Echotale: Не тот чудовище, кто с виду многолик.

—Спрятаться, нужно спрятаться! Над безжизненными узкими улицами под тяжестью лет нависали крыши высоток, все они как один – серые, без окон, без дверей, просто стены, издалека напоминающие офисные здания, возвышающиеся в бесконечное небо над головой. Фриск сломя голову бежала куда глаза глядят, а еле заметная морось сбивала с толку и запутывала тропинки бетонного лабиринта. Ватные ноги еле держали бессильное тело, но от страха адреналин заглушал усталость и она продолжала бежать в неизвестность. Дрожащими руками Фриск достала телефон, в надежде увидеть на экране спасительный звонок от кого угодно, лишь бы сбежать от преследователя, но дисплей сотового не реагировал на касания. Позади послышалось нечеловеческое рычание и чавканье. Выронив из рук последнюю надежду на спасение, Фриск ринулась дальше, оббегая обшарпанные углы переулков. —Тупик! Нет, нет, нет! Должен же быть- Звериное урчание за спиной стало чётче, что-то крупное спешно приближалось к Фриск. Она резко обернулась и её руку обхватила длиннющая чёрная когтистая рука. Адская боль тысячей игл прошлась по руке, капельки крови упали на землю, смешиваясь с дождём в мелкие лужицы. Фриск хотела вскрикнуть, но не смогла – страх вцепился в глотку злости и пустил ей кровь. Ей оставалось лишь беспомощно озираться в поисках заветного спасения. Но вместо знакомых лиц она увидела лишь высокое существо, бесформенное, чёрное, как сгусток смолы. Неизвестная липкая субстанция с тела существа падала на асфальт, смешиваясь в новую смесь из человеческой крови и дождя. Стоял ужасный смрад. Из тела неизвестного вдруг выглянуло лицо, слово из самой бездны, пожирая девушку изнутри. Адское чудовище нагнулось к Фриск, прожигая её насквозь своим пустым взглядом. На белом лице существа, похожем на глиняную маску, разорвалась плоть и показалась широкая улыбка с сотнями острых шипов. Оскалившись, из огромной зловонной пасти показался продолговатый нечеловеческий язык. Существо поднесло к себе руку девушки и слизало капли крови, довольно заурчав. —М-м-м... Фри-ис-ск... Злобная ухмылка стала ещё шире. Голова существа оказалась в считанных сантиметрах от испуганной до смерти девушки. Она боялась даже моргнуть, будто зная, что если сомкнёт веки, существо воспользуется моментом и тут же поглотит её. Страх душил её, схватив за горло, всё тело вздрагивало от холодного дождя. Вдруг, всё таким же искажённым низким голосом, словно скрип ржавых массивных ставней, прозвучало: —Реш-ш-шительность... С-сла-адкая... Через мгновение перед глазами мелькнули сотни острых зубов, готовыми порвать на куски бедную девушку и... Она проснулась. Вся в холодном поту и мелкой дрожи Фриск резко встрепенулась, скидывая с себя тяжёлое одеяло. Испуганным взглядом она осмотрелась вокруг и больше не видела свою смерть в обличии ужасного монстра. Это был лишь кошмар. Однако, осознания этого факта не хватило, чтобы тяжёлый камень в груди девушки рассыпался на мелкие кусочки, дыхание было всё таким же тяжёлым и рваным, казалось, будто она вот-вот задохнётся под гнётом собственной паники. —Это всего лишь сон... Это всего лишь сон! – раз за разом повторяла себе Фриск, сильно сжимая в руках голову, будто пытаясь выдавить оттуда весь этот кошмар и образ мерзкого существа. Как только сердце смогло восстановить свой привычный ритм, а дыхание стало плавным и равномерным, уже в трезвой памяти девушка вновь осмотрелась и только сейчас заметила, что находится в другой комнате. —Чёрт, ничего не помню... Я сама сюда дошла? – глаза забегали по комнате, пытаясь вспомнить вчерашний вечер. Фриск наконец неохотно встала с мягкой, чёрной постели и пошла к просторному панорамному окну, слегка подтянувшись и избавляясь от неприятного напряжения после кошмара. Холодные лучи осеннего солнца болезненно ударили по глазам, оставляя тёмное пятно на сетчатке глаз. Девушка сложила руки над глазами и уставилась вдаль – перед ней нарисовался изумительный горизонт и прекрасный вид на красочную часть мегаполиса. Полгорода будто лежало на ладони, можно было часами всматриваться в окрестности холмов, в порты у реки и тысячи домов, гудящими жизнью. —Вот это