Притягательный

Кромешная темнота спальни прятала в своих объятиях лежащую на кровати пару, едва различимую в слабом золотом свечении. Всё ещё пытаясь перевести дух, Чайлд вглядывался в потолок и прислушивался к тяжёлому дыханию лежащего рядом Чжун Ли, столь же измотанному их ночными утехами. Притянув бывшего Гео Архонта поближе, он заботливо опустил его голову на свою грудь, цепляясь взглядом за мерцающие, словно маячки, кончики его волос. Невольно Чайлд тянется к светящейся пряди, аккуратно перебирает её пальцами, смотря на отбрасываемые на кожу золотые блики. В такие моменты ему остаётся только гадать, как же вышло так, что Чжун Ли, некогда бывший Архонтом Ли Юэ и Богом Контрактов, оказался у него в руках. Всё ещё было свежо воспоминание о том шоке, что он испытал, узнав, что Чжун Ли — тот самый Архонт, которого по заданию он должен был ликвидировать; и о том горьком чувстве предательства от осознания, что его так легко обвели вокруг пальца. Но это всё уже не более чем пережитки прошлого. С того момента прошло несколько месяцев, за которые Чайлд успел простить ему эту выходку, и в течение которых они перешли на новый уровень отношений, начав по-настоящему встречаться. Чжун Ли действительно повезло, что хороший секс помогает Чайлду скорее забывать все обиды. Тем не менее иногда ему не удаётся отделаться от чувства несправедливости, словно тот факт, что Чжун Ли с ним, абсурден и в корне неверен, будто бы где-то в Селестии допустили ошибку, позволив им быть вместе. Поглаживая его по волосам, Чайлд время от времени бережно прочёсывал отдельные пряди, спутавшиеся после бесчисленного количества раз, когда они занимались сексом за эту ночь. Сердце в груди каждый раз заходилось в бешеном ритме от одной только мысли, что в его объятиях бывший Гео Архонт так спокоен. Умиротворён. — Сяньшэн, — прошептал Чайлд, — Вы не спите? Чжун Ли чуть шевельнулся, поднимая голову и заставляя Чайлда провалиться в янтарную бездну его светящихся в темноте глаз. — Хм… нет. — Мне стало любопытно… у Вас были любовники до меня? Брови Чжун Ли в удивлении приподнялись, губы приоткрылись, но он продолжал молчать. Даже таких незначительных перемен хватило для того, чтобы Чайлд понял, насколько неожиданно прозвучал его вопрос, что и понятно, ведь он сам от себя не ожидал, что эти слова сорвутся с языка. В течение последующих нескольких минут Чжун Ли не проронил ни слова, и Чайлд уже было начал сожалеть о том, что тогда открыл рот. Всем известно, что любой вопрос про бывших — прямая дорожка к неприятному разговору. Приподнимаясь на локти, Чжун Ли ни на секунду не отрывал пристального взгляда от лица парня. — Всё зависит от того, что в твоём понимании значит «любовник». Правильно я полагаю, что мы состоим в романтических отношениях? — Надеюсь на это, — с улыбкой отозвался Чайлд. — Хм-м, в прошлом у меня были любовники, но это не были какие-либо подтверждённые отношения… — О, но вы спали с ними? — Да, с некоторыми, — кивнул Чжун Ли, — и я испытывал к ним сильные чувства, даже при том условии, что в те времена моё понимание эмоций было несколько ограничено. Переваривая услышанные слова, Чайлд вновь устремляет взгляд в потолок. Стоит признаться, он не ожидал такого честного ответа. Да, конечно, он прекрасно знал, что Чжун Ли более шести тысяч лет, и ему не нужно было с самого начала удивляться тому, что у мужчины за всё это время кто-то был… Но всё же даже сама мысль о том, что кто-то прикасался к бывшему Гео Архонту до него… В порыве ненужной ревности руки Чайлда стискивают талию Чжун Ли слишком сильно. И парню остаётся лишь негодующе вздыхать, не находя слов. Чжун Ли бережно обхватывает ладонями его лицо, притягивая поближе к себе и заставляя посмотреть в глаза. — Ты удивлён? — Немного, — нехотя признаётся Чайлд, — но, полагаю, я должен был ожидать этого, ведь Вам более шести тысяч лет, и в Вашей жизни однажды должен был кто-то появиться. — Прошло уже довольно много времени с тех пор, как я был не одинок. Здравый смысл подсказывал ему закрыть эту тему, но, к сожалению, здравый смысл и Чайлд — две вещи, редко идущие рука об руку. — С кем? — спросил он и в тот же миг пожалел об этом, но уже было поздно отступать. — С кем… Вы спали до меня? И вновь Чжун Ли выдерживает некоторое время перед ответом, всматриваясь вдаль, словно пытаясь отыскать ответ на стене. — Аждаха, — пробормотал он и замолчал, поднимая взгляд на Чайлда, — и Осиал… — Осиал?! — Чайлд закашлялся, словно пытаясь прикрыть собственное недовольство. — Прости, но… Осиал? Я думал, вы враждовали. — Начинали мы не как враги, — со вздохом ответил Чжун Ли. Оправляясь от шока, Чайлд вспомнил ещё одно названное, но неизвестное ему имя. — А второй это кто? — Аждаха, — тихо ответил адепт. — Он был Королём драконов. — Был Королём драконов, — словно напоминая самому себе, он подчёркивает факт о том, что он, как и Осиал, уже давно канули в небытие. А правда, чего он ожидал, задавая такой вопрос? Осиала? Какого-то Короля драконов? Ему всего лишь хотелось вдумчиво подходить к их отношениям. Сейчас же он знает, что этих двоих уже нет, а значит, они не станут угрозой. Но всё же Чжун Ли — единственный человек, с которым у него завязались серьёзные отношения, но ему никак не удаётся свыкнуться с этим. Чайлд изо всех сил старается не ревновать и не перегибать палку в попытках защитить его, ведь прекрасно знает, что бывший Гео Архонт в состоянии самостоятельно со всем справиться, но это ненавистное чувство неуверенности в себе, словно червь, поселилось в сердце. — Их уже нет, — запоздало проговорил Чжун Ли, словно пытаясь успокоить его. — Иногда я задаюсь вопросом, как так сложилось, что я сейчас с Вами? — Что ты имеешь в виду? — растерянно спросил Чжун Ли. Когда-то отец сказал Чайлду, что если он действительно хочет что-то заполучить, то он должен приложить все возможные усилия для этого; должен вывернуться наизнанку, и тогда он точно будет знать, что впредь никому не проиграет. Пусть это и была одна из многочисленных пылких речей от родителей к детям, но маленький Аякс тогда каждое слово принял слишком близко к сердцу. К слову, Чайлд очень сомневается, что его отец вкладывал эту мысль в голову своего сынишки для того, чтобы сейчас он использовал её как жизненное кредо и мотивацию для достижения своей цели быть сильнее всех на свете. Удивительно, как слова отца находят время для того, чтобы отозваться эхом в голове Чайлда. На горизонте не видно ни одной угрозы, способной украсть у него Чжун Ли… Но даже так нельзя сказать, что сама мысль о том, что он может потерять бывшего Гео Архонта, его не беспокоила. Нет, его больше всего беспокоило то, что… — Чайлд? — Голос Чжун Ли силой выдёргивает его из раздумий. Как и в прошлый раз, он вновь обхватывает его лицо ладонями, заставляя посмотреть в глаза. — Что-то тебя гложет. Натянуто улыбнувшись, Чайлд отмахивается от этих глупых мыслей хотя бы на сегодня. — Ничего, — отвечает он. — Не беспокойтесь обо мне, сяньшэн. В тот же миг брови Чжун Ли сдвинулись к переносице, и он сам уже было открыл рот, чтобы возмутиться, как Чайлд быстро прервал его поцелуем. Утягивая бывшего Архонта в поцелуй, он подаётся вперёд, помогая им перевернуться на кровати, чтобы вновь оказаться сверху. Все попытки продолжить этот разговор были уничтожены Чайлдом, как только он вновь устроился между стройных бедер Чжун Ли, и, не тратя больше времени, вошёл в него, заставляя своего любимого трепетать от наслаждения. Намеренно отбрасывая возникшие из-за его неуверенности мрачные мысли, Чайлд заставил себя сконцентрироваться лишь на стонущем у него в руках Чжун Ли, которого он не собирался оставлять в покое. Пока что.

https://wampi.ru/image/R0w1pIQ

***

На протяжении почти всей следующей недели Чжун Ли так ни разу и не увидел Чайлда, что заставляло его волноваться, учитывая, как прошла их последняя встреча. Ему всё не удавалось отделаться от чувства, что что-то съедало Предвестника изнутри, не давая покоя ни на секунду, особенно когда они были рядом. И самое ужасное в этом то, что он не имел ни малейшего понятия, что же это может быть. Даже спустя столько месяцев, проведённых вместе, Чайлд всё так же оставался для него загадкой. В нём было несчётное количество противоречий. Сплошной хаос. Эмоции на его лице менялись так же часто, как маски актёров, и Чжун Ли всё не мог научиться различать фальшь в его улыбках. В постели он мог быть самым любящим партнёром, купающим Чжун Ли в нежных словах и чувстве защищённости, а на другой день возвращался домой весь в чужой крови, желая поскорее поделиться с ним историей об очередном убийстве, что так взбудоражило его. Чжун Ли уже давно бросил бессмысленные попытки раскрыть тайну, коей был Чайлд, ведь, наоборот, его лишь сильнее притягивали его противоречивые человеческие качества и беспорядочность в поведении. Однако в такие моменты Чжун Ли безумно хотел иметь возможность заглянуть в его сознание, чтобы понять, что же там происходит, какие мысли там крутятся. На пятый день после пропажи Чайлда бывший Гео Архонт всё же решил взять дело в свои руки. Он направился прямиком в Банк Северного королевства, где собирался найти Предвестника. Но сразу же после того, как он переступил порог, сожаление об этом решении настигло его — он пришёл в самый загруженный час. Клиентов здесь было столько, сколько собирается на фестивалях. Несмотря на гул вокруг, Чжун Ли смог сконцентрироваться, скользя взглядом по толпе, чтобы с огорчением понять: Чайлда здесь не было. Негодуя, он подошёл к стойке регистрации. — Доброе утро, мисс Екатерина. Чайлд случайно не здесь? Молодая девушка ответила ему вежливой улыбкой, несмотря на весь её замученный внешний вид и тёмные круги усталости под глазами. — Мистер Чжун Ли, доброе утро. Боюсь, что в данный момент господин Предвестник отсутствует, но он попросил передать Вам письмо, — сказав это, она протянула ему небольшой белый конверт. Письмо? Как странно. Чжун Ли принял его и тут же убрал за пазуху. — Благодарю. Если Вам удастся свидеться с Чайлдом, то прошу Вас, дайте ему знать, что я его искал. Екатерина кивнула, и после этого, почтительно попрощавшись, Чжун Ли покинул банк. Лишь сделав шаг на улицу, он смог вздохнуть с облегчением. Достав из внутреннего кармана письмо, он некоторое время растерянно осматривал его со всех сторон. Всё же было крайне странно, что Чайлд предпочёл написать ему, а не поговорить лично. Вопросов становилось всё больше и больше, но хотя бы сейчас в его руках была возможная разгадка, и он немедля вскрыл конверт. Каждое слово на белом листе бумаги было написано знакомым корявым почерком. «Чжун Ли — сяньшэн, Ждите меня в Золотой палате в девять вечера. Никого с собой не приводите. Чайлд» И всё. Письмо не оправдало его надежд, так и не разрешив ни одного вопроса из тех, что крутились в голове Чжун Ли. Наоборот, добавило новых. Зачем вообще Чайлду выбирать Золотую палату как место встречи, и зачем Чжун Ли должен был прийти один? Дело не в том, что он не доверял ему. Пока добрая половина Ли Юэ считала его злодеем-чужестранцем, Чжун Ли был полностью уверен в том, что он не причинит ему вреда. Он без лишних раздумий решил довериться тому, что написано в письме, поэтому придёт в назначенный час. Убрав письмо обратно за пазуху, он поднял взгляд в небо. Солнце только начинало приближаться к своему зениту, словно напоминая ему, что до встречи с Чайлдом оставалось ещё так много мучительно длинных часов. Со вздохом Чжун Ли заставил себя принять мысль о том, что сейчас он может только терпеливо дождаться наступления вечера. Направляясь обратно в похоронное бюро, он буквально сгорал от желания наконец увидеться с неуловимым Предвестником.

