Политический перформанс

      

***

      Шум машины сменился теплом депутатского дома. Дверь позади хлопнула и Пик со спящим парнишкой на руках, шел по знакомым коридорам.       Тишину разбавляло лишь милое сопение пьяного валета и злобное, недовольное, тихое рычание Короля, что все чаще вздыхал, воротя нос от пьяного Трефа. Для него это было совершенно неприемлемо и неприятно, забавно что сам выпить он мог, но почему-то терпеть подобное от Зонта явно не собирался.       Поднявшись на второй этаж, Пик огляделся. Было много свободных комнат. Политик перевел взгляд на спящего.

«Натворит еще чего, а мне потом что делать? Аргх придется тащить его к себе…»

      Невольно глаза хозяина дома медленно стали ползти по лицу Зонтика. Сейчас он был ангел во плоти, легко подрагивающий носиком и покрытый остатком пьяных румян. Это вызвало смешок у кандидата. От тела парнишки шло приятное тепло, однако простояв так с минуту он встряхнулся.

«Странные мысли. Нужно перестать думать о подобном»

      Проходя вперед, Пик скользнул в кабинет, ногой закрыв дверь, а позже стоял перед не без известной нам белой дверью. Открыв ее, он подошел к кровати, аккуратно опустив на нее валета, а позже прикрыл помощника одеялом.

«Разумнее было бы его раздеть, но…»

      Необъяснимое смущение заиграло на лице деятеля.

«Я ему не мамочка, чтобы с ляли одежду стаскивать»

      Гневно подумал тот отворачиваясь от туши, вероятно наивно полагая что сейчас тот проснется и сделает все сам, но нет. Тогда с тяжелым вздохом Пик вновь обратился к Трефу лицом, нависнув над тем, как коршун над мышью. Откидывая край одеяла, он пощелкал перед лицом валета, убеждаясь, что он крепко спит. После, подтягивая парня на себя, восьмой клон прижал его тело к стене у кровати, таким образом, что Зонтик как бы сидел. Изначально пытаясь расстегнуть его пиджак, мужчина не удобно нависал над тем, соприкасаясь с «куклой» лбами и обжигая пылким дыханием. — Да к черту…       Сорвался, сжав кулаки, Пик, а затем присел на кровать, располагая одну ногу коленом между ног шестерки, а другую за ней. Так было гораздо удобнее. Но что же это? На недовольном лице вновь просматривался румянец.       Пуговица за пуговицей… Король медленно касался пылающего жаром тела. Что-то продолжало меняться в этом лице. От смущения это переходило в некий интерес. Не здоровый, и, казалось, даже нотки возбуждения проскакивали на лице Короля Пик.       Как? Как он мог испытать подобное к тому, кого считал тряпкой… Неужели сильного привлекает слабый? Или Зонтик тоже силен… Но в чем?       Сейчас это было не важно. Пиджак валялся в стороне. На трефовом оставалась плотная белая рубашка, что легко облегала и подчеркивала формы парнишки. Рука тянется вниз, чтобы избавить валета и от нее, однако на половине пути останавливается, ложась на бок Зонтика. Глаза политика прищурены, он медленно ведёт рукой вниз по тонкой женственной талии. Становится жарче. Эти лёгкие касания будоражат все его нутро. Подобного он не чувствовал ни с одной женщиной. По телу проносится безумный ворох мурашек.

«Приятно, такой мягкий и теплый… Словно маленький котенок»

      Похоже, политик еле сдерживается, пока вторая рука заползает под рубашку. Трогать это тельце, обводить и оглаживать легкие феминные формы было выше всякого удовольствия. Пик увлекся, медленно выводя на теле младшего странные узоры от торса до боков паренька, ощущая легкое подергивание в кончиках пальцев, когда находил чувствительные места. Так постепенно старший поднимается выше к груди. Кладет руку на левую сторону. Холодной ладонью касается области сердца.       Пик прикрывает глаза. Монотонно и тихо стучит моторчик внутри Зонтика, именуемый сердцем. Такое маленьким и совсем-совсем беззащитное, как и его хозяин. Мужчина прислушивается к себе, выравнивает дыхание. Неужели, они бьются вровень?

