертям и больше не мозолил глаза, и чтобы остался рядом навсегда. - И чего ты хочешь больше? - Не знаю. - Хочешь, чтобы я на коленях молил? Блондин встрепенулся и поднял на него заинтересованный взгляд. В голове тут же появилась картинка, где Юнги, весь зареванный и сопливый, падает перед ним на колени, хватает за ногу и молит о прощении. Честно сказать, картинка эта ему совершенно не понравилась, было в ней что-то слишком неестественное. Но он, конечно же, не озвучил это вслух, лишь хитро поинтересовался: - А ты можешь? - Если это поможет. Произнося это, охотник выглядел настолько серьезным, что весь шутливый тон, который только начал проклевываться из Чимина, мгновенно рассеялся. Неужели действительно готов даже на это? - Да ты прям романтик, - блондин поднял одну бровь. - Хуянтик. - Ладно, это больше на тебя похоже, - парень еле сдержался, чтобы не засмеяться. Вроде ничего такого тот и не сказал, но выглядел так серьезно, что Чимину стало очень не по себе, хотелось любым способом смягчить эту ситуацию. Но он сдержал смех и закусил губу: - И ты действительно встанешь на колени, если я попрошу? Ты? Большой и гордый охотник? Юнги снова протянул руку и повернул его голову к себе, заставляя смотреть прямо в глаза. - Я же говорил, что сделаю все, лишь бы вернуть тебя, - отчеканил он. - И от своих слов отказываться не намерен. Так что, если тебе действительно хочется увидеть меня ползающим перед тобой на коленях, что ж, я готов даже на это. Чимин помотал головой: - Нет, не хочется. Я не хотел бы тебя унижать. Но, все же, факт того, что ты на это готов, приятен. - Окей, тогда чего тебе хочется? – спросил охотник, наблюдая за тем, как блондин мягко берет его руку, все еще держащую его подбородок, за запястье, и убирает от себя. - Чтобы ты перестал быть пресмыкающимся дебилом, - хмыкнул парень. - Я никогда им и не был. - Всегда был, с самого нашего знакомства. - Ну, раз так, - усмехнулся Юнги, - тогда ты втрескался как раз в того пресмыкающегося дебила, и любые изменения личности сделают меня совсем не тем человеком. Чимин даже вздрогнул. Это «втрескался» громко резануло по ушам, прокатилось эхом в голове и упало куда-то ниже, к груди, оставаясь там тяжелым камнем. Он все никак не мог разобраться в своих чувствах, хотя, казалось, всем вокруг это давно уже было понятно. Действительно ли он влюбился в этого невыносимого придурка? - Кто сказал, что я в тебя втрескался? – тут же возмутился он, пытаясь всеми силами подавить неожиданно возникшее стеснение. Его только сейчас не хватало. - Если бы ты ничего не чувствовал, - резонно заметил Юнги, не сводя глаз с парня, - я бы не сидел здесь сейчас, а валялся бы где-то в грязной подворотне пьяный в жопу, давно и далеко тобою посланный. От его цепкого взгляда все же не смогло скрыться смущение. Реакция почему-то вызвала на его губах еле заметную улыбку. - Иди нахуй, - пробурчал Чимин, этим заставив губы охотника расплыться шире. - Не, не могу, я хожу только в зад. Один, конкретный такой задок. - Завались! - Ладно. Оба на некоторое время замолчали, прислушиваясь к появившимся внизу новым звукам. Этот противный рыко-скрежет сложно с чем-то спутать, оба сразу поняли, что демоны, наконец, ворвались в здание и скоро будут здесь. Похоже, Тэхён их больше не контролировал. Юнги быстро осмотрел помещение. Спрятаться в нем было негде, одни голые стены да пара стульев со столом. Сидящий рядом жутко бледный Чимин, который, казалось, вот-вот свалится в обморок от боли и потери крови. И он сам, красавец, с поврежденной ногой. Охотник громко вздохнул и достал пистолеты. Снял лазерный с предохранителя и засунул его в руку блондину, сам же поудобней взял рукоятку второго. - Чимин, - нарушил он молчание. - М? – парень пустым взглядом уставился на пистолет, который только что впихнул ему Юнги. - Я люблю тебя. Чимин вздрогнул и поднял на него округлившиеся