Охота на лис

      Академия Йокогама — самое престижное учебное заведение префектуры Канагава. Место, где собраны лучшие из лучших. Выпускники данной академии занимают высочайшие должности во всевозможных отраслях, будь то политика, спорт или промышленность. Но есть и те, кто переходит на сторону одной из самых властных местных организаций — портовой мафии. Несмотря на то, что её представители неоднократно были замешаны в преступных деяниях, они управляют большей частью префектуры, держа под контролем практически каждого чиновника.       Власть — вот основная причина таких немалых стараний в учебе и всяческих попыток удержания авторитета в Академии Йокогама. На протяжении всего существования внутри Академии ведётся нешуточная борьба двух фракций: Черные псы и Огненные лисы. Вражда, причину которой, кажется, никто и не вспомнит, ежедневно портит жизнь не только учителям, но и самим студентам.       Бесконечные стычки между представителями обеих фракций, драки вплоть до выбитых зубов и переломанных костей — всё это стало настолько обыденным для Академии, что, кажется, никто уже и не представляет учёбу без этого. И конечно же, каждой организации нужен лидер, который в любой момент способен противостоять конкуренту: умный, властный и опасный, не терпящий пререканий в свою сторону, но справедливый. И обеим фракциям посчастливилось иметь именно таких лидеров.       Чуя Накахара — молодой парень невысокого роста с ярко-рыжими волосами, которые он собирает в непослушный хвост. При первой встрече Накахара может показаться весьма высокомерным, а порой и грубым. Но те, кто хорошо знаком с ним, с уверенностью скажут, что Чуя — справедливый лидер, готовый прийти на помощь к каждому. Эти качества в сочетании с множеством других и стали причиной становления его лидером Лис.       Несмотря на свой молодой возраст, Накахара является ценителем дорогого вина. Он любит всё элегантное, утонченное и то, что радует его глаз. И Чуе кажется, что он готов смириться с чем угодно в этом грёбаном мире, если у него где-то припасена бутылочка Petrus 89-го. Абсолютно со всем, кроме бесящего всё его нутро — Осаму Дазая. Лидер Черных псов, покровитель всех этих жалких щенят Академии. Накахару раздражает одна только мысль о существовании этого вечно забинтованного придурка с понятными только ему одному суицидальными наклонностями.       — Чего уставился? — озлобленный взгляд Чуи врезается в самодовольную улыбку Дазая, который лениво осматривает проходящих мимо него студентов.       — Крошка Чуя сегодня не в духе? — улыбка становится шире, а темно-карие глаза сверкают в усмешке.       — Как ты меня назвал? — Накахара рыпается вперед, сделав несколько шагов в сторону врага, остановившись в паре метров от Осаму.       Дазай ловко спрыгивает с подоконника, и, поправив одной рукой вьющиеся волосы, подходит ближе. Поравнявшись с оппонентом, он слегка нагибается так, чтобы их лица оказались на одном уровне. Таким жестом он указывает на явную разницу в росте, чем заставляет Чую злобно оскалиться.       Брюнет мажет взглядом по лицу Накахары, заметив про себя, что у рыжика довольно привлекательные черты лица, а эта его «устрашающая» моська — так вообще одно очарование.       — Кро-шка Чу-у-у-я, — медленно, словно издеваясь, протягивает Дазай, с упоением ожидая реакции.       — Чёртова псина, — успевает выкрикнуть Чуя прежде, чем наброситься на Дазая, который только этого и ждал.       Когда они последний раз дрались? Кажется, аж на прошлой неделе. Непозволительно долго Осаму терпел, ожидая повода сцепиться. Пёс всегда догоняет лису во время охоты, какой быстрой и хитрой она бы ни была.       Ловко уворачиваясь от точных ударов Накахары, Дазай, не стирая довольной улыбки, наносит несколько ответных оплеух, от которых Чуя успешно уворачивается.       Эти двое являются прекрасными бойцами, не уступающими друг другу. Каждый, кто был свидетелем очередной потасовки, с интересом наблюдал за их филигранными и отточенными движениями. Нет, то была не драка, то был танец. Танец двух людей, напряжение между которыми можно было почувствовать на физическом уровне.       Собравшаяся толпа зевак, что выкрикивает имена своих лидеров, привлекает внимание учителей. Драка тут же прекращается, а студенты недовольно завывают, подначивая парочку продолжить потасовку.       — Клянусь, когда-нибудь я убью тебя! — запыхавшись бросает Чуя в сторону Дазая, пока Агутагава, правая рука лидера Лис, протягивает ему бутылку с водой.       — Я готов покинуть этот бренный мир лишь на пару с тобой, крошка Чуя, — Дазай посылает воздушный поцелуй в сторону Накахары и, игриво подмигнув, скрывается за поворотом.       Очередная драка, привычные оскорбления, но взявшееся откуда-то щемящее чувство в груди, от которого Чуя тут же пытается отмахнуться, крепко заседает где-то в районе солнечного сплетения.

