Судьба цвета вишни

      - Сёри, - позвал меня Эйс. В десятый раз за сегодняшний день. А время ведь только за полдень перевалило.       - Я сказала нет. Что тут не понятного? – я продолжала чистить картофель от шкурки: - И вообще, иди и найди себе полезное занятие. Иначе его тебе найду я.       - Ну, Сёри! Мы же как раз проплываем над хорошим местом. Ну, пожалуйста! – продолжил канючить Портгас, проигнорировав мою угрозу. Вот ведь! Как маленький, честное слово!       - Эйс, если тебе нечем заняться, то бери нож и чисть картошку. Если я быстрее с этим справлюсь, то подумаю, достать их тебе или нет, - сказала я, решив направлять неуемную энергию брата в мирное и нужное обществу пиратов русло. Кушать все хотят, а готовят немногие, поэтому не всегда успеваем. Мешают различные обстоятельства. Сейчас, например, веснушчатый брюнет.       - Тогда ты достанешь мне их? – уточнил Эйс и, судя по звукам, стал искать удобный для него нож. Это очень хорошо, может забудет про свою просьбу.       - Что тебе нужно, Эйс? – раздался голос Татча. Ну вот, начинается представление, слушайте и любуйтесь на двух вроде бы взрослых мужиков, которые ведут себя похуже маленьких детей. Я, конечно, слышала, что первые сорок лет детства у мужчин проходят очень сложно, но чтобы все было настолько запущенно…       Я повернулась к коку, всем своим видом показывая, что зря он это спросил. И при этом выразительно помахивая ножом. Он у меня, может, и короткий, но зато жутко острый. Эйс же моих манипуляций не видел, а если и видел, то благополучно проигнорировал. Он просиял белозубой улыбкой и пошел к Татчу, после чего начал ему говорить что-то на ухо. Командир четвертой дивизии с каждым сказанным словом все больше веселел, его губы растягивались в хитроватую усмешку, а в глазах заплясали чертята.       - Сёри, а ты можешь достать нам их? – теперь с этим вопросом ко мне полез Татч. Ну, Эйс, ну удружил! Прибью!       - Не буду! Вам надо, вы и доставайте! А ты вообще уберись с глаз долой. Только рабочую атмосферу разлагаешь, - говорила я, показывая ножом на брюнета, после чего вернулась к прерванному делу.       - Сёри! – заканючили оба. И где на этом корабле пираты?! Одни дети!       - Отстаньте от меня!!!

***

      - Сёри, ну достань их! – Татч с Эйсом отловили меня на корабле, зажали в угол и продолжили свою дневную пытку. Я закатила глаза.       - И вы серьезно думаете, что сможете меня поймать? – уточнила я, после чего переместилась за их спины и продолжила свой путь, посматривая за Тичем с помощью Хаки.       С мамой нам пока ничего не удалось придумать. Но время у нас еще было, поэтому мы приглядывали за предателем, периодически запираясь в моей каюте и придумывая выход из будущих неприятностей. Вот и сейчас я направлялась к маме, чтобы в очередной раз сесть и продолжить ломать голову. А тут эти двое пристали с очередной безумной идеей. И ведь им просто хочется опять поиздеваться над Марко и снова получить от него. В прошлый раз эти двое на ананасе вырезали лицо Феникса и ходили с ним по всему кораблю. Одними подзатыльниками Марко не обошелся. Этот прохвост где-то нашел раву – растение, чем-то напоминающее базилик, только с темно-фиолетового цвета, и подкинул шутникам в тарелки с едой. И все бы ничего, но риву славится тем, что вызывает сыпь, которая чешется до чертиков, если ее съесть. Сам Марко отказался их лечить, и Татч с Эйсом стали оббивать порог моей каюты. Через три дня, насмотревшись на их мучения, все-таки дала мазь, но сыпь все равно прошла только через неделю.       И вот они опять за старое. Им что, в прошлый раз было мало? Еще больше получить хотят?       Размышляя над этим, я еще раз переместилась, чтобы не попасть в очередной круг издевательств над Марко, и, очутившись в своей каюте, достала из-под кровати листы бумаги с набросанным на них планом действий. Я не понаслышке знала, что Тич очень хитроумный и изобретательный. Поэтому специально накидывала всевозможные развития событий. Шестым чувством я догадывалась, что при любом исходе Тич будет сильным и страшным врагом. И все равно получит свой фрукт.       Дверь открылась и на пороге появилась мама. Как всегда прекрасная и грациозная, что не отменяет ее силу. Она прекрасно владеет любым холодным оружием, и это я не говорю, что любой предмет на корабле может стать смертоносным в ее руках. В душе любая девочка мечтает быть похожей на свою маму. Я не стала исключением. Единственное, я чувствовала, что не останусь с родителями на совсем. Буду их видеть, но не плавать под их флагом. А ведь мое чутье не ошибалось еще никогда.       - Ну, что? Появились какие-нибудь идеи, как можно остановить Тича? – с ходу спросила мама. Я лишь только покачала головой. За все время, которое у нас было, я придумала только один и очень рискованный план. И делиться с ним с мамой не хочу. Меньше переживаний – лучше для ее состояния.       - Может, когда фрукт появиться на корабле, избавиться от него? – предположила мама, присаживаясь рядом со мной на кровать.       - Бессмысленно, - сразу оборвала я эту мысль мамы: - Во-первых, тогда мы не избавимся от предателя на корабле. А ждать, когда Тич воткнет нож в спину отца я не хочу. Во-вторых, фрукт через какое-то время переродится. И Тич все равно его найдет и съест. Ну, а в-третьих, если мы избавимся от фрукта, то от нас потребуют объяснений, почему мы так поступили. И на этот вопрос мы не ответим, а даже если и скажем про то будущее, о котором я знаю, то нам не поверят.       - Хм… - мама задумалась. Я же решила, что мой план – самый оптимальный в нашей ситуации.       Сам план был прост. Вместо Татча подставиться самой. Вот только тут было несколько моментов. И главным было то, как сделать так, чтобы никто не начал войну. И именно этот момент нужно было хорошо продумать.       Дверь в каюту резко открывается и на пороге появляется Эйс.       - Я уплываю, - с ходу заявил он. Мы с мамой тут же тревожно переглянулись. Только не говорите, что…       - Куда? – спросила я, внимательно смотря на лицо брата.       - Задание от Отца. Он просил не распространяться, - сказал Эйс, после чего обнял меня, кивнул на прощание моей маме и вышел из каюты. Я же все еще сидела в ступоре, а перед моим взором мелькали картинки того, как Эйс получает звание и потом все остальные действия, заканчивающиеся смертью моего брата и отца.       - И что же теперь делать? – спросила мама, так же как и я понимая, куда направился Портгас.       - Ждать, - просто ответила, все также смотря туда, где недавно видела брата.

