Изменить

Ему опять снился кошмар и он застонал: — Лань Чжань… Из-за ритуала и множества ужасных воспоминаний, Вэй Усянь стал в разы чаще страдать от кошмаров, ведь теперь у него в запасе имелась куда больше страшных моментов, которые напоминали о себе стоило ему только закрыть глаза, и погрузиться в неглубокий, полный кошмаров сон. Они мучали его каждую ночь и в них не редко смешивались обе его жизни. Так-то, ему и в этой жизни хватило боли, которая не забудется никогда, но теперь стало в разы хуже. В эту ночь ему приснился кошмар о его настоящей жизни, об их с Лань Чжанем ссоре во время Аннигиляции Солнца, когда тот вернулся в качестве Тёмного Нефрита. То был один из самых болезненных моментах для него, и он часто снился ему ещё до проведения ритуала. Они шли уже второй день, и Усянь весьма ярко ощутил насколько слабее стало его тело. К тому же, как оказалось — рана затянулась ещё недостаточно, и спустя несколько часов ходьбы начинала давать о себе знать, отдаваясь тупой болью в груди. Поэтому по настоянию Лань Чжаня они решили взять какой-нибудь ездовое животное, а пока что делали привал, раз в те самые несколько часов. И сейчас, оперевшись спиной о ствол дерева Вэй Усянь, убаюканный шелестом листвы, пением птиц невольно заснул, пока Лань Ванцзи отошёл к ручью текущему неподалёку чтобы пополнить запасы воды. А вернувшись он обнаружил спящего под деревом Усяня и сперва даже умилился такой картине, пока подойдя поближе не обнаружил что лицо Вэй Ина исказила гримаса боли, на лбу выступил холодный пот — ему снова снился кошмар. Опустившись на колени перед Вэй Усянем он увидел как по лицу Вэй Ина скатилась одинокая слеза и тот прошептал: — Лань Чжань… — Вэй Ин. Вэй Ин! Нежный и в тоже время взволнованный голос, вырвал его из кошмара и заставил открыть глаза. Перед собой он увидел лицо Лань Ванцзи, и тот выглядел очень обеспокоенно. — Лань Чжань… — выдохнул тот едва не всхлипывая и уткнулся ему в ханьфу. — Вэй Ин, все хорошо. Я рядом. Я рядом, — говорил Нефрит поглаживая любимого по спине. Он не стал спрашивать что за кошмар ему приснился, просто потому что знал что Вэй Ину сейчас нужно не это — нужно просто показать что он рядом с ним. Лань Чжань винил себя во всем происходящим, и особенно, в произошедшем с Вэй Усянем. Уже когда небо приобрело багровый оттенок и украсилось первыми звёздами, они добрались городка Цай И. Вэй Усянь теперь гордо восседал на осле которого они взяли в одной из деревень попавшихся на пути, Лань Чжань же спокойно вёл животное за поводья наслаждаясь этим милым моментом. Ни в прошлой жизни, ни в этой, Вэй Ин не был здесь со времён обучения, и сейчас шествуя по красивым улочкам вечернего города, он в ещё большей мере понял, как скучял по тем счастливым и беззаботным временам их юности. Он бросил взгляд на идущего рядом Лань Ванцзи и увидел в его глазах туже печаль. Только Вэй Ин собирался что-то сказать чтобы отвлечь его от грустных мыслей, как вдруг Тёмный Нефрит внезапно повернул в сторону какого-то постоялого двора. — Лань Чжань, куда ты идёшь? — удивительно спросил Вэй Усянь. — Стоит поесть. Вэй Ин хотел было возразить, но немного подумав согласился: — Да, ты прав. Мы со вчера не ели, и не известно что нас ждёт дальше. Перекус не будет лишним. Но про себя подумал «Хотя в нашем случае большое на последнюю трапезу смахивает». Почему то эта мысль показалась ему забавной. Он хмыкнул. Осла которому Вэй Ин уже успел дать имя «Яблочко» они поручили работникам постоялого двора, которого те отвели в стойло. Зайдя внутрь и сев за столик, они заказали еду, у несчастного и явно уставшего от длинного рабочего дня официанта. Достав деньги Лань Чжань заказал: себе простой рис, а Вэй Ину со специями, и жареные овощи. После чего по