***

      Оставаться после уроков в наказание за драку было уже настолько привычным, что ни Дазай, ни Чуя даже бровью не повели, когда директор озвучивал их наказание, устало потирая переносицу и ища в седой голове хоть какую-то управу на эту парочку.       — Это всё из-за тебя, кретин, — Чуя устало садится на лавку и с шумом бросает швабру на деревянный пол спортивного зала, пока Дазай лениво протирает волейбольные мячи тряпкой. И на кой чёрт их вообще мыть?       Время близится к закату, оттого оранжевые лучи освещают зал, пробираясь сквозь огромные витражные окна. И один из таких лучей уютно расположился на макушке Чуи, придавая цвету его волос еще более огненный оттенок. Дазай невольно улыбается, заметив это и, не говоря ни слова, бросает мяч в сторону Накахары, который ловит его одним резким движением, едва тот успевает долететь до его лица.       — Сбрендил?       — Ну точно лисичка, — присев на лавочку, при этом вальяжно расставив ноги так, что их коленки едва соприкасаются, Дазай слегка наклоняется к Чуи. — Слышал у директора в кабинете лежат ответы к экзаменам, — он неотрывно смотрит на лицо Накахары, который показательно игнорирует его, облокотившись о стену и прикрыв глаза. Но стоит Дазаю приблизиться настолько, что Чуя может почувствовать дыхание Осаму у себя на щеке, он резко открывает глаза, после чего пихает того локтем в бок, не забыв при этом недовольно цокнуть.       — И что я, по-твоему, должен делать с этой информацией?       — Чуя, Чуя… — Дазай, улыбаясь, выпрямляется, скрестив ноги. — Мы должны пробраться туда и одолжить их на время. Мы же напарники, — левая рука небрежно падает на плечи Накахары, создавая подобие объятий.       — С каких это пор? И не прикасайся ко мне.       — Хорош стрематься, крошка Чуя. Я буду с тобой.       — Еще раз назовёшь меня так и я…       — Понял, понял, — Дазай поднимает руки в знак капитуляции, не стирая довольной улыбки.       В жизни Накахары было множество моментов, с которыми он предпочел бы никогда не сталкиваться. И этот довольно длинный список в данный момент пополняется новым пунктом. И что было у него в голове, когда он всё-таки согласился на эту сомнительную авантюру? И не абы с кем, а самим, мать его, Осаму Дазаем, который прямо сейчас заглядывает в кабинет директора и, убедившись, что тот пуст, машет рукой своему «подельнику», прежде чем зайти внутрь.       — Если нас поймают, я не буду тебя прикрывать, — Чуя осматривает большой дубовый стол на наличие того, что хотя бы отдалённо напоминает экзаменационные ответы.       — Твои слова ранят меня, — Дазай театрально прикрывает глаза, держа руку на сердце, на что Чуя лишь неоднозначно хмыкает.       Потратив четверть часа на поиски, которые не увенчались успехом, парочка решает бросить эту изначально глупую затею.       — Я же говорил, что это бессмысленно. Как в принципе и все другие идеи, что приходят в твою голову.       — Ты несправедливо жесток ко мне, и вообще-то… — Дазай резко замолкает, как только в коридоре слышатся шаги и голос директора. И без того большие глаза Чуи шокировано расширяются, пока Осаму, не найдя решения получше, хватает того за руку и они оба прячутся в шкаф.       Кажется, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, и Чуя до конца не может понять, что именно является причиной такой реакции его тела. Тот факт, что в кабинет зашёл директор, который, судя по всему, что-то забыл, и они буквально в шаге от провала или же то, что Накахара оказался прижатым к стенке шкафа. Дазай находится так близко, что Чуя чувствует горячее дыхание на макушке, пока руки брюнета ловко расположились по обе стороны от рыжей головы.       — Ты слишком близко, болван, — едва слышный шёпот разрезает пространство между ними, за которым следует ехидный смешок.       — Вот как? — издеваясь, Дазай прижимается к Чуи еще ближе так, что он может буквально почувствовать, как быстро бьется сердце Накахары. А может это его собственное?       — Что ты делаешь? — Чуя неловко опускается взгляд, прикрыв глаза и борясь с непонятным смущением, — идиот.       — А ты знал, что оскорбления — это психологическая защита от избытка нежности и любви? — протяжный шёпот в самое ухо, ради которого Дазаю приходится неудобно нагнуться вперед, но реакция Накахары стоит того.       — Что за чушь ты несешь? — поборов смущение, спрашивает Чуя, гордо подняв голову, но стоит ему встретиться с пронзительным взглядом карих глаз, как вся его привычная уверенность уходит, к слову, вместе с директором, который уже как пару минут назад покинул кабинет, но юноши стараются не замечать этого. Иначе им придётся выйти из шкафа. Сделать вид, что никто из них этого не заметил — обоюдное решение.       —Всего лишь общеизвестный факт, — мурлычет Дазай, слегка подаваясь вперед, и, не отрывая взгляда, опаляет дыханием приоткрытые губы Накахары.       Им потребовалось несколько минут, прежде чем прийти в себя и осознать, что происходит. Осознать, что Чуя уже приподнялся на носочках и, скрестив руки за шеей Дазая, рвано отвечает на поцелуй. Осознать, что Осаму жадно впивается кончиками пальцев в район талии Накахары и справедливо подмечает тот факт, что лидер Лис довольно худой. И еще больше времени ушло на то, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце, стоило Чуе выбежать из кабинета директора и скрыться в туалете.

