Цветение златоцветника

Утренняя роса только едва засверкала от появившегося солнца, как тут же ступени тихо начали поскрипывать, от отца, который стал подниматься на второй этаж. Он тихо прошел по мягкому ковру и встал над кроватью. Его волосы свисали, закрывая обзор глазам. Заправив мешающие локоны за уши, Римус начал рассматривать дочь, ее раскиданные по наволочке шелковистые волосы, ее губы, а глаза... Открылись. Эвелина взглянула на него, и улыбнулась отцу, давящему лыбу. –Твои глаза—он не успел договорить. –Мамины? Дочь продолжала эту фразу, ведь ее, папа говорил ей каждое утро, ее преследовало чувство, что это напоминание о том, что она проживает каждый день, благодаря матери, переносив частичку ее души в себе. –Сегодня будет сложный день, умывайся, я жду тебя внизу на кухне. –Хорошо пап!—у нее затряслись руки и мышцы под ребрами начали напрягаться, она почувствовала то самое волнение перед днём рождения, или когда парень в которого ты влюблена зовёт гулять, но ни то, ни другое никогда не чувствовала наша героиня. Хоть и день рождения оставался для нее праздником, он был скорее радостным, добрым и уютным, чем волнительным и движовым. Каждый день хоть и был похож на другой, но каждый день она узнавала что новое, читала, в особенности она выучила ЗоТИ и зельеварение, очень уж ее интересовала эта тема. Хоть девушка ни разу не была в Хогвартсе официально, отец возил ее по тайным ходам на квиддич. Девушка знала о Хогвартсе больше чем ученики, ну а квиддич, вообще стал ее пристрастью. В 10 лет читав все книги с чердака, она нашла 3 потрёпанные книги о игре, они со временем стали ещё изношенее чем были, она перечитывала их каждый месяц, мечтала, и упорно трудилась, и надеялась, что когда-нибудь она станет ловцом, или ещё кем-нибудь, ну, вообще попробует на вкус этот квиддич, в роли главной героини сего мероприятия. Девушка расправила слегка помятую футболку, которая была на ней, она пахла духами отца и шоколадом, который оставлял Люпин ей перед трехмесячным отъездом в школу. Дверь проскрипела, Эв аккуратно вышла из комнаты, но деревяшки на полу продолжали скрипеть и поболтаться туда-сюда. Проходя мимо огромного количества дверей, она начала разглядывать стены, полы, картины, так, как будто была здесь впервые, спускаясь по лестнице, она увидела отца который сосредоточенным лицом накрывал стол так красиво, как никогда. Хотя не умел хорошо готовить, старался ради дочери. На столе стояли неумело наложенный по тарелкам омлет, салат сделанный на скорую руку, фрукты. Эв улыбнулась, потому что она, наверное, единственная кто видел отца таким старающимся ради того, кого любит. –Охохо, наш Лунатик стал хозяюшкой?—Послышалось из конца коридора Это был Сириус, он проснулся от запаха подгоревшей стряпни друга. –Пап, ты решил празднично отметить мой отъезд из Блэк Мэнора?–Девушка отчаянно пыталась пошутить, но предвкушение поездки не давало ей покоя. Бродяга и его прекрасный товарищ одновременно развернули головы и улыбнулись, эта улыбка была как никогда искренней, была даже лучше той, которую невозможно было снести с их лиц после трёх бокалов огневиски. –Да, мы сочли это за наш маленький праздник, если честно, тебя очень ждут в Хогвартсе. –Правда?..— Эвелина не подавала виду, но была шокирована. Ее ждут? Почему? В ее голове, тут же всплыл вопрос, давно терзавший ее, она, бывало ночами не спала, думая, какую роль среди мародеров занимал ее отец, его предыстория, ведь, казалось, они живут вместе очень много лет, а он так ей ничего и не рассказал. Спросить сейчас, или оттянуть на потом? Я буду уже в Хогвартсе, возможности не будет. Немного поразмышляв, Эва решилась. И из ее уст, будто вылетели эти слова. –Пап, а почему во всех книгах, в которых упоминают вас, мародеров, вырваны страницы с тобой? Тут же обстановка сменилась на чуть мрачную, улыбка спала с лица отца, но вскоре возродилась, но не в таком ярком виде как ранее. –Ты же помнишь, я рассказывал, во время первой магической войны,—отец говорил это очень мягко, продумывая каждое слово,—когда погибли Джеймс и Лили, твоя мать была близко, Волан-де-морт надеялся, что ее будет легко переманить на темную сторону. Она была чрезвычайно мудрой и сильной волшебницей, и понимала что этот момент придет. За несколько недель до этого, она придумала заклинание, названное в честь тебя, Эвентум - оно даёт возможность передать свою волшебную силу другому волшебнику через сильные эмоции. И когда нужный момент пришел, она применила его на тебе. Именно поэтому в тебе живёт ее частичка, ее магия. Тебе будет очень сложно справляться с этими силами. Волан-де-морт снова берется за свое, тебе небезопасно быть здесь, он знает что у тебя часть силы матери, в Хогвартсе будет безопаснее. Со стороны Эвелины раздался тихий вздох, но она продолжала очень внимательно, и удивлённо слушать. –Я принял решение, что до 15 лет, ты просто будешь изучать магию сама, чтобы ты не понимала своей значимости. Теперь это очень важно. Хоть тебе только исполнилось четырнадцать, план придется воплотить раньше. После этих слов, в поместье воцарилась тишина, только домовые эльфы шуршали где-то далеко. Мысли перевернулись. Я - сильная волшебница? Нет, не верю, у меня же поначалу даже самые простейшие заклинания не получались. В Хогвартсе будет очень сложно, надеюсь я справлюсь со своими силами. Весь завтрак Эвелина очень переживала, и ожидала встречи со всеми ребятами, с Гарри, с которым она едва познакомилась после квиддича, его друзьями, и теми двумя рыжими шпалами, которые улыбались ей весь матч, она пару раз видела их в меноре, но во время собраний ордена, отец просил оставаться в комнате. Уже сегодня ей предстояло оказаться в месте мечты - Хогвартсе. Часы летели незаметно, книга за книгой, свитер за свитером летели в винтажный чемодан отца. Светло русые, почти рыжие волосы девушки были собраны в неаккуратный пучок, а у лица свисали маленькие прядки, которые ей постоянно приходилось заправлять за уши. Раздумья были только о том, как вместить столько вещей, стоит ли столько брать, а что вообще брать, надо выглядеть идеально, Эв была очень озабочена своим появлением в школе, и мысль о ее приезде совсем не собиралась ее покидать. Поток мыслей прервал отчётливый стук в дверь. Сириус вошёл в комнату, словно она принадлежала ему, оглядывался, и конечно, Эвелин незамедлительно обратила на него внимание, и перевела взгляд от полки к двери. —Волнуешься?–сказал анимаг очень низким, но греющим душу голосом, словно бархат. —Я очень переживаю, вдруг меня не примут, хотя это классические переживания новенького в коллективе— девушку не интересовало больше ничего кроме продолжения сборов. —Ты очень много знаешь. Думаешь, зря столько училась? Ты изучила то, что твой курс будет осваивать только на следующий год, твои силы, смешавшись со знаниями дадут плоды твоим стараниям, и, кстати, я уверен, ты сразишь наповал всех мальчиков факультета Гриффиндор. Крестный подмигнул, и надеялся, что эти слова отвлекут Эв от переживаний, но она пропустила их мимо ушей, и продолжала обдумывать. —Сириус, я переживаю, что не смогу прижиться, меня не примут, а вдруг я попаду на Слизерин? Или Пуффендуй, ведь у меня никогда не было друзей, может, я очень хороший друг. Или Когтевран, я очень люблю учебу–в нее вселилась заучка, которая тароторила со скоростью света. —Не важно. Ты очень ценный ученик, тебя с руками и ногами заберёт любой факультет, и учитель под опеку. Когда меня взяли в Гриффиндор, семья меня возненавидела, я стал изгоем, ведь они хотели чтоб я стал такими же как и они, но я был бунтарем, сбежал к Джеймсу, в общем, я отстоял себя, и у тебя получится. Ноющая боль под ребрами начала стихать, Сириус понял, что девушка успокоилась, и нежно взял ее за руки, он почувствовал переживания, которые не стихали в ее глазах. Тут же он придвинулся ближе, и обнял девушку так крепко, как никогда, она – ещё крепче. —Запомни, у тебя все получится, ты не только очень способная, но и сильная магия таится в тебе, вот увидишь, все будут поражены тому, что ты знаешь, а все заучки будут в ярости, хотя ты им и не соперница. Его взгляд был очень добрым, он смотрел сквозь душу, но становилось не страшно, наоборот, спокойно. Сириус тихонько встал с кровати по которой были разбросаны книги с заклинаниями, рецептами зелий, и по приручению магических существ. Оглядев то, с чего только встал, он улыбнулся, послав одобряющий взгляд. Дверь захлопнулась от сквозняка, и Эва пошла к окну, дабы ветер не переломал дом. Заодно, она решила выглянуть на улицу, а там стоял утренний туман, и она осознала, перестала переживать и трястись.

"Главное просто быть собой, а все остальное зависит уже не от меня".

