Песня ночи

Сяо старался прислушаться к боли от ладони, расползающейся теплом и покалыванием по щеке, и это в некотором роде помогло прийти в себя. Ему нельзя было вставать без разрешения врача, так как приборы, прикреплённые к нему нужно было снимать аккуратно, ну и конечно следить за пациентом, который может почувствовать себя нехорошо. Но парня это абсолютно не волновало, он натворил просто полнейшую хуйню в своей жизни и теперь просто обязан всё исправить. Если конечно возможность не умерла несколько минут назад вместе с выбегающем из палаты Венти. Встав с койки и опробовав себя на предмет способности двигаться, он понял что на самом деле гораздо слабее чем мог подозревать, но, не обращая на это внимание, уселся на корточки рядом с испорченным букетом и начал бережно собирать цветы. Большинство из них были сломаны, а лепестки довольно измяты. Всё же сесилии очень нежные и не перенесли сначала попадания в чужое лицо, а после грубого соприкосновения с пола, но всё же оставались прекрасными, несмотря на свой вид. В солнечном свете лепесточки словно сияли, из поверхность не сильно блестела и на ощупь была очень мягкой. И запах их был всё так же прекрасен. Вспомнилось, что почему-то так всегда пах Венти. Солнечной весной, мягко переходящей в яркое лето. Теплом и свободой, безлюдной природой, сказкой или мифом. Чем-то столь простым, но одновременно величественным. Интимно божественным. Облокотившись спиной на койку, Сяо прижал мятые цветы к лицу и, ощущая эфемерное присутствие рядом, старался придумать, как ему всё исправить. Выбежав из здания больницы, Венти не знал куда податься. Хотелось спрятаться от всего мира, но в то же время быть кем-то утешенным. Слёзы текли из глаз вниз по подбородку и даже не были скрыты. На них было уже откровенно всё равно, ведь только что возникло ощущение, что его жалкую жизнь настиг долгожданный финал, безрадостный и окутанный тьмой. Было страшно идти домой. Да, он действительно боялся оказаться в квартирке один на один с собой. Потому что знал что там, в холодной ванне, его ждёт отчаянный поединок и победитель в нём только один, избранный давным-давно. Смерть. Если он останется один, то уже точно не сдержит себя и убьёт. Вскроется нахрен, наглотается таблеток, выбросится из окна, но покончит со всем раз и навсегда. Но то ли высшая сила действительно существует и пощадила его, простив за грехи, то ли тело продолжало отчаянно бороться за жизнь, но он, сам того до конца не осознавая, позвонил Чжун Ли. Впервые кому-то позвонил, действительно прося о помощи, действительно положившись на кого-то, а не самого себя. И ему ответили. С Чжуном они были знакомы давно. Впервые в начальной школе, в музыкальном классе. Венти увлекала способность выманивать из инструментов прекрасные звуки, Ли же интересовала многовековая история одного из древних искусств. Парнишка тогда ещё не заплетал косички, да и волосы не отрастил. У него были обычная причёска, локоны цвета вороного крыла и волнистые прядки. В больших глазищах плескался интерес ко всему новому, ещё не убитая жестокостью мира, жажда знакомств и неизведанного. Венти был тогда в первом классе, Чжун Ли в четвёртом. Но оба пришли туда впервые. Учительница посадила их за одну парту на время занятий, тем самым положив начало дружбе. Старший был очень умным ребёнком. Ему нравилась история и знания, читать книжки и слушать учителей. Он был очень добрым и вежливым. И даже к Венти отнёсся с уважением, несмотря на различие в годах, действительно воспринимая всерьёз. Разница в возрасте им никогда не мешала. Чжун Ли всегда рассказывал разные истории и легенды, слушать его спокойный голос было очень приятно и интересно. В школе защищал паренька от, почему-то его невзлюбивших, одноклассников. Он выглядел строго и величественно, он был не только старше, но и гораздо авторитетнее. Взгляд его мог пригвоздить и вызвать желания молить прощения. Но всё же он был добр и учтив. Играл с ним на площадке и стал единственным и очень хорошим другом. С ними часто был Химмель. Он был старше обоих вместе взятых и также служил примером. Объяснял Чжуну новые темы наперёд, так как тот очень стремился к знаниям, рассказывал много нового. Учил детей быть добрыми и стараться верно поступать. Он растил их и обоим был старшим братом. Именно он посоветовал Ли заняться геологией. Тогда мальчик и не знал что это, но после это стало увлечением всей жизнь. Именно он открыл Венти музыку и мир, полный прекрасного, не смотря на его жестокость. Только вот он умер. Оставил детей одних. Лишил Венти источника внимания, которого он не получал от родителей. Лишил Чжун Ли мудрого наставника, которого тот уважал со всей