«Будь Зонтик в сознании. Я уверен, что они бы бились одинаково.»

      Рука плотно прижимается к разгорячённому телу, замирая и наслаждаясь моментом. Другая, оглаживая талию, постепенно спускается под штаны, ближе к бёдрам. Она все ближе и ближе подбирается к «запретному плоду». Пик был уверен, что Зонтик не проснется. Пальцы уже подбираются к резинке на трусах. Когда грохотом, словно гром в чистом поле, раздается звук смс. И снова телефон Трефа, что был уже в кармане Пика.       Раздался рассерженный вздох. Пик продолжил начатое, но снова пришло сообщение, дрогнув от неожиданности Король немного отклонился, задевая чувствительный сосок. Сквозь сон юнец вздрогнул.

«Нет, нет, нет! Он не должен проснуться!»

      Некоторая паника накрыла Пика. Он больше не был так уверен в своих действиях. Отстраняясь с большим трудом для себя, тот достает телефон.

«Ханзекер»

«Что это за странный тип, Зонт?» «Я видел тебя в новостях, ахаха, как можно было так оступиться, дурак? Ну, ладно, у меня для тебя есть утешительный приз, маленький депутат, давай устроим пикник в лесу? Я знаю одно место где можно развести костер.»

«Если я отвечу или прочитаю это будет заметно. Но я не могу позволить Зонтику вести с ним диалог. Мне необходимо знать обо всем. Его личная жизнь — моя, с момента как он подписал контракт… Хах, всегда надо читать приписки мелким шрифтом.»

      Пик отстранился. Сел на стул, смотря в экран. В один момент его лицо изменилось. Хитрая и опасная улыбка, напоминающая оскал, а в глазах на миг показалось безумие. Он направился во вкладки с паролями. Скопировав все в отдельный файл. Он нашел себя, отправляя те, а после удалил из беседы этот файл для Зонтика. Выключил телефон и отложил его.       Политик самодовольно потёр руки, нависая над кроватью вновь. Теперь он мог вернуться к своему валету.       Стащив с парнишки последнюю рубашку, Король, наконец-то, узрел верх оголенного тела своего подчиненного во всей красе. Уже находясь полностью на кровати и теперь «по-настоящему» нависая над своей жертвой.       Женственные формы, хрупкое, слабое и бледное тельце лежало перед ним как на тарелочке. Замерев на пару секунд, кандидат ещё наблюдал эту прекрасную картину, не в силах обуздать весь букет чувств. Желание дотронуться до парнишки и нежно исследовать это хрупкое тело боролось с животной стороной, желавшей буквально разорвать свою добычу, без всякого чувства приличия и сдержанности. А как сдержаться, когда все так просто? Скорее всего оказать даже малого сопротивления голубоглазый не смог. Но Пик знал, что это милое личико ему еще пригодится, он не животное и так неразумно срываться бы не стал, зная насколько важна эта «пешка» в игре. Однако немного поиграть с загнанной мышью было допустимо.

«Кто же спит в штанах?»

      Странная, похабная ухмылка на лице и пара ловких, резких движений. Теперь брюки лежали рядом с рубашкой и пиджаком на спинке кресла. Вот теперь Треф предстал перед королем во всей красе, единственное, что осталось на парне голубоватые трусы, скрывавшие, впрочем, не так уж и много. Положив руки на плечи юноши, кандидат легко надавливает и спускает парня ниже, позже уже разворачивая того, и располагая «нормально», головой на подушке. Пик хотел отстраниться, но вновь заострил взгляд на молодом теле. Вот что значит недотрах.

