Паутина

      Ньют мучительно постанывает, когда приходит в себя. Он лежит на старой серой кровати, которая под его весом может вот-вот проломиться. Ньют чувствует колющую боль, бьющую в висок. Голова почти не соображает, а разум отказывается вспоминать, что было до этого. Парень осторожно приподнимается на кровати и оглядывается по сторонам. Железные холодные стены, несколько полок, вторая кровать. — Томми… — шепчет Ньют, подрываясь со своего ложа, — Томми, ты меня слышишь? — он не пытается дальше исследовать комнату, в которой их скорее всего, что заперли. Парень хромает, но подходит к соседней кровати, игнорируя боль. Томас лежал неподвижно, и казалось, будто бы он и правда умер, если бы не его более спокойное, чем у Ньюта, дыхание. — Томми, — Ньют теребит его сначала за руку, а позже и все тело, — Томми, очнись. Ньют не был трусом. Но сейчас, когда он очнулся в какой-то комнате-бункере, и Томас не приходил в себя, становилось страшнее. Ньют уже хотел было побороть свои ужасные догадки насчёт людей, что заперли их, и позвать на помощь, но болезненный стон послышался со стороны Томаса. — Томми… — немного расслабленнее выдавил парень. Он не обращал внимание на свою ноющую руку и прошёлся ею по розовой щеке Томаса. — Ньют? — то ли взволнованно, то ли любя просипел брюнет. Он в ответ положил свою ладонь на щеку своего парня, наблюдая, как тот, прикрыв глаза, полностью припадает к ней. — Кажется, у тебя температура. — спокойно замечает Ньют, полностью оккупировав руку Томаса, — Это ПОРОК, верно? — Скорее всего. — более строго отвечает Томас, осматривая стены и дверь, — Такие комнаты я узнаю из тысячи. Нужно выбираться, Ньют. Ты пробовал открыть дверь? — Нет. — честно ответил блондин. — Проверял на наличие острых предметов? — Нет, Томми. Я сразу подошёл к тебе. — Ньют отпустил руку Томаса, отходя на какое-то расстояние. Брюнет немного напрягся, — Послушай, Томми, я хочу тебе кое-что сказать. Только не перебивай, хорошо? — Ньют неуверенно потирал свою ноющую руку, надеясь, что Томас не придаст этому жесту никакого значения. Так все и было, — Я люблю тебя, Томми. Очень люблю. Я… Хотел бы быть счастливым с тобой, но прекрасно понимаю, что в нашем мире этого не будет и я… Дверь в бункер открылась с большим шумом, и парни увидели нескольких солдат Порока вместе с непроницаемой Авой Пэйдж. Она свысока осмотрела два экземпляра, полностью прерывая речь Ньюта. Её холодный взгляд остановился именно на нем. — Мне очень приятно осознавать, что мы снова работаем вместе. — всем в этом месте нетрудно было заметить нескрываемую ложь, — Томас, — она резко развернулась к нему, махнув рукой, чтобы солдаты повязали Ньюта, — надеюсь, что сейчас ты понимаешь, мы просто ищем лекарство. Нам не нужно специально злить тебя. Просто ты… — она подошла к Ньюту и обвела контур его вспотевшего лица, — Очень упертый. Когда ты доживёшь до моих лет, то тебе будет ясно, что мы не звери и уж тем более не враги тебе. — Не трогайте его! — он дернулся в хватке солдата, когда другой военный хотел занести удар, чтобы оглушить Ньюта. Женщина лицемерно махнула рукой, и действие было остановлено. Она задрала на форме Ньюта рукав, оголяя его кожу, покрывшуюся чёрными полосами. Парень слабо простонал, когда женщина прошлась по его венам рукой. — Перестаньте! — взмолился Томас, почти теряя рассудок от увиденного. — Он заражён. Мы должны обследовать его и тебя, чтобы увидеть разницу между вашими организмами. В тебе тоже есть этот вирус, Томас. — Ава достала из кармана халата укол, — Надеюсь, что ты не будешь держать на меня зла. Ведь, Томас, — она нагнулась к нему и прошептала на ухо, — ПОРОК — это хорошо. Парень почувствовал, как в шею входит игла. Он начал терять сознание. Перед глазами плыло и темнело. Видел он только Ньюта, еле стоявшего на коленях и испуганно смотрящего на него. Пустота.