вид... Может, это имел в виду Джи, говоря, что я пойму, почему он выбрал именно этот дом? Кстати, а где, собственно, сам Джи? И который сейчас час?! Фриск быстрым шагом вышла из комнаты. Скелета нигде не было, но она обнаружила, что среди всех комнат, одна единственная дверь была закрыта. Подёргав ручку двери несколько раз и не получив ответ, она решила не зацикливаться на этом с самого утра и нашла, наконец, кухню. Посередине небольшого кухонного стола лежал сотовый, новый, а рядом – мятый клочок бумаги, с надписью "Звони, если что.". Телефон, который ей однажды подарила тетушка Альва, вероятно, остался в том самом доме, откуда Фриск вчера и похитили. В новом сотовом небыло ничего, кроме одного контакта в списке номеров и приложений по умолчанию. Ничего интересного. Откинув его обратно на стол, девушка отправилась в ванную комнату, так как спала она всё в той же одежде, в которой и приехала в свой новый дом. У раковины лежала ещё одна скомканая записка. —Он прям как знал, – отшутилась девушка, найдя ещё одну бумажку. На записке едва разборчиво было написано: "Шкаф в твоём распоряжении. Квартира тоже. Сиди и никуда не вылазь.". Очень коротко и по делу, без единого оттенка эмоций. —Как мило с его стороны было оставить эти записки по квартире. В шкафу были, кто бы мог подумать, исключительно мужские вещи и все они были в основном темных цветов. —Прелесть. Вся одежда была на пару размеров больше, но, отобрав более менее приличные на вид шмотки, Фриск отправилась в душ. И как обычно это бывает, во время самых простых и бытовых действий, в ум начинают лезть куча навязчивых мыслей, заставляя тебя утопать в омуте наедине с собственным внутренним голосом. —"Никуда не вылазь", пф, – передразнила девушка, отчуждённо стоя под потоком горячей воды, – И что же мне прикажешь делать? Недолго поразмыслив, после приятного душа она отправилась вновь на кухню. —Они сказали, что у меня амнезия, что какое-то "Ядро" забрало мою память в обмен.. на что-то. И что именно я разрушила барьер. Но я слышала совсем другие версии... Может я смогу найти что-то об этом в интернете? Фриск потянулась за телефоном, но поняла, что высматривать огромное количество информации на нём будет не очень удобно, потому она вернулась в единственную открытую спальню, в надежде найти что-нибудь более практичное для чтения. И таки да, в такой дорогой квартирке не может быть один лишь телефон, потому довольно быстро юная девушка находит ноутбук в весьма неожиданном месте – в прикроватной тумбочке. С кучей исписанных стикеров и пустыми упаковками из-под салфеток. —Даже не постеснялся не убраться. Ну, это не моё дело, – неловкий смешок вырвался из её уст, – Так что я этого не видела, – Фриск брезгливо схватилась парой пальцев за девайс и вытянула его из шухлядки. Присев на кровать и включив лэптоп, оказалось, что тот был запаролен. —Чёрт. Ладно, попробуем, что-то самое простое и очевидное. Может, это моё имя? Мы, вроде как, очень давно знакомы и были друзьями. Она ввела имя "Кейтлин". Неверно. —Да ладно? После полуминуты раздумий, до неё дошло, что она использовала своё ненастоящее имя, которым её называли все друзья и знакомые. —Это ж придется всем теперь рассказать, что я на самом деле не Кейт, – осознала та, – Да и хрен с ним, потом этим займусь. Она ввела "Фриск" и-и-и.. Да, это сработало. —Предсказуемо, но слишком просто как для кого-то, кто выглядит как... Джи. Однако, когда ноут полностью включился, оказалось, что большая часть папок, файлов и приложений также были запаролены, на этот раз чем-то посложнее чьего-то имени. Владелец явно беспокоится за сохранность личных данных. Очень беспокоится. Благо, браузер был доступен, так что Фриск незамедлительно стала искать статьи и ссылки на материалы с историей людей, монстров, горы и барьера. В комнате раздалось приятное клацанье клавиш и тачпада, девушка очень увлеченно переключалась с вкладки на вкладку, читая отовсюду разные отрывки историй и сравнивая их между собой. —Мои друзья из города лишь упоминали, что в школах рассказывают, как барьер смог разрушить человек. Когда монстры вышли на поверхность, они заключили мир с людьми, и всё было хорошо, до недавних пор, когда участились случаи убийств людей. Фриск начала вслух зачитывать одну из статей популярного СМИ, где как раз работал один её хороший друг. —"...