«Черт, Зонтик, как тебе удается быть одновременно плаксивым невинным ангелочком и развратным жрецом… Да еще и во время сна!»

      Сердце карточного создание пылало словно фантик, подогреваемое гневом от всего переизбытка чувств. Очи Короля вновь направлены на ангельское личико этого хитрого беса. Длинные волосы раскинулись по подушке, голова слегка повернута в сторону от пика. А этот милый румянец вперемешку с приоткрытым ртом, длинные ресницы закрытых глаз и маленький вздернутый носик, создавали впечатление что настал тот самый момент. Рука скользнула по ноге валета. Мягкая и белоснежная, едва прохладная после улицы кожа была лучшим способом расслабиться для старшего. Тихое рычание сорвалось с уст Политика, когда снова зазвенел телефон.       На этот раз звонили королю. — Да оставят меня сегодня в покое? — Тихо, со всей злобой прошипел Пик. Отрываясь от тела и уже бросая поверх одеяла. Оставляя попытки наслаждения, но только на этот раз. — Чего ещё?! — Агрессивно шипит политик и слыша на заднем фоне приглушенное «я же говорил, что возьмёт! С тебя шоколадка!» Потерев переносицу, лидер вздохнул. — Руди, передай телефон Ялу. — Сдержаннее пробормотал Пик. — Шахт на связи, босс, спешу вам сказать о том, что у вас улучшалась статистика, но нынешний президент всё ещё впереди. И даже сейчас за него идут голоса. Это фальсификация выборов. Удар по столу кулаком. — Я не ожидал подобного… Но я слишком много потратил всего чтобы сдаться. Так что… — Нервно сорвалось с уст непричесанного. — Вы же не думаете… — Неуверенно отозвался шестерка. — Именно — Послышались истерические смешки. — Но главное я позже скажу, сейчас фотографируй любые изменения. Для начала наведём народные волнения и суету. Выложи это через «НСРОССПЭН» издательство, у меня там все кхм… Должники. Публикуй анонимно. Я пока сам посмотрю… Чтобы завтра газеты пестрили всем. —Но сейчас уже ча— — Меня не волнует. Поручи это мелкому если не можешь. Даже он справится… — На фоне слышался возмущенный шепот.

Гудки.

Откладывая телефон Пик выдохнул.

«Наконец-то тишина»

      Повесив свой пиджак и расстегнула пару пуговиц на деловой рубашке, Король запускает компьютер, стоящий неподалеку от кукольного уголка. Заходя на сайт госслужб, а затем на сайт выборов он наблюдает статистику.

«Зрители отдавали свои голоса на предварительные дебаты ещё 3 тура… Но даже здесь они накручивают. Глупо»

На лице появился пугающе самодовольный оскал

«И жалко, он знает, что народ за ним не пойдет, он уже проявил свое я… Зря… Зря, даже от обвинений не в силах уклониться.»

      Отодвигаясь от стола, мужчина прокатывается к домику и открывает шторы, смотря на куколку, что стояла на возвышении.       Толстая и неряшливая фигура, набитая соломой, как аллегория чучела без мозгов. Редкие волоски на ее голове и неприятные усы, словно обвисшая щётка Сталина. Каменное и неподвижное лицо. Глаза из дешёвого стекла, в котором продавался какой-то старый одеколон, что обычно берут алкаши за место водки. В его ногах располагалось несколько «кукол-полуросликов» это пропагандисты. Которые первыми пойдут в расход. — В скором времени ты пошатнешься, Папаша. — Тихо, но так сладостно изливал свой яд кандидат с безумной улыбкой покручивая фигурку и убирая пару Соломин из нее. После же снова оказываясь у компьютера Пик решает, что самое время посмотреть статистику именно его. Забавно, но именно сегодня актив поднялся на 200 процентов от обычного.       «Похоже, людям нравится милые, молодые личики, они наивно полагают что такие способны изменить вековую систему» Глаза покосились в сторону Зонта.

