Демонический отдел I.

      Стараясь не упоминать произошедшее, напарники сожгли тело, упаковали голову инкуба в специальный контейнер и отрапортовали в отдел. — Нужно найти какой-нибудь хостел и привести себя в порядок, — сказал Сяо Чжань отводя взгляд от Ван Ибо и принялся отряхиваться так старательно, будто то, что произошло между ними, оставило на теле и одежде несмываемые следы. — Да. Тебе нужно принять душ, — коротко ответил Ван Ибо. Зашвырнув контейнер в багажник, забрался на заднее сиденье и закрыл глаза. У Сяо Чжаня было слишком тяжело на сердце, чтобы он мог придумать ответ, поэтому просто сел за руль и выехал на дорогу. Примерно через час навигатор привел их к небольшому мотелю. Отдельных комнат не было и Сяо Чжань заказал одну, с диваном и кроватью. Разбудил юношу и, подхватив сумки со сменной одеждой, поднялся в номер. — Иди первым в душ, — широко зевая и потягиваясь, предложил Ван Ибо. Сяо Чжань согласно кивнул и исчез в ванной комнате, щёлкнув замком. Взглянув на плотно закрытую дверь, Ван Ибо горько хмыкнул и, скинув кроссовки, завалился на диван прямо в одежде. Стараясь как можно меньше касаться интимных мест, Сяо Чжань наскоро умылся, обернулся полотенцем и вышел из ванной. — Ибо, я всё! Иди мойся, — крикнул он, но увидел, что юноша уже сладко спит. С минуту смотрел на сонное расслабленное лицо, мягкие, красиво очерченные губы, которые до сих пор чувствовались на коже. Убрал непослушные прядки с его глаз и поправил одеяло. Наконец Сяо Чжань решил лечь спать, так как моральное состояние от произошедшего ухудшилось, а сил разбирать новые вопросы нет. Он убеждал себя не поддаваться беспокойству, но на душе всё равно «скребли кошки». Когда утро рыжей лисичкой забежало в комнату, Сяо Чжань увидел сложенный диван и Ван Ибо, одетого и пакующего их немногочисленные пожитки. Прикроватный столик был накрыт для завтрака, рассчитанного на одного человека. Увидев, что Сяо Чжань открыл глаза, юноша закинул рюкзак на плечи и кивнул на стол. — Поешь и выходи. Жду в машине. Поспешно запихнув в себя ещё горячую кашу и сладкие хлопья, он спустился вниз и увидел Ван Ибо. Тот сидел под навесом небольшой беседки с кружкой кофе и задумчиво дожёвывал бутерброд. Сердце кольнуло тонкой иглой обиды. Напарник не стал сидеть с ним, как раньше, за одним столом, а предпочёл уединение. Сяо Чжань завёл мотор и, подождав, когда Ван Ибо устроится рядом, вырулил с парковки. Он сосредоточенно вёл автомобиль, искоса поглядывая на юношу, который, вытянув руку вдоль открытого окна, смотрел на мелькающие вдоль дороги поселения. В салоне повисло молчание. Нарушало тишину лишь урчание двигателя, да монотонные указания навигатора. Они ехали так довольно долго, пока Сяо Чжань не решился заговорить: — Ибо, в офисе нужно будет писать подробный отчёт о задании. Я подумал, что не стоит упоминать то, что произошло. У меня есть осколки, поэтому укажем, что один флакон я разбил, а второй, потратили на девушку. — Как скажешь, — равнодушно бросил юноша, даже не повернувшись. — … Если я сделал что-то неприятное, прости меня. Ван Ибо хмыкнул и, наконец, развернулся в сторону Сяо Чжаня. — Я напишу заявление о переводе в другой отдел. Не сразу, чтобы не вызвать лишние вопросы и проверки, а через несколько недель. — Зачем? — как-то слишком обречённо спросил Сяо Чжань. — Я не могу находиться с человеком, который мне очень нравится, но считает меня хуже животного. На последнем слове его голос сорвался и перешёл на шёпот. — Нравлюсь? — опешил Сяо Чжань и ещё раз недоверчиво переспросил: — Я тебе нравлюсь? — Неужели это непонятно? Даже слепой и глухой могли понять, какие чувства я к тебе испытываю. — Но ведь я мужчина… — И что? Что из этого? — теперь Ван Ибо стал нервно кричать. — Да, мне нравятся мужчины! Мне нравишься ты! С того момента, когда вошёл в двери и тебя увидел. Ты выглядел словно редкий шедевр, эталон красоты. Из всех коллег я видел лишь тебя, твои невозможно длинные красивые ноги, к которым был готов упасть и целовать каждый пальчик. Я мог бы стерпеть, что ты натурал, что я не в твоём вкусе. Но я не могу вынести тот факт, что настолько омерзителен, и встреча с ежом могла бы быть для тебя предпочтительнее, нежели со мной. — Ибо, прости. Правда, я ляпнул совершенно не подумав… — Не стоит извиняться. Снаружи и внутри одинаково. Я больше не хочу к этому возвращаться.