***

Дилан сидел с Томасом за овальным столом. Осеннее утро наступило слишком быстро, и ему казалось, что этой ночью он почти не спал. Хотя все так и было. Дилан по-дурацки улыбался, смотря на своего парня, укутанного в тёплый бежевый свитер. Томас старается не обращать внимания на О’Брайена и еле сдерживает смешок, утыкается в книгу. Дилан кладёт подбородок на свой кулак и произносит короткое, но смешное: — Томми. — М? — Томми-и. — шуточно завывает Дилан, наблюдая за реакцией Томаса. — М-м-м? — мычит Сангстер. — Я люблю тебя. — произносит Дилан и видит, как Томас бросает на него смущенный взгляд из-под пушистого воротника, — Чай будешь? — Давай. — Томас выходит из-за стола и уже наперёд знает, что сейчас произойдёт. Дилан резко поднимется со своего места и притягивает Сангстера за лопатки к себе. Они не целовались несколько часов. Это уже отдельная пытка для их отношений, из-за чего прямо сейчас они будут пополнять утраченные моменты. В двойном тарифе. Дилан сталкивается с губами Томаса и полностью их занимает. Зализывая их, иногда даже покусывая. Поцелуй выходит широким, голодным. Руки Томаса обхватывают сначала шею Дилана, а после перемещаясь на его лицо. О’Брайен забирается под свитер Томми, блуждает там ладонями, пока их лица все также сливаются во влажном поцелуе. Дилан задирает одежду на животе Томаса, собираясь заняться этой частью тела блондина, но тяжёлый шум в их спальне из прерывает. Оба парня останавливаются и долго смотрят друг на друга. — Ощущение, будто бы что-то упало. — шепчет Томас, пока О’Брайен старается захватить заново его губы, — Подожди ты. Давай посмотрим. Вдруг что-то разбилось. Хотя я не слышал стекла, а ты? — Я тоже нет. — бурчит Дилан, отрываясь от шеи Томми. Они вдвоём слышат тяжёлые нервные шаги, а после громкое и надрывное: — Ньют?! — Дилан узнает свой голос. Узнает интонацию, с которой он произносил это имя на съёмочной площадке уже больше года назад. Вспоминает даже, как иногда дрочил на персонажа Томаса. Парень, до смерти напуганный, одетый в какую-то слишком знакомую форму, нервно подходит к Томасу и разворачивает его к себе лицом. Этот незнакомый парень находится в состоянии аффекта. Возможно поэтому он не заметил свою копию, обнимающую «Ньюта». Брюнет поддаётся к Томасу и прижимается к его губам, проходясь пальцами по пшеничным волосам. — Э-э-э! — Дилан реагирует быстро, отталкивая от Сангстера незнакомца, — Ахуел? — он хоть и был актёром, и жизнь не позволяла вот так вот общаться с фанатами, но этот видимо в конец обезумел. — Что?.. — блондин оказывается в стороне событий, когда Томас осматривает Дилана, — Ты за ПОРОК, да? Решили подловить меня, закинув мне на удочку Ньюта, да? Томми деловито кашлянул и бросил скорее Дилану, чем Томасу: — Я вызываю полицию. — Скорее врачей, малыш. — кивнул О’Брайен. — Ты не Ньют. — вдруг выпалил парень, внимательно осматривавший Сангстера, — Прости, я… — он повернулся к Дилану, — А ты вообще моя копия. — Скорее ты, парень. Хороший косплей. — Где Ньют? Ты похож на него, но… — Томас почти физически ощущал, как его трясёт от этой нелепой ситуации. Это правда какой-то бред. Парни были слишком спокойные, что никак не совпадает с условиями жизни в его мире. Томас, как полоумный повернулся в сторону окна, забыв о хозяевах дома. На улице было как-то сказочно. Голубое небо, золотое солнце. Не было опасных грозовых облаков или чего-то похуже. — Послушайте, я не знаю, что здесь происходит… Но меня выкинуло сюда. — неуверенно начал Томас. — Это несмешно, пацан. Ты фанат, верно? — вставил свои пять копеек О’Брайен. — Что? Нет. — отмахнулся гость. Томас хотел задать ещё один вопрос, но из их спальни послышался похожий звук, что и пятнадцать минут назад. Из комнаты послышался болезненный стон. — Ньют! — Томас восклинул и сразу же рванул к ещё одному гостю, — Ты жив, малыш, Господи. — он лихорадочно оглядывал парня на наличие ран и травм. — Томми, — блондин слабо шепнул ему на ушко, — кто это? Томас и Дилан стояли в стороне, с медленно возникающий паникой. Томас без слов поднял ослабевшего Ньюта на руки, поднося его к кровати. — Можно? — тихо спросил он. Сангстер кивнул, решив умолчать о возможных остатках спермы на ней, и попросил Дилана отойти к нему на минутку. — Нам тридцатник скоро, Дилан. Херь какая-то. — Но согласись, не похоже на фанатов. Может сбой в матрице? Или мы вчера перебрали. — Чаем? — по-доброму прыснул Томми. — Можно и им. — шепнул Дилан, медленно продвигаясь к губам любимого, сокращая между ними расстояние. — Я… Просите. — Томас прикрыл глаза, — У вас есть таблетки? Мой друг заражён, и я не знаю, что могу для него сделать. Дилан отошёл от Томми, сказав ему, чтобы тот пока сидел с Ньютом. — Сейчас дам тебе пару лекарств.

