Новая эра

Ксирон с трудом разлепил веки и, сев, поморщился, после чего приложил ладонь к затылку. Больше трех часов Алоис и Тупи воевали с заклятьем ангела магии и, к их великой радости, преуспели. Сын Люцифера получил свое тело обратно. Тупи устало опустился на пол, а Алоис привалился спиной к стене. Ксирон же не мог нарадоваться успеху и первым делом запустил огненным шаром в стену. Затем испробовал свою власть над другими стихиями. Магия охотно служила своему носителю, что не могло не радовать. - Надо призвать мой меч, - проговорил демон лениво. – Да и коня вернуть не мешает. Моя армия готова? Алоис кивнул: - Давно готова! Но ты уверен, что стоит? Наверняка Люцифер уже в курсе твоих планов. - В Лоанмар он не полезет, - будничным тоном сообщил Ксирон. – Будет ждать меня в Аду. И, вероятно, укрепит защиту своих владений. Мне придется придумать другой план по проникновению в его обитель, вот и все. - Я не уверен, что душа Драко поможет тебе, - вздохнул соратник. – Почему ты не набрал душ серебряных драконов еще в первой войне? Сын Люцифера нахмурился: - Нужны души именно тех драконов, с которыми ангелов магии связывали особые узы. Другие серебряные не годились. Я тоже не уверен в том, что душа Драко подойдет для ритуала, но стоит рискнуть. В отличии от сородичей, его душа человеческого происхождения, но сейчас это дух дракона. Может быть, если не делать откат до изначального состояния души, ритуал сработает. Если нет, разрушу магический мир подчистую! Лицо Ксирона приобрело гневное выражение, а в ладони непроизвольно вспыхнул сгусток огня. Демон взбешен, и пусть глупец, вставший на его пути, даже не молит о пощаде. В лучшем случае ему подарят легкую смерть. Алоис задумчиво потер подбородок, затем нахмурился: - Может, все же подождать нового ангела магии? Посуди сам: скоро у драконов начнется брачный сезон и серебряный непременно выберет себе самку. Сначала, конечно, вылупятся полукровки, ведь серебряных больше нет, а потому дракончику придется выбирать возлюбленную другой породы. Его потомство так же даст приплод, и со временем гены возьмут свое, а серебряные возродятся. И, примерно, через пару-тройку поколений появится чистокровный серебряный дракон, который станет верным телохранителем нового ангела магии. А убив Драко, ты убьешь и свой план. Да и Люцифер к тому времени успокоится и расслабится. Хмыкнув, Ксирон решил поразмышлять над словами соратника и, сам того не замечая, начал прохаживаться по помещению. Алоис не торопил с ответом, наблюдая за господином. С одной стороны, демону не очень-то хотелось лишний раз воевать с Лоанмаром. Он был уверен, что душа Драко не годится для ритуала. А с другой стороны, Алоису очень хотелось поквитаться с магом, разум которого побывал в теле Ксирона. Демон все еще помнил, как по глупости оказался заперт в пыточной клетке. Он мог сколько угодно убеждать себя, что просто не хотел навредить телу господина, но гордость явно пострадала. Наконец Ксирон остановился перед соратником: - Нет, я больше не могу ждать. Даже, если душа Драко не сгодится, новый серебряный дракон в любом случае потом появится. С другим ангелом магии. Вот тогда и подождем. Я буду жалеть, если не попробую сейчас, с этой душой возродить темного дракона. - Ага, только откуда взяться новому ангелу магии, если Арес погибнет, когда ты убьешь Драко? – скептически спросил Алоис. – Да он даже потомков не успеет оставить. - Ну, как ты видел, Арес жив-здоров. Из будущего который. Значит, кто-то перенес его связь с драконом и умер вместо ангела магии. - Ага, а теперь подумай, - усмехнулся соратник. – Вдруг это была его мать, которая сейчас находится в цепких лапах Азраила? Если это была она, значит, сейчас никто не спасет младенца. Род ангелов магии угаснет, серебряные драконы больше не появятся, и ты не сможешь совершить свою месть. Арес уже изменил будущее. Опасно действовать по старинке. Ксирон выругался. Об этом он как-то не подумал. Спустя пару минут его взгляд остановился на бессознательном Тупи. И когда бес успел вырубиться? Внезапная мысль, и губы расползлись в усмешке. - Мы сами перенесем связь! – заявил Ксирон. – На моего беса! Ничего страшного, он все равно не умрет, пока этого я не захочу. Так, помучается немного. Тем самым малыш Арес останется жив! - И позже попрется в прошлое, чтобы попытаться убить тебя, - ухмыльнулся Алоис. – Замкнутый круг. - Мы заберем младенца, - сын Люцифера сладко улыбнулся. – И создадим все условия для его взросления. Разумеется, сделаем так, что он и не будет помышлять о моем убийстве. Я еще продумаю этот запасной вариант. Для начала нужно разобраться с первой частью плана. И обязательно убрать Ареса взрослого. Он может серьезно осложнить дело. Вот увидишь, Алоис, я перехитрю ангела магии, как бы он не изгалялся! - Я в тебе и не сомневаюсь, - отозвался Алоис, и, помолчав, добавил. – Но как ты собираешься убить Люцифера? Это ведь невозможно: сам Деймос избрал его владыкой Ада! И лишь Деймосу под силу низвергнуть его. - Оно, конечно, так, - согласился Ксирон. – Но мне достаточно унизить Люцифера, пошатнуть его авторитет, а с ним пошатнется и власть. Если высшие демоны перестанут уважать владыку Ада, создателю демонического мира придется усадить на трон нового. И, вполне вероятно, что он выберет меня. Все же я его потомок. Но не будем пока так далеко заглядывать. Объяви общий сбор! Мы отправляемся в поход! Я же верну свою реликвию и своего любимого коня. *** Фалаар в бешенстве метался по своей спальне. Неприятности сыпались одна за другой и казалось, им не будет конца. Некоторые щиты цитадели повреждены и уйдет время на их восстановление. Впрочем, Арес уже занялся этим. Ксирон со своими слугами сбежал. Хорошо еще, что охраняющие его ассасины остались живы. К темному лорду вернулось его тело, и это означает, что демоны побороли чары ангела магии. Дэмиана и Салазара никак не могут найти. Лиа в загребущих ручонках ангела смерти. От Люциуса пока никаких вестей. И, вдобавок ко всем несчастьям, какой-то умник нацелился подчинить себе клан ассасинов! Впрочем, умника Фалаар хорошо знал. Риган Гран – глава клана «Элизат». Вечный враг и конкурент. Вообще, Фалаару плевать на Ригана, но тот с ослиным упрямством нарывался на межклановую войну ассасинов. Мечта Грана – собрать все кланы воедино. Под своим руководством, разумеется. Тодески же был против, он не признавал власти над собой и не собирался отдавать своих подчиненных в жадные до власти ручонки. Да и вообще в любые ручонки. Гран же делал все, чтобы ему досадить: уводил контракты, старался внедрить лазутчиков, пытался подкупить ребят Фалаара и многое другое. Однажды, психанув, Фалаар вызвал Ригана на поединок, где показал, что с Тодески не стоит связываться. На дуэли присутствовали оба клана, а Фалаар был так зол, что не постеснялся унизить главу враждебного «Элизата». Тодески позволил себе насмехаться над мастерством противника, пару раз в грубой форме высказался, как его зачали и произвели на свет, лезвием ловко превратил одежду врага в лохмотья и тут же осмеял его мужское достоинство, и до кучи клинком вырезал на лбу униженного первую букву своего имени. Чтобы тот помнил, чем чревато бесить главу клана «Черная игуана». С тех пор Гран начал носить бандану, скрывающую позорную отметину, а Фалаара возненавидел лютой ненавистью. Однако, убить его не пытался, понимая, что уступает в мастерстве. Но и клан в покое не оставлял, продолжая пакостить. Азар предлагал Фалаару прибить пиявку и не мучиться, но Тодески знал, что, если убьет главу другого клана, то люди автоматически перейдут в его распоряжение. Фалаару лишняя головная боль не нужна, он тщательно подбирал подчиненных и не желал иметь в своем клане непроверенных личностей. А тем более, что они все до единого верны Грану. Вот Тодески и терпел чужие козни. Бесился, но терпел. Главное, его подчиненных не убивают, и ладно. Однако, Риган перешел все границы, вознамерившись занять поместье «Черной игуаны». И он не постеснялся открыто заявить об этом! У Фалаара просто руки чесались наподдать наглецу как следует, но он не мог все бросить и заняться личными делами. Пусть они и касаются всего клана. Лоанмар нуждается в нем и в его ассасинах. Но и не бросать же свое поместье! - Как все не вовремя! – зарычал Тодески, пиная несчастную мебель. Ушиб палец на ноге и, красочно матерясь, запрыгал на одной конечности. Конечно, по всем законам жанра, именно в столь неудобный момент в дверь постучали. - Открыто! – рявкнул ассасин, после чего запнулся об край ковра и с грохотом встретился с полом, не забывая смачно ругаться. - Фалаар, ты в порядке? – послышался встревоженный голос Беллатрикс. - Все прекрасно! – раздраженно отозвался Тодески, злясь на всех и вся. – Просто решил поближе познакомиться с полом! - О, - только и сказала Лестрейндж, наблюдая, как ассасин поднимается. – Кажется, я не вовремя. Фалаар махнул рукой, затем потер лицо ладонями: - Извини, навалилось слишком много. Ты хотела о чем-то поговорить? Белла изучающе смотрела на него и то, что что она видела, ей не нравилось. Тодески выглядел изможденным, а под глазами залегли тени. Он боялся. Боялся за Лиа, боялся за племянников. Он пытался вызвать ангела смерти, но тот нагло игнорировал все попытки связаться с ним. А тут еще и Риган Гран нарисовался. Фалаар разместил всех своих ассасинов в Лоанмаре, поэтому поместье клана стояло абсолютно пустым. Конечно, оно защищено разными охранными чарами и заклинаниями, и уйдет время на их взлом, но что-то подсказывало, что это не остановит такого фанатика, как Гран, и он определенно скоро там поселится. И, если они победят Ксирона, Тодески придется отбивать свой же дом обратно. - Знаешь, Фалаар, - наконец произнесла Белла. – Тебе нужно хорошенько выспаться. Ты сам на себя не похож. Ты – глава могущественного клана ассасинов, а истеришь, как беременная баба! Тодески исподлобья зыркнул на ведьму нехорошим взглядом и процедил: - Я знаю, кто я, женщина! И не смей указывать, что мне нужно, а что нет! Моя сестра, мои племянники в опасности, а ты предлагаешь мне отдыхать? - В таком состоянии ты ничем им не поможешь, - смягчилась Лестрейндж, не обращая внимания на грубость. – Но я уверена, что с ними все в порядке. Ты бы почувствовал, если б Лиа погибла, не так ли? Дэмиан с Салазаром тоже не пропадут. Только не они. Фалаар нахмурился, после чего подошел к окну и, распахнув створки, впустил в спальню легкий ветерок. Оперевшись руками на подоконник, ассасин попытался привести мысли в порядок. Белла права, он стал слишком нервным. Потерял контроль над эмоциями, а это непростительно профессионалу его уровня. Но он не мог снова потерять сестру! Не сейчас, когда только нашел ее. И Дэмиан с Салазаром! Мальчишки глубоко проникли в его сердце и Фалаар уже не понимал, как раньше жил без них. Это вся его родня, которая осталась, и он убьет любого из них! Тодески готов сразиться даже с ангелом смерти, чтобы вернуть тех, кто ему дорог! Внезапно он ощутил нежное прикосновение к своему плечу. Еще одно сокровище, которое, увы, не принадлежит ему. Но будет. Ассасин мягко сжал узкую ладонь пальцами и прикрыл глаза. О, Боги, как он желал эту женщину! Но нельзя. Пока она хранит траур по мужу, Тодески не станет перешагивать опасную черту, хотя все его естество требует, чтобы он немедленно отнес Беллу на кровать и доказал ей серьезность своих намерений. - Как Том? – спросил Фалаар, стараясь прогнать, ну, очень неприличные мысли. - Очнулся и уже вовсю издевается над домовиками, проверяя, вся ли магическая сила вернулась к нему, - усмехнулась Беллатрикс. - Чертов садист! – пробормотал ассасин. - Сегодня я видела Рудольфуса во сне, - немного помолчав, проговорила Лестрейндж. – Он сказал, что Лиа и дети в безопасности. Что они вернутся, когда придет время, и мы не должны волноваться. Стоит сосредоточиться на предстоящей битве. А еще сказал, что я не должна оплакивать его, что должна быть счастливой. Он хочет, чтобы я улыбалась. Мы много говорили и, знаешь, мне стало как-то… легче и спокойнее. Он успокоил меня. Конечно, я никогда не забуду его, и всегда буду любить. Я за многое благодарна ему. Наверное, пройдет немало времени, прежде, чем я… соглашусь на новые отношения. Или не соглашусь вообще. Почему