глаза. - Таракан ты нездравомыслящий! – возглас получился слишком громким, еще и голос какой-то слишком высокий. - Схера мне это сейчас говоришь?! - Просто чтобы ты знал. И вообще, - возмутился Юнги, - чего это я таракан?! - Потому что появляешься всегда неожиданно и хрен потом от тебя избавишься, блять! Охотник громко рассмеялся. Только его чудо могло на «я тебя люблю» ответить тараканом. С ним уж точно никогда не соскучишься. - Ты прав, хрен теперь от меня избавишься, - отсмеявшись, спокойно произнес Юнги. - Я никуда тебя не отпущу больше. Он поднял руку, держащую пистолет, и направил ее на дверной проем. Рыко-скрежет слышался уже совсем близко. Они не перекинулись об этом и словом, но каждый прекрасно понимал, что, возможно, это вообще их последние минуты нахождения в живых. Тэхён вообще куда-то пропал… - Тогда мне придется запасаться средствами от тараканов!!! И не думай, что я побоюсь их использовать! – Чимин со всех сил пытался разбавил напряжение. - Да пожалуйста, используй на здоровье. У меня даже есть где-то одна нужная баночка. - А? Зачем она тебе? - Презервативы на ней написано. Сам догадайся зачем. - Придурок! - Есть немного. Но иначе было бы скучно, правда. И тебя бы не заинтересовало. - Вполне возможно, - кивнул Чимин. Неприятные звуки все приближались, из-за них и подвывающего ветра никто не услышал урчание двигателя совсем рядом и подлетевшую к дыре в стене машину, никто не заметил, как задняя дверь с тихим шуршанием откинулась вверх, приглашая к спасению. - Эй, вы двое! – заорал Тэхён, заставляя обоих парней подпрыгнуть от неожиданности. – Сколько можно там обжиматься, залезайте скорее! ** Больничная палата уже начала понемногу напрягать Юнги. Хоть и выглядела чистенько и опрятно, даже уютно в каком-то смысле, если такое можно сказать о больничной палате, но, когда ты безумно хочешь выйти, а тебе не разрешают даже подняться – и самое приятное место станет противной тюрьмой. Нога охотника оказалась сломана, еще и в двух местах, заживать обещала очень долго и болезненно. Врач предложил ему Бролкс по заоблачной цене, которую в обычное время парень бы никогда в жизни не потратил, но сейчас терпения на долгое выздоровление просто не оставалось, потому он, скрипя зубами, согласился. Потом, конечно, тут же пожалел, так как таких сумм за один раз он не тратил, кажется, еще никогда, но сделанного уже не отменишь. Его напоили голубоватой жидкостью, закрепили ногу и сказали сутки ею не двигать. На громкие возмущения врач с холодными синими глазами отчеканил, что Бролкс действует очень быстро и, если сломанная кость сместится хоть немного, она так и срастется, неправильно. А если она неправильно срастется, ее придется заново ломать и сращивать, и эта процедура намного более неприятна, чем спокойно полежать в кровати сутки. На такие железные аргументы у Юнги не было что ответить, потому пришлось заткнуться и покорно лежать. За это время он успел до скрипа в зубах достать медсестру, постоянно спрашивая, что с Чимином и Джином. Через пару часов парню показалось, что она его даже избегает. Один раз к нему забрел Тэхён. Выглядел осунувшимся и очень уставшим, Юнги даже захотелось его обнять. Он, конечно, сразу подавил в себе эти порывы (от Чимина заразился, сто процентов), но все же. Брюнет рассказал, что сразу по прибытию Джина забрали в реанимацию, так как, оказывается, у него было внутреннее кровотечение, и врачи были в шоке, что он вообще очнулся. Парня продержали там несколько часов, затем перевели в палату, но он до сих пор еще не просыпался, и поэтому Тэхён не находит себе места. Медсестра даже выгнала его немного пройтись, но его хватило только на то, чтобы забежать в палату Чимина, затем к Юнги, а после этого он точно вернется обратно к Джину. На невысказанный вопрос охотника ответил, что с блондином все хорошо, ему дали сильные снотворные препараты, чтобы