«А ещё им нравится сладкая ложь об идеальной стране… Глупые как дети, особенно эти старики… Выкупил канал на телевизоре и все сразу 40-60 процентов у тебя. Простая информация с прессой идёт лучше, чем старые считалочки от нынешнего президента. Ему не долго осталось.»

      В руках оказывается пешка Трефового валета, столь неоднозначная сама по себе, словно золото, она блестит в свете лампы, продвигаясь на клетку вперёд. — Удивительно все же какой большой актив принес этот инцидент… Но Зонтик всё ещё весьма глуп и наивен. По произошедшему вчера это прекрасно видно. Ещё и эта неуверенность с боязнью, от этого нужно избавиться любой ценой и как можно быстрее. Нужно… Нужно что-то такое… — Щелкая пальцами и немного монотонно качая в такт головой, шептал Пик, возвращаясь к компьютеру.       Заходя в режим инкогнито, через другой аккаунт, Король заходит на немного странный сайт. Желая вбить что-то вроде «экстремальный психолог», но машина уже поняла его намерения. Внизу была ссылка «как избавиться от страхов и комплексов». Кликнув на ту, он не видел ничего странного и находя отдельный раздел вдруг увидел нечто, что изменило все.

«БДСМ практикум как психологическая практика. Изменение состояния сознания.»

«Внутреннее удовлетворения нижайший, но немаловажных потребностей и одновременное освобождение от комплексов на основе телесного наслаждения, не это ли идеальный способ лечения, который мы все так жаждем?» Гласила первая переписка. Сам не замечая того Пик продолжал чтение новой литературы. «Телесная и душевная боль, проходящая от игр во власть и бессилие, например, зачастую помогает избавиться от лишнего напряжения. «Невозможно добиться прогресса хоть в чем-то, оставаясь в зоне комфорта» — утверждают сторонники движения, что является близким к правде. Через боль приходит удовольствие и «невесомость» с «абсолютной гармонией» как утверждают сами нижние.»       «А теперь поговорим конкретнее. Есть 4 направления данной культуры: » *Психологическое доминирование, с разделением на Господина и раба. Нередко возможны сюжеты с «провинившемся рабом». *Физическое ограничивает. Наручники, веревки, кляпы и повязки. *Психологическое унижение. Грязные слова, отношение к человеку как к вещи, предмету. *Физическое воздействие. Электрические стимуляторы, воск, плети.       Дальше рассказывалось о том, как важно доверие в паре, безопасность и добровольность, но Пик не собирался тратить свое время на подобное. Читая лишь отрывки, которые ему нравились и были выгодны. Например, «наказание пассива.» Все же злость на мирно сопящего ангела никак не утихала. Однако вопреки всему, Политику захотелось проконсультироваться, поэтому мужчина сделал запрос на личную консультацию. Уже на завтра.       Снова прокатываясь до стола, фиолетовый закрыл шторки сцены, а затем и вовсе накрыл ту тканью, подальше от лишних глаз. Так же было и с некоторыми картами на стене. Ведь там тоже была «лишняя» для Зонта информацию. Наконец, выключая компьютер и скидывая с себя одежду так же до трусов, мужчина влез под одеяло. Властные руки снова тянулись к прекрасным формам валета, однако запах алкоголя все портил, поэтому Пик перевернул того к стене, только тогда ложась спать и прижимая парня к груди, во сне же закидывая на того ногу.

