Северная экспедиция

Ника вопрос удивил, но не очень — ещё когда Арина рассказывала про природные преграды, он начал догадываться, что правители вызвали его не с целью выслушать об окончании его предыдущего похода из первых уст. Поэтому учёный-натуралист сделал ещё несколько глотков прохладного сладкого напитка, оставляющего приятное послевкусие, и отставил пустой стакан на поднос. Он уже чувствовал себя более уверенно, поэтому ответил тотчас же: — Я согласен. Но могу ли я рассчитывать на вашу поддержку в организации экспедиции — провиант, верховые животные, сбор данных в архивах? Это может существенно ускорить подготовку сего рискованного похода. — Само собой, — величественно кивнул Мартин-Роджер обеими головами. — Снаряжение, архивы, всё прочее, что бы ни понадобилось — всё будет в вашем распоряжении. От этой научно-исследовательской экспедиции на север зависит очень многое. Более того, мы предоставим в Ваше распоряжение первоклассно обученных стражников с боевым оружием — они будут осуществлять охрану и защищать всех участников похода от нападений диких зверей. Если гиганты всё же не вымерли, то на этих крепких флабатов будет вся ваша надежда… Верховых и вьючных животных экспедиции предоставят лучшие заводчики страны. А архивы — мы даём своё высочайшее разрешение на доступ в дворцовый и прочие хранилища Флабрии; любые документы, либо их точные копии, могущие вам пригодиться, будут в кратчайшие сроки доставлены к вам домой. — Благодарю вас, — Ник поднялся из кресла и поклонился. — Мне приступать к сборам немедленно? — Как только вы допишете и опубликуете последнюю статью о вашем путешествии к озеру Гейзеров, — улыбнулась Арина, указав глазами на торчащую из-под мышки учёного папку. — Догадываемся, что вы захватили с собой эти материалы, думая, что мы захотим узнать подробности, не дожидаясь выпуска в журнале? — Да, — смутился Ник. Арина продолжала улыбаться, а Мартин сказал: — Хоть мы и правители, но всё-таки умеем терпеть. Дождёмся готового рассказа. — Сейчас разгар зимы, и мы хотели бы, чтобы вы вместе со своим отрядом отправились в путь, как только начнёт таять снег, — вернулся к теме Роджер. — Благодарим вас за согласие, — Арина слегка склонила голову. — И удачи вам, ждём хороших вестей. Аудиенция была окончена. Раскланявшись с правителями, Ник пошёл к двери тронного зала, и возле неё сделал шаг в сторону, пропуская следующих посетителей — низкорослого купца-водника, семенящего по ковровой дорожке, и его помощника из расы ловцов. Выйдя в коридорчик, он не успел сделать и нескольких шагов, как тут к нему подбежал с журналом под мышкой двухголовый флабат, ранее сидевший тут в уголке. Он с радостным волнением схватил Ника за его правую конечность сразу двумя руками и затряс её в рукопожатии, ослепительно улыбаясь сразу четырьмя рядами зубов в двух ртах. Журнал при этом выскользнул и упал на пол с глухим стуком. — Как же мы рады, как же рады познакомиться с вами! — восхищённо заявила правая голова этого флабата, принадлежащего к правительственному роду. — С тех самых пор, как однажды в библиотеке наткнулись на вашу книгу «Тайны восточных лесов», мы стали вашими горячими поклонниками! — добавила левая голова. — Прошу прощения… — Ник осторожно высвободил руку из цепкой хватки незнакомого флабата. — А с кем, собственно, имею честь?.. — Извините! — двухголовый дракончик влепил себе по обоим лбам ладонями. — Мы Айни-Рикки. Точнее, голова слева от вас — Айни, а правая — Рикки. Ник успел осмотреть своего неожиданно взявшегося поклонника. Густая длинная шерсть коричневого цвета со светлой грудью, на верхней части крыльев тонкие золотые полоски. На носу у каждой головы белая полоса, тянущаяся от переносицы до самого кончика. Айни-Рикки был намного выше путешественника, и ему приходилось наклоняться, чтобы пожать руку своему кумиру. — Приятно познакомиться, — вежливо улыбнулся учёный-натуралист. — Мы хотели бы взять у вас автограф! — выпалил Рикки, и до него только сейчас дошло, что их с