от ее слов так больно в груди? Фалаар ведь готовил себя к тому, что придется ждать. Он уверен в том, что она не устоит. Еще никто не устоял перед ним. Он красив, дерзок, насмешлив, ироничен. Где-то циничен. Он легко соблазнял дамочек своим дьявольским взором и порочной улыбкой. Но с Беллой такие игры не прокатят. Она особенная! Он понял это, когда впервые увидел ее. Шикарная женщина! Умна, красива, верна. Порою стервозна. Сильна. Сексуальна. Он мог долго перечислять ее качества и ни разу не повториться. Он желал получить ее. Отчаянно желал. Понимал, что его отточенные до мастерства методы обольщения не сработают против нее. Он уже целовал эти губы, и ему безумно хотелось все повторить. Он любит ее. Он признался себе в этом, малодушно пытаясь затушить тот костер, который эта женщина невольно зажгла в нем. Он был уверен, что сможет контролировать свое сердце. Разум вяло сопротивлялся, а потом сдал рубежи захватчикам. Он будет терпелив. Он приручит эту дикую кошку. Но сначала надо разобраться с угрозой в лице Ксирона. *** Вот уже третий день Лиа безвылазно сидела в отведенной ей комнате. Ела и пила, спала, снова спала, затем ела и пила. И размышляла. Люцифер просил ее лишний раз не шататься по его владениям. Не то, чтобы он считал ее пленницей, нет. Дело было совсем в другом. В его владениях легко заблудиться непосвященному, да и сами демоны, охраняющие обитель, сначала надают по шее, а уж потом спросят, кто ты и зачем пожаловал. О появлении ведьмы владыка особо не распространялся, дабы не произошла утечка информации. Тот, кто водит его за нос, не должен знать, что тайна раскрыта. Раскрыта ведьмой. Не трудно догадаться, что от нее могут попытаться избавиться. Поэтому о Лиа знали лишь бес, который ей прислуживал, да двое дородных молодцев из личной свиты Люцифера, охраняющих вход в комнату ведьмы. Бес, которого звали Бакс, оказался очень услужливым и был не прочь лишний раз поболтать. Конечно, он не делился тайнами, касающимися владыки или демонического мира, но вот на отвлеченные темы охотно разговаривал. Брюнетка даже стала невольно симпатизировать ему. А еще изнывала от любопытства посмотреть Ад. Очень уж интересно узнать, как тут все устроено. Когда брюнетка обратилась с этой просьбой к Баксу, он пообещал спросить разрешения у владыки. Люцифер же лично заявился к Лиа, чего никто не ожидал. Бес уважительно поклонился ему, после чего поспешно ретировался, оставляя ведьму наедине с главдемоном. Люцифер умостился на стуле, лениво вытянув ноги и сложив руки на животе. Лиа присела на краешек кровати, сложив кулачки на коленях, - этакая скромница, - и вопросительно посмотрела на владыку. - Зачем ты хочешь прогуляться по моим владениям? – наконец спросил он. Ведьма немного растерялась, но тут же взяла себя в руки: - Мне любопытно. - И все? – взгляд стал более пронзителен. - Вы же не думаете, что я решила использовать свое положение и пошпионить? – удивилась брюнетка, и по глазам поняла, - да, так он и думает. - Понимаете, - с жаром начала объяснять Лиа. – Вы… ваш характер отличается от общеизвестных поверий, и… - И это тебя не касается, - сухо перебил Люцифер. – Но, возможно, на некоторые твои вопросы я отвечу. Правда, беседовать лучше с накрытым столом, - и он позвал Бакса приказав ему принести еду и питье. Бес мигом исполнил приказ и теперь на небольшом столике красовались мясные блюда, фрукты, пара салатов и выпечка. Так же два графина: один с вином для ведьмы, другой с каким-то крепким напитком для владыки. Бакс даже притащил любимые пирожные гостьи, чем невероятно ее растрогал. Люцифер только приподнял бровь: - Вижу, вы поладили. Это редкость в нашем мире. - Он славный, - улыбнулась Лиа мельком посмотрев в сторону беса. – Или просто слишком буквально понял ваш приказ заботиться обо мне. - Может быть, - пожал плечами владыка и, отпустив Бакса, сам разлил напитки по кубкам, чем немного удивил брюнетку. - Итак, - решилась Лиа, дав Люциферу время насладиться хорошо прожаренным мясом. – Вас правда изгнали с небес за восстание? Главдемон подавился напитком и закашлялся, после чего бросил на женщину укоризненный взгляд: - Нельзя же в лоб задавать такие вопросы, детка! И, определенно, ты не та, с кем я буду откровенничать на данную тему. - Извините, - смутилась ведьма. – Мне впервые удалось пообщаться с самим дьяволом, и… Конец ее фразы потонул в громогласном хохоте. Люцифер смеялся от души, откинув голову назад, и от его смеха дрожали стены. «Наверное, весь Ад слышит», - подумала брюнетка и нахмурилась. Наконец у владыки прошел приступ веселья, и он удостоил Лиа насмешливым взглядом. - Что смешного я сказала? - Женщина, с чего ты взяла, что имеешь дело с дьяволом? – ухмыльнулся Люцифер. – Ах, да, мне знакома история обо мне, выдуманная фанатиками. Не всем книгам можно верить, детка. Реальность куда прозаичнее. Лиа потерла нос, затем повторно нахмурилась: - Так, стоп! Ведь Рай же существует? Ад есть, значит, должен быть и Рай. - Существует, - кивнул главдемон. – И там так же есть владыка. Здесь правлю я, демон. Раем, в противовес, правит архангел. Его имя даже не спрашивай, не скажу. - А… Бог? – нерешительно затронула тему религии ведьма, хотя сама истово верующей не являлась. Люцифер надолго задумался, словно решал: о чем можно поведать, а чего женщине знать не стоит. Лиа молчала, давая собеседнику время собраться с мыслями. Наконец он заговорил: - Знаешь ли ты, что у каждого мира есть свой… скажем, правитель? В мире демонов это я. В мире мертвых – Азраил. Магическим миром правит ангел магии. Ну, а миром, как вы их называете, магглов – архангел. Но у всех нас есть… начальство. Высшие силы. Дьявола зовут Деймос, он – создатель демонического мира. Так же и у Азраила есть тот, кому он подчиняется. Высшие силы контролируют механизмы мироздания, следят за балансом и стабильностью миров. Наверняка Азраил кое-что тебе рассказывал. Он любит поговорить на эту тему. А что касается Бога… он является одним из высших, хотя люди ошибочно принимают за него архангела, приставленного следить за вверенным ему миром. Как и ошибочно принимают меня за дьявола. Хотя, не