***

**

Утро

      Пик вновь просыпается первым, но на лице какая-то странная, довольная улыбка, ведь в прямом смысле под рукой парня лежит его маленькое сокровище. Проводя по плечикам малыша, убеждается в крепости его сна и приближается к уху. Горячее дыхание обдает кожу спящего от чего тот пытается отвернуться. Тем временем Пик приблизился к лицу валета, желая чмокнуть того, но тут же сморщил нос, фыркая и отстраняясь. Все это лёгкое и романтичное настроение как рукой сняло. От Зонтика всё ещё пахло остатками алкоголя. Не ясно право, в чем тут вина Зонтика, однако гнев праведного пал именно на того. Одевшись за считанные секунды Король направился в кабинет, решая пока заняться документами. Сегодня не было каких-то собраний и появляться в здании абсолютно не нужно. Бумага за бумагой летели из-под его рук. А мысли все как-то были не о работе, а лишь о том, как бы наказать помощника за то, что ушел и якобы «подвёл» на речах, хоть все так и было задумано.       От части этот гнев был вызван банальным голодом. Ведь Пик не особо то и любил делать домашние дела, от чего некоторая часть комнат пребывало в мягко говоря запущенном состоянии. К домашним делам как мы знаем относится и готовка. В ней тот не был силен. Потому питался либо чем-то совсем простым, гордо считая, что он за ЗОЖ или едой из полезной доставки. Конечно и простые продукты в доме были, ведь съесть бутерброд или два — святое дело.       Вдруг в соседней комнате послышался тихий-тихий скрип. Зонтик проснулся. Голова болела, нет даже раскалывалась, кружась в сухости ротовой полости и тяжести тела, приветствуя паренька, однако первым делом тот испугался, что на секунд 10-20 заблокировало вышеописанное. Видя, что совсем гол Треф заволновался. После в панику его привело то, что он оказался в незнакомом месте, откидывая одеяло, юнец, словно параноик, трогал себя. Сомнения «не украли ли у него почку на досуге?» были развеяны, когда из-за угла слышится грубый, но знакомый кашель. В проёме облокотившись стоит Пик, пристально смотря на валета. — Одежда на стуле, — голос не выражал снисходительности к собеседнику, — Оденешься, спускайся вниз и реши свою проблему как взрослый мальчик. — С ноткой насмешки и с ядовитой улыбкой выпалил хозяин дома. — П-прости…— Сразу чувствуя, что что-то натворил произнес Зонт, немного держась за голову и присаживаясь на край кровати опустил темя вниз. — Я ничего не помню… Все как в тумане. Только те отрывки… Пик странно, но заинтересованно взглянул на валета. Мальчик сжался сердце его забилось быстрее, подняв свои очи, полные страха, на единственного защитника, младший тихо вымолвил: — Они… Они хотели меня пытать… Я помню только как выпил свой фреш, который мне взяла та леди. — Леди? — Зрачки политика сузились. Не ясно было понял ли он о ком идёт речь или сыграла ревность. — Опиши ее. Сейчас же! — В глазах Пика заиграло волнение, он пересёк порог комнаты смотря на Зонта ближе, особенно рассматривая кожу и глаза. — Ну… Она была высокой и белокурой… Такой… Сильной? Толком не дала мне выбора… — К концу давя на жалость дабы получить меньше упреков добавил Треф. — кажется ее звали мисс — Шафи? — В один голос прозвучало это имя. Пик оставил лицо подчиненного в покое и отстранился. Рука потеребила воротник.

«Опять она путает мне карты, я ещё покажу этой плутовке…

Главное, чтобы это не подкосило Зонтика…

Он не должен подсесть на эту наркоту, которую она ему подсыпала,

следы от употребления явно есть…

Дня два точно не должен появляться на публике.»