Айни журнал лежит на полу. — Ой… Двухголовый дракончик наклонился за ним, после чего нерешительно протянул Нику. — Прошу вас… — Я бы с радостью, да вот только нет у меня автопера с собой… — пожал плечами тот, принимая журнал и ради интереса пролистывая его. Обычное художественное издание, куча рассказов, иллюстрации, схемы… Ага, а вот и его статья. Айни-Рикки синхронно ойкнул, после чего громогласно вопросил: — Нет ли у кого-нибудь из почтенных, присутствующих здесь, автопера либо обычного пера с чернилами? Ожидающие своей очереди на приём к правителям флабаты порылись в карманах и лишь развели руками. Дракончик уже огорчился, но тут раздался голос от двери: — У меня есть автоперо, уважаемые. К ним неспешным шагом приблизился церемониймейстер, и с величественным поклоном, достойным самих правителей, протянул искомую вещь, представляющую собой длинную серую палочку, заканчивающуюся острым концом с одной стороны и коротким золотым пером с другой. Ник принял автоперо, перелистнул страницу, возвращаясь в начало своей работы, и на полях напротив своего имени в заглавии начертал: «Айни-Рикки от Ника Розова. Спасибо за интерес к моей статье!». Владелец журнала взял его из рук учёного, будто это было нечто хрупкое, несколько секунд смотрел на автограф, после чего принялся благодарить натуралиста. — Ну что вы, это вам спасибо, — смутился тот, возвращая автоперо церемониймейстеру, который тут же отправился на своё место у двери. — Вы мне лучше подскажите, где тут во дворце магопочта? — Да, конечно, — двухголовый флабат переступил с ноги на ногу, прижимая журнал к груди. — Вам надо будет спуститься на девять этажей ниже, затем пройти налево от лифта до конца коридора, и там на одной из дверей увидите табличку. Может, мне провести вас? — Нет, спасибо, — вежливо отказался Ник. — Вы ведь в очереди тут стоите. — Ах, да… Ну, в таком случае было приятно познакомиться! — Взаимно! Пожав протянутую ему руку, флабат зашёл в лифт и нажал кнопку нужного ему этажа. Во время спуска Ник рассеянно помахивал своей папкой и насвистывал какой-то мотив, перебирая в голове список будущих компаньонов. Встреча с неожиданным поклонником немного повысила ему настроение. Экспедиции понадобится немало участников. За северным Барьером одна только Зелёная впадина была населена, да и то за счёт гигантизма деревьев, поднимавшихся из невероятной глубины этого кратера. Флабаты основали свои поселения в кронах этих исполинских растений, оставаясь в безопасности от бродящих где-то там далеко внизу огромных хищных зверей. Но за пределами кратера не было ни одного поселения — флабаты давно покинули те места, отступив под натиском этих гигантов, выбиравшихся из кратера, переваливая через его относительно пологий восточный край. Но после сильного землетрясения лет пятьдесят назад эта их тропка в буквальном смысле обвалилась, и выбраться наружу теперь не мог никто из них. За прошедшие годы гигантов вне кратера видели всё реже и реже, в последний раз один такой варголк был замечен больше десяти лет назад. Поэтому правители и решили послать отряд на исследование местности, ведь глупо оставлять столь обширный край страны незаселённым. А в далёкой древности всё было не так. Сперва пробудившиеся после Великого Оцепенения флабаты заселили и этот регион, осваивали его, возделывали землю, разводили домашних животных. Но затем климат, теплевший с каждым веком, вдруг вновь стал холодным и суровым, как в самые первые годы после пробуждения. Лето было коротким даже на юге, а зимы стали суровыми и лютыми. На крайнем севере страны, на морском побережье, бушевал постоянный ураган, выветривая почву и разрушая скалы. Тем не менее, флабаты умудрялись жить даже там, обитая в глубоких подземных сооружениях, но с наступлением холодных десятилетий эти места оказались покинуты первыми. А после пришли гиганты… После воздвижения Барьера несколько тысяч лет назад эти края оказались покинуты, за исключением кратера. Но остались карты, пусть и весьма разрозненные, и