скрою, мне это льстит. Всех имен высших я не знаю, да и незачем. Каждый владыка обязан знать лишь свое начальство, и не лезть на чужую территорию. Хотя, я вот готовлю войска для вторжения в магический мир. Впрочем, если ты рассказала правду о будущем и Ксирон намерен обрушить свой гнев на всех магов, то высшие будут не против моего вмешательства. Возможно, другие тоже придут, чтобы защитить вас, а, может, посчитают, что и меня достаточно. Угроза не так велика, чтобы устраивать масштабную бойню. - Для вас, может, и не велика, - проворчала Лиа. – Раньше Ксирон нападал лишь на Лоанмар и, получив нужную душу, тут же уходил. В этот раз он пролетит с душой, а потому опасности подвергнется весь магический мир. - Да, демонический гнев – опасная штука, - хмыкнул Люцифер. – Кстати, странно, что Азраил до сих пор не объявился. Ведь ты сбежала и ему не составит труда найти тебя. Пожав плечами, ведьма пригубила вино, затем ответила: - У него гостят мои сыновья, а их ни на минуту нельзя оставить одних, иначе что-нибудь отчебучат. Вообще, он планировал, чтобы Дэмиан и Салазар пришли к вам, но я… я не хотела рисковать детьми. Знаю, что вы их не тронули бы, но все же. И… спасибо вам, что выслушали и не прогнали меня. Спасибо, что согласились помочь. Люцифер криво усмехнулся: - Ксирон выбившийся механизм. Дело не только в магическом мире, но и в самом мироздании. Бой, конечно, будет, но с меньшими жертвами, чем в будущем, из которого явился Арес. Твой мальчик правильно сделал, что отправился в прошлое. - Азраил говорил, что высшие наверняка знают обо всем, - Лиа отправила в рот дольку от апельсина. Она чувствовала себя расслабленно, ей нравилась беседа, нравилось угощение. Нравилось чувство безопасности. Ведьма с удовольствием подружилась бы с главдемоном. Не в том смысле, о котором могут подумать испорченные люди, а как дружат главы государств и их семьи. С таким союзом они бы многого достигли. - Верно, - кивнул Люцифер, отвлекая брюнетку от мыслей. – Правда, их расчеты не всегда верны. Однако, они дали свершиться будущему, чтобы Арес принял верное решение. Своим приходом он многое изменил к лучшему и теперь у вас появился шанс не допустить того, что он видел. Осталось им воспользоваться. Люцифер замолчал, задумавшись о своем, а Лиа не могла решиться на вопрос, пришедший в голову: что чувствует владыка Ада к своему сыну? Готов ли он принять его обратно, если тот образумится? Или все же убьет, если потребуется? То, что Люцифер не казнил тогда Ксирона говорит о многом. Отец изгнал сына, но не убил, хотя в мире демонов с предателями разговор короткий. Может, в глубине души, - а она есть? – Люцифер… - Я вижу, ты хочешь спросить о чем-то, - прервал главдемон мечущиеся мысли брюнетки. Она неуверенно повела плечом, но все же решилась: - Ксирон ведь дорог вам? Вы не казнили его тогда, хотя… - Это тебя не касается, ведьма, - мрачно перебил владыка. – Тебе достаточно знать и того, что я помогу спасти Лоанмар. Советую быть готовой, мы выступаем завтра. Прикажи Баксу подобрать тебе одежду и оружие. Хотя, нет, демонические клинки не подойдут. А где твоя волшебная палочка? Гостья горестно вздохнула: - Видимо, потеряна. Или осталась в Фарисире. Когда я очнулась в компании демона и беса, ее уже не было. - Если палочка в Фарисире, мои демоны найдут ее, - пообещал Люцифер. – Сейчас Фарисир под моим контролем. Многие демоны, правда, сбежали оттуда, но их поймают. Завтра держись рядом со мной и постарайся не наживать неприятностей. Не дерзи демонам, не груби, а еще лучше – вообще не приближайся к ним. Бакс останется в твоем подчинении и, если что, предоставь ему самому решить проблему. Сама ни во что не ввязывайся. Ты поняла, ведьма? - Почему здесь только Бакс называет меня по имени? – вырвалось у Лиа. Главдемон нахмурился и повторно спросил, четко печатая слова: - Ты. Поняла. Ведьма? – дождавшись поспешного кивка, Люцифер медленно поднялся. – Умница, детка! А теперь я оставлю тебя. Отдохни перед походом, ибо он будет тяжелым для тебя. С этими словами владыка Ада размашистым шагом скрылся за дверью, а возле брюнетки тут же материализовался бес. - С одеждой проблем не возникнет, - заявил Бакс. – Я уже знаю, что тебе подойдет. - Ты что, подслушивал? – возмутилась гостья. – Это, между прочим, невежливо! - Лиа, за кого ты меня принимаешь? – оскорбился бес и тут же ехидно добавил. – Я подглядывал! Ведьма потеряла дар речи от такой наглости, но только обреченно вздохнула. В конце концов, это мир демонов. Было бы странно, если б здесь соблюдали нормы поведения, принятые в магическом мире. - И часто ты так подглядываешь? – меланхолично спросила Лиа. Бакс пожал плечами: - Всегда. Люцифер велел обеспечить твою безопасность, а также следить, чтобы ты не пыталась с кем-нибудь связаться. Владыка не был уверен в том, что ты не являешься чьим-нибудь шпионом. Хотя клеймо ангела смерти о многом говорит, но лучше перестраховаться. - Ясно, - усмехнулась брюнетка. – Я под наблюдением. И какого жн твое мнение? Бес улыбнулся: - Ты не шпион, это сразу видно. К тому же, в магическом мире являешься довольно известной личностью. Ты действительно рискнула обратиться к Люциферу ради того, чтобы спасти многих от Ксирона. Даже сбежала от Азраила. Хотя я думаю, что он просто позволил это, иначе уже явился бы за тобой. Он играет в свою игру и, вероятно, ты часть ее. Конечно, это лишь мое предположение, возможно, ошибочное. Но предлагаю вернуться к делам. Итак, нужно собрать тебя в поход. Давай-ка для начала ты примешь ванну, а я пока сбегаю за одеждой. Заодно поспрашиваю о твоей волшебной палочке. Может, ее кто и нашел. - Спасибо, Бакс! – расчувствовалась гостья. – Ты такое чудо! Бакс смутился, разве что копытцем не водил по полу, затем вильнул хвостиком и испарился. *** Вот уже несколько дней Тень усиленно тренировала Драко и радовалась, что он быстро учится. Не ученик, а мечта! Сейчас они разыгрывали воздушный бой над темной водной гладью и серебряный показывал прекрасные результаты. Драко стал более ловким и маневренным, так же повысилась его выносливость. Сильный красивый дракон. Иногда Тень невольно