Крепкая семья

Две женщины сидели за журнальным столиком в кожаных креслах. Молодые, по-деловому одетые и вполне даже симпатичные дамы пили кофе, и вели беседу, которую никак нельзя назвать непринуждённой. - Я думала, может это просто увлечение такое. Ну, ты знаешь, фетиш! У меня был парень, который ноги любил, прямо до безумия. - Ноги? - Ступни. Да не о нём сейчас! – раздался тяжёлый вздох, а потом куда более тихий всхлип. Юная особа сию интимную подробность про своего кавалера бывшего рассказавшая, носила имя Валентина, и была очень худенькой блондинкой. Крайне красивой, надо сказать. Хоть в данный момент она как-то стушевалась, но было в её несчастном лице что-то такое… Окажись рядом мужчина он бы любой ценой постарался несчастную барышню успокоить, и её обидчика самым жестоким образом наказать. - Понимаешь, – продолжила она. – Я ведь не против чтобы он всякое смотрел… Знаешь, все мужчины такие. Ну разве я не права? - Фантазии у всех есть, – заметила ей собеседница. - Ну вот и я об этом! Я подумала… Ну нравятся ему такие… Не проблема! Виду не подавала, и всё такое. А потом как-то поняла… - Валя, ты толком объясни, что именно он смотрел. Женщина с большой опаской огляделась по сторонам. Она точно знала: в офисе больше никого нет, и дверь закрыта. И всё равно очень опасалась, когда доставала телефон и открывала несколько сделанных с монитора фотографий. Сие были сцены порнофильма. Не самые, надо признать, извращённые (ну право слово, есть ли предел человеческой фантазии?), но всё-таки не та вещь, которую стоит носить в собственном смартфоне. А уж от столь беззащитной и миловидной особы подобного ожидать и вовсе не приходилось. Впрочем, беглый взгляд на фотографии не пояснил бы суть проблемы. Ну да, там некий мускулистый юноша проделывал всякие непристойные вещи над в меру симпатичной девушкой. И лишь хорошо присмотревшись (качество снимков несколько пострадало, у Вали явно дрожали руки при съёмке), можно было понять что участница сих утех на самом деле не совсем женщина. А если совсем уж долго разглядывать её, так и совсем не женщина. Наличие чулок, длинные волосы и размазанная по лицу косметика вводили в заблуждение, но… - Ты в истории браузера копалась, да? - Нет! У него была странная папка на ноутбуке, а там… - Ладно, суть я поняла. Он извращенец. - Ну да, но… Я же говорю, мне всё равно, если бы он просто смотрел. А потом я начала думать, и… Собеседница Валентины чуть приподняла бровь, как бы безмолвно вопрошая: «Ты? Думать? Да неужели?». - Ань, ну хватит! Мне и так плохо! Вторая участница сей интимной беседы тоже была блондинкой. Правда если у Вали волосы были скорее соломенного цвета и чуть волнистые, то у Анны прямые и не совсем натурального оттенка, который в узких кругах известен как холодный блонд. Вообще-то кроме самого факта наличия светлых волос трудно было бы найти между двумя женщинами много общего. Особенно сейчас. Впрочем, Валентина всегда была эдаким воплощением стереотипной женственности. Немножко уязвимая, чуточку глуповатая, но безумно красивая – такой она казалась окружающим. На самом деле дурой она вовсе не была, но об этом знали разве что самые её близкие подруги. Причём ей даже не нужно было притворяться, ибо некоторая легкомысленность в её мышлении всё-таки присутствовала. Анна же была совеем другой. Чуть более смуглая и не столь откровенная в своей женственности, она буквально излучала ауру властности. Едва взглянув на эту женщину вы бы поняли: она привыкла командовать и распоряжаться. Притом не собственным мужем, а вполне себе деловыми людьми. Что, впрочем, неудивительно: она была директором сей уютной конторы и непосредственной начальницей Валентины. А ещё её подругой, да. Одно другому почти не мешало. - Понимаешь, он ведь… Я замечала, но… - Валь, сделай три глубоких вдоха и говори спокойно. - Да, я… Спасибо! В общем, он брал мою одежду. Я и раньше замечала, но теперь… Он мои колготки надевал, и легинсы! Одни даже растянул! Помнишь те красные… - Ага, понятно, – заявила Аня. Она внимательно присмотрелась к подруге. Валентина, как это ни странно, редко жаловалась и почти никогда не просила о помощи. Собственно, ей этого и не требовалось, с её внешностью помощь всегда находилась сама