выйдя на поверхность, представители людей и представители монстров заключили пакт о ненападении и мирном сосуществовании...", угу, мне нужны подробности.. Ох, вот! "Две расы договорились обмениваться информацией и технологиями, однако монстры не спешили выдавать всех своих секретов. Послы со стороны человечества первым делом, после объявления мира, стали интересоваться, как же монстры смогли уничтожить барьер после нескольких столетий заточения в горе их предками. Двое королевских учёных-монстров дали весьма развернутый ответ: "Однажды, к нам под землю попало человеческое дитя. Ребенок был в отчаянии, испуган, но больше нас, монстров, он боялся других людей. Потому, несколько лет назад, он и взобрался на гору, убегая от жестокой реальности. По крайней мере, так нам это объяснило дитя. Мы были обескуражены, честно говоря. Ребенок под землёй получил от монстров заботу, поддержку, новую семью, за что дитя хотело отблагодарить помощью в разрушении древней магии, что заточила монстров под землю. Однако... В нашем мире произошел аномальный сбой, от чего мы все чуть не погибли. Почти никто из монстров не знает, что произошло на самом деле, ведь на момент сбоя нашей, скажем, временной линии, многие просто... Перестали существовать, грубо говоря", – объяснили монстры." Далее в статье указаны вопросы послов, что же это была за аномалия, от чего она возникла и как она исчезла. Не могло же всё произойти вот так ни с того, ни с сего. —""Эти данные засекречены", – ответили королевские учёные, – "Мы можем лишь утверждать, что на время медленного уничтожения нашего мира, дитя выжило. Долго скитаясь по подземелью, оно нашло источник сбоя и пожертвовало собой. Душа человеческого ребенка была уничтожена аномалией, но этого хватило для стабилизации нашего мира. После этого, монстры пробудились и вновь продолжили существовать, однако для них ничего не изменилось, они ничего не помнили. Выяснилось всё лишь потом."". В статье также написано, что послы и журналисты пытались выведать все нюансы, которые так очевидно сокрыли в этой истории, будто из пазла нагло вырвали самые важные детали, однако представители монстров отказались давать дальнейшие комментарии, ссылаясь на то, что они лишь недавно вышли на поверхность и им сперва должны гарантировать соблюдение пакта, после чего, учёные людей и монстров смогут объединиться и начать вместе вести исследования касательно всего произошедшего. Перечитав ещё несколько статей, Фриск пришла к одному единственному заключению: человек, что разрушил барьер – погиб. Все источники на это указывали. Также, большинство источников ссылалось на то, что более подробная информация может быть найдена в городской национальной библиотеке имени А. Л. Дженсена. —А. Л. Дженсен, точно, я читала о нём когда-то давно ещё в школе! – Фриск шустро вбила имя в поисковик и ей выдало следующий результат: "Доктор Адам Лоуренс Дженсен – выдающийся человеческий учёный, признанный маг 19-ого века, лауреат Нобелевской премии. Стал известен благодаря своим исследованиям душ, был потомственным магом и изучал происхождение магической энергии". Значит, именно в национальную библиотеку имени этого профессора наук, для обнародования научной информации, отправили несколько законченных исследований о разрушении магического барьера, ведь оба народа должны быть посвящены в собственную историю, как очень старую, так и совсем новую. Научная популяризация была неотъемлемой частью обеих обществ. —Хорошо, так, надо подумать. Если я жива, значит я не могу быть той, что выпустила монстров на поверхность. Неужели, меня выдают за кого-то другого? Я совершенно ничего не помню до того, как меня нашла тётушка Альва на краю той деревни, но может это значит, что этого просто не происходило со мной и мне нечего помнить? Ох, как же всё запутано... В голове девушки был полный бедлам, она совсем потерялась в своих мыслях и нить событий прервалась, ей не хватало слишком много деталей для воссоздания полной картины. —Так, Кей- То есть Фриск! – она энергично