летописи, сохраняемые в архивах, и правители дали своё разрешение воспользоваться этим материалом. Места древних поселений, реки, горы и долины, описания обитавших там животных… Нужно было взять специалистов по всем этим направлениям — историков, географов, геологов и прочих… Кстати, о геологах — нужно будет пригласить Миршу. Этот флабат-провидец, родом из западного горного региона страны, с детства обожал возиться с камнями, причём его больше привлекали не драгоценные, как большинство представителей его расы, а самые обычные — их внешний вид, крепость, прочие полезные свойства. К тому же он, как чистокровный провидец, владел магией, что облегчало его горные работы. После обучения в монастыре Дапас у знаменитого Кристофера Двуокого, юный маг заразился у него тягой к науке, и стал рассматривать свои любимые камни с этой точки зрения. Он много путешествовал по стране, изучая различные горные породы и временами находя в них окаменелости невиданных ранее древних животных, у большинства из которых было четыре конечности, в отличие от шестиконечных нынешних животных. Однажды во время своих походов он наткнулся на экспедиционный лагерь Ника, и принял решение присоединиться к последнему. С тех пор ни одно путешествие не обходилось без этого флабата-крепыша. Затем нужно будет пригласить специалиста по флоре. Это будет, вне сомнения, Мика. Эта флабатка-лесник уже три сезона проработала бок о бок с Ником и зарекомендовала себя не только первоклассным знатоком и классификатором растений, но и превосходным лекарем. Все, кто во время полевой работы умудрялся заболеть, быстро приходили в себя благодаря её лекарствам. Сама она была родом из Сарнея, столицы Флабрии, но почти всё детство и юность прожила в поселении в восточных лесах, где и обучилась травничеству и врачебному делу, которые неотделимы друг от друга. Следующим в мысленном списке Ника был Деня, флабат-водник родом из курортного города Макавао Мауна на восточном побережье. Он занимался ихтиологией и изучал водную среду обитания животных, рискуя спускаться даже в глубины Синего моря, мужественно терпя все те неудобства, что причиняли ему давление воды, нарастающее с каждым метром, и солёная морская вода. Пару раз он чуть было не попался тамошним хищным подводным обитателям, но это его не отвадило от любимого занятия. Специалистом по фауне земной был сам Ник, так что он, мысленно поставив галочку напротив имени Дени в списке, принялся размышлять дальше. Света. Ловец. Картограф, историк и летописец экспедиции. Углублённо изучает древний язык флабатов, уверяет, что уже способна свободно на нём разговаривать. Автор гипотезы о том, что в далёкой древности флабаты были куда более продвинуты в технологическом плане, чем сейчас — вывод сделан из изучения этого самого языка. Кенджо. Провидец, астроном, ещё один маг в команде. По совместительству ещё и прекрасный повар, который не даст ни одному участнику команды умереть с голоду, даже если сам участник этого возжелает. А то был один забавный случай с расстроившимся Деней… Ник улыбнулся, припомнив это происшествие, а затем помчался по своему мысленному списку дальше. Бартон и Курт. Два флабата-ловца, ответственные за животных и имущество экспедиции, а также за прочие хозяйственные дела на стоянках и привалах. По совместительству главные балагуры и шутники. И, наконец, Виктор. Одноголовый флабат из правительственного рода, редкость среди своих двухголовых собратьев. Получил прекрасное образование, много путешествовал по стране, за свою жизнь, перевалившую уже за две сотни лет, изучил множество профессий, в случае необходимости способен заменить чуть ли не каждого участника похода. Своеобразный мастер на все руки, а также единственный в команде кузнец. Профессионально владеет боевыми искусствами своей расы. В своё время стал поклонником Ника после того, как тот опубликовал книгу о своей первой экспедиции в восточные леса, и напросился в один из его походов обычным подсобным рабочим, тем не