***

Ровно в девять вечера Чжун Ли переступил порог Золотой палаты. Пройдя чуть вглубь, он с ужасом понял, что там пусто — звук его шагов эхом отзывался в высоком куполе потолка. Остановившись в центре, его изучающий взгляд принялся оглядывать всё вокруг, неизвестно чего ожидая. Кроме него и бесчисленных колонн моры вдоль стен круглой комнаты, там никого не было. Странно. Он пришёл слишком рано? Чайлд всегда был таким же пунктуальным, как и Чжун Ли, бывало даже так, что он прибывал на место встречи раньше него. Пытаясь лишний раз провериться, Чжун Ли вновь достаёт письмо, скользя глазами по тексту до указанного времени… Резко отскочив назад, бывший Гео Архонт едва успевает увернуться от всплеска энергии, возникшего на месте, где он стоял. Сквозь густой дым ему не удавалось рассмотреть нападавшего — лишь его силуэт, который был больше, значительно больше его самого, — и, пока он не рассеялся, Чжун Ли призывает копье и закрывает себя нефритовым щитом. Засада? Видение восстановилось, и глаза Чжун Ли удивлённо распахнулись. Прямо перед ним стояло существо, вдвое больше его самого. Странный гуманоид, лишь своей фигурой напоминающий человека. Он парил над землёй, устрашающе возвышаясь над Чжун Ли, который при своём росте мог достать ему лишь до уровня таза — в нём было не меньше десяти футов, возможно, даже одиннадцать. Плотно прилегающие к телу доспехи покрывали его с головы до пят, и весь его облик наталкивал на мысль, что он вовсе не из этого мира. В особенности его плащ, развевающийся за спиной — он словно отражал в себе галактику, был лишь проекцией, а не куском ткани. За всё своё долгое существование Чжун Ли никогда не видел ничего подобного. Более того, удивление настолько одолело его, что он не знал, как реагировать, стоя на месте как вкопанный. Существо медленно опустилось на землю, лишь усиливая чувство, будто бы вестник конца света снизошёл до мира людей. Глаз у него не было, или Чжун Ли так думал — на его предполагаемом лице была маска с фиолетовым шаром в центре, — и лишь по повороту головы можно было понять, что оно смотрит прямо на бывшего Гео Архонта. Их взгляды не отрывались друг от друга. И вдруг существо подняло своё оружие — копьё, искрящееся электрическими разрядами, — и бросилось вперёд. Чжун Ли и бровью не повёл: его щит с лёгкостью выдержал атаку, отражаясь золотым свечением при каждом новом ударе. В такой близости перехватывало дух от ощущения, что он стоит у подножия высокой горы, лишь собираясь с силами, чтобы взобраться на неё, чувствуя лёгкое головокружение. С первой трещиной в нефритовом щите Чжун Ли отскакивает в сторону, предупреждая дальнейшее разрушение его обороны. Надо же, как легко ему удалось повредить его щит. Это существо так же сильно, как и огромно. Что это вообще такое? Но что важнее: где Чайлд? Подступающая тревога сдавила грудь Чжун Ли. Это существо напало и на Чайлда? Он пострадал? Крепче хватаясь за копьё, Чжун Ли переходит в атаку, скрещиваясь оружиями с существом. От одной мысли, что Чайлд был в опасности, он не мог позволить себе медлить — необходимо было быстрее расправиться с ним, чтобы отыскать Предвестника, — поэтому обрушил на противника череду ударов, не оставляя ему и шанса увернуться… Но ему удалось. Оно увернулось от каждого удара, и даже от коронного метеорита Чжун Ли, коим он не оставлял и шанса на выживание своим врагам. Большинство бывших противников к этому моменту уже бы пали или окаменели, оставшись беззащитными, но существо оставалось всё таким же невозмутимым, словно от и до знало все атаки Чжун Ли, с лёгкостью предугадывая его следующий ход. Чжун Ли требовалось время для того, чтобы переварить происходящее и справиться с потрясением, поэтому он вновь укрывает себя нефритовым щитом, даря себе пару секунд на то, чтобы перевести дыхание. В это время существо, стоящее на противоположной стороне зала, словно насмехалось над ним. Чего-то ожидало. Стоило существу поднять своё копьё, как Чжун Ли напрягся, ожидая нападения, но вместо этого древковое оружие сменилось луком. Однако бывшему Гео Архонту не удавалось сложить по крупицам картинку происходящего, продолжая настороженно глядеть на существо, пока по всему полу разливалась вода, омывая ноги Чжун Ли лёгкими волнами. Странно, ведь до этого его противник источал молнии, демонстрируя элемент Электро, а теперь он изменился… Не сразу оторвавшись от мыслей, Чжун Ли запоздало видит надвигающегося на него огромного кита, выскочившего из водоворота в центре зала. Щит в один миг разбивается на куски, а его самого отбрасывает к стене; волна захлёстывает в ужасающем вихре, затекает в глаза, рот и нос, а после оставляет промокшим до нитки в жалких попытках отдышаться и вытолкнуть воду из лёгких. Копьё вновь появляется в руке, и Чжун Ли с трудом удаётся отбить очередной удар неугомонного существа, которое вновь направилось к нему. Он парирует каждую последующую атаку, и со стороны может показаться, что они сошлись в танце, похожем на вальс, в котором их клинки неустанно скрещиваются, словно пытаясь договориться о перемирии, разлетаясь в сторону искрами. Чжун Ли замечает смену оружия существа лишь в момент, когда его плечо едва не цепляет клинок. Копьё, лук, а теперь и двойные клинки — весь арсенал его противника. И только один человек на его памяти был способен на нечто подобное. Больше Чжун Ли не пытался прервать его атаки — только парировал или позволял ударить по щиту. Чёрт, он должен был заметить это гораздо раньше, но его сознание слишком зациклилось на размерах его противника, упуская из внимания то, как он двигался. В каждой атаке существа был Чайлд. Оно и есть… Чайлд? Как? Почему?.. Существо… нет, Чайлд пропал, но лишь для того, чтобы вернуться к нему. Один миг, и Чайлд взрывается электрическими разрядами, разрушая всё, что было вокруг него, и превращая нефритовый пол в груду обломков. В течение нескольких мучительно длинных секунд пыль окутывает их, но несмотря на столь разрушительную атаку, Чжун Ли остаётся цел и невредим. Знакомо гудит щит, вновь возникший вокруг него в последний миг, позволяя укрыться от удара Чайлда. Вновь открывая глаза, Чжун Ли видит возвышающегося над ним Предвестника, плащ которого развевается сам по себе и, кажется, окутывает их двоих. Он оседает на пол, широко раскрытыми глазами глядя на эту форму его любимого человека. Такой Чайлд… Такой Чайлд ужасал. Чжун Ли был в ужасе, видя, во что превратился его возлюбленный; ему становилось страшно от одной мысли, как эта форма могла повлиять на его тело, какую опасность влекла за собой… Но, несмотря на это шоковое состояние, там… там внизу живота разливалось тепло; сердце начинало биться чаще, с каждой секундой всё ускоряя темп, пока глаза пожирали каждую частицу Чайлда в новой форме. Отвратительный восторг растёкся тягучим мёдом в сознании, заставляя Чжун Ли зациклиться на мысли, что его любимый может быть настолько больше его самого. Сглатывая скопившуюся во рту слюну, он облизывает губы. Так нельзя… Он не знает: как и почему Чайлд стал таким, однако он думает лишь о том, как же теперь он может превзойти его в силе. Как ни странно, эта идея так сильно охватила бывшего Гео Архонта, ведь раньше никогда и никто не был сильнее его, а особенно никто из смертных. — Чайлд, — позвал его Чжун Ли, замечая, как в этот миг дрогнули его ноги. Чжун Ли заставляет себя подняться с пола. Не отрывая взгляда от Предвестника, он аккуратно приближается к нему, словно к хищному зверю, способному в любую секунду напасть. Чайлд не двигается, и он останавливается напротив него, понимая, что всё это время не дышал. — Я хочу видеть тебя, — вновь начинает говорить Чжун Ли. Он вытягивает вперёд руку и ждёт, глядя вверх на колоссального человека, парящего над ним. Чайлд сейчас настолько огромен, что рука Чжун Ли вряд ли смогла бы обхватить его лицо. Отвечает ему лишь тишина. Чайлд всё так же не касается земли, окружённый мелкими всполохами электрических разрядов, похожих на кристаллы. Вдруг сознание Чжун Ли пронзает мысль: а что, если Чайлд его даже не понимает. Сколько в этом существе осталось от его любимого? Оно заглушило его мысли, или, может, теперь он больше зверь, чем человек? Чжун Ли делает ещё один шаг вперёд. — Аякс? И медленно, безумно медленно, Чайлд опускается перед ним на одно колено. Теперь Чжун Ли может посмотреть на него прямо, наконец оказавшись с ним одного роста. Уже в который раз он сталкивается с чувством, что на его фоне смехотворно мал: одни плечи Чайлда вдвое больше его собственных. Настолько явная разница в размерах заставляет кровь Чжун Ли бурлить, в бешеном темпе проносясь по сосудам. Глубокий вдох, и он вновь сокращает расстояние. Его рука тянется к маске Чайлда, и тонкие пальцы скользят по острым рёбрам — отдалённо она напоминает ту самую маску, что его возлюбленный носит каждодневно на голове с левой стороны; цвет всё тот же, только теперь она больше и более угловатая. — Можешь снять? — просит Чжун Ли. — Позволь мне увидеть тебя, Аякс. Даже не видя его лица, он знает, как сейчас колеблется Чайлд: его плечи чуть заметно дрожат. Эта особенность наверняка ускользает от взгляда большинства людей, но не от зоркого глаза Чжун Ли, который знал его слишком хорошо. И всё же Чайлд кивает, позволяя маске рассыпаться на атомы.