похлопала себя по щекам обеими руками, – Боже, никак не привыкну. Гмх, итак! Значит моя следующая цель – это национальная библиотека. Возможно, там я смогу либо что-то вспомнить, либо убедиться в том, что меня просто с кем-то перепутали. Тогда дела мои плохи. Очень плохи. Но сейчас у меня выбора нет. Фриск обернулась и выглянула в окно. Ей повезло, ведь на улице уже начало смеркать. Оказывается, она проспала полдня. —Мне не стоит выходить из дома, это опасно, тем более, Джи говорил, что весь город сейчас стоит на ушах из-за происходящего. Взять даже то убийство, о котором я вчера увидела по телевизору. Тем более, вдруг меня и правда поймают, если найдут, ведь вчера я слышала сирену полицейских, когда меня забрали из дома, и наверняка меня сейчас ищут... Но я не могу сидеть сложа руки! Я должна узнать что было до того, как я очнулась в той деревне, я должна узнать, какой была моя жизнь! Я устала ничего не понимать! Полная энтузиазма Фриск вскочила с кровати и пошла к шкафу, искать какие-либо ещё вещи, которые могли бы максимально сокрыть её лицо. —Мне надо выйти до закрытия библиотеки, но когда уже стемнеет. Так будет проще скрываться. Надо одеться максимально несуразно, чтобы меня обходили стороной. На всякий случай. Тут уже одежда на пару размеров больше сможет сыграть девушке на руку. Она оделась во всё мешковатое, надела черные перчатки без пальцев и широкую куртку с большим капюшоном. В общем, весьма панковский вид, самое то, чтобы прогуляться по ночному городу. Ко всему прочему, от всей одежды ужасно пахло сигаретами и чем-то ещё сладковатым, непонятным, но до боли знакомым. На долю секунды мимолётная боль пронзила разум Фриск и та согнулась вдвое, схватившись за голову. В голове всплыл нечёткий образ скелета. Он сидел на снегу у какой то.. будки? В зубах у него дымилась помятая сигарета. Всё было как в тумане, образы вокруг скелета плавились и не могли встать в одну целую картинку. На языке Фриск почувствовала неприятную горечь, от чего даже закашлялась. —Почему.. так больно?! – прохрипела белоглазая и боль тут же отошла, а непонятная картинка в голове в мгновение расплылась. Она не удержала фокус на образе и прямо из-под носа улизнула какая-то явная подсказка. Вместо боли появилось головокружение, словно на неё только что водрузили непосильную ношу прошлого. Девушка упёрлась в шкаф, чтобы не свалиться на пол. —Это... Где это было? И было ли это на самом деле или мой мозг играет со мной злую шутку? Оправившись от болезненного воспоминания, Фриск снова глянула на часы, а затем в окно, приняв решение выйти примерно через час, после заката солнца. —Я не смогу слишком долго пробыть в библиотеке, надо будет действовать максимально быстро. В ожидании, пока снаружи наступит желаемая темень, что сможет по-дружески обезопасить девушку в своих тенях, Фриск решила попробовать найти ключ от квартиры. Разумеется, её попытки были тщетны, ведь ей было сказано никуда не выходить. Джи не был идиотом и предусмотрел этот момент, но он видимо слишком доверяет старой подруге, так как обещание никуда не выходить держалось лишь на добром слове, которое девушка была готова нарушить в своё же благо, в чём она себя пыталась убедить. Стоит отметить, что ей повезло с доверием со стороны скелета, ведь изнутри квартиру можно отпереть, а потому, ничто её не останавливало от своего недолгого приключения. Спустя час с лишним наступил, наконец, холодный осенний вечер. Звезда скрылась за горизонт, замерцали уличные фонари, в соседних домах загорелся уютный, такой мягкий и влекущий в чужой быт, свет. Люди и монстры разбредались по домам, но город продолжал жить, несмотря на холодное время года. Самое время для Фриск, чтобы скрыться потёмках и выйти из безопасного укрытия в открытый мир. Спокойно, но скрытно минув соседей и вахтёра, девушка выскочила на улицу и быстрым шагом, следуя карте на смартфоне, шла в сторону центра города. Осенний мороз впился мелкими иголочками в кожу, изо рта шёл густой пар, на щеках выступил румянец, а пальцы, держащие смартфон, онемели, так как небыли покрыты тканью потрёпанных и провонявших сигаретами перчаток. Хоть осенью и зимой темнеет раньше, чем обычно, мегаполис по