The Truth Untold

Телефон Сокджина громко зажужжал в его кармане, отвлекая его от сосредоточенности на хореографии, которую он и участники отрабатывали.Он вытер пот со лба и достал из кармана телефон. Все остальные тоже остановились, любопытствуя, кто звонит. Джин проверил идентификатор звонящего. Входящий звонок ~ Юнги-чи —Хм, это Юнги, - медленно сказал он, прежде чем ответить. Он не удивился, увидев, что это был Юнги - он сказал им, что у него сегодня есть что-то важное, и спросил его, может ли он пропустить тренировку. Просто Сокджин с самого начала испытывал странное чувство по поводу всего этого, ощущение тяжести в животе. —Привет, Юнги! Что случилось?- сладко спросил он. —Привет, Хён, если все с тобой, ты можешь включить динамик? —Конечно ... одну секунду, - медленно сказал Джин. Он нажал кнопку динамика на своем телефоне. —Хорошо, можешь говорить. Звук, как Юнги прочищает горло, затем его нежный, но грубый голос разносился по комнате для тренировок. —Привет, ребята ... сегодня все будут дома к ужину? Все ответили утвердительно. Юнги продолжил: —Ладно, я куплю все, что вы, ребята, захотите. У меня ... есть кое-что, о чем я хочу поговорить со всеми вами. ... Я люблю вас, ребята. Звонок был прерван прежде, чем кто-либо смог сказать что-либо еще. И все они молчали, моргая в пол. —Как вы думаете, о чем он хочет поговорить?- рассеянно спросил Тэхён. И никто не ответил. Но через мгновение Хосок вырвался из этого и заставил всех вернуться к тренировкам. Но даже несмотря на то, что никто этого не сказал, все они чувствовали в глубине души чувство страха, смешанного с тревогой. Так было и до конца дня, никто из них не впитывал в себя какие-либо сложные движения хореографии, их умы были там, но тоже далеко. *** Даже сейчас, когда они сидели в ожидании ужина, о котором все договорились - Теоккбокки, - все они чувствовали укол беспокойства в глубине живота. Чимин заговорил первым за несколько часов. —Может, он просто хочет поговорить с нами о проекте, над которым работает, или о чем-то еще, - неуверенно сказал он. —Ага, - рассеянно сказал Хосок. Больше никто не сказал ни слова, пока через пару минут не услышал, как открылась входная дверь. Голос Юнги разнесся по общежитию: —Ужин здесь! Все встали, чтобы помочь с сумками, сразу же скрывая озабоченность на лицах. —Вау ... он так хорошо пахнет! У меня текут слюнки, - воскликнул Чонгук. Все они сели, притворившись голодными, хотя на самом деле все просто хотели знать, что происходит. Просто хотел убедиться, что с Юнги все в порядке. Они продолжили есть как обычно, рассказывая о забавных вещах, которые Тэхён делал во время тренировки, или о шутливой отцовской шутке, которую Джин рассказал тем утром. Хотя, несмотря на все это, каждый в глубине души знал, что нужно поговорить о чем-то серьезном. И поэтому после того, как еда закончилась - когда были съедены все, каждый кусок лапши рамэн и каждый рисовый пирог, Сокджин откашлялся. —Итак, Юнги-а, о чем тебе нужно было с нами поговорить? - мягко спросил он. Лицо Юнги выскользнуло из приторной улыбки, и на мгновение он замолчал. —Да ... Я сегодня ходил к врачу ... Желудок Сокджина резко упал. —... Мне сделают операцию на плече». Конечно, все знали, что Юнги всегда боролся со своим плечом - Юнги временами не мог поднять руку, и от такой сильной боли каждый из них, в некотором роде, не мог видеть. Все сразу же завалили его вопросами об операции, но в основном о том, как он себя чувствует и нужно ли ему что-нибудь. Все это Сокджин слышал, но никак не мог отреагировать. Его сердцебиение ускорилось, чувство жара распространилось по груди и спине, отчего его кожа покалывала от пота. "Что, если что-то пойдет не так? Что, если что-то пойдет не так, и Юнги ..." —Хён ... ты в порядке? Тихий голос Намджуна вывел Сокджина из его мыслей. Он поднял глаза, на секунду обдумывая вопрос, который ему задали. —Э ... да, я ... я в порядке. Я просто ... Его предложение осталось