Письма к любимым

Трандуил смог спокойно уснуть лишь под утро. Всю ночь он то ворочался с боку на бок, то с криком резко подрывался с постели. Ему вот уже третью неделю снился один и тот же кошмар. В нём он видел, как его единственный сын падает, пораженный вражеским мечём; и вот уже лёжа на земле весь в крови, он шепчет свои последние слова: "Прости меня, папа". Небо светлело на горизонте, редкие птицы уже разносили по лесу свои утренние трели. Эльфийский король наконец-то заснул крепким, спокойным сном. Таким же тихим октябрьским утром Леголас вопреки всем запретам вскочил на коня и умчался в Ривиндел в сопровождении нескольких своих друзей. В то утро Трандуил, будто почувствовав неладное, проснулся раньше обычного. Он тихо поднялся с кровати, тенью выскользнул из комнаты и так же бесшумно подошёл к двери, ведущей в спальню Леголаса. Король молился Эру, чтобы его сын сейчас тихо спал в своей кровати. Но где-то в глубине души он чувствовал, что не застанет его ни в постели, ни в каком-либо другом уголке замка. Дверь со скрипом отворилась, Трандуил на мгновение закрыл глаза, шагнул в спальню сына. Кончики ресниц медленно разжались, король замер посреди комнаты. "Его нет.Он уехал..."- вихрем пронеслось у него в голове. Что-то внутри оборвалось, в глазах потемнело. Трандуил рухнул на кровать сына, забываясь глубоким сном. И вот по сей день король эльфов просыпается со всепоглощающей пустотой в душе, словно из него вырвали какую-то очень важную часть. Смотря в зеркало, Трандуил не видел себя, будто у него отобрали его собственное отражение. Да, его сын и был его отражением. Он понял это слишком поздно. Он ведь не получит кольцо, но и назад он не вернётся. Он последует за хранителем кольца. Трандуил знал об этом, знал с самого начала. Запреты и угрозы сыпались на Леголаса со всех сторон. И даже после всех проклятий, так неосторожно сорвавшихся с отцовских губ, Леголас решил не отступать. С благословением отца, или без него, но он уехал. Трандуил вошел на залитую утренним солнцем террасу, на которой уже был накрыт завтрак. По привычке кинул холодный равнодушный взгляд на место напротив. Но тут холодность в глазах сменяет печаль. Король медленно опускает приборы на тарелку и несколько минут просто смотрит на то место, где должен сидеть Леголас. На террасу тихо входит один из слуг Трандуила. - Что с вами, повелитель? Вы почти не спали, ничего не едите. - Я... Я всё никак не могу привыкнуть, что его нет. - Трандуил кивнул в сторону пустого места напротив. - Я уверен, с его высочеством всё хорошо. - Три недели. Три недели!- король подскочил с места, ударив кулаками по столу с такой силой, что стоявшая на нём посуда подскочила, бокал, стоявший на самом краю, упал и с треском разбился о мраморный пол. Слуга застыл на месте. Он никогда не видел своего повелителя в таком бурном состоянии. Весь оставшийся день Трандуил как обычно не находил себе места, ничего не ел. Лишь только под вечер, на закате, когда стены его собственного замка сковывали тело и душу, король решил вырваться наружу, на их с сыном некогда излюбленную поляну, раскинувшуюся где-то в глубине леса. Он медленно бродил по всё ещё зелёной мягкой траве, разглядывая каждый цветок под ногами. Внезапно огромная серая птица выпорхнула из кустов и села королю на плечё. - Что за... Глупая птица. Взгляд Трандуила упал на небольшой свёрток пергамента, привязанный к лапе птицы белой тонкой лентой. Трандуил аккуратно отвязал свиток, развернул, пробежался глазами по содержимому. Внезапно его глаза засияли, сердце забилось чаще, руки задрожали. Почерк был до боли знакомым. " Здравствуй, отец. Глупо звучит, знаю. После стольких дней молчания просто сказать "здравствуй". Зачем пишу? Сам не знаю. Просто хочу попросить прощения. За всё. За то, что за несколько тысяч лет так и не смог заслужить твоей любви и уважения. За то, что просто так сорвался и пропал. А ведь иначе уже было никак. Я не мог усидеть на месте, понимаешь? Что тут уже теперь говорить. Я здесь, за несколько тысяч миль от дома. Мы только что отплыли от Лориена. Леди Галадриель радушно приняла нас. Из Ривиндела нас вышло девятеро: Я, Арагорн, Боромир из Гондора, четверо хоббитов. Один из них и несёт кольцо. С нами ещё гном пошел. Гимли. И Гендельф Серый. Правда, его с нами его уже нет. Он провалился во мрак Мории, спасая наши жизни. У меня всё хорошо, я жив. Иначе б тебе не писал. Мне тебя даже немного не хватает. Я тоскую по дому, отец. Не скрою. Знаю, проявление чувств - слабость. Так ты, кажется, говорил. Но я не слабею, поверь. Поверь в меня хотя бы на миг. Прощай. Не беспокойся за меня. Твой сын вырос. Ещё раз прости за всё. Я люблю тебя, отец." Трандуил крепко сжал свиток, который был для него сейчас спасительным глотком воздуха. - Я прощаю тебя, мой мальчик. Я прощаю....