прежнему продолжал весь бурлить, а те, кто ведут ночной образ жизни, стали постепенно выходить из своих теплых берлог. Люди, монстры, взрослые и дети – все они мирно гуляли в родных дворах и парках. Было спокойно, безмятежность холодного вечера обдавала всё тело, успокаивая голову и выкидывая ненужные мысли из головы. Именно это и нравилось Фриск в этом противном и унылом времени года – умиротворение и нежная тоска. Это навевало какие-то отголоски приятных воспоминаний, но, увы, также слишком нечётких, чтобы понять, почему её так притягивает такая погода. Просто в душе что-то откликалось на тихие и морозные вечера. До библиотеки пешком идти довольно долго, потому девушка ускорила шаг. К сожалению, чем ближе она подбиралась к центру города, тем больше становилось людей и тем быстрее подкрадывалась тревога. Городской архив находился всего в паре кварталов от главной площади, где чаще всего проходят разного рода митинги и протесты. Ей повезло, что она об этом знает благодаря тому самому другу журналисту, который однажды даже повел её на одну из акций в поддержку монстров. Дальше этой самой площади Фриск знала город уже намного хуже, но как то раз она уже проходила мимо той самой библиотеки, так что ориентир у неё был, и это не могло не радовать. Была пройдена уже добрая половина пути, Фриск старалась держаться поближе к пустым улицам, к заброшенным зданиям, делая небольшой крюк, от чего дорога до библиотеки была дольше, но точно безопаснее. По крайней мере, так ей сперва казалось. Проходя мимо какой-то замороженной стройки, на заборе из крупных листов метала она заметила очень яркое граффити. Оно гласило: "Монстров – под землю", а рядом красовался символ анархистов. Граффити было очень аккуратным, шаблонным, словно спрей-краску нанесли с помощью большого трафарета. Это было далеко не первое граффити, которое она заметила на пути в центр, но именно это больше всех бросилось в глаза. Оно было очень пафосным и даже немного устрашающим. Чувствовалось, что в этом лозунге совсем нет ни сарказма, ни иронии, а лишь призывы к расправе и самосуду. Девушка от этих мыслей скривилась в злости и грусти от того, какие люди бывают безрассудные и жестокие, не видя всей картины и совсем не вникая в суть конфликта двух рас. Стоило заметить, что ещё больший страх и уныние, чем само граффити, наводил сам заброшенный объект на фоне исписанного забора – за ним возвышался незаконченный фундамент здания: ржавые леса слабо колыхались на ветру, стройматериалы были накрыты ковром из опавших листьев, старая бетономешалка лежала на боку, изредка поскрипывая смесительным барабаном. Внезапно, в щели между металлическими листами, Фриск завидела какую-то шумную компанию. Молодые люди сидели на территории заброшенного объекта, собравшись у самодельного костра из подручных материалов, и горланили песни под акустическую гитару, изредка чокаясь алюминиевыми кружками с каким-то пойлом. Видимо, в попытке сделать крюк по околице, чтобы спокойно добраться до центра, девушка ненароком завернула в не самый благоустроенный район, потому она поспешила удалиться прочь, ведь как правило, стычки с местными бандитами и детьми улиц кончаются уж очень болезненно, а порой даже летально. Спустя аж почти час пути, холодная и голодная Фриск наконец добралась до библиотеки, стараясь идти узкими улицами и тщательно прикрывая лицо капюшоном. Перед ней возвышалось красивое здание, фасад которого изумлял. Библиотека была почтенно старой, построили её ещё в 19-ом веке, но все барельефы и ордеры колон прекрасно сохранились, лишь мрамор местами покрылся трещинами и краска сквозь десятки лет покрылась возрастной желтизной. Из высоких, резных, деревянных дверей, больше похожими на древние ворота в храм, то и дело выходили и входили то люди, то монстры. Здание безмолвно приглашало зайти в него, ему не терпелось поделиться своими знаниями и секретами. Разумеется, вход туда был доступен всем без исключений. Фриск оглянулась и неуверенно зашла внутрь. Внутри здание тоже не разочаровывало. Большой холл для чтения, камин, лепнины, росписи, мозаики, запах старых книг – одним словом целый музей. Одна только изящная лестница чего стоила! Девушка