им любовалась, подмечая, как под шкурой перекатывались мускулы. Крылья имели идеальную форму и поражали своим размахом. Чешуя блестела на солнце, переливаясь серебром, а глаза… Тень еще ни у кого из сородичей не видела такого цвета, как у Драко. Серебряный дракон с серебряными глазами. Иногда они темнели и принимали цвет стали, когда дракон сердился. А еще Драко был внимателен и общителен. Он больше не боялся задавать вопросы о жизни драконов. Многие знания перешли к нему с памятью, но кое-что все же оставалось тайной и обреталось только с опытом. И серебряный старательно восполнял эти пробелы. Когда он станет полноценным драконом, сможет выбрать любую самку, и она не откажет. Пусть драконы однолюбы, но иногда такое случается, что они сменивают не одного партнера, чтобы найти свою истинную пару. Это природа, размножение никто не отменял. Погруженная в свои мысли, Тень чуть было не пропустила удар хвостом, но вовремя сумела увернуться. - О чем задумалась? – спросил Драко, прекращая бой и просто полетел рядом. - О том, что ты станешь хорошей партией, - честно ответила Тень. – Твоей партнерше повезет с тобой: ты силен, красив и занимаешь доминирующее положение. Детеныши, полученные от союза с тобой, определенно станут прекрасными особями. Драко поперхнулся воздухом, после чего слегка смутился. Он иногда думал о том, что однажды ему предстоит связать свою судьбу с прекрасной представительницей древней расы, но старательно гнал эти мысли от себя. Сейчас не лучшее время для брачных игр. Зов природы, правда, считал иначе, но Драко пока что успешно подавлял его. Впрочем, серебряный не всегда был уверен, что этот зов имеет… брачное происхождение. Что-то взывало к Драко, тянуло куда-то, и это немного раздражало. Внезапно дракон снова почувствовал притяжение, гораздо сильнее, чем раньше. Тень заметила, что с Драко что-то творится и вопросительно посмотрела на него. Подумав, серебряный все ей рассказал. - Ты должен подчиниться зову, - сказала Тень. – Конечно, это может быть уловка демона, но мы будем начеку. Как бы то ни было, дракон обязан следовать туда, куда его зовут, иначе ему не будет покоя. Я буду рядом, Драко, так что полетели! Серебряный серьезно посмотрел на Тень, гадая, будет ли для нее оскорбительным, если он в целях ее же безопасности отошлет драконицу домой. Обижать Тень Драко не хотел, поскольку она ему очень нравилась, но и защитить в случае чего он ее обязан. А с другой стороны компания сильного дракона не помешает. Решившись, серебряный кивнул и взял курс к источнику зова. Присутствие Тени успокаивало, и Драко мог не бояться неожиданностей. Он не один, с ним верная спутница, готовая помочь, если возникнет необходимость. Так что разрешить ей сопровождать его – вполне себе хорошая идея. Невольно дракон залюбовался ее легким полетом, изящными взмахами красивых крыльев, ее идеальным профилем. Очень красивая самка, здоровая. Потомство будет прекрасным. Еще Тень умна и справедлива. Иногда импульсивна. Она отличается от других дракониц. Более… живая, что ли? И всегда не прочь ввязаться в какую-нибудь авантюру. Может, она просто моложе других дракониц и поэтому такая активная. Но Драко это нравилось. Тем временем они достигли источника зова и теперь серебряный растерянно кружил над водой, ничего не понимая. - Где-то здесь? – спросила Тень и, не дожидаясь ответа, сложила крылья и нырнула. Драко заложил еще один вираж, затем последовал за драконицей. Оказавшись под водой, дракон огляделся и, увидев неподалеку спутницу, подплыл к ней. - Я ничего не вижу необычного, - сообщила Тень. – Но здесь очень глубоко. Возможно, мы найдем ответ на дне. Думаю, ты чувствуешь какой-нибудь артефакт. Может быть даже драконий камень. - Что за драконий камень? – поинтересовался Драко. - Реликвия, исчезнувшая вместе с серебряными драконами. Их альманах, если можно так выразиться. На нем вырезаны все их тайны, их история. У каждых драконов есть такой артефакт, который хранится в тайном месте. Лишь вождь знает местоположение драконьего камня. Если вождь погибает, не успев рассказать преемнику о месте, где хранится артефакт, камень сам начинает взывать к новому вождю. Может быть именно зов драконьего камня ты слышишь. На что это похоже? Серебряный на секунду задумался: - Скорее на шепот, но с рычащими нотками. Как если бы шептал дракон. - Ты слышишь его сейчас? Драко кивнул: - Да, зов идет снизу. Похоже, нам придется достигнуть дна. - Так чего же мы ждем? – Тень нырнула вниз и серебряному ничего не оставалось, как последовать за ней. Драконы погружались все глубже и глубже, и Драко уже явственнее различал шепот, зовущий его. Тень молчала, но было видно, как драконица напряжена. Вода же была настолько мутной, что даже драконий глаз ничего не видел. Внезапно серебряный почувствовал, как его куда-то затягивает и запаниковал. - Водоворот! – воскликнула Тень, отчаянно сражаясь с явлением. И верно, драконов медленно, но верно притягивал к себе водоворот, и Драко понимал, что у них не хватит сил противостоять водной стихии. Но именно здесь шепот прекратился. Может, не нужно сопротивляться притяжению? Может, это портал, ведущий к источнику зова? Или ловушка… - Я больше не могу, - выдохнула Тень, устав сопротивляться и покорившись. – У меня нет сил, нам не побороть водоворот! - Тогда давай пройдем через это вместе, - отозвался Драко, цепляясь за драконицу. – Это не просто водоворот, это портал, что ведет в неизведанное. Держись за меня и ни за что не отпускай! Посмотрим, что ожидает нас по ту сторону. *** Королевство эльфов предстало перед посланниками поистине сказочным. Дома из дерева либо крепко стояли на земле, либо располагались на деревьях и выглядели сказочными теремами. Каждый орнамент искусно вырезан, видно, что мастер вкладывал душу в свои творения. Освещалось королевство магическими огоньками самых разных цветов. - Сейчас же день? – недоуменным шепотом спросил Джейк. - Пышные кроны деревьев не дают достаточного проникновения лучей солнца, - внезапно снизошел до ответа Гилронд. – Поэтому мы используем магические огоньки для дополнительного освещения. Только у