менее, быстро доказав свою полезность и став полноценным участником команды. Итого основной костяк команды есть. Плюс ещё те, кого добавят правители. И тут Ник обнаружил, что стоит перед дверью с красной табличкой, на которой белыми буквами выведено: «МАГИЧЕСКАЯ ПОЧТА. Отделение №1. ЧАСЫ РАБОТЫ: Круглосуточно» Как он сюда добрался, учёный-натуралист совершенно не помнил. Ноги сами принесли его, пока он размышлял над списком команды. Он постучал в дверь, повернул ручку и зашёл вовнутрь. Это было небольшое помещение, не имеющее окон. Светом его наполняли магические светильники, несколько которых парили под потолком. Стены были окрашены в бежевый цвет, вдоль них были расставлены кабинки для посетителей, отправляющих личные послания. Рядом с дверью стоял стол, одним своим концом упираясь в угол. На столе стояли два странных прибора, доселе невиданных Ником, от которых отходили провода и скрывались в отверстии в стене. Рядом на стуле сидел спящий флабат-провидец, запрокинув голову и чуть слышно похрапывая во сне. Ноги и хвост он поднял на другой стул, и спал в этой несколько неудобной позе. Ник прикрыл за собой дверь и вежливо покашлял. Спящий никак не отреагировал, и тогда учёный-натуралист тронул его за плечо: — Прошу прощения! Провидец разлепил свои три глаза и секунду-две смотрел на него сонным непонимающим взглядом, а затем, спохватившись, быстро вскочил на ноги: — Здравствуйте! Извините, у нас с утра мало клиентов, вот и клонит в сон иногда. Вы же здесь, чтобы отправить магописьмо? — Да. Мне нужно отослать сообщения сразу нескольким адресатам… — сказал Ник, покосившись на странные приборы на столе. Служащий, перехватив его взгляд, добавил: — Если вы хотите отправить сообщение в Норсер, то можно воспользоваться этим устройством. Это телеграф. С помощью одной из этих штук мы отправляем послание, другое же доставляет ответное сообщение нам со станции в северной столице, записывая его специальным кодом на листе бумаги. Спасибо архивариусам из Дапаса, откопали чертёж этого древнего устройства у себя в хранилище, и предоставили правителям. Сейчас построена только линия Сарней-Норсер, но уже в скором будущем телеграф будет протянут во все крупные города, а потом и до мелких поселений доберётся, — провидец усмехнулся. — Это куда быстрее, чем традиционная магосвязь, но всё же есть небольшой минус — понять сообщение на том конце провода сможет только специально обученный этому делу флабат, плюс ещё расшифровка кода и доставка обычным письмом на дом адресата курьером либо тамошней магопочтой. — Неплохая вещь… — Ник в восхищении взглянул на приборы. — Да, один из моих адресатов как раз живёт в Норсере, и я хотел бы отправить ему сообщение. Провидец кивнул, и, повернувшись в сторону кабинок, крикнул: — Эрик! Что-то с грохотом свалилось на пол, самая дальняя кабинка сильно зашаталась, и из неё вышел заспанный и весьма недовольный низкорослый флабат-лесник, опустив уши и держась руками за макушку. — Крей, чего так вопить-то? — буркнул он, подойдя поближе. — Я аж с жердочки своей спальной свалился от неожиданности. — Держался бы хвостом крепче, — пожал плечами провидец и отступил в сторону от стола, освобождая место. — Клиент хочет отправить сообщение в Норсер телеграфом. Эрик придвинул стул и взгромоздился на него, отняв одну руку от макушки и положив её на выступающую из одного из приборов ручку с круглым набалдашником на конце. — Диктуйте ваше сообщение, сударь, — хмуро сказал он. Ник начал: — Виктор, приветствую тебя. Готовлюсь к новой экспедиции, буду рад снова видеть тебя в её рядах, если ты не занят ещё чем-то. Мой адрес не изменился. Подробности сообщу позднее. Ник Розов. Услышав имя посетителя, Эрик, хмыкнув, сказал уже более приветливо, прекратив стучать ручкой прибора: — Добавьте адрес получателя сообщения, пожалуйста. Ник послушно продиктовал его, и лесник ещё раз отбарабанил ручкой телеграфного устройства серию постукиваний. Затем пришла очередь обычной магопочты. Крей выдохнул изо рта