Слезы роскоши

Это был первый раз, когда отец Тэхена взял его с собой на вечеринку, где собирались все бизнесмены, олигархи и президенты крупных компаний, а также их высокообожаемые дети, те самые мажоры, которым нет никакого дела до чувств других людей, которые привыкли жить на готовом. Немного прокатившись по вечернему Лас-Вегасу, который блистал в свете софитов и ярких огней, они приехали на место, где проходила встреча. Вся эта суета вокруг казино, сводила с ума. Бегающие повсюду лакеи и журналисты, трепещущие менеджеры работали так собрано, что малейшую оплошность тяжело было бы заметить. Грандиозное здание с прекраснейшим фонтаном и светошоу, встречало люксовые автомобили всех мастей и их богатых хозяев. Люди в дорогущих костюмах, гордо проходили внутрь, словно считали себя вершинами мира. Их высокомерность и тщеславие можно было почувствовать за километр. Вспышки камер и восторженные крики людей, что стояли за забором, создавали ту самую атмосферу сладкой жизни. Заборы были для того, чтобы не навредить членам высшего общества, ведь простых людей за людей-то не считают, боятся, что те могут сделать что-то не так. — Пап, я не понимаю зачем я здесь. — говорил Тэхен, нервозно сжимая ладонь в кулак. — Ты должен будешь познакомиться с этими людьми, чтобы в будущем иметь связи и представление о них, — Кану улыбнулся проходящей мимо паре, — просто улыбайся им, тебе не обязательно общаться с ними, не показывай свою ненависть к ним. Тэхен улыбнулся девушке, прошедшей совсем близко. И так продолжалось ещё несколько раз, прежде чем они вошли внутрь. Роскошный длинный коридор, с позолоченным потолком, различными лепнинами на стенах и мраморным полом, созданный итальянскими дизайнерами и архитекторами, направлял людей в ресторан, где были толстые коллоны коринфского ордера, которые отправляли гостей в Древнюю Грецию, а статуи, стоявшие по бокам от входа и державшие в руках опахало, погружали людей в мир, где те могли посчитать себя королями. Вся эта пышность у большинства бы вызвала восторг, но Тэхену это казалось чуждым. Он родился в обычной семье, учился в обычной школе, видел настоящих людей и имел настоящих друзей. Потом всё изменилось и оставило свой след в его жизни. Пока отец разговаривал с партнёрами, Тэхен сидел в баре и выпивал виски, постоянно крутя бокал в руке. Он наблюдал за манерами этих людей, за их словами. Какая-то женщина громко смеялась над самой глупой шуткой своего партнёра по бизнесу, дабы наладить с ним отношения, её двуличие замечали все, видимо, кроме этого идиота, что стоял перед ней и распинался. В другом углу молодой парень с зализанными волосами и совершенно не подходящей к данному мероприятию одеждой, нагло приставал к официантке, постоянно касаясь её и мерзко заигрывая, но после её отказа, начал кричать на неё, обвинять во всем и угрожать… От скуки Тэхена избавило сообщение. Он был счастлив ему, но не долго, ведь, открыв его, он изменился в лице. В глазах можно было прочитать боль и ненависть. Быстро поднявшись, он ушёл в туалет. Стоя напротив зеркала, парень пытался сдержать подступающий гнев. В рассылке было сказано, что правительство собирается вложить деньги, которые должны были пойти в онкологический центр для детей, в развитие новой нефтяной компании. Тэхен ударил по раковине руками, и крикнул: «Жалкие циники! Богатства, богатства, а какой от них тогда смысл? Почему именно эта жизнь?» Из кабинки вышел молодой парень, присутствие которого удивило Тэ. Он был уверен, что это очередной мажор. Когда парень подошёл к раковине и включил воду, то спросил: — Что не так с твоей жизнью? — его голос был серьёзным и пронзительным… — Я думаю, что тебя это никак не касается. Вам богатым вообще все равно на других людей, которые не имеют столько денег, чтобы сделать свою жизнь чуть лучше и ярче, так что иди подальше со своими глупыми вопросами. — Неожиданно, — Молодой человек сомкнул губы, отвёл взгляд и усмехнулся, а позже покинул уборную. Вернувшись в зал, где стоял шум, Тэхен приземлился на тоже самое место у бара и заказал шампанское. Его пьяный взгляд упал на отца, который разговаривал с тем самым парнем, на которого он повысил голос в уборной, не сумев сдержать ярость. Теперь Тэхен хотел поскорее покинуть это место, провалиться под пол, так как ощущал неприятное тягостное сдавливание в груди. Он старался уйти, но его остановила девушка, которая