короля достаточно света, так как дом находится на возвышении и там не столь густые кроны деревьев. Эльфы, занимающиеся своими делами, провожали появившихся чужаков настороженными взглядами изредка перешептываясь. Гилронд уверенно вел посланцев к большому каменному дворцу. Это единственное здание из камня, где жил сам король эльфов. Звали его Лафаэлас. Так же у него имелась супруга – королева Аураниэль. И сын – Амалайронд. Как король примет посланцев? Гилронд и Гринуэлл ясно дали понять, что гостям здесь не рады, но быть может эльфийский король окажется более… хм… приветливым. Киран незаметно осматривал дворец, пока их вели к тронному залу. Определенно, ему здесь неуютно. Слишком много света, благодаря большим окнам. Гилронд не преувеличивал, когда говорил, что здесь не требуется использовать огоньки. Если только ночью. Стены украшены картинами великих королей, а также эльфийскими письменами. Наверняка в них скрыта история их народа. И везде листва. Казалось, природа проникла даже в замок и это было красиво. Гилронд толкнул высокую дверь, около которой находились двое стражников, и вся делегация вошла в тронный зал. Он был поистине огромен, даже дракон легко мог поместиться здесь, да еще и место осталось бы. В конце зала возвышался трон в виде каменного дерева, на котором восседал Лафаэлас. И снова Люциус с неудовольствием отметил, насколько эльфы все же красивы. Гилронд почтительно склонился перед королем и коротко объяснил ситуацию. Окинув гостей задумчивым взором голубых глаз, Лафаэлас кивнул: - Да, Гринуэлл связался со мной ментально и рассказал о посланниках. Благодарю, Гилронд, ты можешь идти. Мы расположимся в саду, попроси Гринуэлла присоединиться к нам. - Как прикажете, повелитель, - вновь поклонился Гилронд и вышел. Король жестом указал следовать за ним и, переглянувшись, посланники ангела магии двинулись за Лафаэласом, сопровождаемые охранниками. Сад представлял собой потрясающее зрелище. И неудивительно, ведь ни один народ не был так близок к природе, как эльфы. Распустившиеся бутоны самых разнообразных цветов источали дивные ароматы. Каждый пах по-своему, даже как-то по-особенному. Пышные кусты растений радовали глаз здоровым цветом. Были и зеленые, и с красным оттенком, и даже с примесью желтого. Дорожки или простой тропинки не было, только травяной ковер. Невольно Малфой поймал себя на мысли, что было бы здорово сбросить обувь и пройтись босиком по шелковой траве, но тут же осадил себя. Он здесь не для этого. Но Люциус не мог не признать, что красота эльфийского сада ему по душе. Спутники, казалось, тоже впечатлены. - Прекрасный сад, - проговорила Амелия, осматриваясь. – Чувствуется немалая забота о нем. - Это все моя Аураниэль, - улыбнулся король. – Она с огромной любовью относится к своим растениям. Иногда я даже ревную! – и он тихо рассмеялся. В этот момент неподалеку приземлился Гринуэлл и тут же направился к Лафаэласу. - Что ж, теперь, полагаю, можно и поговорить, - произнес король. – Но для начала не мешало бы накормить гостей. Вы, вероятно, устали и голодны. Эльф хлопнул в ладоши и на траве возникла скатерть, а на ней тарелки с разнообразными блюдами. - Прямо пикник по-эльфийски, - едва слышно усмехнулся Азар. Дождавшись, пока все займут места, Лафаэлас уселся рядом с Люциусом, скрестив ноги. Король безошибочно угадал главного из делегации и был готов его выслушать. Он знал, о чем пойдет речь, и догадывался, что сейчас все куда серьезнее. Но пока не решил, стоит ли жертвовать своими воинами ради чуждой войны. Именно чуждой, ведь демону нужен лишь серебряный дракон. Так всегда было. Пусть предыдущий король и дал клятву, что эльфы всегда придут на помощь, но он, - Лафаэлас, - не обязан исполнять ее. Для него свой народ всегда на первом месте, и он не собирается посылать эльфов подобно скотине на убой. Нужна более веская причина, чем обещание, данное не им к тому же. Но когда лорд Малфой посвятил эльфийского короля в детали, тот задумался. - Сейчас все иначе, - вдруг заговорил дракон. – Раньше демон никогда не трогал магический мир, только Лоанмар. Но теперь война коснется всех, даже невинных. - И если Лоанмар проиграет, нас ожидает жизнь в постоянном бегстве и страхе, что однажды демон доберется и до моего народа, - Лафаэлас нахмурился. – Странно, что магия предпочла создать серебряного дракона, а не выбрать из ныне существующих. Люциус чуть склонил голову набок: - Ангел магии может быть связан только с серебряным драконом и ни с каким другим. - Об этом я и говорю, - сухо произнес эльфийский король. – Их, конечно, мало осталось. Трое, кажется. Или двое. Впрочем, неважно. Вероятно, у магии были причины сделать так. - Так, стоп! – не выдержал Киран. – Разве серебряные драконы не вымерли много лет назад? К тому же Арес, - взрослый Арес, - не видел их в своем будущем. - Я уверена, - взяла слово Амелия. – Что они ответили бы на зов. Серебряные всегда были самыми верными союзниками. Да и в фолианте сказано, что их больше нет. - В каком фолианте? – заинтересовался Лафаэлас, посмотрев на Даркстоун. Та пожала плечами: - Я называю его альманахом всадника. В нем описаны все драконы, их слабости и наоборот, - в чем сила каждого. Правда, лично я эту книгу не читала, мне Северус рассказывал. Люциус сжал губы. Опять Северус! Неужели Нарцисса уже надоела Снейпу, и он теперь к Амелии подбирается? Сейчас блондину хотелось убить Северуса и, будь он здесь, ему крупно не поздоровилось бы! Внезапно Малфой понял, что ревнует, и это открытие не добавило ему хорошего настроения. О чем он вообще думает? Надвигается война, а мысли аристократа то и дело возвращаются к красавице-вампиру. Ой, нехорошо! В конце концов, он уже давно не сопливый юнец, а зрелый опытный мужчина! Он Малфой! Он не должен… ох, кажется Амелия заметила, что с ним творится что-то не то. Вопросительно приподняла бровь, затем улыбнулась, а в глазах заплясали бесенята. Минуточку… да она же его дразнит! Амелия знает, что Люциус к ней неравнодушен! Неужели он забыл об осторожности и как-то выдал себя? Нет, это невозможно! Если только… ну, конечно! Вампиры – прекрасные мастера разума, они