незавершенным, когда он посмотрел на Юнги, который слушал ободряющие слова всех о том, как они были рады, что он, наконец, решил вылечить свою давнюю болезнь, и что они желали ему всего наилучшего. И Сокджин не мог с этим не согласиться. И все же он просто не мог избавиться от этого всепоглощающего чувства страха. —Ты уверен, что с тобой все в порядке, Хён? - нахмурившись, спросил Намджун. Сокджин кивнул и посмотрел на свои руки, глаза Намджуна просверлили дыры на его затылке. —Джин-Хён? Ты в порядке? Ты не сказал ни слова ... На этот раз голос был Юнги. Джин тут же вскинул голову, встретившись с встревоженными глазами молодого человека. Он не должен волноваться. —Я в порядке, Юнги, только немного устал. Не надо обо мне беспокоиться. Юнги только кивнул и улыбнулся, выглядя не убежденым. Джин знал, что участники этого не обманет. Он бы даже не купился на это, если бы это сказал кто-то из других. Но пока этого достаточно. Джин встал. —Я ... пойду в душ. Спокойной ночи, ребята. Спасибо за ужин, Юнги, это было здорово. Все пожелали ему спокойной ночи, и он повернулся, чтобы уйти, но остановился на полпути к лестнице. Он оглянулся. —Юнги-а, я действительно рад за тебя, - сказал он, нежно скривив губы.Юнги улыбнулся в ответ. —Спасибо, Хён. После этих слов он поднялся по лестнице. *** Сокджин порылся в ящиках в поисках своей любимой пижамы.Его руки дрожали, и он снова сел на колени, глубоко вздохнув. Он не знал, что делать со своими эмоциями.Он был так ... встревожен. Он знал, что ему не следовало вести себя так, как он себя внизу. Но он просто ничего не мог с собой поделать. Все захлестнуло его, и он просто не знал, что делать. Он оставил ящики комода открытыми и сел напротив кровати. Его дыхание и сердцебиение ускорились, мысли закружились в его голове. Мысли о разных сценариях, которые могут произойти. Мысли о том, что они будут делать, если операция не удастся, как они будут действовать вместе и, прежде всего, как это повлияет на Юнги. В дверь постучали. —Хён? Могу я войти? *** Юнги вошел в парадную дверь, держа в руках две упаковки токбокки из лучшего ресторана, который он знал. Чонгук сразу же встретил его, сказав, что еда пахнет потрясающе, и Чимин и Тэхён помогали ему с сумками, когда все они сели за журнальный столик в гостиной, чтобы поесть. После того, как все закончили и убрали стол, Сокджин откашлялся. —Итак, Юнги-а, о чем тебе нужно было с нами поговорить? Живот Юнги слегка перевернулся, и его улыбка упала. —Я сегодня ходил к врачу ... Его взгляд упал на Джина, который заметно напрягся при этих словах. —... и мне сделают операцию на плече. К настоящему времени лицо Сокджина побелело, и у Юнги не было времени спросить его, что случилось, как его засыпали вопросы от других участников. —Хён, когда это запланировано?- спросил Намджун. —Через два дня в четверг, - ответил Юнги. Тэхён печально надулся: —Итак, Хён, это означает, что ты не сможешь посещать мероприятия и проводить с нами акции? Юнги кивнул, мягко нахмурившись. —Врач сказал, что на выздоровление уйдет как минимум несколько месяцев, поэтому я не смогу что-то делать со всеми вами, что меня немного расстраивает. Но это мне очень поможет в будущем, так что я готов сделать это, если это означает, что я буду лучше проводить время со всеми вами позже, когда я исцелюсь. Все кивнули. Несколько мгновений спустя участники начали говорить, как гордятся им за то, что он наконец решил исправить его плечо. Все это Юнги воспринял как милый хён, но его внимание было также обращено на Джина, который едва произнес полпредложения с тех пор, как они начали говорить об операции. И его лицо все еще было белым, как снег, кровь уже полностью сошла с его щек. Он слышал, как Намджун что-то шептал ему, а Джин что-то шептал ему в ответ. Юнги подождал секунду, а затем решил спросить Джина, что случилось. —Хён? Ты в порядке? Ты не сказал ни слова ... Джин взглянул так быстро, что Юнги съежился при виде