***

Через пару часов у комнаты стоял собранный чемодан и клетка с совой, о который Эва ещё не знала. Она лежала на кровати в полупустой комнате, и через полчаса, ей предстояло выходить из дома, девушка собралась с силами, и встала. На стуле, который стоял задвинутым к столу, висел свитер кирпичного цвета, тёмно-коричневые штаны в клетку, бежевые теплые носки, а на столе любимые серьги, и золотой кулон с подвеской в виде солнца. Также отец оставил ей пару плиток ее любимого шоколада, много он не клал, ведь тоже едет в школу преподавать ЗоТИ. На столе больше не лежали горы карандашей и ручек, отныне все это было собрано с собой. Эва оделась, вышла из комнаты, и справа стоял ее чемодан, который она часом ранее вынесла из комнаты. Но, там, было непонятное пятно тёмно-коричневого цвета, как и ее штаны. Она, пройдя пару метров развернулась, и увидела сову. —Оох, малыш! Как ты здесь оказался?! Из неоткуда появились двое мародёров, они в обнимку подошли к Эве. —Это тебе подарок от нас, в честь твоего первого учебного года. – они сами были в предвкушении бурной реакции дочери. — Пап! Спасибо!! Это девочка или мальчик? Как мне назвать это чудо?–девушка будто снова вернулась в детство, она радовалась как ребенок и визжала от счастья. —Это девочка–сказал Сириус и обернулся назад, там пробежал домашний эльф. —Тогда она будет Солар, в честь солнца – девушка указала на подвеску, взяв ее в руку. Сириус и Ремус переглянулись. —Отличное имя. —Я согласен. И они ушли в закат. Эва ушла в комнату, и проверила время, было 15 минут до выезда. Снова волнение наполнило ее грудную клетку, она тряслась, но вновь вспомнила, что сказала сама себе. Было 31 августа, на улице тепло, рядом с менором люди, кто-то бежал, а кто-то неторопливо шел попивая кофе. Римус выносит чемоданы в руках, любит он маггловские приемы, Эва же, в руках несла любимую книгу, сову и плитку темного шоколада с фундуком. Сириус выбежал вслед за другом, и врезался в него с разбега. —Я точно не могу поехать с вами..?–он очень переживал на этот счёт. —Я сказал уже. Дамблдор говорил, что ты можешь присутствовать после рождества, на состязании трёх волшебников. Потерпи немного.–Римус говорил очень четко, словно уже на переживался, а бархатный голос Сириуса поплыл, у Эвы раскрылся рот от удивления. Впервые, она видела сурового дядю таким печальным. Несмотря на то, что девушке нельзя было трансгрессировать, других способов не было, она не значилась в списках, за ней ещё не следили. —Ты готова?–улыбнувшись, отец сжал руку дочери, и большим пальцем погладил ее по руке. —Д..–девушка не успела договорить. Как вдруг она почувствовала ощущение, что съела очень много, и организм этого не выдерживал, секунду спустя, они стояли мрачном, холодном подвале, неприятное состояние пропало. Наверное, это был не подвал, а туннель, несмотря на теплую погоду, там было прохладно, не зря Эва надела свитер. —Ох, где это мы? Отец затаил дыхание, словно, он очень давно хотел рассказать про это сооружение. Из кармана он достал свёрток бумаги. —Клянусь, что замышляю только шалость. – тут же пергамент наполнился красками, ветвистыми линиями и движущимися фигурками. —Карта мародеров?–девушка читала о ней ранее, но не думала что она у отца. —Это именно она, мы сейчас тут.– мужчина указал пальцем на верхний правый угол, там не было их имён. Он зашагал влево, его дочь за ним. Поворот за поворотом по длинным коридорам, Люпин показывал разные пути, как от куда можно пройти, скоротать путь. —По прибытию, я отдам ее тебе.– он ухмыльнулся. —Да?– Эва не ожидала ещё одного неожиданного подарка. После слов отца, она стала пристальнее следить за тем, что он показывает, все уловки и тайные ходы, девушка запоминала их, чтоб ей не было так скучно находится здесь. —О, а вот и лестница. – Римус повернул голову в сторону дочери. Он заметил ее переживания, руки начали трястись, вслед за ними ноги, страх будто окутал Эву, и создал ауру, от которой самому мужчине стало не по себе. Он вновь взял ее руку в свою и сжав ее, решительно шагнул вперёд. Первая ступень, вторая, третья, они были очень узкие, сама лестница же, как вихрь, закручена, перил не было, вместо них, высокие стены из грязно-коричневого кирпича. Когда они оказались у небольшой арки, Эва запнулась, но не подала виду. Войдя в эту "дверь", Римус вновь раскрыл карту, что-то очень быстро посмотрел и начал вести дочь по тайным ходам. Девушка разглядывала каждую стенку и кирпичик, это были словно катакомбы Хогвартса. Они шли очень долго, и спустя время, набрели на огромную арку, с ветвистыми узорами из золота. За ней был огромный зал, наполненный шумным гулом, стояло четыре стола параллельно, и один поперек их. —Слизерин, Когтевран, Пуффендуй, ну и Гриффиндор. – Люпин поочередно называл столы.