***

Ньют не приходил в себя около часа. А когда сознание начало проявляться, парень старался очень долго полностью проснуться. Но, открыв глаза, закрыл их обратно. Копия. Его копия держала на его лбу мокрую тряпку. — Он проснулся, Томас! Иди сюда! — копия выкрикнула знакомое ему имя. Его голос был чуть более хрипловат, чем сам голос Ньюта. Торопливые шаги приближались до тех пор, пока Ньют не смог увидеть брюнета полностью. — Томми, ты здесь… — блондин только сейчас почувствовал, что его рука болела гораздо меньше. — Да, я здесь. Познакомься, это Томас. — парень усмехнулся, чёртово совпадение, — А там стоит Дилан. — он указал на мужчину, который стоял возле двери. — К столу? — махнул рукой Дилан, смотря в глаза Ньюта. В этом мальчишке было много общего с Сангстером, и он не будет скрывать для себя, что в будущем пару раз представлял, как трахает их обоих. Ведь фактически, это один и тот же человек. — Так значит, вы актёры? — Ньют жуёт булку и чувствует лёгкие объятия Томаса. — Ну да. — О’Брайен прошёлся рукой по своим волосам, — И есть фильм про вас. Я там играл Томаса. А Томми Ньюта. — Санта-Барбара какая-то. — задумчиво ляпнул Ньют. С минуту на кухне царило молчание, пока Томми не задал очень опасный вопрос. — Ньют, Томас знает, что ты заражён? — Да. — тихо ответил парень, не поднимая глаз. — Он убьёт тебя, когда ты превратишься. — зачем-то сказал Дилан, получая подзатыльник. — Я вряд ли превращусь. То, что мы здесь — это проделки ПОРОКА. Они что-то нам вкололи, и теперь мы ловим глюканы. Парные причём. — Очень классные у нас галлюцинации. — Дилан хохотнул, — Томми, малыш, Ньют помоложе будет. Да и не такой нудный… Я бы с ним. — О’Брайен присвистнул и поймал на себе два взгляда: Томаса — ревнивый и злой, и Ньюта — смущенный. — Ты тоже повеселее будешь. — хмыкнул блондин, искоса смотря на своего Томми. Сангстер возмущённо хмыкнул. Назвать это совсем изменой нельзя, но все же… Лёгкий поцелуй в щеку заставил его остыть. — Я шучу. Ну не злись. — Пойдёшь с такими шутками за дверь. — Так вы, значит, тоже вместе? — вдруг спросил Томас, — Фанаты явно довольны. — Верно. — усмехнулся Томас, — А ещё они шипперят вас, ребята. Ньютмас и Дилмас. Соседние наших и ваших имён. Вот потеха будет, когда они узнают, что их любимые персонажи правда встречаются. — А они узнают? — осторожно спросил Ньют. — Не думаю. Томас, — окликнул Сангстер, — ты сможешь вылечить его. Внутри Томаса все оборвалось. Он может его вылечить. Оставить его живым. Парень шумно вдохнул воздух. — Как? — Твоя кровь способна убить вирус. Послушай, ПОРОК — это не хорошо. Но и не плохо. Не сопротивляйтесь в случае чего. — Спасибо, я… — Томас почувствовал, что говорить становится сложнее. Язык еле-еле перекатывался во рту. Приятное солнечное лицо Томаса Сангстера начало понемногу меняться, и на его месте со временем вырисовывалась Ава Пэйдж. — Пульс в норме. Сознание начинает приходить. — она сдержанно улыбнулась, — Я рада, что мы с вами спелись, Томас. Я надеюсь, что теперь вы меня поймёте, почему я так сделала. А пока, — она повернулась назад и взяла со стола планшет со статистикой заражения, — мы с вами поговорим о некоторых важных вещах. Томас лишь лениво замычал из-за наркоза, заново погружаясь в темноту, попадая в ту же самую комнату.