красноватое магическое облачко, проделал с ним замысловатые пассы руками, а затем передал его учёному-натуралисту со словами: — Если там что-то личное, можете воспользоваться этими кабинками. Не забудьте добавить адрес получателя в конце сообщения, а потом верните облачко мне. — Спасибо, но ничего особо личного там нет, так что это не понадобится, — Ник продиктовал в облачко тот же текст, что и Виктору, после чего назвал адрес и вернул магическую субстанцию провидцу. Тот провёл рукой над облачком, глаза его блеснули, и оно приняло форму маленькой квиши. Чирикнув, та взлетела с ладони служащего, сделала круг над головами флабатов, а затем скрылась в отверстии под потолком, пройдя сквозь решётку. Крей тем временем сотворил новую форму для письма, и Ник начал снова надиктовывать текст сообщения… * * * Узнав, на каком этаже расположен архив, и как добраться туда, Ник покинул помещение магопочты и пошёл к лифту. Спустившись на нём почти на самые нижние этажи, расположенные под землёй, он прошёл несколько коридоров, по пути встречая служащих дворца, спешащих туда-сюда, и оказался у тяжёлой деревянной двери с золотой табличкой «Центральный архив». Массивная дверь распахнулась неожиданно легко, и Ник оказался в огромном помещении, заставленным десятками стеллажей с книгами и свитками, в высоту уходивших куда-то вверх, в полумрак. А вдаль же они протянулись настолько далеко, что противоположной стены не было видно. Магические светильники были и здесь, но светили они как-то приглушённей, не так ярко, как на магопочте. Меж рядами сновали флабаты, то и дело поднимаясь по лесенкам до нужного места на стеллаже и доставая либо убирая очередной фолиант или свиток — пользоваться крыльями в архиве, судя по всему, было запрещено. Флабатка-архивариус, сидевшая за загруженным бумагами столом, оторвала от них взгляд, взглянув на вошедшего, и воскликнула, поднимаясь со своего рабочего места: — Ник Розов! Где же вы запропастились, мы думали, что после аудиенции сразу к нам заглянете! Правители отдали приказ помочь вам с поисками архивных документов для организации экспедиции. Прошу вас! Ник поздоровался и занял предложенное ему место, скромно положив свою папку на краешек стола. Флабатка представилась: — Я Нира Крон, главный архивариус. — Приятно познакомиться, — склонил голову учёный-натуралист. — Извините, я заходил на магопочту отправить послания своей команде, поэтому и задержался. Но вроде правители говорили, чтобы я сперва закончил статью о последнем походе… — Но, как видно, они предвидели, что вы не удержитесь, — Нира подмигнула Нику и пододвинула ему кипу бумаг. — Вот, я уже сделала некоторую подборку древних карт северных земель, отрывки старых летописей тех мест, легенды и даже сказки. Помимо всего прочего, я отдала распоряжение архивам в других городах разыскать документы, имеющие какое-либо отношение к северному региону. — Большое спасибо! — поблагодарил её флабат, придвигая к себе карты и начиная их изучать. Полных карт Севера не сохранилось, возможно, их никогда и не существовало, ведь в ту эпоху флабатам было не до них. Перед Ником лежали лишь разрозненные обрывки, на которых чаще всего были планы каких-то поселений с окрестными землями. Северные поселения флабатов были редки, расстояния между ними — огромны, и в случае нападения хищников жителям приходилось полагаться лишь на свои силы. Но они справились бы с этим, даже несмотря на ужасный климат тех веков, и постепенно освоили Север, как обжили не уступавшие в то время по дикости прочие земли формирующейся Флабрии от западного хребта до восточного моря, если бы не хищники-гиганты… Учёный-натуралист просматривал карту за картой, запоминая все отмеченные на ней долины, горы, ущелья, реки, озёра. И чем карта была новее, ближе к современной эпохе, тем всё меньше становилось на ней поселений. На самой новой карте, составленной незадолго до воздвижения северного Барьера, из поселений оставалось всего трое: два расположенных на разных берегах