https://wampi.ru/image/R0w4dRg

Чжун Ли с замиранием сердца смотрел на то, как крупица за крупицей ему всё больше открывается лицо его любимого Предвестника. Это всё тот же Чайлд, такой же, каким он его помнил, но в нём были и изменения: волосы стали длиннее, гуще, обрамляли его лицо подобно львиной гриве… Его глаза — о! эти глаза — они заставляют Чжун Ли застыть на месте. Всё та же аквамариновая бездна, в которой он так привык тонуть, но сейчас в ней, словно пробившиеся на океаническое дно лучи солнца, сверкали неведомые фиолетовые блики. Сотни мыслей пролетали одна за другой в голове Чжун Ли: какие-то заставляли его задаваться вопросом, откуда у Чайлда эта способность, и как на него повлияет её использование; а другие — беспокоиться о том, что, возможно, ему стоит воздерживаться от её использования, дабы не навредить самому себе. Однако Чжун Ли решил, что в другой раз обсудит с ним это. Сейчас он бережно обхватывает ладонями лицо Чайлда, притягивая к себе, и аккуратно прикасается своими губами к его. В тот же миг Чайлд замирает, кажется, что даже не дышит, единственный ответ, что получает Чжун Ли: лёгкая дрожь. Тем не менее это не отталкивает его, он продолжает усыпать лёгкими поцелуями его рот до тех пор, пока Предвестник наконец ему не отвечает. Млея от собственных чувств, Чжун Ли открывает рот и позволяет языку Чайлда проскользнуть внутрь, удивляясь тому, что даже здесь он стал больше. С любопытством он начинает легонько посасывать его язык, подрагивая всем телом, чувствуя, как реагирует Предвестник на его действия, понемногу в ответ исследуя его рот. Всё это так странно, ведь Чжун Ли целовал его бессчетное количество раз, но именно сейчас его настолько переполняют чувства, заставляя задыхаться от новых ощущений. В его новой форме всё было иначе, так будоражило, заставляло кровь бурлить, а тело трепетать в предвкушении. Чжун Ли отстраняется первым, жадно глотая воздух, но Чайлд… Чайлд не принимает его попытку отдышаться, сгорая в нетерпении. Он вновь впивается в губы Чжун Ли, своими большими ладонями обхватив его за спину, с силой надавливая, заставляя бывшего Гео Архонта прижаться к нему всем телом. Но спустя буквально пару мгновений срывается: опрокидывает Чжун Ли на пол, а сам, грохоча доспехами, нависает над его таким маленьким телом. Чайлд пожирал его поцелуями, не давая передохнуть ни на секунду, жадно перехватывал каждый вдох Чжун Ли, которому казалось, будто бы они сошлись в очередном сражении, и он проигрывает, чувствуя, как пухнут губы, как они начинают болеть. В голове бывшего Гео Архонта не было ни одной мысли — лишь тягучее, горячее желание, идя на поводу у которого, он обхватывает руками шею Чайлда, притягивая его ещё ближе. Ухо ласкает утробное рычание Предвестника, который торопливо протискивается рукой под спину Чжун Ли и поднимается, усаживая любимого себе на руки, словно невесомую игрушку. Ощутимая разница в размерах вновь заставляет Чжун Ли вздрогнуть, явственно ощущая затягивающийся узел внизу живота. Ему хотелось большего. Он жаждал испытать Чайлда в этой форме, плавился от одной мысли об ощущениях, что теперь он может ему подарить. Где-то на задворках сознания ему казалось, что он потянул руку к запретному плоду, одолеваемый сомнениями, удастся ли ему справиться с ним — Чайлд сейчас такой большой, каково же будет ощутить его внутри… Лишь стон, сорвавшийся с губ Чжун Ли, заставляет Чайлда остановиться в своём разгорячённом порыве. Он резко отстраняется, восстанавливая расстояние между ними и заставляя бывшего Гео Архонта мелко задрожать от холода, нехватки горячего тела рядом и давления тяжёлых и сильных рук. Чайлд в один миг приходит в себя, напоминая теперь маленького щеночка, а не монстра, которым пугают детей, чтобы они спали по ночам. От одного взгляда на выражение его лица губы Чжун Ли самовольно растягиваются в улыбке. — Простите, я… — Почему ты остановился? — прервал его Чжун Ли. Чайлд с недоверием взглянул на своё тело, а потом прямо в глаза Чжун Ли, и чуть дрожащим голосом проговорил: — Нам не следует делать это. Особенно когда я в этой форме. Я лишь причиню Вам вред, сяньшэн. Отрицательно качая головой, Чжун Ли обхватывает его лицо, вновь притягивая ближе к себе. — Я доверяю тебе, — выделяя каждое слово, проговорил он. — Я хочу тебя. Во взгляде Чайлда читалось явное сомнение, будто бы он обдумывал возможность сумасшествия его любимого, что, на самом деле, было не так уж и далеко от правды, ведь сейчас бывший Гео Архонт не мог думать ни о чём, кроме Чайлда, который берёт его в этой форме. — Вы хотите меня, — эхом отозвался Предвестник, — прямо сейчас? В этой форме? Чжун Ли кивает и в подтверждение своих слов разводит в стороны ноги, вновь чувствуя себя до смешного маленьким, когда его коленки едва ли могут коснуться пола. — Да, Аякс, я хочу тебя. Прямо сейчас. Ты не сможешь мне навредить. Оттенок глаз Чайлда стал темнее от сжимающего горло желания овладеть бывшим Гео Архонтом, что даже его голос стал звучать хрипло и низко. — О, я почти уверен, что всё же сделаю это. Резкая перемена ударяет по сознанию Чжун Ли, который едва не задыхается от тянущего желания в области ширинки. Плевать, если будет больно, пусть только Чайлд возьмёт его сейчас. Его пальцы скользят по телу Чайлда, с наслаждением изучают каждую неровность доспехов, объявших тело любимого в этой форме. Откидываясь назад, он прогибается в спине, намеренно теснее прижимается к ширинке Предвестника и давится на выдохе, чувствуя, как сильно выпирает его затвердевший член — он больше, намного больше, чем Чжун Ли ожидал. Желание охватывает их, проносится по венам, сводит с ума, заставляет бывшего Гео Архонта сильнее двигать бёдрами, пока с его губ не срывается развратный стон, за который в любой другой ситуации ему стало бы стыдно. Чайлд же едва сдерживается, рычит от возбуждения, с силой хватая его за бёдра. Перехватив его взгляд, Чжун Ли выдыхает ему в губы: — Поверь, там я смогу вынести боль. В тот же миг, как эти слова сорвались с губ, у бывшего Гео Архонта перехватило дух стоило ему увидеть, как расширились зрачки Чайлда, который резко обхватил его талию когтистыми перчатками недостаточно сильно для того, чтобы навредить ему, но достаточно для того, чтобы услышать от него сдавленное шипение. Каждый звук, что вылетал изо рта Чжун Ли, был столь же развратен, как и его тело, которое изнывало от возбуждения, заставляло постанывать от боли, причиняемой давлением ткани на вставшем члене, что уже сочился предэякулятом, оставляя мокрые пятна на брюках. Сплошное безумие: как же легко Чайлд доводил его до такого состояния, когда в голове не было ни одной мысли — одна похоть. — Позвольте мне хотя бы подготовить Вас, — сказал Чайлд перед тем, как поднять Чжун Ли на руки, словно в нём не было ни грамма веса. Растерянный Чжун Ли не сразу складывает в своей голове картинку происходящего, запоздало понимая, что Чайлд буквально перевернул его в своих руках и, откинувшись на спину, усадил на свою грудь в опасной близости от лица. Натянутый как струна Чжун Ли уже знал, что именно собирается делать Предвестник. Кончиками пальцев в острых перчатках он скользнул ему под брюки, обжигая оголившуюся кожу прикосновениями холодного металла. Всё тело бывшего Гео Архонта пронизывают мурашки, и он неосознанно подаётся тазом назад, придвигаясь поближе к подбородку Чайлда. Одним движением Предвестник приспускает брюки с Чжун Ли, подтягивая его повыше. Бывший Гео Архонт качает головой, насилу заставляя не терять рассудок, млея от лёгкого головокружения, слабости во всём теле и сжигающего изнутри желания, чтобы Чайлд не прекращал так крутить его у себя в руках, словно настоящую куклу, неспособную сопротивляться. Ему хотелось, чтобы им овладели, хотелось подчиниться, принимая всё, что бы только его любимый ни захотел с ним сделать. Никогда за всю свою бесконечно длинную жизнь он не был так нетерпелив. Казалось, что под его кожей взрываются фейерверки, заставляя вздрагивать от каждого электрического разряда в кончиках пальцев и местах, где Чайлд касался его, пока из глаз в ожидании не начинают сыпаться искры. Когда Чайлд наконец усаживает его себе на лицо, Чжун Ли надрывно стонет, чувствуя, как влажный язык чуть толкается в его сфинктер. Да, именно этого он так хотел. Он разводит шире ноги, закрывая глаза, полностью отдаваясь ощущениям, что дарил ему Предвестник, скользя длинным языком по входу. Чайлду не нужно было спрашивать разрешения, он знал, что может делать с ним, всё что ему вздумается, и, словно пытку, растягивал удовольствие, старательно смачивая слюной дырочку и наслаждаясь каждым мигом, как он над ним жалобно стонал и вздрагивал. — Да, — проскулил Чжун Ли, спазматически дёргая бёдрами, — Чайлд, ещё. Мольбы бывшего Гео Архонта служат не хуже керосина для огня, разжигая запал Чайлда ещё сильнее, и он, не выдерживая, крепко хватает его за бёдра, теснее подтягивая к своему лицу. А в миг, когда Предвестник раздвигает его ягодицы для собственного удобства, Чжун Ли давится воздухом в собственных лёгких, чувствуя, как его горячий и влажный язык, словно спрашивая разрешения, легонько касается входа, но тут же скользит в сторону. Словно в бреду, всё его тело пронзает жар, а голос в голове всё настойчивее требует большего. — Перестань дразниться, — хрипит Чжун Ли, удивляясь тому, как нетерпеливо звучит. И он почти уверен, что Чайлд сейчас улыбнулся. — Аякс… Голос Чжун Ли срывается, когда Предвестник толкает в него язык. Святая Селестия… как же хорошо. Навыки Чайлда сводили с ума, особенно если он принимался за дело своим ртом — ему было достаточно пары секунд для того, чтобы Чжун Ли мог думать лишь о нём, хотеть лишь его, быть только его. Мысли в голове путаются, позволяя концентрироваться лишь на ощущениях от скользящего по сфинктеру языка, так трепетно и вместе с этим жадно, словно он был последним блюдом Чайлда во всей его жизни. Ласки были невыносимы: обилие слюны и горячая мышца, что не давала ни на миг передохнуть, пока он не промокнет насквозь. Чжун Ли запоздало понимает, что в нетерпении начал