организм как можно быстрее восстановился. Когда он проснется, то будет почти в порядке. Юнги так хотелось подорваться с места и ринуться к нему, но слова врача, что потом придется снова ломать кость, останавливали. Почти всю ночь он не спал, ворочался, пытаясь найти более-менее удобное положение и выбросить из головы всякие нехорошие мысли, но не получилось. Потому, уже ближе к утру, он сдался и включил телевизор. В какой-то момент голограммы перед сонными глазами слились в кашу, после чего он решил все же выключить экран и просто лежать с опущенными веками. Мысли постоянно возвращались ко вчерашнему дню, так как он никак не мог разгадать логики противника. С такими возможностями они столько раз могли их всех прикончить, даже, по сути, не напрягаясь. Но в итоге позволили добраться до собственного укрытия, найти Джина и уничтожить себя. Понятно, что они рассчитывали на бомбу, но, опять же, подрывать подвал старого здания, которое может развалиться в любую минуту, да еще и находясь там же в это время… Глупее, кажется, мог быть только план спасения, придуманный Чимином. Похоже, им просто очень повезло, что противник был плохо организован. Иначе давно бы уже все вместе лежали где-то трупиками. Юнги не знал, сколько времени прошло, но из полудрема его вывел тихий шорох открывшейся двери. Он поднял одно веко, считая, что это врач или медсестра пришли его проверить, но, заметив стоявшего, резко проснулся и чуть было не сорвался с кровати, забыв и о ноге, и обо всем остальном в этом мире. Возле двери стоял Чимин. Немного заспанный, с растрепанными волосами, в белой больничной пижаме с расстегнутым верхом, под которым на ребрах виднелись туго перевязанные бинты. Но живой и даже улыбающийся. Он несколько секунд критически осматривал палату, в которую положили Юнги, затем улыбнулся еще шире и, чуть ли не подбежав к кровати, уселся под боком у охотника. - Ты какого хуя встал?! – Юнги, наконец, немного развис и начал возмущаться. Он, конечно, был безумно рад видеть парня, но факт, что тот так спокойно подорвался со своей кровати, еще и гуляет по коридорам, не слишком его обрадовал. - Твоего хуя, - оскалился Чимин, затем весело засмеялся. – Мне разрешили. - Как твоя спина? Болит? Раны затянулись? Чимин махнул рукой: - Все хорошо, ничего не болит, раны еще есть, но неглубокие. Сегодня-завтра восстановлюсь полностью. - Да конечно, так я тебе и поверил! - Ну не хочешь, не верь, - парень, кажется, даже немного обиделся, но тут же перевел разговор на другую тему: - Как ты себя чувствуешь? Медсестра сказала мне, что нога сломана, и тебе дали Бролкс. Юнги лишь тяжко вздохнул, бросив взгляд на закрепленную ногу, из-за которой невозможно было лечь поудобней. И еще тяжелее вздохнул, вспомнил, сколько бабок за это все отвалил. - Да, и сказали, что я не могу двигать ногой целые сутки, иначе она неправильно срастется. Несколько раз Чимин перевел взгляд с обездвиженной специальными креплениями ноги охотника на его лицо и обратно, а затем, неожиданно, начал давать ему подзатыльники, сопровождая все словами: - Так тебе и надо, падла! Чтобы знал, что нельзя в опасных ситуациях высовываться! Последний удар пришелся кулаком в живот, почти не больно, но очень чувствительно, от чего Юнги даже скривился. Затем перехватил руку блондина, которая готовилась нанести еще несколько ударов. - Ну хватит, хватит, и без тебя знаю, что поступил как последний идиот. Чимин поднял на него взгляд, и у Юнги снова побежали мурашки по коже. Кажется, блондин и эти мурашки уже неразделимы. В глазах парня стояли слезы, в них билось столько отчаяния, что, казалось, оно сейчас вот-вот перельет через край и выльется наружу. - Эй, - у охотника немного даже пересохло в горле, - ты чего? - На миг мне показалось, что ты умер. Не смей больше никогда так делать, понял, мудак ты недобитый! Юнги улыбнулся, затем поднял его кисть, которую