собой. - И тебя, это не устраивает? – уточнила Анна. - А тебя бы устроило? - Нет, но я бы в такую ситуацию и не попала. Ну хорошо, если он такой извращенец, просто брось его и всё тут! - Но я его люблю! И он тоже… – тут Валя осеклась. – Думаешь, он меня всё ещё любит? - Откуда мне знать? А как у вас с браком? Что-нибудь изменилось? - Да нет, всё хорошо! Он всё такой же внимательный и… Может я что-то напутала? Может причина есть? - Сомневаюсь. - Я не хочу его бросать! - Это… - А тебе всегда Толенька не нравился! – почти закричала Валентина, но тут же поправилась. – Ань, прости, я не хотела. - Не стоит извиняться, – спокойно заявила та. – Я этого никогда и не отрицала. Причин для подобного отношения у Анны было две. И первая из них заключалось в том, как женщина в целом смотрела на мужчин, и как их оценивала. Взгляды её, надо сказать, отличались от тех, что предписывает женщинам традиционное общество, от тех которые были, например у Валентины. Начальница же её выработала с весьма юных лет свой собственный подход. Все мужчины для неё делились на тех кого стоит уважать, и на полных ничтожеств. Ровно так, и никак иначе, компромиссов тут не было. Уважения, с точки зрения Анны, заслуживали немногие, и лишь подобные представители «сильного пола» (женщина всегда употребляла сие сочетание с неприкрытым сарказмом) задерживались в её ближайшем окружении. Из их числа же и происходили все её немногочисленные сексуальные партнёры. Впрочем, к интимной сфере она относилась, как ни странно, довольно-таки по-мужски. Для потакания потребностям плотским глубокие чувства и особо близкие отношения ей казались необязательными. Нет, она понимала ценность подобных вещей и знала, что для большинства женщин они чрезвычайно важны. Но для неё это было лишним. И надо ли говорить что этот самый «Толенька» был не из тех мужчин, которых уважала Аня? Другая проблема заключалась в том, что этот юноша Валентине совершенно не подходил. Они были слишком похожи, и на самом деле недавнее открытие подруги многое объясняло. Весь из себя слабый, миловидный и… С точки зрения Ани, подруга сошлась с ним исключительно потому что только с таким вот слизняком она могла чувствовать себя сильной и важной. Сама же Валя считала иначе, называя основными причинами красоту Анатолия, а также внимательное и заботливое отношение. Куда более заботливое, чем у её прошлых партнёров. Видимо поэтому она и решила выйти за него замуж. Точнее женить на себе, так будет правильнее сказать. Этот шаг показался Ане большой ошибкой тогда, и теперь она была действительно счастлива от осознания собственной правоты. Все речи же подруги про любовь она оценивала крайне скептически. Расставание грозило Вале некоторым количеством куда более материальных проблем. Которые, впрочем, вполне можно было бы решить с помощью хорошего юриста. - Так что мне делать, а? – спросила Валентина. – Как узнать, любит он меня или нет? Ань, ты же умная, помоги! Анна задумалась, и вид у неё при этом сделался уже даже не властным, но скорее угрожающим. Помочь подруге ей действительно хотелось, да и попросту избавиться от жалкого Толеньки тоже было бы неплохо. С другой стороны, Валя, как ни прискорбно, с ним даже счастлива. - Я подумаю, что можно сделать, – сказала она. Валентина при этом беспокойно заёрзала на своём кресле и чуть не уронила чашку от испуга. Как-то очень уж жёстко прозвучали слова Анны, будто судья приговор вынес. Когда раздался звонок в дверь, Анатолий был погружён в книгу. Не развлекательную, надо сказать, а вполне профессиональную, нужную по работе. Чтение успело его утомить, и оттого он, с облегчением отложив тяжёлый том, отправился открывать незваному гостю. - Привет Толя! – сказала ему с улыбкой Анна. - При… Привет, – немного растерялся юноша. – А Вали нет, она к родителям поехала. - Я знаю, – резко ответила женщина. – Кто, по-твоему, ей отпуск дал? - Ну да… - На этот раз я пришла поговорить с тобой. Можно войти? - Да… Анатолий всегда терялся в присутствии Анны, испытывая ощущение плохо прикрытой враждебности, которой он попросту не мог противостоять. Впрочем, до сих пор это его не особо-то и беспокоило. С подругой и начальницей своей супруги он общался очень редко, и нежелание проводить вместе