начала непринуждённый разговор: — Такой молодой, красивый, и денег полным полно. Я бы очень хотела завести с ним роман, но говорят, что он гей, а значит я не особо его интересую. — произнесла девушка с грустной ноткой в голосе. Тэхен молчал, в горле образовался комок, но спустя несколько секунд он ответил: — Очередной папинькин сынок, который здесь по его просьбе. — Нет-нет, что вы, он получил целую империю в наследство от отца, — выпивая бокал Dom Perignon говорила девушка. — А что случилось с его отцом? — Дело в том, что никто точно не может сказать, по-моему его убили. Тэхен стоял и обдумывал эту информацию, крутя в руках сигару, которую стащил из машины отца. Он не затягивался ей, только немного дымил, чтобы успокоить нервы, а потом спросил у девушки: — Вы считаете, что человека украшают деньги и власть? — он задал этот вопрос, чтобы понять нужно ему знакомиться с ней или нет. — Почему же украшают? Они создают его. Вы думаете, не будь у него этих денег, с ним кто-нибудь бы захотел искренне дружить? — девушка взглядом указала на того самого «Мажора». — Разве такое общение, с вашей стороны является искренним? Мне кажется оно направлено на выгоду. — гневно, но очень сдержанно сказал парень, но не останавливаясь, задал следующий вопрос, — А, что на счёт вашего цинизма? Я считаю, что это ничто иное, как ваше легкомысленное представление о мире и простых людях. Я не думаю, что людей «создаёт» их власть или средства, я думаю, что человека создаёт его доброта и непосредственность, а также я думаю, что люди подобные вам не обладают чем-то особенным, кроме миллионов на счетах и раздутым эго. — А вами движет хамство и глупый альтруизм, а также обостренное чувство справедливости. Поначалу вы понравились мне, но теперь я вижу маленького мальчика, который потерялся среди нас, людей высшего сорта, которые правят миром. И я думаю, что если бы не ваш отец и его умение общаться с людьми, вы были бы обычным рабочим, который выполнял бы самую грязную работу, «необыкновенным», как вы утверждаете, человеком. До свидания, надеюсь мы с вами встретимся, когда вы будете работать портье в этом заведении. Тэхен усмехнулся и собирался выйти на улицу, потому что долго не мог находиться среди людей с низменными желаниями, но его опять остановили, отчего он заметно напрягся: — Сын, — позвал его отец, — познакомься это Чон Чонгук, владелец одной из самых крупных компаний мира. — Ну что вы мистер Ким, не стоит меня представлять вашему сыну таким образом. — Чонгук протянул руку Тэхену. Его простая и добродушная улыбка и взгляд надолго остались в голове Тэхена. Такой, казалось бы, властный человек, который поначалу кажется самым высокомерным из всех присутствующих здесь, на самом деле является одним из немногих, кто действительно обладает искренностью и не считает чужие деньги. К ним подошёл высокий афроамериканец, и что-то прошептал на ухо Чонгуку. Его взгляд стал серьезным и раздраженным, словно произошло что-то очень страшное, сравнимое с состоянием между жизнью и смертью. — Кану, я думаю, что нам нужно обговорить ещё пару пунктов договора, но чуть позже, сейчас я должен вас покинуть, простите. Чонгук сорвался с места и двигался в сторону выхода из заведения. — Как тебе он? — спросил отец. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что мы будем с ним сотрудничать и нам необходимо найти его слабые стороны. — Для чего? Так, я не собираюсь в этом участвовать, это низко, — он расставил руки, показывая, что сдаётся и осторожно развернулся, желая уйти. — Тэхен, это бизнес, тут не должно быть никакой совести, тут есть только хитрость и понимание того, что ты делаешь. — Я не буду этим заниматься. — спокойно ответил Тэ. — Ты должен. — Ничего я не должен. Я вообще ненавижу всё это, так что занимайся этим сам. — крикнул он и собрал недоуменные взгляды людей. Они обернулись на них и начали шептаться. Отец схватил его за предплечье и попытался образумить, грубо говоря сквозь зубы: — Ты зачем кричишь? Подумай головой, они все будут говорить о том, какой ты безалаберный и безответственный человек. — А они и так будут говорить, такие уж люди, лицемерные и наглые, друг про друга говорят мерзости, а потом в лицо улыбаются, так что не переживай из-за этого. Тэхен допил шампанское и резко встал из-за бара, и также стремительно двинулся к выходу. Кану наблюдал за ним, словно что-то хотел