скользить задницей по лицу Предвестника, словно пытаясь задать ритм, а его стоны с каждой секундой стали звучать всё громче и громче. Высокий потолок огромной комнаты отражал каждый звук, что выскакивал из его рта, и, будь он в здравом уме, то начал бы переживать о людях по ту сторону двери, что могли услышать его жалобный и развратный скулёж… Однако последние крупицы сознания вылетают из головы Чжун Ли, как только Чайлд толкает в него палец. Селестия, его палец больше, намного больше в этой форме. Сквозь пелену, охватившую сознание, Чжун Ли понимает, что в какой-то момент Чайлд заботливо убрал перчатки, дабы не повредить нежные стенки его прохода. В отсутствии смазки поначалу каждое движение внутри отзывается жгучей болью, которая вскоре трансформируется в наслаждение — Предвестнику всего лишь требовалось время на то, чтобы найти самую чувствительную точку, простату, чтобы глаза Чжун Ли непроизвольно закатились, пальцы на ногах сжались, а всё его тело начало дрожать словно в горячке, плавясь от пожара, распространяющегося внизу живота. — Да, Аякс, именно там, — протяжно, смешивая слова со стоном, говорит бывший Гео Архонт, и давится от ощущений, когда Чайлд вновь резко давит на чувствительную железу. Предвестник помогает себе языком, продолжая обильно смазывать слюной тугой проход, дожидаясь момента, когда его палец сможет входить и выходить без проблем. К тому моменту нетерпение Чжун Ли достигло своего апогея, заставляя его отчаянно хвататься за выступы на доспехах Чайлда, словно утопающий за соломинку; каждый раз, когда задевали его простату, он непроизвольно сжимал вставленный в него палец, будто бы не желая терять эти ощущения. В своих стонах Чжун Ли не был похож на самого себя, больше напоминая течного зверя. — Пожалуйста, — молил он, но не знал, чего именно ему хочется получить от Чайлда — лишь бы он не останавливался. — Пожалуйста, Чайлд. Мне нужно, нужно… Как и всегда, его любимый будто бы знал наперёд каждое его действие и желание лучше, чем Чжун Ли понимал себя самого. Второй палец скользнул внутрь… и Чайлд резко вытащил оба пальца, а затем так же быстро вогнал обратно, попадая точно по простате. — О, боги, — задыхался Чжун Ли, не замечая иронии в своих же словах. В сладкие моменты, когда Чайлд делал с ним нечто подобное, он легко забывал, что и сам является богом. А иногда ему казалось, что он с лёгкостью может забыть и собственное имя. Предвестник снова и снова толкал в него пальцы, увеличивая амплитуду и силу, время от времени заставляя Чжун Ли подскакивать на месте. Всё тело бывшего Гео Архонта плавилось, не подчинялось ему, и, потеряв в один момент равновесие, он падает вниз, прижимаясь лицом к области ширинки Чайлда, где огромным бугром выпирал его член. Низ живота горел, его собственный член чуть подрагивал, словно уведомляя о надвигающейся разрядке, но его не отпускало зудящее в голове желание быть заполненным, стать тем, кто может принять во всю длину. Прерывисто дыша, Чжун Ли тянет дрожащие руки к штанам Чайлда. Голова кружилась, и он смутно себе представлял, как ему получить доступ к его коже сквозь доспехи. — Аякс, — неожиданно для себя проскулил Чжун Ли, безуспешно пытаясь найти хотя бы намёк на край одежды, — сними это. Позади послышалось сдавленное рычание, и в следующий миг нижняя часть его костюма рассыпалась на атомы так же, как до этого сделала маска. В другое время ему показалось бы занятным то, как работают его доспехи, возможно, он бы даже попытался понять принцип их работы, но сейчас лишь сглатывает скопившуюся во рту слюну, смотря широко раскрытыми глазами на то, что предстало перед ним. Этого он и ожидал: Чайлд был ужасающе огромен. От закипающей крови в ушах начало шуметь, глаза жадно скользили вверх и вниз по всей длине члена, пока в голове начинали, словно в бешеном хороводе, мчаться мысли о том, каково было бы ощутить его внутри, стать растянутым под его толщину… если это вообще возможно. Можно было с уверенностью сказать, что член Чайлда был такой же длины, что и предплечье Чжун Ли. Если у него и получится принять его в себя, то, вероятно, все его внутренности перевернутся, а кишечник и вовсе разорвётся. От одной этой мысли он должен был испугаться — если говорить откровенно, то ему с самого начала не стоило думать в сексуальном плане о Чайлде, пребывающем в этой нечеловеческой форме, — но ему никак не удавалось справиться с собственными желаниями. Ему нужно было понять, каков его возлюбленный в этом состоянии, распробовать его, вкусить все нотки чего бы это ни стоило. Он страстно желал, чтобы его довели до предела, полностью заполнили, овладели каждой клеточкой его тела. Похотливо облизнув губы, Чжун Ли тянется вперёд, и — Архонты! — испещрённый крупными венами член Чайлда был настолько толстым, что ему едва удаётся обхватить его двумя руками. Тугой узел смешанных чувств — страха и мелких искорок восторга — закрутился в его животе, рот заполнился слюной: ему хотелось лизнуть набухшую головку, попробовать на вкус выступивший предэякулят. Пусть Чайлд по вкусу оказался таким же, но теперь Чжун Ли не удавалось уместить его член во рту. Теперь он только и мог, что сплёвывать накапливающуюся во рту слюну, размазывать её языком по длине, аккуратно прихватывать губами выпирающие венки, слыша, как шипит от удовольствия его возлюбленный. Язык Чжун Ли чуть игриво скользит по уретре, собирая вновь выступившую естественную смазку. — Сян… сяньшэн. Используйте руки, — в ответ на его действия прорычал Чайлд. Чжун Ли послушался и обхватил обеими руками его член, начиная старательно скользить по нему вверх-вниз, пока Предвестник также не отставал, вставляя и вынимая из него пальцы, намеренно задевая простату, что мешало адепту сконцентрироваться на своей задаче — электрические разряды, пронизывающие тело, сводили с ума. Стало только хуже, когда Чайлд изменил принцип действия: теперь он потихоньку начинал раздвигать внутри него пальцы, растягивая тугие стенки прохода, при этом его язык всё так же не отставал от раскрасневшегося сфинктера. Бывшему Гео Архонту было невыносимо тяжело поддерживать ритм: всё тело содрогалось от мелкой дрожи, член ныл, а волны оргазма всё подступали и подступали, застилая пеленой глаза, запутывая мысли. Почти, почти… Его руки в беспорядочном темпе скользили по длине, а язык крутился вокруг головки, то и дело задевая прорезь уретры. Он очень сомневался, что прямо сейчас хоть как-то справляется со своей задачей, больше отдавшись собственным ощущениям. Невозможно было даже думать, пока Чайлд делал с ним всё это, и каждый хлюпающий грязный звук, выскальзывающий из смоченной слюной, задроченной дырочки Чжун Ли, отражался эхом в высоком потолке. Пусть в нём уже было обилие слюны Предвестника, а сам не переставал работать над его подготовкой, этого всё так же было недостаточно для того, чтобы в нём мог уместиться этот, чудовищных размеров, член. Однозначно, ему не поздоровится при проникновении, но вся надежда была на то, что он — адепт. Любой другой человек бы ни за что не выжил после такого… Чжун Ли едва не заскулил, жмурясь и прикусывая губу, когда Чайлд вставил в него третий палец. Слишком много. Однако Предвестник, словно проигнорировал его реакцию, продолжил неустанно давить на простату, а потом снова, и снова, и снова, пока Чжун Ли спазматически не сжимает вставленные в него пальцы, в один миг кончая. Извиваясь всем телом, адепт хватается за массивные бёдра Чайлда, будто бы повторяя расположения его рук на своих ляжках. Селестия, какая же теперь крепкая у него хватка — у Чжун Ли не было даже шанса на побег. Сбитое дыхание, воспалённый сфинктер и раскрасневшееся похотливое лицо — ни намёка на былую статность Гео Архонта. Боги, боги, Чайлд так легко сводил его с ума, уже довёл до такого состояния, а ведь они только начали. — Остановись, — сдавленно проговорил Чжун Ли. Его дрожащие руки потянулись назад, неловко пытаясь дотянуться до лица Предвестника. — Аякс, ах… пожалуйста! Д-достаточно! В тот же миг Чайлд вытащил из него пальцы. — Простите, — послышался его голос с нотками вины. — Вам больно? Даже несмотря на ужасающие размеры его новой формы, Чайлд оставался таким же внимательным, как и всегда. Чжун Ли потребовалось несколько секунд на то, чтобы перевести дух, жадно хватая ртом воздух, он пытался хоть немного устаканить образовавшийся в голове хаос из спутанных мыслей и грязных желаний. Спустя несколько мгновений он нашёл в себе достаточно сил для того, чтобы развернуться, оказываясь лицом к лицу с Чайлдом. — Конечно же, нет, — с улыбкой проговорил Чжун Ли, оставляя в уголке его губ ласковый поцелуй. — Но я бы хотел кончить от ощущения тебя внутри. Преодолевая дрожь в теле, он поднимается на ноги, избавляя себя от носков и ботинок. Не нужно было оборачиваться для того, чтобы понять, что Чайлд смотрел на него — его плотоядный взгляд ощущался кожей, и мурашки непроизвольно пронеслись по спине Чжун Ли от одной мысли, что его настолько сильно хотят. Ещё немного, и сердце выскочит из груди. Следом на пол летит пиджак, и адепт остаётся в промокшей от испарины рубашке. Развернувшись к Чайлду, он подходит ближе, с удовольствием отмечая, как широко распахиваются его глаза и напрягаются скулы. Губы сами собой растягиваются в игривой улыбке от одного взгляда на Предвестника — его Аякс, как и всегда, очарователен в том, что его реакцию так легко предугадать. Намеренно растягивая процесс, Чжун Ли неторопливо при помощи зубов снимает сначала одну перчатку, а потом и другую, что отправляются в ту же кучу его одежды. Длинные пальцы скользят по шее, спускаются к мелким пуговицам на рубашке, медленно начиная расстегивать их, задерживаясь на каждой, пока его взгляд не отрывается от лица возлюбленного. Сердце ускоряет темп, когда Предвестник начинает скользить ладонью по своему члену, жадно смотря за тем, как он раздевается. На мгновение его сознание зависает, словно загипнотизированный, Чжун Ли следит за движениями руки Чайлда, за его кулаком, что сжимается то на головке, то на мошонке, и за силой хватки — всё это словно зовёт адепта