все еще держал, и почти невесомо поцеловал. - Прости, что напугал тебя. И, кстати, я так и не сказал вчера… Спасибо. За то, что спас меня, причем дважды. Если бы не твой крик, лежал бы мой трупик весь под той машиной… Чимин свободной рукой дал ему еще один подзатыльник. - Сейчас твой трупик будет лежать на этой кровати! Юнги неожиданно улыбнулся и откинул голову назад, на подушки. - Че лыбишься? – Чимин, казалось, был очень зол, но от охотника не смогли ускользнуть озорные искорки, которые прятались где-то по уголкам этих карих глаз напротив. Не так уж и зол, как хочет казаться. - Просто это безумно мило, что ты настолько сильно за меня переживаешь. - Конечно, переживаю, тупица, - неожиданно тихо пробормотал блондин, затем вздохнул и отвел от него взгляд, делая вид, что его очень заинтересовала дверь. - Чимин, - нарушил молчание Юнги. - М? - Я люблю тебя. - Угу. - И это все, что ты мне ответишь? – тут же возмутился охотник. - Я все еще очень на тебя зол. - Но ты же простишь меня? Блондин долго не отвечал, все так же рассматривая дверь. Он пытался покопаться в душе, надеясь найти четкий ответ на то, что же чувствует по отношению к охотнику. Злится ли еще? Обижается? Ненавидит? Но, оказалось, что ответы на эти вопросы существовали уже давно. И парень прекрасно знал, что уже давно простил этого твердолобого, да все никак не хотел себе признаться. И чего только? Возможно, не хотелось сдаваться так быстро? Хотя, с другой стороны, что плохого в том, чтобы отпустить обиду и просто быть счастливым? - Скорее всего, да, - произнес он в голос, не желая показывать Юнги, что уже и так простил. - Чимин. - М? - Полежи со мной. А то скучно, ужас. Блондин повернулся и скептически осмотрел кровать. Для больничной койки она казалась очень даже удобной, но вот два человека вряд ли могли нормально в нее влезть. - Мы вдвоем здесь не уместимся. Да и можем твою ногу потревожить. Юнги только закатил глаза и немного подвинулся к краю. - Хватит ломаться, ложись давай уже. Ничего не потревожим. Чимин вздохнул, но послушно попытался втиснуться в предложенное пространство. Лежать на боку, согнувшись в три погибели, было не слишком удобно, но это все компенсировалось крышесносными эмоциями. Сердце радостно стучало, когда он только думал, что тело охотника находится совсем рядом, что он, по сути, почти на нем лежит. Да еще и крепкие руки осторожно обнимают его, стараясь при этом не зацепить ран на спине. Еще и нежно поглаживают, иногда совсем без спроса опускаясь ниже и легонько сжимая задницу. - Держи свои грабли на месте, - через некоторое время возмутился Чимин. - Они и на месте, - усмехнулся охотник, снова показательно сжимая мягкую половинку. - Я сейчас уйду. Юнги крепче сжал объятия, прижимая при этом парня к себе еще ближе. - Ты можешь попытаться, - невозмутимо ответил он, - но я прям предчувствую, что хрен ты вырвешься. Думаешь, так просто тебя отпущу? Губы блондина сами по себе расплылись в улыбке, хоть он и пытался их удержать. Показать этому наглому типу, что ему очень даже приятны такие действия? Да ни за что! - И не надо тут шутить о предчувствиях, - неожиданно серьезно ответил он через минуту. – Ты слышал, что с Джином? У него было внутреннее кровотечение, и врачи сказали, что еще немного, и его бы не спасли. Юнги застыл. Перед глазами тут же встал вчерашний Чимин, который никак не мог найти себе места и постоянно твердил, что время на исходе, что им нужно спасать Джина именно сейчас. - Откуда ты это узнал? - Мне медсестра сказала. Охотник недоверчиво поднял бровь: - Какая у тебя хорошая медсестра. Моя только кидает пару слов с недовольным видом и избегает меня. Неожиданно Чимин затрясся в беззвучном смехе. - Ты чего? - У нас вообще-то одна и та же медсестра, идиот. Я в соседней палате. Просто я хороший, милый парень, а ты злобное ворчащее чудище, которое раздражает весь персонал