этого. —Я в порядке, Юнги, только немного устал. Не надо обо мне беспокоиться. Юнги не был уверен, что он «просто устал» - Джин никогда не вел себя так, если что-то не было не так. Но Юнги только улыбнулся и кивнул. Сокджин внезапно встал, и Юнги заметил, как блестит пот на его лбу. —Я ... пойду в душ. Спокойной ночи, ребята, спасибо за ужин, Юнги, это было здорово, - сказал он дрожащим голосом. —Хорошо, спокойной ночи, Хён. Джин остановился и оглянулся на участников. —Юнги-а, я очень рад за тебя. —Спасибо хён. Когда Джин повернулся, улыбка Юнги упала. Что-то было определенно не так. Когда Сокджин был вне поля зрения, Техён вздохнул. —Кажется, Джин-хён ... устал, ребята?, Спросил он, озвучиваю мысли Юнги. —Да, он немного сделал, - ответил Намджун, а остальные члены согласились. Юнги почесал заднюю часть шеи, у него было тревожное чувство в груди. Джин злился на него, за то что он решить пойти на операцию? Он не думал, что Джин так отреагирует. Он просто должен поговорить с ним об этом. И как второму старшему, он чувствовал, ответственность за это. —Ребята, я собираюсь поговорить с Джин-хёном. —Это мило с твоей стороны, Юнги , - сказал Хосок. Участники все встали и начали здавливать Юнги в тёплое объятия, успокоив его. Он был благодарен за их добрые слова, и потом почувствовал себя более спокойнее, когда поднялся по лестнице. *** Юнги стоял у двери Джина, кулак завис в стороне от дерева, в нерешительности.Наконец он трижды мягко постучал. —Хён? Могу я войти? На несколько долгих мгновений воцарилась тишина. Затем, наконец, он услышал напряженный голос своего хёна из-за двери. —Открыто. Юнги медленно опустил ручку и открыл дверь. Когда он вошел в комнату, его взгляд упал на Джина, который сидел на полу, прислонившись спиной к кровати, подтянув колени к груди. Его лицо было опущено, руки обвились вокруг ног. Юнги откашлялся. —Хён ... могу я с тобой поговорить? Сокджин кивнул, слегка наклонив голову, что Юнги почти не заметил. Он закрыл за собой дверь и подошел к старшему, соскользнув вниз, чтобы сесть рядом с ним на полу. После нескольких долгих секунд молчания Юнги заговорил. —Хён, что случилось? Я знаю тебя и не думаю, что ты просто устал, - спросил он самым мягким тоном. Сокджин ничего не сказал, его глаза не отрывались от пола.Юнги попробовал еще раз. —Хён ... ты ... ты, может, ... сердишься на меня? За то, что решил пойти на операцию? Это привлекло внимание старшего, когда он быстро повернулся к Юнги с выражением вины. —О, боже, нет! Никогда не думай об этом, Юнги! Я никогда не смогу злиться на тебя из-за чего-то такого! Юнги вздохнул, наполовину с облегчением, наполовину смущённо. —Тогда что случилось? - мягко спросил он. Сокджин тоже вздохнул, его взгляд снова упёрся в пол. —Просто ... Я ..., - Он снова вздохнул. —Хён, все в порядке, ты можешь мне сказать,- терпеливо поддержал Юнги. Джин глубоко вздохнул и продолжил. —Я просто ... Я волнуюсь за тебя ... Конечно. Почему Юнги об этом не подумал? Конечно, Джин волновался. Конечно, этот теплый, милый, добросердечный человек будет волноваться. Конечно. Сокджин, не поднимая головы, продолжал говорить, глядя себе на колени. —Я беспокоюсь обо всем, что может случиться, обо всем, что может пойти не так. Мой разум продолжает ... постоянно возвращаться к одному сценарию. Это как ... что, если операция не удастся? Что если ... что, если ты ... если ты не сможешь ... Я п-просто ... Приговор Сокджина был прерван, когда он судорожно вздохнул, его горло сжалось. Юнги мягко вздохнул, прежде чем взять руки Сокджина в свои, большими пальцами нежно коснувшись спины. Джин взглянул на него, и Юнги увидел, как глаза старшего начали блестеть в мягком свете комнаты, его губы слегка дрожали. Слезы угрожали пролиться, когда его дыхание перехватило рыдание. —О, Хён, - мягко сказал Юнги, повернувшись к Джину и обвив руками его талию, заключая его в объятия. Старший спрятал лицо в плече Юнги, его дыхание снова