реки Брен выше Зелёной впадины недалеко друг от друга, и ещё одно много северо-восточнее, расположенное на склоне одинокой горы, окружённой цепью озёр, самое крупное из всех трёх. Бренрон, Верхнее и Приозёрье. Последнее связывало с остальными двумя дорога, прихотливо петляющая по местности, и рядом с ней рукой составителя было начертано: «Пригорье-Верхнее. Пеш. 1 нед. Лет. 3 дня» Дорога соединяла Верхнее с Бренроном, проходя по мосту через Брен, здесь обозначения уже не было. Потом же тракт шёл вдоль этой реки на юг, где вступал на север Зелёной впадины, продолжаясь по подвесным мостам, и подходил к краю карты. Тут тоже стояли пометки: «Бренрон-Норсер. Пеш. 3 дня. Лет. 12 час.» Ник отложил эту карту в сторону вместе с ещё несколькими, показывающими различные области северного региона, и попросил Ниру сделать с них точные копии. Та кивнула, подозвала помощника и поручила ему заняться этим. Флабат-лесник, бойкий малый, принял протянутые ему листы, с уважением покосился на Ника, явно узнав его, поклонился и тут же скрылся за стеллажами. — Через пару дней всё будет готово. Команда картографов у нас большая, справимся в лучшем виде, — сказала Нира и сделала знак рукой другому помощнику, тут же подкатившему к их столу тележку с грудой древних фолиантов и свитков. — А вот и летописи… * * * Ник просидел в архиве до вечера, просматривая древние сказания и исторические записи, и время от времени делая выписки в свой блокнот, а когда он закончился — в толстую тетрадь, любезно предоставленную архивариусом. Уже темнело, и первые яркие звёзды зажглись в быстро затухающем небе, когда он, попросивший прислать остальную часть летописей и сказаний к нему на дом, убрал блокнот и тетрадь в папку, взял её под мышку, раскланялся с Нирой и покинул дворец. Выйдя за ворота, охраняемые уже другой парой стражей, флабат осмотрелся, а затем неспешно побрёл по тротуару. Было время ужина; во время его работы в архиве им с архивариусом несколько раз подносили лёгкие закуски, но поглощённый делом Ник почти ничего не съел. Сейчас же его желудок напоминал о себе негромким бурчанием, намекая, что уже неплохо было бы и подкрепиться. Высокие узорчатые фонарные столбы уже зажглись, своим мягким белым светом озаряя улицу. Несмотря на морозец, народу было много — кто-то спешил по своим делам, быстро шагая по тротуару либо пролетая над головами прохожих, кто-то просто гулял, как и Ник, шагая медленно и дыша свежим холодным воздухом. Задумавшись о прочитанном в летописях Ник сам не заметил, как преодолел почти половину расстояния до дома. Из раздумий его вывел вкусный запах готовящейся еды, и он обнаружил себя проходящим мимо таверны на краю городского парка. Большое двухэтажное здание с летней верандой, нынче закрытой по причине холодного времени года, так и манило. Недолго думая, он завернул сюда. Зайдя внутрь, Ник окинул взглядом заполненный посетителями зал, отыскал свободный столик и направился к нему. Но не успел он сделать и десяти шагов, как его окликнули: — Батюшки, Ник! Ник! Ты ли это? Подходи сюда! Учёный-натуралист притормозил, оглядываясь в поисках того, кто его позвал, и, увидев сидящего в самом углу зала седого улыбающегося флабата-ловца, тоже улыбнулся и двинулся к нему, аккуратно огибая столики: — Дед Аттен! Как я рад тебя видеть! Считай, с прошлой весны не встречались? — А то! Виделись ещё до того, как ты на это своё озеро гейзерное уехал. Читаю теперь о похождениях вашей честной компании в журналах. Ник крепко пожал протянутую ему руку, и по приглашающему жесту хозяина столика устроился за ним, положив папку себе на колени. Аттен же вновь вскинул руку, подзывая официанта: — Кувшин абрисовой настойки нам! В честь встречи! Когда спустя некоторое время официант удалился, унося с собой на кухню таверны блокнот с заказом Ника, старый флабат вперил радостный взгляд своих слезящихся глаз в соседа: — Ну, рассказывай! Как у тебя дела нынче, как поживаешь, какие планы на будущее, а особливо, — тут он подмигнул