просьбе Усяня попросил острый соус и кувшин «Улыбки Императора». В ожидании заказа Вэй Усянь задумчиво смотрел в окно на закатное небо стремительно приобретающие темный оттенок. Вино принесли раньше и он начал не спеша его пить. — Лань Чжань, — позвал он. — В чём дело? — Как ты думаешь всё обойдется или… — он не договорил печальным взглядом уставившись в стену. Перед глазами встал Безночный город, реки пролитой им крови, мёртвое тело его шицзе, полные боли и ненависти глаза Цзян Чэна и смерть, смерть, смерть! — Просто знаешь, они ведь совсем не изменились а как говорят: «То что случилось однажды, случится и дважды.» И я боюсь как бы все не повторилось. Лань Ванцзи слушал его и ему всё больше хотелось дать себе пощёчину. Это всё его вина! Если бы не он, Вэй Ин не пережил бы всех тех ужасов, не был бы сейчас в опасности, у него было бы счастливое будущее которого он заслуживал как никто другой. — Понимаешь, Лань Чжань за себя я не переживаю, я уже умирал так что этого я не боюсь. Но я боюсь за тебя. И мне бы очень не хотелось потерять тебя едва обретя. Я люблю тебя Лань Чжань и не хочу чтобы ты повторил мою судьбу. Говоря это Вэй Ин заметил что вино в кувшине заканчиваются. «Неужели я так быстро начал пьянеть, что меня на откровенности потянуло? Ладно, допью этот кувшин и всё, а то впереди ещё долгая ночь.» — Вэй Ин, я буду рядом. Я не уйду. Обещаю. — Не правда! Ты хотел уйти один. Когда прочёл письмо, ты хотел уйти один! — Вэй Ин, я… — Лань Чжань, пожалуйста просто пообещай мне что больше так не поступишь, ладно? — Обещаю. Честно говоря, это обещание он дал и не полностью осознавая всю его глубину. Лань Ванцзи с детства чувствовал себя одиноким. И когда он ступил на путь тьмы и ушел на гору Луаньцзан, не считая жизни в ордене, он мало чего лишился. Несмотря на то что Вэй Ин, вопреки его просьбам, продолжал приходить, его визиты грели душу, и Лань Чжаню каждый раз хотелось чтобы он остался. Но он понимал что они слишком разные, у них разные дороги, и Вэй Усянь следовал широкому светлому пути, а он шёл по кривой дорожке пути тьмы. Лань Ванцзи считал что, в конце концов его путь просто всегда был слишком узок для двоих, тем более для такого яркого, светлого, необъятного человека каким был Усянь. И давно смирился с тем что никогда не обретёт своё счастье, он просто не заслуживал этого счастья. Но теперь его возлюбленный всё же разделил с ним его путь. Более того, оказалось что при других обстоятельствах ситуация могла повернутся так что поменяла бы их местами, но всё равно оставила по разные стороны. И сейчас Вэй Ин каким-то чудом смог изменить это, поэтому Ванцзи решил для себя что, раз уж боги подарили ему такой шанс, он ни за что его не упустит. — Судя по хронологии событий мы прийдём чуть позже чем пришли тогда Вэни, но раньше чем я. Так что я полагаю: на три тысячи закленателей приносящих клятву, мы не наткнемся. — начал размышлять Вэй Усянь. — Но это не значит что нам наверняка удастся избежать битвы. Поэтому, прошу тебя Лань Чжань, будь осторожен и не действую в одиночку. Если с тобой что-то случится я этого не переживу. — Вэй Ин, я… я буду осторожен. Обещаю. Но и ты береги себя. Я тоже не хочу тебя потерять, — ответил он. Вэй Ин на секунду замер а потом улыбаясь сказал: — Лань Чжань, Лань Чжань почему ты такой прекрасный? — Вэй Ин прекраснее, — в свою очередь ответил он. Усянь звонко рассеялся. И смотря на весело смеющегося любимого, Темный Нефрит не удержался и тоже улыбнулся. Вскоре принесли заказ и они приступили к трапезе, за которой Лань Ванцзи как всегда молчал а Вэй Усянь болтал не затыкаясь. Оба не сговариваясь решили сполна насладиться этим вечером, ведь предстоящая ночь должна была быть тяжёлой и могла стать для них последней.