— Плохо… Очень плохо. Разве тебя не учили не ходить за незнакомцами? — Нависая над парнем и наклоняясь к тому ещё ближе прорычал Пик. — Фу. От тебя всё ещё пахнет перегаром, — вновь отстраняясь он вдохнул свежего воздуха, стыдя мальчика. — В холодильнике рассол. Выпей. Потом так уж и быть поешь. В ванной жидкость для промывания горла. Промой, — твердо сказал тот разворачиваясь. — А затем ко мне. Уже рабочее время. — В Зонтика полетели его вещи. Пик вернулся к документам.       Валету ничего не оставалось как повиноваться. С тяжёлой головой, тот кое-как нацепил одежду и отправился вниз. После рассола шум и боль стали меньше. Способности соображать медленно возвращалась. Решив задобрить босса, а может и просто вспомнить старое время синеглазый приготовил лёгкий завтрак на двоих. Преподнося Пику кофе с треугольными тостами-бутербродами с колбасой и сыром в прикуску к ним шел лёгкий салат. — Вы, наверное, голодны…? — Тихо-тихо спросил Треф пододвигая к боссу тарелку. В глазах начальника отдаленно появился блеск. Вкусная домашняя кухня. Как же давно он такую не ел? В животе появилось странное приятное ощущение помимо голода. Нет это были явно не бабочки. Оно медленно поднималось вверх, приобретая мыслеформу

«Он подумал обо мне…?»

      Как гром среди ясного неба раздалось в голове. Если подумать, то это был первый раз, когда за Пикового кто-то побеспокоился. Однако реакция осталась та же. Он не мог показать, что «слаб». — Да. Молодец, а теперь иди. Когда закончишь ко мне. — На лице появилась недобрая ухмылка с частицей пошлости. Ведь буквально пару минут назад в столе он нашел свечи, а значит наказание будет необычным.

И вот тикают настенные часы.

