Сборник ДжинАки зарисовок

Когда ты занят делом, то и день проходит незаметно. Джин всегда был по колено в работе, но жаловаться считал просто-напросто бессмысленным — от этого бумаг с отчетами или уроков в и так забитом расписание не убавится. Сагами привык качественно выполнять все свои обязанности, поэтому и не замечал, как быстро проходил день, как за окном уже давным-давно стемнело, и как последний звонок объявлял о конце рабочего дня. Однако, он знал, что для кое-кого все было совсем иначе. Для Акиоми день тянулся вечность, он только и делал, что ленился и спал, попутно накапливая горы работы, с которыми потом разбираться было опять таки слишком влом, отчего хотелось забить на все еще больше, но Джин никогда не позволял ему это делать, специально задерживаясь после работы, только лишь для того, чтобы помочь разобрать эти завалы бумаг. — Ха-ха, ты мой спаситель, Сагами-сенсей... — Каждый раз говорит тот, зевая, и потягиваясь после внезапного пробуждения из-за нежданного... нет, на самом деле, всегда жданного гостя. — Хмпф. Все еще гадаю, где же моя прибавка к зарплате... — Вздыхает, постукивая стопкой тетрадок об стол, и аккуратно откладывает их, переводя взгляд на дорогого друга, — Боже, что с тобой такое? Акиоми озадаченно смотрит на него, почесав затылок. Его волосы были довольно длинными, но мужчина никогда не ухаживал за ним должным образом, что Джина откровенно раздражало, ведь ходить лохматым и непричесанным как минимум некрасиво, а как максимум неудобно, жалко, что в этой неотесанной голове, видимо, совсем не осталось мозгов, чтобы понять это. — Аргх, так. Бери и проверяй это, а я пока тебя причешу, — Сагами дает в руки Кунуги последнюю стопку бумажек, а сам, достав из сумки расческу, встает сзади, осторожно снимая резинку с волос Акиоми, забранных в слабый хвост. — Аааа, и так нормальноо, Джииин... — ноет тот, будто бы уже давно не взрослый мужчина, а какой-то пятилетний ребенок, но все таки берется за бумаги. Джин ничего ему не отвечает, начав расчесывать непослушные волосы. Движения его рук аккуратны и нежны, пальцы мягко касаются грязных волос, переплетаясь с ними, расческа в руках сначала застревает, но вскоре скользит ровно и без проблем, что не может не радовать. — Тебе нужно самому следить за собой, Акиоми. Сагами-сенсей не всегда сможет быть рядом, чтобы помочь, — Говорит, не замечая свою же улыбку на лице, — И... и вообще, такому взрослому человеку, как ты, уже полагает самому заботиться о себе! — Хе-хе, но Сагами-сенсей так ласково расчесывает мои волосы... — Также расплывшись в улыбке, говорит Кунуги, снова зевая, — Мх, а там еще остались бумаги? — Нет, поэтому, не отвлекайся, и работай, — Отрезает тот, продолжая проходить расческой по уже гладким волосам, одним глазом заглядывая за плечо коллеги. Медленно, но процесс шел. Акиоми работал в своем привычном темпе — неспешном и размеренном, из-за чего у Джина оставалось время, чтобы убедиться в том, что хотя бы до того, как друг вернется домой, его волосы будут прибраны. Прядка переплетает другую, а другая еще одну, и образуется слабая коса, которую Сагами закрепляет той же резинкой, и довольно смотрит на результат. Он, конечно, не профессионал, но, видимо, с Акиоми ему придется научиться и этому. — Ладно, вижу, тебе тут осталось немного. Уже поздно, я пойду, — Собрав свои вещи, Джин кивает в знак прощания, и направляется к двери. Акиоми кивает ему в ответ. — До завтра, Джин. Дверь закрывается, и Кунуги вздыхает. Быстро доделав всю работу, он, потянувшись, также начинает собираться. — М? — Случайно пройдя мимо зеркала, он замечает, что волосы аккуратно собраны в косу, и по обыкновению перекидывает ее через плечо, нежно улыбнувшись своему отражению, — Авв, Джин... Наконец-то собравшись, Акиоми закрывает кабинет, и направляется домой, думая, стоит ли просить завтра заплести ему такую же косу, и тихо хихикает себе под нос, воображая, как Сагами бы смутился с его просьбы, но, вероятно, все равно бы согласился. Вечно он такой: серьезный и строгий снаружи, и чуткий и заботливый внутри.