крикнуть в спину, но все же промолчал. Тэ не мог понять зачем отцу понадобилось это, он шёл по казино и размышлял об этом. Он прошёл по всем залам и даже не заметил как оказался в саду. Он решил не терять времени и рассматривал растения, их причудливые названия, странные формы. Он вдыхал прекрасные запахи, наслаждался этим моментом, потому это было единственное запоминающееся событие этого дня. Он любил природу и часто уезжал из города, чтобы насладиться пейзажами и запахами цветов, мог долго ходить по лесным тропинкам, чтобы не думать о городской суете. Тэхен присел на корточки, чтобы посмотреть название очередного растения, но услышал знакомый голос. — Привет, мне очень жаль, что мы мало пообщались. — Чонгук стоял перед ним и улыбался. — Не желаю общаться с подобными тебе людьми. Взгляд его изменился, стал тяжёлым, с лица пропала улыбка, но выглядел он странно, словно играл, чтобы произвести впечатление или наоборот вызвать разжражение. — На твоём месте, я бы общался с такими людьми как я, мало ли понадобится помощь, а тут есть хороший друг, который всегда готов помочь. — Хочешь купить меня дешёвой манипуляцией человека, который злоупотребялет властью. — Ты мне нравишься, Тэхен. — он заливисто посмеялся. — Я же пошутил. Как тебе моя актёрская игра? — Оставляет желать лучшего. Тэхен серьёзно смотрел на него и принял эту шутку, но из вредности сдерзил. — Прости, если тебя это задело. Давай пройдёмся, — он учтиво указал на тропу рукой и пропустил Тэ вперёд. Они шли мимо беседки, когда Чонгук начал разговор. — Странно, что многие считают меня мажором, который все получил в наследство от отца. Черт, я бы вообще все бросил и уехал подальше, куда-нибудь загород. К сожалению, его наследие, даже после его смерти, оставляет на мне след. Я чувствую, что обязан ему. — Зачем мне это знать? Это такой способ заслужить доверие? — Пусть даже так. Ты не представляешь, насколько я ненавижу разговоры о деньгах и копание в чужом грязном белье, но на таких мероприятиях часто приходится терпеть подобное, — Чонгук указал пальцем на цветок, — Тэхен, смотри, это же бегонии, обожаю их. Надо бы тоже в саду посадить. — Сам сажать будешь? — Тэ вопросительно поднял бровь. — А почему нет? Нужно будет найти время и заняться садоводством. Это было бы новым опытом и интересным занятием. Они продолжали гулять в полной тишине, но когда проходили около кустов лилий, Чонгук снова заговорил: — Тэхен, у тебя была иллюзия выбора? Когда кажется, что ты свободен в своём выборе, а потом тебе навязывают то, что является «правильным», — Чонгук много жестикулировал и был очень грамотен в своих высказываниях. — Смотри, твой отец не похож на них всех. Конечно, мы говорили о бизнесе, но помимо этого он с такой любовью говорил о тебе, о том, что ты учишься на экономиста, о том, какой ты хороший сын, редко берёшь его деньги, стараешься достигнуть чего-то сам, много работаешь. И мне захотелось пообщаться с тобой, мне показалось, что в тебе я смогу найти того человека, который не будет пользоваться мной. — Он всегда говорит, что у меня есть выбор, но в итоге он все решает за меня. Знаешь, я хотел поступить в театральный, но он настаивал на своём, мы часто ругались по этому поводу, но вскоре я сдался и поступил туда, куда он сказал. — Знакомо. — Чонгук случайно дотронулся до его мизинца, но Тэ сразу же убрал руку. Повисло молчание. Они дошли до большого фонтана, наблюдали за световой игрой, и слушали музыку, которая играла в ритм с водой. Чонгук улыбался, наблюдая за этим, а Тэхен стоял без эмоций, но если бы его спросили, то он без промедления бы ответил, что его душу явно греет этот вечер, вдали от этих вычурных лиц и стен и глупых разговоров. Он бы сказал, что все, что ему нужно сейчас — это тот самый момент, который тянется так долго, но и он кончится, и Тэ снова вернётся в разрушающуюся реальность. — Тэхен. — послышался голос Кану, который отвлек его от этой идиллии. — О, вы тут вместе. — Да, я решил познакомиться с вашим сыном. Я наверное пойду. — Чонгук, мы хотели обсудить договор, но я думаю, что уже поздно, поэтому приглашаю тебя к нам. — Конечно, я приму ваше приглашение. — Прекрасно, тогда я позвоню. — Кану говорил это с улыбкой, протягивая руку Чонгуку. — Буду ждать. Чонгук обратил свое внимание на Тэ и по-особенному тепло сказал ему: — До встречи, Тэхен. — с умоляющим взглядом и лёгкой улыбкой. — Пока.