время было исключительно взаимным. Благо Валя это понимала, и старалась лишний раз их не сталкивать. Но вот теперь беда пришла к нему сама. Она что, собирается к нему приставать? Ну да, Анна была красивой женщиной, но явно не его типом. Опять же, это, каким дураком надо быть, чтобы трахаться с лучшей подругой жены? Саму идею измены Толя может и допускал… Теоретически. Но явно не так, и не с ней… - Не льсти себе, я не собираюсь тебя соблазнять, – словно прочитала его мысли гостья. Она сняла куртку и не разуваясь прошла в комнату. У них в доме так было непринято, и Толя хотел было возмутиться, но как-то не решился. - А зачем? – только и смог спросить он. - Поговорить про твою вторую жизнь. - Про что? – не понял юноша. - Про то, что хранится у тебя на компьютере. Анатолий посмотрел на Анну волком, и заявил: - Я не понимаю, о чём… - Давай не будем ходить вокруг да около, ладно? Я знаю, за видео ты смотришь. И знаю, что делаешь с одеждой Вали. Сохранять самообладание можно лишь до определённого предела, и столь откровенное заявление несколько выходило за эту границу. Толя замер перед своей гостьей, словно кролик перед удавом. Анна же прошествовала через комнату и удобно устроилась на диване, ожидая, когда юноша придёт в себя. - И как… - Для начала хочу подчеркнуть, – столь же резко заметила женщина. – Что моё намерение публиковать или нет данную информацию, не зависит от нашего нынешнего разговора и твоего дальнейшего поведения. Таким образом, подчёркиваю: это не шантаж. Анатолий хмыкнул и уныло улыбнулся. Ну да, ясное дело не шантаж… А солнце восходит на западе! - Чего от меня надо? – зло, но вроде как с ещё большей опаской спросил он. - Вообще-то я хотела тебе помочь, – будто бы с обидой ответила Анна. - Ты? Мне? Чем? - Вопросы… Ты ничего не будешь спрашивать, это самое главное правило. Если тебе что-то не понравится – просто уйдёшь. - Не понимаю! - Сейчас мы выйдем из дома, сядем в мою машину и поедем в одно место… Не бойся, оно близко от центра, и там безопасно. Ты ведь не думаешь, что я бы рискнула собственной репутацией и свободой, ввязываясь в похищение или убийство? Или всё-таки думаешь! Хорошо, можешь оставить дома с десяток записок о том, куда и с кем ты поехал. Можешь спрятать их в самые укромные места. Гарантирую, мы вернёмся ещё до возвращения Валентины, и ты успеешь их все собрать. - Так чего… Чего тебе от меня нужно? - Нет, никаких вопросов. Ты или едешь или нет. Я же в любом случае поступлю так, как и планировала. Ах, Толя, ну что ты за ничтожество всё-таки! Не понимаешь? Я даю тебе возможность исполнить твои мечты, а ты только и можешь стоять да боятся. Сделаем так: я вернусь в свою машину, и буду ждать тебя ровно двадцать минут. Если не выйдешь – я уеду, и поступлю так, как считаю правильным! – гордо заявила Валентина. И после сиих слов действительно покинула квартиру. Толя запер за ней дверь, даже на задвижку, которой они с Валей ни разу в жизни не пользовались. После чего вернулся на исходную позицию, и взял в дрожащие руки книгу. Даже попробовал читать, без особого успеха. Буквы прыгали перед глазами, категорически отказываясь складываться в осмысленные слова. Минут пятнадцать просидел он так, а потом резко вскочил и… Ровно на девятнадцатой минуте ожидания в машине Анны появился пассажир. Напуганный, вжавшийся в сидение, но зато с горящими глазами. Тронулись. Незаметно для мужа своей подруги, женщина отправила с телефона пару сообщений. Это была довольно неприметная квартира. Обычная такая, не особо уютная и самым стандартным образом обустроенная. В подобных местах обычно не живут: их сдают, притом на довольно-таки короткие сроки. Туристам, например. Или парочкам кои тайно встречаются, такое тоже бывает. Толя будто бы попал в странный и сюрреалистичный, но определённо приятный сон. Его ждала пенная ванная, с чуть дурманящими маслами. Его ждали накладные ногти, с золотистым узором, ждал парик с длинными светлыми волосами, почти как у его жены, только ещё симпатичнее. А потом стало и вовсе замечательно, когда Анна достала из шкафа одежду. Сперва она затянула вокруг его талии корсет. Не слишком плотно, благо Анатолий и без того был парнем очень стройным, но всё-таки достаточно. чтобы создать