Нику, — как всё-таки вы вытащили того бедолагу из трясины, будь она неладна! Уважь старика, хочу услышать окончание этой истории из твоих уст. Ник улыбнулся, поправляя скатерть на столике: — Ну, о чём тут рассказывать! Сижу уже какой день дома, сам знаешь, зима — не лучшее время для дальних походов. Разгребаю экспедиционные материалы, дописываю, как видишь, статью о наших «похождениях», и жду следующего сезона, чтобы вновь отправиться в путь. Да, и по поводу трясины… — флабат хмыкнул, когда вспомнил, как незадачливого Бартона, свалившегося с дерева прямиком в топь, вытаскивали всей экспедицией. Крылья расправить тот не успел, и завяз в трясине основательно. Еле-еле сумели его вытащить, порвав пару верёвок и чуть не надорвав свои собственные крылья. А когда вытащили, он, похлопав себя по карманам, вдруг воскликнул «Часы потерял», и снова полез в топь, едва не доведя остальных до инфаркта. — …вот так и закончилась эта история. Правда, потом ещё отмывали этого чудака от грязи полдня… — Ник принял кувшин от официанта и разлил абрисовую настойку по кружкам. Аттен смеялся от души. — Да уж, сказал он, отсмеявшись и сделав глоток настойки. — Ну и Бартон! Главные затейники с Куртом у вас там, уж если чего учудят… — Это верно, — согласился учёный-натуралист. — А куда теперь направить свои крылья ты? Есть уже цель на будущий сезон? — Уже есть, да, — Ник тоже отхлебнул из кружки и оглянулся на кухонную дверцу. Скорей бы уже приготовили и принесли заказ… — На Север, через Барьер и далее. — В Зелёную впадину, что ль? Не спорю, дело полезное, но опасное, там внизу среди стволов такие чудовища бродят… — Нет, старина, дальше впадины. Пройдёмся по всему региону, с юга на север, и с запада на восток. Аттен поперхнулся. Откашлявшись, он с изумлением воззрился на собеседника: — Шутишь?! Ник покачал головой: — Ни капли. Дано мне высочайшее повеление организовать экспедицию и исследовать тамошние заброшенные земли. — Высочайшее?! Да неужто самими правителями данное?! — голос старика понизился чуть ли не до шёпота. Ник кивнул и сделал ещё глоток настойки. А всё же хорошо её тут делают! В такие холода самое то. По телу уже разливалось приятное тепло вплоть до кончиков озябших пальцев ног и крыльев. — Да, дед. Сегодня ходил к ним на аудиенцию по приглашению. Целый день, считай, во дворце провёл, в архивах роясь. Завтра вот денёк посвящу купанию Бартона в грязи, да обратной дороге, а затем снова буду изучать летописи да карты. Ник умолчал о том, что помимо истории с Бартоном ему надо ещё дописать остаток статьи про квиш. Но там оставалось совсем немного. — И с чего это повелителям захотелось вдруг на север… — растерянно пробормотал старый флабат. — Там же лютые звери, я не раз сам, когда ещё служил в норсерской гвардии, схватывался с ними во время наших вылазок за пропавшими! Гиблое это место, не зря предки наши Барьер возвели там, да выведут их Прародители на лунный путь… Аттен словно бы постарел на добрую сотню лет. Сильнее сгорбился, опустив нос в свою кружку, повесил уши, на которых уже кое-где зияли проплешины выпавшей от старости шерсти. Но Ник, отвлекшись на наконец-то принесённые официантом ароматные дымящиеся кушанья, не заметил эту перемену в собеседнике, и лишь попросил: — Дед Аттен, а ведь ты и правда немало времени прослужил в Норсере. За свои пять сотен лет куда тебя только не заносило, сам же мне рассказывал. А туда тебя назначали аж трижды, в молодости, в зрелые годы и перед отставкой. Так не поведаешь ли мне, с кем и чем там можно столкнуться? Чем я больше узнаю о тех краях, тем мне легче будет спланировать поход и провести его, как надо. Расскажешь? За столом повисло недолгое молчание. Ник взглянул на старика; тот сидел в прежней позе, явно о чём-то напряжённо размышляя. Наконец, он поднял голову, выпрямился и сказал: — Хорошо. Я поведаю тебе то, что знаю о тех местах. Сам бы я ни за что не сунулся туда снова, но раз правители избрали тебя для этого дела, что ж, помогу, чем смогу. Так слушай же…