никак не могла налюбоваться, ей не хотелось отрывать взгляда от такого произведения искусства, хотелось всмотреться в каждую трещинку и в каждый элемент интерьера, но она понимала, что времени у неё в обрез, потому она дала себе слово однажды вернуться сюда и насладиться магической атмосферой этого места. Поиски нужных книг заняли чуть больше времени, чем ожидалось. Ей пришлось провести в библиотеке по меньшей мере два часа, но она не беспокоилась, что её может кто-то узнать, ведь библиотека уже меньше, чем через час, закрывается, и посетителей почти не осталось. Она торопливо перечитывала страницы разных учебников и мемуаров. Саму по себе историю заточения монстров знали все, Фриск не была исключением. Но её интересовал период пятилетней давности, когда монстры вышли на поверхность. К счастью или к сожалению, четкого ответа она найти не смогла. Большинство записей исследований и книг по прежнему утверждали один тезис – человек, что освободил монстров, погиб, но Фриск нашла некоторые интересные подробности: Ядро, о котором она случайно подслушала тогда в доме в Сноудине, было что-то вроде центра общества монстров под землёй. Оно было источником энергии, а.к.а магии, и имело своего рода "осознанность" за счёт условий своего существования в магическом мире. Именно в этом Ядре и произошла глобальная аномалия, скорее всего в следствии каких то экспериментов при нахождении способа уничтожения барьера. Увы, но более детальной информации о произошедшем тогда Фриск найти не смогла. Мимо внимания девушки также не прошло то, что очень многие статьи апеллировали к заявлениям КИЧ (Комитет Исследований Человечества), куда входило число известнейших учёных и исследователей. Много где было указано, что более подробная информация, вероятно, сокрыта в самой горе Эббот, где и жили монстры несколько столетий, проводя собственные эксперименты. У монстров также есть великие учёные умы, есть собственные архивы, библиотека и, возможно, секретные документы об исследованиях барьера. Фриск сделала упор на это и задала себе следующую цель – библиотека подземелья и поиски тех самых королевских учёных, что представляли монстров при первом, за столь долгое время, контакте с расой людей. Может, найдя их, они смогут дать ответы на её вопросы и, может, тогда она наконец сможет восстановить хотя бы какую-то часть своей утерянной памяти, тем самым подтвердив, что именно она спасла монстров. Несмотря на то, что Фриск не смогла найти ожидаемого количества ответов на свои вопросы, она ещё и прочитала очень много новой информации о том, как устроены люди, монстры, чем отличны их физические оболочки и души, их связи и взаимодействия между собой. В том числе, она прошлась по мемуарам самого А. Л. Дженсена, ведь он весьма досконально сумел разобраться в устройстве магии. Фриск было очень интересно это читать, ведь она поняла, как мало, оказывается, знает о природе души. Однако, ей было необходимо прервать своё изучение и очень скоро покинуть библиотеку, так как она досидела почти до самого её закрытия. И ей, отнюдь, совсем не хотелось, чтобы её стали насильно оттуда выгонять. Оказавшись на улице в поздний вечер, Фриск удивилась, что народу на улице меньше не стало. Казалось, будто прохожих стало даже больше. Люди и монстры сновали из одной стороны в другую, появилось какое-то незримое напряжение. Всего за несколько часов спокойные вечерние улицы наполнились недовольными и непроходимыми толпами, но сложно было сказать, из-за чего вдруг появилось всё это напряжение. Люди и монстры переговаривались между собой, что-то оживлённо обсуждали и все будто двигались в одну сторону, уходя от чего-то. Большинство двигалось в сторону, противоположной главной площади, которая была совсем близко к библиотеке. Девушка решила не медлить и сразу же отправилась домой, стараясь перемещаться аккуратно, минуя толпы недовольных граждан. Фриск не вслушивались в их разговоры, она обдумывала всё то, что смогла только что узнать. —Это, конечно, совсем не то, чего я ожидала, но и ни с чем я тоже не осталась, – резюмировала белоглазая, – Значит, на очереди у меня Сноудин, вроде там я вчера видела небольшую библиотеку и именно