впечатление женского телосложения. Лифчик и искусственный под цвет кожи накладки на грудь эту иллюзию хорошо дополнили. Трусики, женские и очень облегающие, плотно прижимали его прибор к телу, будто бы его и не было вовсе. Чёрные кружевные чулки в мелкую сеточку… Платье и туфли на высоком каблуке были того же самого цвета что и лак на ногтях. Золотистые, блестящие. Правда если туфельки были просто глянцевыми, то лишённое декольте платье, с приоткрытыми плечами будто бы действительно было сделано из множества маленьких и тоненьких золотых пластинок. Но больше всего Толе понравилась нижняя часть платья. Оно было достаточно длинным, даже чуть ниже колен, но по правой и левой стороне шли глубокие-глубокие вырезы. Настало время накладывать макияж, и этим Аня занялась лично. И вновь всё было таким золотым, блестящим… И очень-очень густым. В итоге Анатолий уже не смог узнать собственного лица в зеркале. Да чего там, он вообще себя не узнавал. - Превосходно! – воскликнула Анна, и достала телефон. – Не бойся, я не собираюсь тебя фотографировать. Просто кое-кто очень хочет с тобой увидеться! У Анатолия сердце ушло в пятки, когда он услышал «Всё готово, поднимайся». Решил, что сейчас в квартиру войдёт Валентина и устроит настоящий скандал, решил, что всё это ловушка коварной змеюки. Но делать было нечего, пришлось просто ждать. Переодеться он бы может и успел, а вот смыть макияж… Буквально через пару минут дверь комнаты открылась, и в неё вошёл незнакомый мужчина. Стильно одетый, с лёгкой такой нарочитой неряшливостью. Небольшая аккуратная бородка на лице. Вошёл и уставился на Анатолия. - Что… - промолвил тот слабым голосом. – Кто? Аня прошептала ему: - Ведь ты именно этого хотел, да? Не нужно отпираться, не нужно бояться. Запомни, ты можешь уйти в любой момент, – сказала она, и тут же вышла из комнаты. В ванной она собрала Толину одежду и та сейчас же отправилась в мусоропровод. «Хотелось бы мне посмотреть как ты уйдёшь!» - не без злорадства подумала она, отправляя туда ботинки. Избавившись же от старого наряда, Аня вышла из подъезда и отправилась в ближайшее кафе. Наблюдать или слушать то, что должно было вот-вот начаться, женщина не имела ни малейшего желания. Этот мужчина, Константин… Он был одним из немногих представителей «сильного пола», которых она уважала. В данном случае дело было в умении добиваться своих целей и общей открытости к новым ощущениям. А ещё, он особым образом сочетал в себе исключительную самоуверенность с крайне уважительным отношением к окружающим. Впрочем, сейчас это было не так уж и важно. Как и те несколько месяцев, что они были вместе. В данный момент значение имеют две вещи. Во-первых, он действительно хочет попробовать кое-что новое. А во-вторых, он этого обязательно добьётся. Толя бы с ней согласился, если бы решил обдумать эти вопросы всерьёз. Но ему как-то немного не до того было, ибо всё его внимание занимали танцы. Не то чтобы какие-то особые и трудные, но для человека впервые вставшего на каблуки даже ходить бывает проблематично, и посему даже простое покачивание в такт музыки требовало приличной концетрации. Больше того, думать Анатолию совершенно не хотелось. Куда приятнее было отдаться происходящему безумию, и прижаться к чужой груди. Это так приятно, чувствовать его дыхание и трепет. Главное не думать и не вспомнить. Ни про то, кто всё это устроил, ни про собственную жену. Жену… Да, женился Валентине Толя по любви, но какая это была любовь? Основанная на восторге и зависти, если уж говорить откровенно! Она была воплощением всего того чем он хотел но не мог быть. Впрочем, теперь-то ясно: «не мог» это самообман. Не решался! Да, именно так! Сперва ему было достаточно быть рядом с ней, наблюдать и… Быть с ней как мужчина – это тоже помогало. Но потом захотелось большего, вернулись старые, бывшее с ним чуть ли не с самого детства фантазии. Оно получилось как-то само собой, однажды он якобы перепутал её трусики и свои собственные трусы. Опять самообман, в котором, впрочем, он сразу же себе и признался. Потом захотелось примерить чего-то ещё. И ещё… Ну а порно с участием транс-девушек было увлечением недавним. Опять же, размышляя об этом можно подумать, будто бы Толя действительно хотел чтобы