сбилось, а прерывистое дыхание превратилось в приглушенные рыдания. —Шшш ... - успокаивал Юнги, медленно водя рукой вверх и вниз по спине Джина. Вторую руку он положил на шею, теплые и успокаивающие пальцы касались кожи. Сокджин так крепко сжал Юнги, что Юнги подумал, что позже он может увидеть синяки. —Пожалуйста ... я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Юнги не знал, что еще делать, кроме как обнять Сокджина так же крепко, как он боролся со слезами. Он не знал, что еще делать, из-за невыразимой правды: Юнги тоже беспокоился о своей операции. Он так волновался. Но он не мог позволить Сокджину знать об этом. По крайней мере, пока. Он глубоко вздохнул. —Хён, доктор сказал, что у операции очень низкий процент неудач. Почти ноль. Так что, пожалуйста, не волнуйтесь. Сокджин пытался слушать Юнги. Он пытался убедить себя, что все будет хорошо. Он изо всех сил старался, но ничто не могло компенсировать мучительное чувство страха в его груди. Это было почти физически больно, и он просто не мог отпустить. —Но откуда мне это знать? Как я буду уверен, что ты будешь в порядке? —Эй, эй, со мной все будет хорошо. Все будет хорошо,- тихим шепотом заверил Юнги. Он отстранился от объятий и схватил лицо Джина руками. —И ты знаешь, как ты можешь быть уверен? Потому что ты будешь со мной. Вы все будете. Хорошо? Джин фыркнул и кивнул, пытаясь сдержать новый поток слез. Юнги тепло улыбнулся и нежно убрал потную челку со лба Сокджина. От нежного восхищения в глазах Юнги у Джина снова сжалось горло, и он не смог сдержать слезы. —Спасибо, что заставил меня плакать, - сказал Юнги напряженным голосом. Он погладил щеку старшего большим пальцем, пока его собственные слезы упали. Сокджин попытался что-то сказать в ответ, но его голос прозвучал как писк из-за большого комка в горле. Они оба захихикали, и Юнги снова заключил Джина в объятия, массируя заднюю часть его шеи, чтобы снять напряжение. Похоже, это немного помогло, Джин выдохнул ровно, а его слезы замедлились через пару минут. Юнги вытер рукавом лицо, затем отстранился, чтобы сделать то же самое с Джином. —Фу, нет. Это мерзко, - сказал Джин, когда младший умылся. —Шшш, - сказал Юнги. Внезапно по комнате раздался громкое урчание, и глаза Юнги расширились. —Хён, ты ничего не ел весь день? Сокджин опустил глаза, его щеки вспыхнули от громкого звука, который только что издал его живот. —Хорошо, как насчет того, чтобы я помог тебе найти эту пижаму, а потом ты пойдешь, можешь принять душ? А потом я могу подогреть для тебя немного оставшихся ттоккбоки. Джин кивнул, затем нахмурился, когда они оба встали. —Подождите, как ты узнал, что я ищу свою пижаму? Юнги фыркнул. —Серьезно, Хён? Он указал на тонны одежды, вываливающиеся из ящиков комода. Джин только пожал плечами, надув губы. Им потребовалось всего около тридцати секунд, чтобы найти указанную пижаму, поскольку она буквально была там, где Джин смотрел десять раз. Юнги мягко похлопал Джина по руке, прежде чем повернуться, чтобы выйти. —Подожди!- сказал Джин, останавливая его. Юнги повернулся, приподняв брови. —Я ... мне очень жаль. Мне жаль, что я заставил тебя думать, что я зол на тебя. Юнги улыбнулся, но не своей обычной липкой улыбкой, а слегка приподнял губы, и заключил Джина в еще одно быстрое, но теплое объятие. —Все в порядке, Хён. Не беспокойся об этом. Джин заколебался, затем кивнул, растворяясь в Юнги. *** Когда Сокджин вышел из ванной в своей любимой пижаме и с полотенцем на шее, он почувствовал сладкий аромат токкбокки, и его рот наполнился слюной. Хотя было уже поздно и он устал, его желудок требовал еды. Он спустился по лестнице и, выйдя на кухню, увидел, что Юнги ставит небольшую сковородку ттокбокки на стол, как он и обещал. —Остальные легли спать. Я дал им знать, что с тобой все в порядке. —Спасибо, - прошептал Джин. Он сел за стол и принялся есть всю сковороду ттеокбокки. *** Когда Сокджин закончил есть, он не смог бы отрицать тот