больницы. Вместо того, чтобы в очередной раз сжать задницу блондина, в этот раз Юнги ее ущипнул, с некой долей удовольствия слыша под ухом недовольные возгласы. - Ты идиот! Я сказал держать свои грабли на месте! - А я ответил, что они и на месте, - невозмутимо протянул Юнги, - и вообще я не злобное чудище. Чимин уловил в голосе немного обиды и поспешил обнять его за шею и чмокнуть в щеку. - Знаю. Но иногда ведешь себя так, потому люди и не хотят с тобой разговаривать. Юнги лишь угукнул, но затем, уже более серьезно, продолжил: - Но вообще я не шутил о твоих предчувствиях. Наоборот, сдаюсь со своим недоверием. Это твое чувство спасло жизнь мне, да и Джину, если уж на то пошло. Так что я обещаю больше никогда в тебе не сомневаться. Чимин задрал голову вверх, пытаясь рассмотреть выражение лица охотника, понять, издевается тот или нет. В этот самый момент Юнги немного нагнулся и легонько коснулся своими губами губ парня, вызывая по телу мелкую дрожь от приятных ощущений. Блондин в какой-то момент хотел его оттолкнуть, но затем подумал, что у него будет еще достаточно времени и возможностей, чтобы проучить охотника, а сейчас незачем лишать себя удовольствия. И ответил. Через некоторое время, когда лежать в неудобной позе было уже совершенно невозможно, Чимин подорвался с кровати и ринулся к двери, горя желанием принести им чего-то вкусненького. Уже выходя из палаты, услышал хриплое: - Чимин. Он обернулся. - Давай встречаться? Парень снова расплылся в милой улыбке, которая в этот раз была совсем не искусственной, и кивнул. ** Тэхёну снилось что-то невразумительное и, одновременно, тревожное. Он то ли от кого-то бежал, то ли сам за кем-то гнался, да так и не смог догнать, а в душе при этом оставалось гнетущее чувство того, что все очень плохо, что ничего уже не исправить и дальнейшая жизнь его наполнится страданиями. Парень тяжело вздохнул и неожиданно проснулся, еще несколько секунд не понимая, что все было лишь сном и его мучения, вроде как, закончены. Глаза открылись, чтобы в этот же момент заметить белую больничную постель. Он уснул, сидя рядом с кроватью Джина, положив голову на локоть, а локоть на эту самую постель, от чего теперь жутко ныли и шея, и спина. С громким выдохом парень разогнулся и только тогда заметил две очень важные вещи. Первая: рука фиолетоволосого, которую он не желал отпускать все то время, что находился в палате, легонько сжимала его ладонь. А вторая – на него смотрела одна немного испуганная и ничего не понимающая пара глаз. Тэхён дернулся от неожиданности и пододвинул свое лицо почти в притык к лицу парня, желая точно удостовериться, что это все не сон, и что он действительно очнулся. - Тэ, - прошептал парень. – Где мы? Я… - В больнице, - тут же перебил его брюнет и поцеловал в щеку. – Слава всем богам, что ты очнулся. Теперь все будет хорошо. Джин немного затуманенным взглядом прошелся по родному лицу, чувствуя, что ужас неопределенности, который накрыл его несколько минут назад, как он только очнулся, немного стихает. Тэхён здесь, и он говорит, что все будет хорошо, а, значит, так и будет. - Врач должен скоро подойти, - протянул брюнет, глядя на светящуюся голограмму рядом с кроватью. Как только Джин очнулся, датчики на нем это тут же почувствовали и отправили сигнал отвечающему за эту палату сотруднику больницы. На голограмме светилось, что «врач сейчас подойдет». - Ты как вообще? – спросил Тэхён, легонько прикасаясь рукой ко лбу парня, сам не зная зачем, ведь его температуру тела можно было посмотреть и на экране рядом с кроватью. Наверное, решил парень, эмоции просто зашкаливали, и очень хотелось касаться его постоянно, ни на миг не выпускать из рук. - Не знаю, - пробормотал Джин. – Все как в тумане. - Что-то болит? Тот только помотал головой. Брюнет лишь кивнул. Еще бы, с той лошадиной дозой обезболивающего было бы наоборот странно