Валентина его спалила. Хотел донести таким образом свою тайну, признаться. Но только ей! Даже в страшном сне не мог представить он, что тайну его узнает змеюка Анна! Впрочем, смотреть эти ролики ему было вовсе не в тягость. Больше того, они всё больше давали ему понять насколько далеко он готов зайти, и чего именно хочет. А теперь, танцуя с малознакомым, но столь заинтересованным в нём мужчиной, Анатолий точно мог ответить на этот вопрос. Он хочет поцелуя! Прямо сейчас! Наверное, он как-то пошевелился, особым образом заёрзал при этой мысли, ибо очень быстро последовал ответ. Костя довольно грубо (но грубость была скорее нежной, чем агрессивной или жестокой) взял его за подбородок и поднял лицо к своему. Поцелуй не заставил себя ждать, такой страстный и безудержный! А ещё вдруг оказалось, что они в танце плавно переместились к разложенному дивану… А Анна между тем допила кофе, и поехала заниматься своими делами, не имеющими к мужу подруги никакого отношения. Имея опыт крайне плотного общения с Константином, она точно знала: возвращаться стоит часов через пять, не раньше. О да, этот человек не любит торопить события. Толя бы ей возразил, да только в тот момент его рот был несколько занят. О да, Костя был с ним нетороплив до тех пор, пока они танцевали. Но стоило перейти к чуть более интимной области, как всё начало развиваться крайне стремительно. И это было хорошо, ибо не давало ему лишний раз задуматься, комплексы и страхи просто не успевали подняться из глубин естества. А все мысленные его усилия немногочисленные, были направлены на копошение в памяти: как именно должно делать то чем он, в данный момент, занимается. Притом вспоминалось всё больше не видео, но собственный опыт с Валентиной. Внезапно всё прервалось. Толя даже сообразить не успел, как оказался прислонен… Нет, не к дивану, а к стоящему неподалеку столу. В сущности, его тело представляло собой правильный прямой угол. Костя приподнял часть него юбки, и приспустил трусики. Анатолий зажмурился, и стушевался в испуге. Доводилось ему читать, как это бывает в первый раз. Сейчас будет больно! Впрочем, Костя вдруг перестал быть столь напористым и быстрым. Теперь он действовал куда аккуратнее… Покончив с самыми важными своими делами, Анна поехала назад, в ту самую снятую ей на один день квартиру. Внимательно следя за дорогой, она, тем не менее, мелком думала по поводу происходящего. Ну и по поводу прошлого тоже, чего уж там! Константин был… Неплох, и это как минимум! На самом деле именно в сексе он был лучше всех, да и в остальном не сильно хуже других. Отчего же они так быстро расстались? О, причины было ровно две. Одна: Константин не искал долгих серьёзных отношений. Вторая: подобных отношений не искала сама Анна. В какой-то момент ей казалось, что она сможет осадить этого, с позволения сказать, жеребца, если поставить себе такую цель. Женить его на себе… А дальше? На цепь его посадить, чтобы налево не ходил? Зачем ей это нужно? Собственно Аня был из числа тех женщин, что вообще не могут толком понять, зачем им нужен муж. О нет, зачем он нужен другим дамам она в целом осознавала, но лично ей подобные отношения казались излишними и даже, в некотором смысле, расточительными. Брак (и это видно хотя бы на примере той же Валентины) требует огромных затрат времени и сил, а отдача от него крайне скромна. Зачем он ей? Ради секса? Так она и без того на его нехватку не жалуется (а отличии от некоторых дам, пробывших в браке лет эдак десять). Детей завести? Ну нет, об этом не может идти и речи. А даже если, в теории, она потом и захочет… Муж для этого вот вообще не обязателен. Собственно даже непосредственное участие представителя мужского пола в процессе необходимым не является. Всё-таки в некотором отношении мужчины казались Анне весьма отталкивающими. И прибыв на место, лишний раз смогла в этом убедиться. Константина она не обнаружила, а вот Анатолий лежал на диване в самом непристойном и весьма неприглядном виде. Без платья, и трусов, но всё ещё в лифчике. Один чулок приспущен, другой порван. Грязный, в размазанной косметике… Впрочем, чего греха таить, застав в подобном виде любую свою знакомую Аня бы испытала не меньшее отвращение. Пожалуй, так это всё и воспринималось. Она смотрела на мужа подруги, и не видела, собственно, мужчину. Скорее уж женщину, которая не умеет сказать «Нет», или просто не понимает, что есть такая штука как самоуважение. Подобные личности Аня недолюбливала. Взять ту же самую Валентину: у неё порой ветер в голове, но всё-таки есть внутренний стержень, есть вещи, на которые она не согласится, даже если очень хочется. А этот… эта.