присоединиться. Его голодные глаза зацикливаются на устрашающей длине, набухшей головке, красной и сочащейся естественной смазкой, что медленно стекает бледными перламутровыми каплями. Чайлд с силой сжимает член у кончика, давит большим пальцем на прорезь уретры, сквозь стиснутые зубы шипя имя Чжун Ли. Бывший Гео Архонт облизывает губы, медленно прерывисто вздыхая. Каким-то неведомым образом ему удалось оторваться от столь мучительно дразнящей картины, переключив своё внимание на пуговицы рубашки, что спустя миг соскользнула по плечам на пол. Дальше он стянул с себя брюки и нижнее бельё, позволяя Предвестнику, который, не отрываясь, следил за его невинным стриптизом, в полной мере насладиться открывшимся видом на его зад. Не было ни раза, когда бы Чайлд не забыл сказать о том, как сильно ему нравится его задница, подтверждая свои слова тем, что при любой удобной возможности хватался за неё загребущими руками. Обычно Чжун Ли на любой его комментарий отвечал коротким смешком, однако сейчас он приглашающе, чуть дразняще, качает бёдрами, удовлетворённо улыбаясь, когда слышит возбуждённое шипение позади. Как только он развернулся к нему, его взору предстала картинка истинной похотливости: сжатые челюсти и горящие глаза. Если бы Чжун Ли не был столь же нетерпелив, он бы продолжил дразниться, растягивая удовольствие от попыток Чайлда сдерживаться, контролировать возбуждение, однако в сложившейся ситуации ему казалось, что не сядь он прямо сейчас на его член — точно сойдёт с ума. Адепт аккуратно перешагивает через рассыпанную на полу одежду и предстаёт перед Предвестником раздетым догола, упиваясь плещущимся в бездне его глаз развратным желанием. Медленно, удушающе, Чжун Ли делает круг вокруг его огромного тела и неторопливо опускается к нему на колени, глазами внимательно изучая впечатляющую толщину члена партнёра, что стоял во всей своей пугающей красе. В голове вновь звенит тревожный звоночек, словно в последний раз пытаясь ему напомнить, что сама идея ужасна, взывая к сознанию. Однако она с лёгкостью заглушает все предупреждения здравого смысла. — Вы уверены? — обеспокоенно спрашивает Чайлд, хватая Чжун Ли за бёдра и помогая ему устроиться на набухшей головке. — Вы… Вы намного меньше, чем я сейчас. Я даже не уверен, что смогу войти. — Как-то быстро ты сейчас сдался, — дразнит его Чжун Ли, напоминая о его вечном стремлении принять любой брошенный ему вызов. Их взгляды встречаются, и бывший Гео Архонт прикусывает нижнюю губу, сдерживая стон, когда головка упирается в сфинктер. Руки Чайлда поднимаются выше, крепко хватаясь за талию возлюбленного. — Не думаю, что это хоть какой-то вызов для меня, сяньшэн. Это больше похоже на испытание для Вас. — Тогда я не буду так быстро отступать. На секунду ему показалось, что он окончательно потерял связь с миром. Он должен был закричать; сквозь шум в ушах до слуха долетали попытки Чайлда дозваться до него — дрожащий голос от смеси страха и возбуждения снова и снова спрашивал о его состоянии, — однако даже если бы Чжун Ли приложил все возможные усилия, ему бы не удалось произнести и слово. Словно горячка, всё его тело охватила агония, опустошая голову, сдавливая лёгкие, лишая последних сил — все его мышцы и кости в один миг стали бесполезными. Больно, возможно, ни в одном языке не найдётся слова, способного описать то, что он испытывал в данный момент. Его распирало изнутри, заполняло до предела, что пришлось закусить губу, заставляя себя оставаться в сознании и сопротивляться желанию развалиться на месте. Он не мог даже дышать. Не мог пошевелить и пальцем. Взглянув вниз, он увидел то, что и должен был ожидать, однако его сознание всё равно не справлялось, отказывалось приходить в себя. Внизу его живота отчётливо выделялся бугор, дающий понять, как глубоко в него проник Чайлд. Тщетная попытка выровнять дыхание заставляет Чжун Ли ухватиться за крепкие плечи, жадно глотая воздух — им обоим сейчас нужно было немного успокоиться и подышать. Однозначно плохой идеей было в один присест принимать во всю длину — будь он человеком, давно бы умер. — Чжун Ли! Чжун Ли! — отчаянно пытался дозваться Чайлд. — Ты сошёл с ума? Поднимайся… поднимайся прямо сейчас, ты же вредишь себе… (1) Собираясь с силами, Чжун Ли прикасается ладонью к низу живота и тут же вздрагивает, чувствуя ещё больше давление изнутри. Он мог почувствовать даже бесконечно маленькое движение Чайлда, проникшего в него так глубоко, беспощадно напирая на тугие стенки. Казалось, что сделай Предвестник хоть шаг в сторону — всё его тело в тот же миг рассыплется. — Нет, — зажмурившись и качая головой, слабо говорит Чжун Ли, — я… я привыкну. П-подожди немного. Все последующие возражения, посыпавшиеся изо рта Чайлда, бывший Гео Архонт попросту пропускает мимо ушей, не находя в себе сил даже вслушиваться. Не открывая глаз, он считал бесконечно длинные, мучительные минуты, пока переходил в состояние адепта, самостоятельно исцеляя себя — ноги и руки потемнели, приобретая угольный оттенок, разбавленный светящимися жилами цвета кор ляписа. — Сяньшэн? Что… происходит? Вы в порядке? А, точно. Чайлд же никогда прежде не видел его в этой форме. Не ему же одному сегодня удивляться чему-то новому? — Не переживай, — успокоил его Чжун Ли. Стоило боли отступить, как он тут же поднялся вверх на несколько сантиметров, спустя миг опускаясь вниз. Прерывистое дыхание и бешеный ритм сердца, жгучая боль, идущая от грубо растянутого сфинктера, и притупленное ощущение, что его разрывают изнутри, — всё, из чего состоял бывший Гео Архонт в тот момент. — Это, ах, почти моя истинная форма… Преисполнившись решимостью, он стискивает зубы и принимается в рваном темпе подниматься и опускаться по члену Чайлда. Предвестник под ним рассыпается в проклятиях и сдавленных стонах, зовущих его по имени; его пальцы крепче хватаются за такую хрупкую талию Чжун Ли и будто бы пытаясь заставить его сопротивляться желанию перехватить инициативу. Зная Чайлда как облупленного, момент, когда у него окончательно сорвёт планку, оставался лишь вопросом времени — он всегда был не в ладах с контролем своих же желаний. Чжун Ли только и мог, что беспорядочно скакать на члене Чайлда, задыхаясь в протяжных стонах, и утопать в ощущении, что всё его естество выворачивается наизнанку от каждого нового движения. Ему следовало биться в агонии и заливаться горькими болезненными слезами, но присущая всем адептам способность к исцелению позволяла чувствовать лишь наслаждение. Это было… невероятно. Пусть он и прожил более шести тысяч лет, но вряд ли бы мог откопать в памяти слово, способное описать его ощущения. Казалось, что Чайлд смог найти внутри его тела замочную скважину и подобрать правильный ключ, отпирая дверь, за которой таился пульт управления. Чжун Ли теперь целиком в его власти. Чувство единения, что возникало между партнёрами во время секса, всегда безумно нравилось бывшему Гео Архонту, а Чайлд был тем, кто радовал его каждый раз, когда они занимались этим; в постели он походил на себя во время боя: одновременно желал и уничтожить другого человека, и подчинить себе. Каждый раз он безошибочно доводил Чжун Ли до того состояния, когда он мог лишь метаться по простыням, изнывать, моля о продолжении, слёзно прося вставить ему ещё разок. Бывший Гео Архонт не был похож на самого себя, когда скакал на члене своего возлюбленного и стонал громче, чем любая проститутка на Бисерном пароме. То же самое можно было сказать и про его нынешнее состояние. Одна мысль о том, что он с таким рвением разрушает себя ради Чайлда, заставила задохнуться от восторга. Чжун Ли хотел, чтобы Чайлд сломал его. Буквально сходил с ума с этого неконтролируемого желания. Как только голову пронзило осознание, мышцы его прохода непроизвольно сократились, а с губ сорвался похабный стон. — Блядь, — бранится Чайлд, проводя ладонью по выпирающему бугру внизу живота Чжун Ли, словно пытаясь ещё раз убедиться, что это действительно его член. — Как Вы справились? Я-я… Я могу видеть себя внутри Вас. Чжун Ли, принимая в себя по самое основание, жалобно стонет. Небеса, это нереально… Однако этого недостаточно: нужно грубее, быстрее. — П-помоги мне… — молит он Предвестника. — Чайлд, пожалуйста… Ты нужен мне… Возьми меня силой. — Вы действительно безумны. — Чайлд в неверии встряхивает головой, но всё же крепче обхватывает огромными ладонями тонкую и такую хрупкую талию любимого. Чжун Ли всхлипывает, когда Предвестник легко поднимает его вверх по своему члену, оставляя внутри лишь головку, а затем вновь насаживает на себя. Голова поплыла, воздух исчез из лёгких, а перед глазами бывшего Архонта замелькали чёрные пятна. Нет. Он сосредотачивается, чуть хмурится и часто моргает, заставляя себя не отключаться. Для этого ещё слишком рано. — Ещё, — еле дыша, требует Чжун Ли, — прошу, не останавливайся! Из глаз едва не полились слёзы, когда Чайлд послушно исполнил то, о чём его так жалобно попросили. Хватка на теле усилилась, словно в руках Предвестника была всего лишь очередная секс-кукла, пригодная лишь для его самоудовлетворения. Если честно, Чжун Ли чувствовал себя именно так. Он всё больше и больше забывал обо всём, даже о себе самом, без остатка отдаваясь любимому и тому кайфу, что он ему дарил. Сознание в экстазе рассыпалось на куски от мысли, что его сейчас безжалостно используют. Его собственный голос в голове казался чужим, но он, словно змей-искуситель, нашёптывал такие сладкие и правдивые слова о том, что ему всегда хотелось этого, он без ума от происходящего, пусть это никогда не заканчивается… Пусть Чайлд использует его в каждую секунду каждого нового дня… — Твою ж, сяньшэн, слишком горячо, — рычит Чайлд, толкаясь вперёд бедрами навстречу Чжун Ли, которого продолжал всё так же натягивать на себя. — Вы такой узкий. Так хорошо принимаете меня. В голове Чжун Ли была лишь вата, и он не мог дать нормальный ответ — был способен лишь на то, чтобы податься вперёд и поцеловать любимого, постанывая ему в губы. — Не останавливайся, — повторил он. — Пожалуйста, Аякс, мне нравится… Мне нужен весь ты!