факт, что не хотел ложиться спать одному. И Юнги знал это. Итак, Сокджин глубоко вздохнул и положил голову на подушку. Он был совершенно истощен после долгого дня физического и умственного напряжения. Но он был рад, что поговорил с Юнги - он не думал, что иначе смог бы заснуть. Небольшой свет в углу комнаты внезапно погас, и через несколько секунд Джин почувствовал, как кровать проваливается за его спиной. Тяжелое, комфортное тепло обрушилось на спину Джина, когда он почувствовал, как руки Юнги обвивают его талию, а щека Юнги прижимается к его шее. Он улыбнулся, закрыв глаза, звук дыхания Юнги и ритм биения сердца Юнги у его спины убаюкивали его блаженным сном. «Спокойной ночи, Хён ... Я люблю тебя». *** Джин крепко схватил Юнги за руку, у которого обычно бледное лицо было еще бледнее. —Помни, ты будешь рядом со мной все время, даже если это будет прямо за дверью, - прошептал Юнги с искренним взглядом. Сокджин глубоко вздохнул: —Хорошо, я знаю. Я всегда буду с тобой. На губах Юнги появилась легкая улыбка, и он похлопал старшего по руке. —Хорошо. Теперь я люблю тебя, но теперь ты должен отпустить мою руку. Сокджин нервно усмехнулся и отпустил руку Юнги как раз вовремя, чтобы доктор вошел и объявил, что они готовы. Присутствовали и другие участники, все они желали Юнги успешной операции и отдали ему всю свою любовь и поддержку. Итак, доктор начал выкатывать кровать из комнаты. —Увидимся, ребята! Не беспокойтесь обо мне, я буду в порядке! - крикнул Юнги, когда дверь за ним закрылась, и небольшая отдельная комната, которую больница так великодушно разрешила им использовать для уединения, осталась в тишине. Сокджин вздохнул. *** Немного позже... Шесть участников сели на удивительно удобные стулья в зале ожидания. Можно сказать, что мы терпеливо ждем, но эта деталь, похоже, исчезла немного раньше - тело Тэхёна медленно скользило все дальше и дальше по его стулу, а Чонгук физически лежал на полу, утверждая, что сидеть на стуле было скучнее, чем сидеть на холодном полу. Единственным, кто не сидел в какой-то неловкой позе, был Сокджин. Но, наконец, дверь открылась, и вошел доктор, который разговаривал с ними ранее. —Всем привет. Итак, хорошие новости: операция вашего друга прошла успешно. Все вздохнули с облегчением, и Сокджину показалось, что он может заплакать. —Как он сейчас? Можем ли мы его увидеть? Это Намджун задал вопрос. Врач кивнул: —Он спит, но сейчас он проснется, так что я полагаю, вы можете его увидеть. Он вышел из дверного проема, чтобы пропустить их, и повернулся, чтобы уйти. Но Джин положил руку ему на плечо, останавливая его. —Большое вам спасибо, доктор. Доктор улыбнулся. —Конечно. В любое время. И он предоставил их самим себе. Когда Джин вошел в комнату, ему показалось, что с его груди сняли тяжесть - Юнги, рука которого была на перевязке, не спал, и все в порядке, и все уже говорили с ним и смеялись. Чонгук, сидевший на кровати рядом с ним, нежно обнял забинтованное плечо своими теплыми руками, едва касаясь его. —Мне жаль, что тебя раньше ранили, левое плечо Юнги-Хёна. Но теперь ты поправишся, и скоро ты будешь как новенький! Участники нежно посмеивались над добрыми словами Чонгука в адрес Юнги, и макнэ закончил сладким:—Я люблю тебя,-и нежно поцеловал повязку Юнги. Юнги сладко улыбнулся и похлопал Чонгука по щеке. —Тебе сейчас сильно больно, Хён? - нахмурившись, спросил Чимин. Юнги покачал головой и нежно взъерошил Чимину волосы: —Не слишком сильно, Чимини. Просто легкая боль. Участники продолжали говорить и задавать вопросы, но Сокджин просто стоял и смотрел, как на него нахлынуло чувство покоя. Через некоторое время он подошел к Юнги и обнял своего старшего донсэна как можно нежнее. Он приблизил лицо к уху Юнги и едва сдерживал слезы. —Спасибо. За сдержанное обещание, - хрипло прошептал он. —Нет, Хён. Спасибо, что поверил в меня и остался со мной, - прошептал Юнги в ответ. Он повернул голову и нежно поцеловал Сокджина в щеку.