… Но всё равно, нужно было разбудить сию блудницу, и как-то привести в порядок. Быть может выкидывать мужские вещи и не стоило. Похоже Константин несколько переусердствовал, и одежда пришла в негодность. Впрочем, это не самая большая проблема. Как минимум решаемая. А представить себе эту… особу… в старых вещах Анатолия было трудно. Взяв из шкафа вешалку, Анна принялась тыкать ей спящую «красавицу». - Эй, просыпайся! Эй! Та немного заерзала, но из царства грёз не вернулась. Наверное, стоило бы хорошенько толкнуть, но прикасаться к ней Аня категорически не хотела. Во всяком случае, пока та как не помоется. Посему Анатолий был разбужен крайне чувствительным ударом по макушке. Если бы не парик, наверное осталась бы немаленькая шишка, после подобных избиений. - Вставай давай, спящая царевна. Иди души прими! - Я… - Только мне не рассказывай подробностей! – возмутилась Анна. – Знать ничего не хочу! - Ты не расскажешь Вале? Хотя нет, наверное расскажешь! - Нет, – ехидно улыбнулась женщина. – Я ей ничего не расскажу, можешь не беспокоится. Ты ей всё расскажешь сам! - Я? - О да, именно ты. Расскажешь честно и без прикрас. И только попробуй теперь отказаться! Валентина вернулась от родителей в настроении хорошем, но состоянии крайне обеспокоенном. Отправляя её в сие путешествие, подруг дала ряд инструкций: не звонить ни ей ни Толе, вообще не выходить на связь. Иная женщина на её месте заподозрила бы измену, но только не Валя. Анне она доверяла в таких вопросах абсолютно. С другой стороны, её обещание разобраться с их «проблемой» тоже было веским поводом для беспокойства. Едва войдя домой, она буквально наткнулась на свою начальницу. Та стояла в прихожей: вся такая самоуверенная, с крайне самодовольной улыбкой. - Привет, – неуверенно пробормотала Валя. – Ты меня ждёшь? - О да, именно тебя. Я разобралась в вашей проблеме! – резко заявила она. - То есть… Ты что, Толю убила? – ахнула жена потенциального покойника. - Знаешь, возможно. В некотором метафорическом смысле. Ладно, успокойся ты, всё с ним в порядке. - И где он? В ответ Анна громко свистнула, и отошла чуть в сторону. Пронзительным, чуть оглушающим свист получился. В тот же момент из комнаты вышла… Нет, Валя сразу признала в этой девушке своего мужа. Несмотря на парик, несмотря на короткое платье и её красные (и, увы, безнадёжно растянутые) легинсы, не признать его было невозможно. С другой стороны, если бы не так близко, да неожиданно, то кто знает… - Привет, – тихо прошептала девушка-муж. - П-привет… Толя… Валя оглянулась в поисках подруги, но та словно сквозь землю провалилась. - Сбежала! Чего тут она с тобой сделала? – возмущённо спросила жена у мужа. - Ничего… То есть сделала, но… Я и сам… - Да знаю я! – вздохнула Валя. – Ты бы хоть легинсы пожалел, Толь! Я за них почти десятку отдала! - Прости… - Ладно, чего там. Пошли, расскажешь, чего тут было у вас. Анатолий на несколько секунд застыл, будто бы парализованный ужасом, а потом вернулся в комнату. «Странно, и чего он испугался, в таком-то виде?» - подумала Валя. В ближайшие несколько минут ей предстояло ещё узнать пару сюрпризов. А тем временем крайне самодовольная Анна ехала домой. Пусть муж с женой сами разбираются, ведь лезть в семейные дела это так неприлично. И Валентина пусть уж сама решает, чего хочет, но теперь ей всё будет ясно как день. Кто знает, какое решение примут они, когда Толя выложит перед ней всю правду. Может скандал будет и развод. Может, решат и дальше в браке оставаться, будто бы и не было ничего. От этой мысли Ане стало немного тошно, ей как-то не хотелось так разочаровываться в подруге. Впрочем, может они и к чему-то другому придут. Подружками например станут, и вместе жить продолжат. С них, дурочек, станется. Свою же миссию Анна считала полностью выполненной. Приятно ощущать себя хорошей подругой!