             Абсолютная тишь, звенящая в ушах. Только легкое постукивание пальцев о деревянный стол. В дверях, опустив голову стоит Зонтик. Исподлобья смотрят на босса его голубые, как разбитое стекло, глаза. Он мнется, не решаясь сделать и шага, ведь понимает, что сейчас что-то будет. Скрежет, старое кресло отодвигается и мужчина встает. Так он выглядит еще более угрожающим. — Ты очень подвел меня тогда, мало того еще и подверг себя опасности. Тебя опоили наркотой. Скажи спасибо, что я смог договориться и все что было на камерах в том баре больше не существует, — мужчина развернулся спиной к мальчику, смотря в окно. — Тебе угрожает опасность пока ты в политической сфере, Зонтик, а твой дом вообще не защищен, так что я принял решение, что ты переезжаешь ко мне. Это не обсуждается. Пока ты не переживешь хотя бы одну ломку и не пересилишь себя, будешь носить солнцезащитные очки, — Пик кивнул в сторону стола где те и лежали. — Не смотря на все это, случившееся и твоя вина, а за вину предусмотрено наказание. — Голос звучал к концу предложение иначе, он пугал своей бархатностью. Как говорят, мягко стелет да жестко спать. Страшнее было то, что после окна в комнате плотно зашторили.       Пик вернулся на место в руках его были несколько черных повязок. Взяв одну в руки, он подозвал Зонтика к себе двумя пальцами. Малой лишь нервничал от непонимания того, что же его ждет. — Опустись на колени. — Жестко и грубо скомандовал мужчина. — Ч-что? З-зачем? — Это начинало пугать. Со стороны Пика послышался тихий рык. На плечо мальчишки легла рука, которая уже через секунду силой поставила его на колени. В Трефа полетела повязка. Юнец был в состоянии аффекта он не понимал, что происходит и буквально выпадал из реальности. — Быстро надел на себя! — Уже громче и грубее донеслось со стороны. Тогда то, дрожа словно кролик, полный непонимания кое-как Зонтик все же надел ту. В голове было желание ринуться к двери, но он понимал, что даже так его найдут и будет только хуже. Сейчас его окутывал страх. Дыхание немного сбилось, а тело бросало в дрожь. — Хороший, хороший мальчик. — Послышался надменный смешок Пика, при виде столь жалкого зрелища. Тут же грубая рука схватила запястья мальчишки соединяя их, а затем связывая второй повязкой. Мягкая, немного прохладная ткань терлась о кожу. Странные ощущения. Валет одновременно боялся и чувствовал что-то странное, что-то что требовало продолжения. Что ж, его желание было исполнено. Парочка движений, заставивших «слепого», потерять ощущение пространства. Так парень оказался на коленях братца, задницей наверх. Со стороны это все было похоже на отца, что решил отшлепать сына, однако немного с другим посылом. Зонтик был уже весь красный, пытаясь хоть как-то повернуться, скинуть повязку и посмотреть, что же делает Пик он лишь больше раззадоривал. Резкий шлепок и смачный звук от него разнесся по помещению. На лице господина появилась злорадная ухмылка, когда он слышал тонкий и болезненный писк. Мальчик под ним задергался. Кладя руку на спину того, мужчина проходится по его спине от самого копчика до шеи, где надавливает, заставляя парнишку изогнуться. — Ч-что ты д-делаешь? — Дрожа спрашивает перепуганный, чувствуя боль от удара с теплом. К уху парня наклоняется Пик. Его голос властный, бархатный и низкий. Прикусывая мочку, он тихо шепчет на выдохе, обжигая горячим дыханием: — Разве я разрешал тебе говорить? Не помню такого… — И вновь удар, за которым последовал тихий вскрик. — Не смей шевелиться и поднимать голову, в противном случае… Тебе лучше не знать, что с тобой будет. Если тебе ясно — кивай. Было видно, как же напуган пассив, сглатывая Треф кивнул, опуская голову. С каждым ударом крик переходил в нечто иное, протяжное и тянущиеся сладостью. Видеть как этого стесняется сам парнишка было просто восхитительно для Короля, он чувствовал свою полную власть над этой маленькой трепещущей жизнью и это было пиком наслаждения. Так прошло еще 5 ударов, когда мужчине надоела эта «ерунда». Зонтик пребывал в шоковом состоянии пока с него не приспустили штаны с трусами. — Какой чудный вид, не правда ли? — Сжимая красную от «порки» ягодицу самодовольно шептал Король над ухом, наслаждаясь сбивчивым громким дыханием, валет умудрился даже вспотеть от такого волнения. Однако спустя минуту этой чудной музыки, Пик отстранился, доставая свечу и спички.       Как же в прямом смысле этого слова сжалось очко Зонтика, когда он услышал треск свечи. Все тело напряглось и мальчик тщетно попытался освободить хотя бы глаза, но не успел, когда на его и так разгоряченное тело капнул воск. Послышался болезненный вздох, в нем уже не было удовольствия, только боль. Шевеля попой Треф наивно пытался скинуть нечто горячее, не понимая что это и боясь что на него просто кончили, однако он сомневался, что это работает именно так, ведь с каждой новой каплей малой сдавленно вопил от боли, его трясло, он изгибался, пытаясь вырваться и в итоге так свалился с колен, падая в ноги Пику. Конечно, глупая ситуация, политик думал, что его пассив попросту слишком чувствителен, даже не осознавая, что не прочитал, какой воск подходит для подобного.       Поднимая Зонта на колени, удовлетворенный своими действиями сполна, мужчина быстро освободил нижнего от оков. В уголках глаз виднелись слезы. Зонтик раскраснелся, подобное действительно было потрясением. Он легко подрагивал, по лбу стекла капля пота. —Я…Я м-могу пойти в ванную? — Тихо спросил тот, получая положительный ответ. Тогда Треф быстро-быстро удалился из кабинета. Парнишка не мог понять себя, кажется он запутался еще больше, единственное что можно сказать точно — он вышел из зоны комфорта. Валет и не помнил, как оказался в ванной под душем, пытаясь рассмотреть свою пятую точку, что отливала всеми оттенками красного, да так что и прикасаться было больно, похоже это действительно ожог. Дверь в ванную скрипнула — Я ухожу по делам, не смей выходить из дома, а то вляпаешься в приключения. Скоро принесут твои вещи, и никому не открывай, у ребят будут свои ключи. — С этими словами Пик оставил мальчика наедине с собой, отправляясь на консультацию.

Продолжение следует…