там я раньше жила, по словам Ториэль. Может, кстати, тогда она и знает что-то о королевских учёных? Надо будет у неё расспросить. Но это явно будет нескоро. Туда мне точно лезть не стоит в ближайшие дни, это уже было бы совсем глупо и чересчур рискованно. Придётся продолжать свои поиски здесь. Фриск начала перебирать в голове варианты, где ещё она может узнать подробности освобождения монстров, которые так тщательно пытаются скрыть то ли будто лично от неё, то ли от всего общества. Пока она была погружена в свои мысли, она несколько раз споткнулась и чуть не упала на какого-то прохожего. Наконец, Фриск смогла выбраться ближе к зданиям, отходя подальше от ужасной давки посреди проезжей части. У стен обходить толпы народу было проще. —Точно! Надо связаться с Киллианом, в конце концов, он же известный журналист! Тем более, его статьи мне очень помогли. Может, у него найдутся связи, которыми он сможет со мной поделиться? Фриск помнила номер своего единственного близкого в городе друга наизусть, потому она быстро записала его в телефон, пока не забыла, чтобы иметь его в виду и в ближайшее время назначить встречу. Отложив смартфон в карман куртки и оглянувшись по сторонам, она вдруг резко остановилась у стены какого-то бара. Сердце упало в пол, когда впереди, в нескольких метрах от неё, она увидела, как куча людей в форме пытались урегулировать движение толпы. Более того, она сумела кое как сквозь толпу разглядеть то, что парочка из них держали в руках что-то на подобие объявления... На листах в руках полицейских был портрет Фриск с надписью "ПРОПАЛА", которые они расклеивали на фонарные столбы и доски с объявлениями. Живот неприятно скрутило и вдруг стало очень жарко. Фриск уже успела представить у себя в голове все возможные варианты событий, если её вдруг поймают прямо здесь и сейчас, в этой бурлящей недовольством толпе. —Ох, чёрт! Нет, нет, нет, нет, нет! Почему сейчас?! Фриск резко развернулась и попыталась идти в противоположную сторону, пытаясь протиснуться через идущих на встречу людей. Однако, сзади горожан также подгонял целый отряд копов, прогоняя всех подальше от площади. —Нет, нет, НЕТ! Зоркий взгляд вдруг вцепился в небольшой переулок, который был рядом у входа в бар. С большим трудом у Фриск всё таки выходит проскочить в узкий переулок. Она прижалась к стене, скрываясь в тени и переводя дыхание. —Чёрт, и что же мне делать?! Она всмотрелась в противоположную сторону переулка и там... Выход на параллельную улицу, где также бесновалась толпа, выкрикивающая неразборчивые лозунги, и также ходили люди в форме, стараясь мирно свести акцию протеста на нет. —Всё, мне конец, меня точно сейчас найдут. Я в западне. Фриск сосредоточено вслушалась в происходящее. Она отчётливо слышала, как медленно приближается кричащий отряд полицейских со стороны улицы, откуда она смогла ускользнуть. Внезапно её осенило. —Джи! У меня же есть его телефон! Фриск судорожно достала сотовый и принялась звонить скелету. —Ну-же, возьми трубку! Долгие гудки, играющие на нервах и без того испуганной девушки, прервались, а из динамика послышался знакомый голос. —Фриск? —Джи, мне нужна помощь, я- Она не успела договорить, как откуда-то из-за спины вдруг послышалось: —Какого чёрта ты не дома?! Девушка резко развернулась, вздрогнула от испуга и вся сжалась, думая, что её уже нашли. Однако, это был не полицейский, и даже не человек. Возле неё стоял из неоткуда взявшийся Джи, с которым она всё ещё висела на линии. —Как ты- Фриск было хотела спросить, как он понял, где она находится, но она тут же была заткнута костлявой рукой. —Тихо! Скелет накинул свой капюшон, нагнулся к девушке, закрывая собой её лицо, и приобнял её, положив подбородок на плечо. Фриск вопросительно охнула. —Обними меня! Она растерянно, но без колебаний послушалась его. —Чёрт, от Джи жутко разит алкоголем, – подумала про себя девушка. —Ты пьян? —Не сейчас! —Эй, там! Грубый голос послышался откуда-то сбоку. Это были пара тех самых полицейских. —Не отвечай, – прошептал Джи. Они посветили на пару фонариком и через полминуты всё таки ушли. —Опять ебутся где попало, ну. Пфт, панки. Пошли дальше, мужики! – ругнулся полисмен и вернулся к