***

      После того случая они еще не раз оказывались в подобных ситуациях, не без помощи Дазая, конечно же. Каждый раз встречая сопротивление со стороны Накахары, Осаму не отчаивался, потому что знал, что Чуя делает это лишь для вида.       Для всех студентов они так и остались заклятыми врагами, показательно препираясь друг с другом, иногда даже пропускали парочку ударов для вида. Но стоило им оказаться наедине, как вся недосказанность вырывалась наружу. Поцелуи Дазая были резкими, но мягкими. Чуя же, напротив, был на удивление всегда ласков, несмотря на свой взрывной характер.       В какой момент их отношения перешли на такой уровень никто из них толком не понимал. Возможно, нескончаемые стычки и напряжение между ними сыграли роль, а может, это был лишь вопрос времени.       Сбежав от ненужных глаз, лидеры обеих фракций расположились на крыше здания Академии во время обеда. Чуя привычно прикрыл глаза, греясь в лучах солнца, пока Дазай по-хозяйски уложил свою голову у того на коленях, откровенно рассматривая лицо Накахары.       Приподняв руку, Дазай, едва касаясь, очерчивает костяшками пальцев подбородок Чуи, который лишь ухмыльнулся на неожиданную нежность со стороны лидера Псов.       — Знаешь, я хочу однажды проснуться и увидеть твоё спящее лицо рядом, — задумчиво проговаривает Дазай, цепляясь взглядом за каждую эмоцию на лице своего рыжика.       — И какими сериалами ты обдолбался? — с лёгким прищуром спрашивает Чуя, запустив пятерню в волосы Осаму. «Надо же…такие мягкие».       — Фантастическими, — ответ вылетает сам по себе, настолько непринужденно, что Дазай даже не успевает о нём хорошенько подумать.       — Ну, в фантастике граница реальности размыта, — бросает Чуя, снова прикрыв глаза, хитро улыбаясь.       — Чу-у-у-я, это то, о чем я думаю? — резко вскакивает и хватает Накахару обеими руками за щёки.       — Откуда мне знать, что творится в твоей дурной башке, идиот, — беззлобно отвечает Чуя, слегка улыбаясь.       —Пошли, — Осаму сплетает их пальцы, резко поднимается, утянув за собой Накахару, и направляется к выходу с крыши.       — Куда ты меня тащишь? У нас еще учеба не закончилась, — сопротивляясь лишь для вида, спрашивает Чуя.       — Воплощать фантастику в реальность!