узнать, что у парня что-то болит. - Я помню Миру, - неожиданно встрепенулся Джин, - она… - Да, я знаю, она тебя похитила. Не волнуйся, мы с ней разобрались. И со всей ее бандой. - Бандой? - Расскажу тебе, когда немного придешь в себя. А сейчас тебе нужно отдыхать. Поспи еще, ты выглядишь очень… Тэхён замялся, пытаясь подобрать правильное слово. Парень, на самом деле, выглядел как оживший пару минут назад мертвец, но это казалось слишком жестоким высказыванием. - Страшным? – закончил за него Джин. – Настолько, что ты даже не захочешь больше целовать мое уже не прекрасное личико? Тэхён скривился и тут же чмокнул его в разбитые губы. - Дурень, что ты несешь? Знаешь ведь, что для меня ты самый красивый. И я готов тебя целовать вечно, если уж на то пошло. Да и не только целовать, - брюнет подмигнул, с удовлетворением заметив, как уголки разбитых губ поднялись в слабой улыбке. – Просто ты слишком бледный и измученный сейчас, не могу тебя таким видеть. Потому давай спи скорее, и возвращай свой нормальный внешний вид. Джин вздохнул и немного крепче сжал все еще держащую его ладонь. - Только не уходи, ладно. - Не уйду. А то меня потом твоя мама живьем сожжет. Начинающие слипаться глаза фиолетоволосого тут же распахнулись. - Мама здесь? - Нет, я не знал ее номера, потому не мог рассказать, что случилось. Джин выдохнул с облегчением и снова закрыл глаза. - Не смей ей ничего говорить, - пробормотал он, быстро проваливаясь в сон, - если скажешь, в наказание я буду сверху во время секса до конца наших дней, понял? ** Чимин улыбнулся, чувствуя на щеке прохладный ветерок. Впервые он вышел на улицу за эти три нудных (не считая моментов обжимания с охотником) дней, проведенных в больнице. Нога Юнги удачно срослась, да и от его ран не осталось и следа, потому врач, наконец, разрешил выписаться. Конечно, они очень скоро еще вернутся сюда за Джином, но сейчас Чимин просто радовался свободе. Время только близилось к обеду, а улица уже утопала в полутьме, спасаясь зажженными фонарями и яркими вывесками магазинов. С самого утра небо заволокло темными тучами, вот-вот собираясь пролиться на землю холодными каплями, чему Чимин был очень даже рад. Он ведь любит эту дождливую погоду в городе, хоть в последнее время не так сильно мог ею насладиться. Пока он ждал на улице Юнги, по его щеке пробежала первая капля. Парень улыбнулся и, закрыв глаза, поднял лицо к небу. - Идиот, ты схера на дожде стоишь? Хочешь вернуться обратно в больницу? – послышалось за его спиной недовольное бурчание. Чимин улыбнулся еще шире, обернулся к нему и чмокнул в щеку. - Хватит ворчать. Чудесная погода, чего от нее прятаться? - Ага, чудеснее некуда, - скривился Юнги. – Ты чего такси не вызвал, пока меня ждал? Теперь хрен найдем машину, все будут убегать от дождя. - Тогда пойдем пешком, - Чимин почувствовал, как капли начинают падать все чаще, превращаясь в полноценный дождь. Юнги посмотрел на него как на психа. - Уже, побежали. - Злой ты какой-то, - Чимин в шутку надул губы и скрестил руки на груди. - Просто не хочу, чтобы ты опять заболел, - бросил тот, активно помахивая руками перед лицом и посылая команды виртуальному экрану. На второй день пребывания в больнице он не выдержал скуки и таки попросил медсестру купить ему телефон, так как его собственный спокойненько лежал в квартире Чимина. С помощью вышеупомянутого блондина и долгих уговоров эта невероятная женщина таки согласилась. Неожиданно такси нашлось довольно быстро, потому Юнги довольно хмыкнул и отключил виртуальный экран. Блондин в это время заинтересованно наблюдал за бегущими от дождя прохожими, которые пытались прикрыться кто чем может и лишь ускорялись. Парень с печалью отметил, что никто так и не смог оценить красоту такой погоды. - Ну, куда дальше? – прервал его безмолвное созерцание Юнги. - Не знаю. Куда-то. Прямо. Продам землю под магазином за огромную