https://wampi.ru/image/R0w4zKY

Чайлд шикает на него, затыкая новым поцелуем. — Я здесь, здесь, поэтому собираюсь выебать Вас так, что от Вас ничего не останется, Чжун Ли. Бывший Гео Архонт вновь сжимается, заставляя Предвестника прохрипеть ему в шею. — Да… Возьми меня, Аякс. Делай со мной всё, что захочешь. Стоило этим словам сорваться у него с языка, как лицо Чайлда украсила самодовольная усмешка. О, это его выражение лица он видел в моменты, когда сражение захватывало любимого с головой, или когда нахальный Предвестник понимал, что он уже победил, но намеренно оттягивал последний решающий удар. От взгляда на него у Чжун Ли кровь застыла в жилах, но, одновременно с этим, дрогнул возбуждённый член. — Тогда потом не жалуйтесь, — усмехается Чайлд. И в тот же миг темп ускорился, стал грубее, беспощаднее. Чжун Ли с бешеной скоростью поднимался и опускался по члену Чайлда, кусал губы, сдерживая скулёж от болезненных ощущений, о, эта боль… Столь сильное давление и трение на простату обжигало, казалось, что его несчастная железа, не справляясь, рассыпается в труху, а потом вновь собирается по крупицам, и снова, и снова — по кругу. Чайлд вдалбливался в Чжун Ли настолько безжалостно, что даже заколка, держащая волосы бывшего Архонта, развалилась. Светящиеся на кончиках пряди рассыпаются по плечам, моментально прилипая к покрытым испариной спине и шее. Этому не было конца. Мир Чжун Ли рассыпался, словно карточный домик, и он только и мог, что прокручивать в голове одну и ту же мысль: Чайлд прямо сейчас трахает его на нечеловеческой скорости. Высокий потолок Золотой палаты отражал звуки спаривания двух диких животных: шлёпанье тел при соударении, надрывные стоны Чжун Ли и гортанное рычание Чайлда. В ушах адепта шумел пульс, оглушая, заставляя панически бегать глазами, словно в поисках спасения, которое и не было ему нужно. Да, вероятно, по окончании он растеряет все крохи здравого рассудка. Уже сейчас у него не оставалось сил на то, чтобы сдерживаться. — Ох, ох… М-м, ах! А-Аякс… Аякс… Да, да-а. — Бессвязные слова, смешиваясь со стонами, сыпались изо рта Чжун Ли. — Т-так хорошо, очень хорошо, ах, невероятно. Да… Он пронзительно вскрикивает, как только на его соске смыкаются зубы Чайлда. Непрекращающаяся пытка — смесь боли и волн наслаждения, идущих от простаты, — всё не прекращалась и была такой нереальной. Сила, с которой Предвестник хватает его за бёдра, будь он обычным человеком, давно бы переломала все кости. Здесь же иной расклад: Чжун Ли кончает от приложенной к нему грубости, чувствуя, как внутри Чайлд делает то же самое. О, боги. С губ Чжун Ли срывается скулёж, когда тёплое семя начинает активно заполнять его. Так много, что часть тут же вытекает наружу, но поток всё не прекращается, словно пытаясь добраться до самых потаённых уголков; спермы становится всё больше, и больше, и больше, пока Чайлд наконец сдавленно не выдыхает. С ужасом бывший Гео Архонт замечает, как вздулся и округлился его живот. Член Чайлда внутри оставался всё таким же твёрдым, потихоньку продолжая входить и выходить. Селестия, как же много всего было внутри него — только Чжун Ли смог растянуть свою дырочку под огромные размеры Чайлда, что так сильно тёрся о тугие стенки, так теперь его распирало изнутри от спермы, и казалось, ещё немного — живот лопнет. Он больше не мог терпеть, не мог… — Сяньшэн, блядь, у Вас сейчас такое блядское лицо, — замечает Чайлд и начинает вновь вдалбливаться в него, чем заставляет Чжун Ли вскрикнуть, почувствовав плеск спермы внутри. — Ёбанный стыд, если бы Вы только себя видели. Чжун Ли жмурится, пытаясь свыкнуться с новыми ощущениями. Чайлд заполнил его полностью, осквернил тело своим семенем, опустошил голову, сделал его своим безвольным рабом, который едва ли мог сохранять связь с реальностью. Перед глазами всё плыло, взгляд не мог ни на чём сфокусироваться, а мысли Чжун Ли вращались в странном вихре, упиваясь наслаждением, что пронизывало тело… — Эй, ещё рано падать в обморок. — Долетает до слуха голос Предвестника. Не моргнув и глазом, он снимает Чжун Ли со своего члена, словно какую-то насадку, и в один миг переворачивает в руках, заставляя встать на локти и колени, уперевшись в холодный пол. Живот бывшего Гео Архонта заставляет его зажмуриться, чувствуя бульканье внутри, словно весь мир перевернулся вместе с ним. Резко возникшая пустота сзади оказалась ужасной. Раздроченный, опухший и покрасневший сфинктер спазматически сжимается, пытаясь вновь почувствовать столь приятное давление. С каждым новым сокращением сперма Чайлда крупными белыми каплями начинает вытекать наружу, скользя вниз по бёдрам, несмотря на то что Чжун Ли тщетно пытался сохранить всё в себе — его слишком сильно растянули. Как же ненавистно ему было это чувство. Он сгорал от желания вновь испытать приятное чувство заполненности — ненавистна была сама идея этой пустоты, ему действительно нужно было… — Хм, — морщится Чжун Ли, почувствовав, как два пальца Чайльда скользнули глубоко внутрь его. — Я с Вами ещё не закончил, сяньшэн, — сказал позади него Предвестник, заставляя его дрожать от страха и восторга, трепетать, покрываясь мурашками, едва собираясь с мыслями, пока в ушах продолжают звенеть тёмные и похотливые нотки голоса любимого. Да! Всё внутри и снаружи Чжун Ли выказывало своё согласие на продолжение; он даже намеренно поднял вверх бёдра, словно приглашая член Чайлда вновь оказаться в нём. Мир вокруг ходил ходуном, а пол, казалось, дрожал, мешая сконцентрироваться, чем лишь помогал слабому голосу сознательности, пробивающемуся сквозь пелену оргазма, дозваться до адепта, пытаясь предупредить о том, что, если он продолжит, то, скорее всего, отключится посередине процесса. Однако Чжун Ли игнорировал его, способный в этом состоянии слышать лишь себя, стонущего и молящего вновь оказаться заполненным. — Пожалуйста, — тяжело дыша, прохрипел он, — вставь обратно, Чайлд. Вставь… Перехватив Чжун Ли одной рукой поперёк живота, Предвестник подтягивает и прижимает его к себе спиной. Два пальца, которые только что игрались с дырочкой, скользят по нижней губе адепта, который послушно открывает рот и стонет, словно пробует что-то невероятно вкусное. Он старательно вылизывает пальцы, чуть прикусывает фаланги, скользит языком по ногтям и каждому миллиметру кожи, полностью собирая и проглатывая густое семя. Охватившие похоть и бесстыдство буквально уничтожают всё то божественное, что было в нём. Прямо сейчас он не более чем распутник, молящий о том, чтобы его трахнули, вновь наполнили спермой, не оставили на нём живого места, чтобы потом он ещё долго вспоминал эту бешеную развратную гонку. Резко Чайлд вытаскивает пальцы из его рта, спускаясь рукой ниже по грудной клетке адепта, задевая затвердевшие соски, чуть играется с ним, и вскоре останавливается на вздутом животе. — Как же в Вас много моей спермы, сяньшэн, — касаясь губами ушной раковины, говорит Предвестник. Чжун Ли не нужно даже оборачиваться, чтобы понять, что сейчас на лице любимого вновь играет его фирменная ухмылка. Однако он замирает, как только Чайлд начинает, чуть надавливая, массировать круговыми движениями его живот. — Только посмотрите, каким большим стал Ваш живот… — бормочет Предвестник, заставляя Чжун Ли дрожать, чувствуя покалывание мелких электрических разрядов на кончиках пальцев. — Словно Вы вынашиваете моего ребёнка. Я настолько хорошо Вас трахнул? Его вульгарные слова заставляют лицо Чжун Ли гореть, что вовсе не останавливает увлечённого своим занятием Чайлда. Бережные прикосновения на мгновение позволяют мысли о том, что всё действительно выглядит так, словно они ждут ребёнка, задержаться в голове, но сила, которую прикладывает Предвестник, быстро всё отметает, удушая адепта. — Вы бы этого хотели, сяньшэн? — продолжил Чайлд. — Вы бы хотели, чтобы я продолжил ебать Вас до потери сознания? Прежде чем Чжун Ли успел сдержаться, его член затвердел от одной только мысли об этом. С губ вновь срывается стон, а мозги превращаются в кашу, полностью переставая думать. — Если бы только жители Ли Юэ видели, что их драгоценный бог — всего лишь похотливая шлюшка, — с ухмылкой говорит Чайлд, выделяя последнее слово и сильнее надавливая на его живот, заставляя адепта вскрикнуть. — Ах! Чайлд! Но Предвестник даже не думал останавливаться, крепче хватаясь за дрожащего в его руках Чжун Ли и увеличивая приложенную силу. Сперма начала сочиться из его дырки, тонкой густой струёй стекая вниз по ляжкам, пока Чайлд, словно понял принцип игры, старательно выжимал из него всё, что сам излил. Боги, пусть он остановится… Это так унизительно и… Заходясь в протяжном стоне, Чжун Ли прогибается в спине, откидываясь назад. Ему бы стоило сказать Чайлду прекратить эти игрища, но он только и мог, что скулить под ним, закатывая глаза, подставляясь под руки. Почему от этого так хорошо? Почему это больше заводит, чем унижает? В голове не было ничего, кроме рук Чайлда, что бережно принялись поглаживать его живот — эта нежность на контрасте со всем, что происходило до этого, настораживала, отзывалась звоном в ушах. Теперь ему этого уже точно никогда не будет достаточно. Большая часть скопившейся внутри спермы наконец вышла наружу, образуя лужицу между коленок Чжун Ли, который едва не задыхался от осознания, что всё это было внутри него. Уже очень давно он не утопал в таком порочном желании — казалось, что каждый сантиметр тела охватил огонь, перед глазами туман, сознание выворачивалось наизнанку. Ему едва ли удалось бы самого себя идентифицировать. Это ли он сейчас? Нет, он