своей задаче по разгону толпы. Когда копы ушли и волна из протестующих стала редеть, проходя мимо переулка, Джи отстранился от девушки. Он был в ярости. —Поэтому, Фриск, вот поэтому я сказал не выходить на улицу! Хотя бы сутки! Это что, так, блядь, сложно?! Ааргх! – он нервно ударил по стене бара, от чего на асфальт посыпалась кирпичная пыль. —Перестань кричать, всё же обошлось! – огрызнулась девушка. —Ох, перестать кричать? А если бы они тебя узнали? Было бы лучше сидеть, наверное, в камере для допросов, чем дома, хах?! Фриск виновато потупилась, пытаясь увернуться от горящего гневом взгляда монстра. Он был прав, она очень сильно испугалось, что сейчас её обнаружат. —Я хотела по-тихому сходить в библиотеку... —Сходила? Теперь пора возвращаться, уже поздно. Мне не хватит сил телепортировать нас обоих, так что будешь идти за мной шаг в шаг, пока мы не будем в безопасном месте. Поняла? Девушка кивнула. Джи без лишних вопросов схватил её за запястье и повел за собой на параллельную улицу. Кое как у них вышло перебраться через постепенно рассасывающуюся толпу на другую сторону проезжей части и забежать в очередной переулок. Пробежав узкими улочками ещё пару кварталов, они останавливаются у какого то жилого дома, чтобы сориентироваться в местности. —Хей, вы не должны тут находиться! – послышалось сзади. Их окликнул очередной патрульный, шедший к ним на встречу. Джи среагировал моментально и встрепенулся бежать от блюстителя порядка, ещё крепче схватив девушку. Фриск успела лишь взвизгнуть. Попытки скрыться были напрасными, полисмен решил вести преследование и уже связался по рации с коллегами. Скелет выругался и шмыгнул за угол поликлиники, на время пропав из обзора полицейского. Топот его кирзовых сапог стремительно приближался. Нервы мерзко щекотало чувство близящейся опасности. Внезапно, Джи громко вздохнул, а после притянул и крепко прижал к себе Фриск. —Держись. —Эй, стоять, сейчас же!... Какого.. Куда они?... – почесал затылок мужчина в форме, никого не обнаружив у места побега. Девушка успела лишь моргнуть, как, буквально, во мгновение ока, снова оказалось в квартире монстра. Было чувство, будто кадры фильма на экране за долю секунды сменили друг друга, настолько это было быстро и незаметно. Джи нашел в себе последние силы и всё таки телепортировал их прямо домой. Они оба рухнули на диван в гостевой комнате. —Блядь, я больше не продержусь... Захмелевший скелет попытался встать с дивана. Он всем своим весом опёрся о стол и чуть не валился на пол – он медленно терял сознание. Фриск понадобилось несколько секунд для осознания произошедшего, но увидев предобморочное состояние скелета, она резко подскочила к нему, успев поймать того. Джи вырубился прямо у неё на руках. Девушка еле смогла уложить его на диван, так как для скелета он был неожиданно тяжёлым. Он свалился намертво на мягкие подушки. —Ох, чёрт, чёрт, чёрт! Это всё моя вина! Что же делать?! Фриск стала нервно наматывать круги по комнате, стараясь вспомнить, что она успела сегодня вычитать в библиотеке о физиологии и природе монстров. —Так, он всё ещё жив, очевидно. Глупо было бы полагать что-то другое. Это главное! Так, угу. Возможно... Как там было: "Почти у всех известных и существующих монстров есть так называемый "лимит используемой магии". Это своего рода магическая или энергетическая выносливость. Если монстр использует больше магии, чем он может, он может впасть в "анабиоз" и около суток, зависит от выносливости существа, его душа будет вынуждена переключиться в, простыми словами, автономный режим, чтобы восполнить силы монстра". Значит, ему стоит просто отдохнуть. Надеюсь... Фриск присела рядом на краю и стала наблюдать за тем, как восстанавливаются его силы. Джи выглядел удивительно умиротворённым во сне – вечно грубое и напряжённое лицо скелета приобрело какие-то новые, мягкие очертания. Фриск славила себя на моменте, когда вдруг улыбнулась от непривычки видеть его не хмурым и загадочным. Именно такое впечатление он о себе создал за прошедшие два дня знакомства с Фриск. Почти всю ночь она не спала и ждала его пробуждения, чтобы извиниться, но уже ближе к утру сонливость одержала победу и она уснула.