***

      Эйс вернулся через полторы недели с хорошими новостями – задание было успешно выполнено. А к концу второй недели его назначили командиром второй дивизии. И именно с этого момента мы с мамой поняли, что начинается самое важное.       Каждый день я следила за Тичем с помощью Хаки, не спала ночами, потому что боялась пропустить момент, когда заветный фрукт появиться на корабле. Уже несколько дней от стресса и напряжения в ожидании удара в спину я не могла нормально питаться, от чего начал переживать Татч. Я свалила все на то, что просто заболела, тем более синяки поддерживали эту легенду. Но всему когда-то приходит конец. Мой организм не выдержал такого напряжения, и в один прекрасный день, вернувшись в свою каюту, я отрубилась, толком не дойдя до кровати.       Я проснулась ночью и первым, что заметила, была записка. В ней были даты, одна из которых была не зачеркнута. Видимо, я умудрилась проспать два дня. Поняв это, я тут же прошлась Хаки по всему кораблю. И именно сейчас я заметила, что Тич подкрадывается к Татчу. Мой мозг реагирует очень быстро, и я тут же перемещаюсь к Татчу. Чувство падения, и перед моими глазами мелькает кинжал, который предназначался Татчу. Расширенные глаза Тича, звук падения чего-то металлического, острая боль в районе живота. Потом я успеваю заметить, как Тич бежит за катящимся фруктом, а Татч с дикими глазами тут же подлетает ко мне. А потом меня вновь накрывает темнота.

***

      Сначала вернулся запах, который сказал, что я нахожусь в мед.отсеке. Потом я попробовала пошевелить пальцами. От долгого лежания руки затекли, но через неприятные ощущения я все-таки смогла согнуть пальцы.       А потом меня накрыла жуткая боль. Там, куда пришелся удар. Боль была такой сильной, что я заскулила. На мой голос сразу раздались несколько других, вот только из-за боли я не могла разобрать, кто и что говорит. Потом я чувствую, как мне делают укол, и через некоторое время боль утихает и сразу становиться намного лучше.       Сквозь закрытие веки я замечаю, что надо мной кто-то завис. Открываю глаза и вижу маму. Ее лицо осунулось, глаза покраснели и не блестят, как раньше. Волосы, та роскошная грива, которой я всегда восхищалась и в тайне завидовала, сейчас была кое-как убрана в хвост, грязная и блестящая от жира. Но все это не могло сравнить с той улыбкой, которая осветила ее лицо. Это была счастливая улыбка матери, которая увидела, что ее ребенку ничего не угрожает и теперь все позади.       - Что случилось? – прохрипела я надтреснутым голосом. Мама тут же сорвалась с места и через некоторое время к моим губам был приставлен стакан с водой. Выпив весь стакан залпом, почувствовала, как вода растекается внутри приятным живительным ручьем, после чего повторила свой вопрос.       - Тич ранил тебя в живот. Мы очень сильно переживали, но все обошлось, - поделилась мама новостями. Вот только не всеми.       Но не успела я спросить, как дверь резко открывается и ударяется об стенку, а в мед.отсек влетает Татч. Он тут же подскакивает к нам с мамой, падает перед больничной койкой, на которой я лежала, на колени и начинает что-то бормотать так быстро, что слов невозможно разобрать.       - Тише ты, - попросила я, касаясь своей рукой его плеча, чтобы остановить этот нескончаемый поток слов.       - Сёри, - попытался вновь начать Татч, но тут его прервала мама:       - Татч, ей нужно отдохнуть.       После этих слов Татч встал и ушел. Мама, поцеловав меня на прощание в лоб, тоже ушла. А я осталось лежать и помирать от любопытства, что же произошло. Но я прекрасно понимала, что мне вряд ли сейчас ответят на все мои вопросы. Поэтому решила не заморачиваться на этот счет и просто заснуть.