болтается в невесомости, зная, что хочет лишь член Чайлда внутри в каждом новом дне, чтобы его трахали как в последний раз — и так без остановки. Предвестник оставляет на его шее короткий поцелуй, шепча ему в кожу. — Как Вы? Вы всё ещё со мной? Продержитесь ещё немного? Чувство, выскользнувшее из поддернутого дымкой похоти сознания, заставляет сердце Чжун Ли пропустить удар. Болезненный укол в груди моментально возвращает его в реальность, и он подаётся назад, прикасаясь своими губами к губам Чайлда. — Да, Аякс, — с улыбкой даёт своё согласие адепт. — Сделай так, чтобы от меня ничего не осталось. Он только и успевает, что увидеть скользнувшую по губам возлюбленного улыбку, прежде чем вновь задохнуться от восстановившегося ощущения заполненности. Крик Чжун Ли эхом отражается от стен и потолка, лаская слух Предвестника, который с жадностью толкался в растянутую дырочку, с удовольствием отмечая, лёгкость проникновения ещё и от размазанной вокруг и внутри спермы. В новой позиции бывшему Гео Архонту было тяжелее: теперь его возлюбленный мог дотянуться до самых сокровенных уголков его естества, входя ещё глубже. В голове всплывают размытые воспоминания об Осиале, который тоже любил испытывать его на прочность, доводя до предела — нелепые тентакли вонзались в него до безумия глубоко, наполняли своим семенем с двух сторон, взрывая вспышками боли и удовольствия сознание Архонта, который был на грани обморока… Чайлд, будто бы прочитавший его мысли, ускорил темп, выбивая из лёгких Чжун Ли весь воздух и заставляя того сдавленно закричать. Казалось, он решил насиловать его до тех пор, пока не выбьет из него с очередным криком все воспоминания о тех, кто касался его в прошлом. И прекрасно справлялся с этим… Всего секунда — и сознание Чжун Ли обращается в ничто. Для него весь мир теряет смысл, краски блекнут, у него остаётся лишь обжигающее и пленяющее чувство — член Чайлда внутри, на бешеной скорости проникающий в него. — Так глубоко… о, мгх, о, Селестия… Аякс, да, да-а­… Большой, Аякс, ты такой большой, — всхлипывал Чжун Ли, скользя ладонью по животу и ощупывая выпирающий бугор, когда Чайлд в сотый раз вставлял ему. — Ох, Селестия, Селестия… Ты очень глубоко, Аякс. Глубоко! Силы покидают его, и руки отказывают, заставляя Чжун Ли упасть на пол, прижаться грудью к холодному нефритовому полу, пока его задница, захваченная в плен жадными руками Чайлда, продолжает принимать в себя член. Хватка Предвестника становится сильнее, одной ладонью он давит ему на поясницу, заставляя сильнее прогнуться, оттопыривая зад, от одного вида на который начинала кружиться голова. Ни секунды на передышку — только резкие толчки, шлёпанье встречающихся разгорячённых тел и надрывные стоны, всё чаще срываемые с губ. Переполненность опьяняла, боги, Чжун Ли срывало планку от того чувства, когда сперма вновь выскальзывала из него. — Не могу, мгх, поверить, что Вам это нравится, сяньшэн, — прохрипел позади Чайлд. — Никогда бы не подумал, что Вы можете быть настолько похотливым. Аждаха говорил ему то же самое, каждый раз удивляясь энтузиазму Чжун Ли, с которым тот садился на два его драконьих члена без каких-либо проблем… Рука Чайлда смещается вверх по спине адепта и остаётся на лопатках, где с силой начинает давить, едва ли не впечатывая любимого в пол. Чжун Ли полностью отдаётся ему, не оказывая ни грамма сопротивления, словно пытаясь показать, что сейчас он действительно лишь игрушка, с которой можно делать всё что угодно. Из груди рвётся очередной стон, на выходе ставший всхлипом, а глаза закатываются назад — горячие слёзы обжигают щёки и затекают в рот. Его почти рвёт на куски от двойного давления: внутри из-за огромного члена Чайлда, а снаружи — ощущения от прижимающегося к полу живота. Он был взят Предвестником на таран. В один и тот же миг это разрушало его, превращало всё тело в труху, но и приносило ни с чем не сравнимое удовольствие. Как ему сейчас вообще представлять свою жизнь без этого? Он ещё не полностью распробовал Чайлда в его безумной форме. — Ах, п-почти… Почти… — скулит Чжун Ли, пытаясь дотянуться руками до Чайлда. Бесполезно. Каждое его движение было нелепо и неуклюже, да и сил в нём не находилось. — Аякс, пожалуйста. Я уже почти… прошу… Нависая над его ослабевшим телом, Предвестник горячо выдыхает ему в ухо: — Сяньшэн, не беспокойтесь. Я точно знаю, чего вы хотите. В его голосе слышалась улыбка, и лишь от этого Чжун Ли содрогнулся, покрывшись мурашками. Адепт задерживает дыхание, боясь издать хоть один звук, полностью сосредотачиваясь на шёпоте Чайлда, что обжигал ушную раковину. Он говорил о том, как же внутри него хорошо; как же прекрасно, что он так легко принимает в себя; о том, какой он узкий; и о том, что он буквально создан для этого… И с новым нажатием на поясницу Чжун Ли хрипло выдыхает. Это для него слишком. Он так заполнен, переполнен, что даже не знает, есть ли в нём ещё место. Чжун Ли застывает, в ужасе распахивая глаза. Голову пронизывает осознание, что холод, разливающийся внутри, ему давно знаком. Как же много раз Чайлд игрался с ним, используя Отлив, иногда хохоча от удовольствия; и каждый раз это заканчивалось тем, что адепт беспорядочно метался по простыням, задыхался, забывая своё имя. Позади слышится смешок, и Чжун Ли только тянется трясущейся рукой назад для того, чтобы ухватиться за любимого, как тот полностью выходит из него, окатывая, словно ушатом холодной воды, леденящим чувством зияющей пустоты… А затем снова резко вставляет ему. Чжун Ли кончает в тот же миг, выкрикивая имя Чайлда — или он так думал, — перед тем, как весь мир взрывается перед его глазами. Ход времени замедляется, сознание отключается, пока всё внутри него спазматически сокращается. Отлив десятикратно усиливает чувствительность, что теперь ему стало казаться: ещё немного, и он рассыплется в запале. Из глаз летят искры, всё тело пронзают электрические разряды, и мир обращается во тьму. Вновь приходя в себя, он слышит, как Чайлд с почти звериным рычанием продолжает вдалбливаться в его бессознательное тело. Предвестник время от времени постанывал, звал Чжун Ли, хвалил его за то, что он такая покладистая шлюшка, идеальная насадка на член. Из-за непрекращающегося эффекта Отлива сознание трещало по швам, грозя расколоться, что потом он уже никогда не станет прежним. В теле совсем не осталось сил, поэтому Чжун Ли только и мог, что скулить, давиться стонами каждый раз, когда член Чайлда вновь оказывался в нём во всю длину. Это слишком. Всё стало казаться нереальным, словно здравый рассудок наконец покинул его; он потерял счёт времени, не знал, как долго Чайлд его трахает, всё время проваливаясь в забытие и приходя обратно в сознание. Его тело больше не принадлежало ему, выбрав новым хозяином Предвестника, который упивался подаренным правом собственности.

https://wampi.ru/image/R0w4iLx

Отлив Чайлда был безжалостен. Каждый раз, когда метка взрывалась внутри него, Чжун Ли бурно сокращался, словно он насильственно испытывает оргазм, а затем ещё один, и ещё. Член больше не твердел, и каждый последующий раз, когда адепт должен был кончить, его отбрасывало на самый край, за которым была лишь бесконечная агония. Как много раз он уже сделал это? После десяти Чжун Ли сбился со счёта. Пусть это прекратится. Он сходит с ума, он уже сошёл с ума… нет. На самом деле ему никогда не хотелось, чтобы это заканчивалось. Пусть Чайлд всегда будет внутри, не вынимает из него свой член до конца отведённого ему времени в мире живых. Ему хотелось… — Блядь, блядь, блядь! — Слышатся выкрики Чайлда позади. Всего лишь короткое предупреждение, после которого Чжун Ли заполняют спермой во второй раз. Однако эйфория захватила его с такой силой, что он едва понимал происходящее. Его дрожащая рука скользит к животу, словно пытаясь приласкать. Вновь болезненно взрывается метка, накрывая Чжун Ли новой волной опустошающего разум оргазма, словно в его раздроченное тело вновь кончили. Как много времени прошло с последнего раза, когда его настолько сильно заполняли? Где-то на задворках сознания мелькают воспоминания об Осиале и Аждахе, которые вытрахивали из него все силы и способности к мышлению, заполняли своим семенем так плотно, что ему становилось невыносимо тяжело. Он почти забыл, каково это. Одним рывком Чайлд выходит из него, и Чжун Ли не успевает даже вздохнуть, как его поднимают с пола. Он обессиленно стонет, глаза слипаются, и требуются огромные усилия для того, чтобы оставаться в сознании; словно где-то вдалеке, он чувствует, как тёплая густая жидкость начинает стекать по бёдрам, капать на пол… А всего миг спустя он вновь оказывается у Чайлда на члене. Не осталось сил даже не то, чтобы кричать. Голова кружилась, взгляд не фокусировался, и очертание поднимающегося и опускающегося потолка становились всё размытее. Чайлд поднимается на ноги, продолжая насаживать на себя Чжун Ли, словно самую лучшую в мире насадку на член. Собирая последние крохи сил, бывший Гео Архонт прижимается спиной к груди любимого, даря ему блаженную улыбку. Метка вновь взрывается — Чжун Ли отключается. Перед тем как провалиться в забытие, заботливый голос в голове напоминает о первоначальной причине, по которой он весь день с нетерпением ждал похода в Золотую палату… Но всё обрывается в тот миг, когда Чайлд, словно отбойный молоток, начинает вколачиваться в его тело, насилуя чувствительную простату. Последний оргазм превращает мозги в бесформенное желе. С губ срывается надломленный вскрик, он обмякает в руках, наконец достигнув своего предела.