способны незаметно обойти ментальный блок жертвы и легко вторгнуться в чужие мысли. Перед тем, как Люциус отправился на дипломатическую миссию, Чарльз предупреждал его, что Амелия обожает читать мысли и подсказал, как закрыть разум от вторжения вампира. Даркстоун и с другими поделился знанием, а Малфой, занятый думами о предстоящем задании, благополучно забыл об этой детали. И если другие воспользовались помощью Чарльза, то Амелии ничего не оставалось, кроме как сосредоточиться на Люциусе. Блондин едва не застонал от осознания своей тупости. Да что, круцио твою аваду через империо, с ним творится? Когда он стал таким рассеянным? «Старею», - печально подумал Малфой. И тут он вспомнил, как недавно, во время очередного ночлега, мечтал о… ну, о не самом приличном, в общем. И объектом его фантазий являлась никто иная, как Амелия. Осознав, что дамочка наверняка в курсе всего, Малфой едва не схватился за голову. Странное чувство стыда охватило его. А потом Люциус разозлился на себя. Да, он хочет поближе узнать эту недоступную красавицу, и что? Многие мужчины его поймут! Ну, подумаешь, она знает о его тайных желаниях! Все равно Амелия рано или поздно поняла бы, что нравится лорду Малфою. Так какая разница? Наверное, даже лучше, что она заранее узнала об этом. Вздохнув, Люциус приказал себе сосредоточиться на разговоре с эльфом. Что там король говорил? Ах, да, серебряные драконы. - Значит, вы утверждаете, что серебряные все еще существуют? – холодным тоном спросил Малфой. – Тогда где же они? Лафаэлас вскинул бровь, удивленный резкой переменой в настроении блондина, но решил не заострять на этом внимание. - В фолианте ведь не сказано, что драконы вымерли? – сказал он полу-утвердительно. – Вы сами сделали вывод. В корне неверный. Они находятся в долгой спячке и ждут, когда ваш Драко их найдет. И разбудит. Они сами так решили, потому что на них велась охота. Уж не знаю, кому понадобилось истреблять серебряных драконов, но когда убили пятерых из них, вожак принял решение исчезнуть до тех пор, пока вновь не возникнет опасность демонической угрозы. Магия его поддержала и погрузила оставшихся серебряных в глубокий сон. После чего спрятала. Когда придет время, Драко отыщет это место. Я полагаю, что в том будущем, откуда пришел Арес, Драко не услышал зова из-за того, что был слишком неопытен и не мог пользоваться своей силой в полной мере. Не умел слушать. Своим появлением в нашем времени Арес уже изменил многое. И невольно оттянул дату нападения демона своим нелепым заклинанием. Он выиграл для вас несколько недель, давая время на подготовку к битве. - Не только для нас, - тихо проговорил Джейк. – Но и для вас, и для других. Мы посетили уже множество рас, и они на пути в Лоанмар, чтобы встать под знамена ангела магии и дать отпор врагу. Нам осталось убедить лишь вас в том, что не стоит отсиживаться в стороне подобно трусам. Я всегда уважал эльфов за их гордость и непокорность. За их мастерство, их историю… их мудрость. Древнее эльфов только драконы. Я всегда считал эти две расы самыми совершенными. Мальчишкой я мечтал познать эльфийскую мудрость, ибо им ведомо то, что недоступно другим. - Ты говоришь о нас в третьем лице, - заметил Лафаэлас. - Я говорю о истинных эльфах, а не о их слабом подобии, которое представляете вы! – резко бросил вервольф. – Истинный эльф настолько благороден, что сдержит обещание данное его предками! Почему же вы не ответили на зов? Почему ждали, пока мы лично придем просить о помощи? Во все времена расы без раздумий объединялись против общей угрозы! Что изменилось с тех пор? Вы отгородились ото всех. Уже никто и не помнит о том, кто такие мудрые эльфы! А ты? – повернулся Джейк к Гринуэллу. – Ты забыл свое предназначение! Да, я понимаю, что побудило тебя отказаться от долга, но не чувствуешь ли ты пустоту из-за своего одиночества? Я тоже потерял свою семью, когда на нас напали вампиры, но тем не менее я сейчас здесь, а рядом со мной сидит та, которую я считаю своим злейшим врагом! Однако вражда вампиров и вервольфов такая мелочь по сравнению с тем, что угрожает нашему миру! Так что может хватит жалеть себя, и пора подумать о другом? О том, что без помощи твоя участь ожидает и других драконов? Хотел бы ты, чтобы твои сородичи навсегда исчезли? Ты – могущественный дракон! Воин и защитник магии! Страж Лоанмара! Враги боятся твоей силы, ты представитель древнейшей расы, но сейчас… стыдись, Гринуэлл! Что сказала бы твоя пара, если б увидела в кого ты превратился? А детеныши? Ты живешь с трусливыми остроухими созданиями как зверюшка на поводке! И не отрицай, я вижу это! Волк во мне многое чует, а ведь ты наверняка за всю свою жизнь слышал немало о волчьей интуиции. В глазах дракона что-то мелькнуло, а Лафаэлас был весь бледный от гнева. Еще немного и король явно отдаст приказ вышвырнуть посланников с эльфийской территории. А то и убить… - Джейк, перестань! – зашипел Люциус, чувствуя, что ситуация обострилась. – Оскорбляя короля ты не получишь помощи… - Я никого не оскорблял, - возразил вервольф. – А лишь констатировал факт. Мы зря теряем время здесь, лорд Малфой. Разве не унизительно молить о помощи тех, кто и так обязан оказать ее? Я молчал пока мы посещали другие расы, потому что чувствовал, что стоит надавить на них и они исполнят долг. Здесь же нам делать нечего. Как бы ты не умасливал короля, какие бы доводы не приводил – он не будет воевать. И не даст нам воинов. - Я согласна с Брауном, - вставила Амелия, поднимаясь. – Зря теряем время! – затем она презрительно выплюнула. – Трусы! Этого оказалось достаточно, чтобы терпению Лафаэласа настал конец. Эльфийский король величественно поднялся на ноги, а его красивое лицо исказила злоба. - Что ж, - процедил он. – Я выслушал достаточно! Верно, я не собираюсь делать из своих воинов пушечное мясо для ангела магии. Демоны никогда прежде не замечали нас, не обратят внимания и сейчас. Я хотел вежливо отказать вам и отправить обратно, но после нанесенного оскорбления… эй, вервольф! Ты так много знаешь об эльфах! Расскажи-ка своим друзьям как мы поступаем с теми, кто не следит за своим