цену Рейтилоксу. Пусть эти твари платят за то, что совершили. А дальше…дальше нам открыты все двери. - Вообще я спросил к тебе или ко мне. Ну да ладно. Чимин заинтересованно уставился на него: - А я ведь никогда у тебя и не был. - Тогда решили. Но у меня вопрос, как ты продашь землю Рейтилоксу? Насколько я помню, лет сорок назад город выкупил всю землю под трущебами. Чимин кивнул: - Выкупил, но не всю. Некоторые люди отказались продавать свои доли, включая мою маму. Так что этой строительной компании теперь придется хорошо купить мое согласие. Юнги лишь скептически на него взглянул: - Тебя скорее прикончат. Чимин лишь пожал плечами: - Конечно, они могут попробовать. Но ведь я не такой уже и беззащитный, правда? - Ага, дьявол во плоти. Сука, где это гребанное такси, я уже весь промок! Пойдем, подождем внутри. Чимин лишь замотал головой: - Нет, не хочу. Здесь тоже очень хорошо. Не будь злюкой, все же прекрасно! Юнги скривился, искренне не понимая, обо что и насколько сильно этого парня в детстве ударили головой, что он стал таким. - От твоей жизнерадостности и оптимизма меня уже тошнит. Чимин рассмеялся в голос и вдруг, раскинув руки в стороны, закружился на месте, подставив лицо каплям дождя. - А твой пессимизм рано или поздно превратит тебя в валяющегося на диване и пялящегося в телевизор деда, не моющегося месяцами и жрущего консервы прям из банки. Чимин на миг застыл на месте, затем засмеялся еще громче: – Пха-ха-ха, ошибочка, этот уровень ты уже преодолел. Он оставил свои хороводы с дождем и, подойдя к Юнги, нежно обнял его. - Не грусти. Я знаю, что у нас все будет хорошо. Что мы будем делать дальше? Да все, что угодно! Перед нами открыт весь мир, перед нами бесконечные возможности. И пока мы будем вместе, точно не пропадем. Этот вдохновленный монолог даже заставил Юнги улыбнуться на несколько мгновений, но затем лицо опять скривилось. - Но за мной будут охотиться. Тэхён говорил, что с той бандой связалась Сингапурская мафия, а это очень и очень серьезно. Чимин лишь вздохнул. - Ничего, я буду тебя защищать. Можешь спрятаться за моей широкой спиной, я тебя в обиду не дам! - Ага, за твоей «широкой», - Юнги сделал пальцами кавычки, - спиной я не спрячусь, даже если втяну живот к самому хребту. - Ой, иди нахуй. Вот как пойду в зал, подкачаюсь, посмотрим еще потом, кто за чьей спиной будет прятаться. Юнги засмеялся: - Точно, пойдешь, сто процентов. - А вот пойду! Со следующей недели и начну, - он замялся. – Ну, максимум через месяц. Охотник сделал скептическое выражение лица и закатил глаза: - Ага, прям сплю и вижу, как ты туда идешь. - Гм, может не зал, может танцы? А что, танцы это красиво. Буду ездить с известными звездами в качестве подтанцовки. Юнги на мгновение представил блондина, сексуально извивающегося под медленную мелодию, и судорожно сглотнул. Эта идея ему определенно понравилась, но он лишь засмеялся в ответ, стараясь не подавать виду. - Пха-ха, если ты пойдешь танцевать, то я пропишусь в реперы. Будешь моей подтанцовкой. - Да какой из тебя репер-то? – поднял бровь Чимин. - Если я буду танцевать, ты будешь ездить со мной в качестве мальчика на побегушках. Точнее, это сейчас называется помощник. Водички там поднести, ножки помассировать… - В морду дать за наглость, - закончил Юнги, замечая, как перед ними, наконец, опускается долгожданное такси. - Фу, какой ты невоспитанный и несдержанный. Что, действительно меня ударишь? – парень ринулся к машине даже раньше охотника. Но затем скорчил милую рожицу и обернулся к Юнги. Тот секунду смотрел на него, затем смущенно отвел взгляд и буркнул: - Нет, не ударю, - затем его лицо озарила хитрая ухмылочка. – У меня есть наказание получше. - Святые бабайки, с кем я связался. Юнги, нам стоит расстаться, - с серьезным лицом выдал Чимин и нырнул в салон. - Поговори больше, и я начну это самое наказание прямо здесь и сейчас.