***

— Сяньшэн? Чжун Ли — сяньшэн? Открыв глаза, первым делом он видит сияющее лицо Чайлда… и он был уже в своей обычной форме, одетый в обмундирование Предвестника. Если бы не агоническая боль во всём теле, то могло бы показаться, что всё это сон. Как бы сильно ему ни хотелось прикоснуться к любимому лицу, он не мог даже шевельнуться, не испытав страданий, словно все кости были переломаны, а мышцы — разорваны. Заботливый Чайлд быстро сообразил, что к чему, аккуратно помогая ему сесть, ласково поглаживая по спине. Не находя сил, чтобы заговорить, Чжун Ли только тихо мычит в благодарность. Всё вокруг продолжает кружиться, словно на карусели, и он опускает голову на плечо Предвестника, закрывая глаза и желая вновь забыться во сне. За последние несколько веков он не был так истощён. Однако обеспокоенный голос Чайлда удерживал его в сознании. — Сяньшэн, блядь, Вы до смерти меня напугали. Я уже подумал, что убил Вас, — протараторил он. Какой же громкий… Чжун Ли поморщился, сдвигая брови к переносице и едва не моля о том, чтобы головная боль поскорее отступила. — Я… я в порядке, — потирая виски, твёрдо говорил адепт. — Не переживай, моё тело довольно прочное. — Ага, — усмехается Чайлд, — я знаю. Совсем недавно Вы доказали мне это на практике. Чжун Ли неожиданно охватывают воспоминания о его похотливом поведении, заставляя щёки гореть. Он бросает взгляд на себя, а затем на пол вокруг — если бы не боль во всём теле, то он бы даже не догадался о том, что здесь недавно происходило. Его живот больше не был вздут, если честно, казалось, что он только что из душа — идеально чистый. На нём не осталось ни капельки спермы, которой было так много… слишком много. Пол был чист, пусть на нём и виднелись влажные следы уборки. Должно быть, Чайлд привёл всё вокруг и его самого в порядок, пока он был без сознания. Чжун Ли возвращает взгляд на Предвестника, и лёгкая улыбка трогает губы, как только он замечает, с каким испугом тот смотрит на него. Чайлд стал прежним: всё те же бездны аквамариновых глаз и те же непослушные, пушащиеся рыжие волосы. Ему не удалось совладать с желанием растрепать ворох огненных прядей, улыбаясь ещё шире, как только Чайлд, словно дворовый кот, подстраивается под ласки. На некоторое время они так и замерли, растворяясь в тепле тел и вслушиваясь в мрачную тишину, что едва не звенела в Золотой палате. Как только боль начала отступать, Чжун Ли неожиданно для себя вспомнил причину, по которой изначально пришёл сюда. — Ты был чем-то расстроен, — говорит он, тут же замечая, как напрягается Чайлд. — Расскажешь мне, что стряслось? Предвестник отодвинулся от него, намеренно избегая его взгляда. — Я... я подумал, что не подхожу Вам. Да, знаю, это глупо. — Не подходишь? — растерянно переспросил Чжун Ли. — Вы знаете, что я не люблю признавать собственную слабость, сяньшэн, но я не справился с ненавистью к тому, что не могу состязаться с Вашими прошлыми любовниками. Я же всего лишь человек, — со вздохом проговорил Чайлд, прожигая взглядом пол. Даже когда адепт поднял за подбородок его голову, тот не отвёл глаз от нефритового покрытия. — Простите за то, что так неожиданно напал на вас… Это была не лучшая моя идея, я знаю… Чжун Ли опустил на его плечо руку, прерывая торопливый поток слов, полных вины. — Ты не должен ни за что извиняться. Я забочусь о том, что будет с нами дальше, и поэтому совсем не переживаю о том, что случилось сегодня. Хотя бы это заставило Предвестника усмехнуться. — Просто чтобы Вы знали, я не планировал трахать Вас в Форме духа… Изначально я хотел лишь доказать Вам, что я не просто какой-то там человечишка… Со вздохом Чжун Ли, не выдерживая, щёлкает его по лбу, что заставляет парня моментально поднять на него недовольный взгляд. — Глупыш. Ты не должен мне ничего доказывать, — примирительно говорит бывший Гео Архонт и хватается за руки любимого, пытаясь подтянуть его поближе. — Мои прошлые любовники были совсем другими, но это ничего не значит, Аякс. И Чжун Ли совсем не удивился, когда Чайлд ответил молчанием, ведь он сам сказал: ему сложно признавать собственную слабость. За всё то время, что они были вместе как партнёры, у них не раз случались разговоры по поводу их чувств — нужно было раньше заметить этот недостаток. Но разве это помогло бы, если он только начинает понимать человеческие эмоции и их странный ход мыслей? Рассказывая про Осиала и Аждаху, Чжун Ли даже не мог подумать, что это так сильно отразится на Чайлде, а уж тем более, что он позволит ему думать, что он недостаточно хорош. К тому же его бывшие были давно запечатаны, поэтому изначально не представляли никакой угрозы. Однако, если бы Гуй Чжун была жива, она бы непременно напомнила ему о том, что люди полны загадок, которые ему ещё только придётся разгадать. А сложившаяся ситуация служила прямым доказательством этому: Чайлд всего лишь приревновал его и сделал неправильные выводы, что привело к битве. Бывший Архонт про себя вздыхает. Как это было похоже на типичного Чайлда, который все проблемы решает сражениями. — Я знаю, о чём говорю, Аякс. Я обожаю тебя таким, какой ты есть: человек ты или нет, — вновь заговорил Чжун Ли. — Мне кажется, что ты имеешь надо мной власть, словно гравитация — ты безумно притягательный. Никто и ничто не сможет изменить моего мнения о тебе, а тем более моих чувств. Я люблю тебя. Глаза Чайлда тут же удивлённо распахиваются, и в тот миг Чжун Ли понимает, как же он молод. Но несмотря на это может быть опасен и непредсказуем, пусть ему и совсем немного лет, в нём всё ещё бурлит юношеский максимализм, заставляющий временами сомневаться в себе и многое прятать внутри. И, к сожалению, Чжун Ли всё никак не может запомнить, что люди могут быть слишком эмоциональными в своих порывах. Предвестник быстро утягивает его в крепкие объятия, зарываясь лицом в изгиб шеи. — Никогда не оставляйте меня, сяньшэн. Несмотря на то, что его голос был приглушён, Чжун Ли разобрал каждое слово и с улыбкой обнял его в ответ. — Не оставлю. Я не могу представить свою смертную жизнь с кем-то, кроме тебя. Руки Чайлда сильнее сжались на его талии. — Между прочим, я тоже Вас люблю. — Я знаю, — смеётся адепт, вновь поглаживая рыжую голову. — Так-то хочу ещё сказать, — он отстраняется от него, чтобы сказать следующие слова Чжун Ли прямо в лицо, — Вы действительно удивили меня, сяньшэн. Никогда бы не подумал, что Вы можете быть настолько развратны! — А, да, — неловко закашлялся бывший Гео Архонт, — приношу свои извинения. Не знаю, что на меня нашло. — Вы реально согласились принять в себя такой огромный чле… — Аякс. — А разве нет? — ухмыльнулся Чайлд. — Вы не думаете, что нам нужно это как-нибудь повторить? — Я не был бы против, — после небольшого промедления ответил Чжун Ли. Запрокинув назад голову, Чайлд засмеялся так радостно и звонко, что смех, отражаемый в высоком потолке, буквально прошёл сквозь Чжун Ли, заставляя его сердце забиться чаще. Одна из самых прекрасных картин: его любимый человек, искрящийся от воодушевления. Стоило Предвестнику немного успокоиться, как он тут же скинул с плеч пиджак и укутал в него обнажённого адепта. Ткань хранила в себе тепло его тела и запах, что Чжун Ли неосознанно уткнулся в воротник носом. Он даже не успел и слова сказать, как его потянули на пол — Чайлд заключил его в объятиях, прижавшись сзади, словно большая ложка. Горячее дыхание обжигало шею, но согревало изнутри, и Чжун Ли пододвинулся к нему ещё поближе. — Может быть немного неудобно, — прошептал Чайлд, тут же зевая. — Но сейчас я слишком устал, сяньшэн… Мы можем немного поспать здесь? В крепких объятиях любимого, согреваемый его теплом Чжун Ли не мог даже думать о другом месте во всём Тейвате. Но что важнее, не было никого, с кем бы он хотел разделить столь сладкий момент. — Давай отдохнём, — с улыбкой отозвался Чжун Ли. Словно в знак благодарности, Чайлд усыпает его плечи и шею быстрыми поцелуями. Уставшие глаза моментально закрылись, и расслабилось тело, истощенное долгим и трудным… боем с огромным и грозным зверем.

https://wampi.ru/image/R0w43ii

1 — это не ошибка, я не запуталась в местоимениях. поскольку в английском языке нет разницы между «вы» и «ты», мне показалось уместным, что испуганный чайлд начал обращаться на «ты», когда до этого подразнивал его вежливым обращением.