языком! Теперь и остальные вскочили на ноги, а ассасины еще и синхронно обхватили ладонями рукоятки своих клинков, готовые отразить любое нападение. - Ты не посмеешь нас убить, - спокойно проговорил Джейк. – Иначе стражи Лоанмара дотла сожгут эльфийскую территорию, а ассасины, вампиры и вервольфы перебьют всех, кто осмелится принять твою сторону. - Маги так же примут в этом участие, - Малфой вздохнул. – Браун, вот кто тебя за язык тянул, а? Я мог бы решить все тихо-мирно. - Люциус, время играет против нас, - сказала Амелия, приняв боевую позу. – Пусть Джейк выразился совсем не дипломатическим языком, но он прав: эльфы уже не те! Честное слово, мне больше всего начинают нравиться домовые! О, подкрепление! И точно: в саду помимо личных стражников короля, которые держали гостей под прицелом стрел, появились еще эльфы. Среди них был и Гилронд. Прибывшие эльфы обнажили клинки, но не спешили нападать, ожидая приказа. Вот из-за их спин показался высокий эльф очень похожий на короля. Его сын – принц Амалайронд. Брови чуть нахмурены, а в глазах горит огонек решимости. - Достаточно, отец, - спокойным тоном произнес принц. – Отпусти их с миром. - Ты подслушивал, - сузил глаза Лафаэлас. – Тогда должен понять, почему они достойны смерти! Амелия быстро пробежалась по мыслям Амалайронда и поняла, что если не удастся решить дело миром, то прольется эльфийская кровь. Король и принц уже давно не в ладах и то, что Лафаэлас отказывается ответить на зов магии сказывается отрицательно на отношении к нему сына. Амалайронд не оставлял попыток уговорить отца исполнить долг, напирая на эльфийские честь и благородство. И сейчас Лафаэлас переходит все границы, делая только хуже. - Знаешь, отец, а я согласен с каждым словом вервольфа! – говорил тем временем принц и его слова вызвали удивление у посланников и бурю негодования со стороны короля. – Пока другие расы готовятся дать отпор врагу, мы трусливо прячемся здесь малодушно надеясь, что демоны и в этот раз обойдут наш народ своим вниманием! Ты часто рассказывал мне о величии нашей расы, о том, как мы сильны и искусны в бою! О великих королях, смело противостоявших демонам! Ты говорил о том, что со временем о нас забыли и наше величие постепенно исчезает. Да и как иначе, если ты оборвал почти все связи с магическим миром? И сейчас нам предоставлен шанс напомнить о себе, снова вписать эльфов в страницы истории! Вписать как отважных воинов сразившихся плечом к плечу с другими расами, а не как жалких трусов, которые поджав хвосты спрятались от врага, бросив самого ангела магии! Разве мы такие? Разве ради такой «славы» наши предки проливали свою кровь? Да мы даже их тени недостойны! Позор, отец! - Да как ты смеешь? – рявкнул король. – Я обязан в первую очередь заботиться о своем народе! И если ради того, чтобы сохранить жизни своих подданных, мне придется отказать ангелу магии, то… - Да это не жизнь! – сорвался на крик Амалайронд. – Это существование! Почему ты никак не хочешь понять? К тому же ты сейчас не просто отказываешься от обещания, данного еще нашим предком. Ты собираешься приказать убить посланников ангела магии! И за что? За правду, каким бы тоном она ни была сказана. Да ты представляешь, что сделают с нами стражи Лоанмара? Ассасины? Вампиры? Вервольфы? Даже маги! Убив посланников ты подставишь эльфов под удар! Совсем с ума сошел? На секунду прикрыв глаза, Лафаэлас потер пальцами виски, затем сурово посмотрел на сына: - Я никому не позволю разговаривать со мной в подобном тоне! Я король! И только мне решать, как следует поступать с чужаками! Ты обязан подчиняться мне, Амалайронд, и уважать мои решения! Даже, если не согласен с ними. А теперь иди в свои покои и подумай над своим поведением. Позже мы поговорим о твоем наказании! – и король перевел взгляд на посланников, уверенный в том, что сын его послушается. Эта уверенность взбесила принца, и он сделал то, чего сам от себя не ожидал. Чего уж говорить об остальных. Эльф подошел к посланникам и гордо выпрямившись с вызовом посмотрел прямо в глаза отца. - В таком случае тебе придется убить и меня! – твердо сказал Амалайронд. Эльфы опешили и даже опустили луки, ибо негоже держать под прицелом эльфийского принца. Амелия и Люциус удивленно переглядывались, Джейк с уважением смотрел на принца, а ассасины напряглись. Неизвестно как поведет себя Лафаэлас в такой ситуации. Он может сдаться перед упрямством сына, а может и объявить предателем. Попробуй, например, Азар предъявить такой ультиматум Фалаару, - сразу получил бы на орехи! Но Фалаар - не эльфийский король, а Азар - не его сын, так что может еще не все потеряно. Тем временем выражение лица Лафаэласа превратилось в непроницаемую маску, а голос обрел ледяные ноты: - У тебя последний шанс, Амалайронд. Неужели ты готов умереть вместе с ними? - А ты неужели готов убить своего единственного сына? – парировал принц. – Впрочем, знаешь, отец, это неудивительно. Ты никогда не любил меня. Уж не знаю, чем я так досадил тебе, - может, одним своим появлением на свет, но… - Ты действительно так думаешь? – странным голосом перебил король. – Что ты безразличен мне? - А разве это не так? – усмехнулся Амалайронд, но не стал развивать тему. Слишком больно было от этого. В глазах Лафаэласа мелькнуло нечто похожее на грусть, но он тут же взял себя в руки. На самом деле эльфийский король понимал, что его сын во многом прав. Кроме одного: отец его любит! Еще как любит! Только старается не показывать этого, играя роль строгого отца. Король считал, что излишнее внимание может избаловать принца, а ему хотелось, чтобы его сын вырос сильным и независимым. Что ж, такого и получил. Даже бонусы прилетели: ослиное упрямство и желание спорить с отцом по поводу и без. А так же периодическое оспаривание королевского авторитета. Иногда Лафаэлас ощущал сильное желание придушить наглого эльфеныша. Например, сейчас! Вот кто просил его вмешиваться? Король тяжело вздохнул, мысленно помянув Амалайронда нехорошим словечком. Дав стражникам приказ спрятать оружие, Лафаэлас подошел к Люциусу и глухо проговорил: - Эльфы явятся на зов! Даю слово эльфийского короля!