своей детской серьёзностью. Он исчез и мир погрузился во мрак. С тех пор их близкие отношения, как лучших друзей распались. Венти переходил в новую школу, когда Чжун оставался в старой. У младшего начались проблемы с психикой, галлюцинации, фантомные боли. Его возненавидели родители и он не мог получить поддержки, что только усугубляло состояние. Старший же не мог помочь. Он тоже был всего-навсего ребёнком, умным не по годам, но дитём, перед которым открылся ужас потери. Правда у него были те, кто помог с этим справится, а у Венти нет. У него ничего не было. Их близость распалась, они поддерживали контакт и переписывались, иногда встречались, но не более. Венти замкнулся в себе и не мог пережить этот страшный период, а Чжун Ли продолжал жизнь, не стоя на месте, заводя новых знакомых и уверенно шагая в будущее. В этом и заключилось их главное различие. Но чувства из детства никуда не исчезли. Они навсегда остались в их памяти, как счастливые воспоминания и дружеское тепло и уважение не остыло. Оба были благодарны за то время, когда беззаботно веселились вместе когда-то, изучая мир. Итак, получив от Венти неожиданный звонок и услышав его заплаканный голос, парень просто не мог сказать ничего, кроме как ехать к нему и нормально поговорить. Последний раз они болтали по душам лет пять назад, с тех пор их можно было назвать просто товарищами, которые знают секреты друг друга. Дома у Чжун Ли было комфортно. Квартира была буквально пропитана величием солнца. Выполненная в традиционном китайском стиле, она складывала захватывающие впечатления. Всё же старший студент всегда интересовался историей и его дом не мог не быть пропитан этой атмосферой. Пускай по спокойному и рассудительному лицу Чжун Ли можно было сказать не особо много, но он очень переживал. Волнение за старого друга всегда покоилось внутри и поднимало бурю каждый раз, когда тот надевал, скрывающую руки, одежду и тратил просто пачки обезбола, выпивая сразу по две таблетки за раз. Можно было убеждать себя в чём угодно, в том что Венти просто нравится мешковатая одежда и что таблетки вовсе не то, что он подумал, но больно было закрывать глаза на то, как парень по настоящему страдает. Поэтому услышав разбитый голос в трубке телефона, на который с этого номера не звонили несколько лет, Чжун Ли сразу начал заваривать свой чай в особых традициях и дожидался друга. Звонок в дверь. Выглядел Венти не то чтобы совсем ужасно, но не в порядке точно. Из под рукава куртки выглядывал размотавшийся бинт, окрашенный кровью, глаза красные и лицо припухшее. На солнце всё ещё можно было разглядеть дорожки от засохших слёз, которые неприятно стянули лицо. На щеке небольшая царапина, похоже появившаяся недавно. Кровь на ней ещё не засохла, образовав корочку. Да и вообще он был довольно бледным и трясся как осиновый лист, если держа себя на ногах. Ничего не говоря, Ли приобнял парня рукой и помог тому дойти до кресла и снять куртку. Под ней ждала не утешительная картина. Светлый свитер пропитался грязно-красными пятнами в некоторых местах и выглядел довольно пугающим на юношеском теле. Венти, замечая что его рассматривают, тоже перевёл взгляд на свою одежду и в голову резко пришло осознание, что он выдал себя к чертям, но и делать с этим ничего не хотелось. Он просто устало откинул голову и прикрыл глаза, ожидая осуждения или злобы. Но такой реакции не последовало. Старший лишь взглянул с болью в глазах и скрылся из комнаты, оставляя за собой только звуки шагов в коридоре. Наверное бросил и не сказал ничего из жалости. Но вскоре Чжун вернулся, принеся с собой аптечку и какую-то свою одежду. В его золотых глазах горела немая просьба и Венти просто кивнул, разрешая стянуть с себя вещи и обработать весь тот ужас, в который он превратил своё тело. От увиденного старшего бросило в холод. Он подозревал что у младшего большие проблемы, но в его представлении тот резал только руки. Та картина, которая ему открылась повергала в шок и страх. Хотелось просто расплакаться на месте и прижать мальчишку к себе, желая отдать тому всё тепло что было на планете. Стало так больно, что челюсти невольно сжались и парень зажмурил глаза до искорок, чтобы не пролить слёз, а заняться делом. Обработка ран заняла огромное количество времени и позаботится о всех повреждениях не предоставлялось возможным, так как это были почти все участки кожи, которые можно было скрыть за одеждой. Спина устала находится в согнутом состоянии и руки тоже уже не чувствовались. Дав Венти одежду, которую он принёс специально для него, Чжун пошёл на кухню за чаем. Сейчас их ждал разговор, пропустить который уже просто не могло быть возможным. Слишком много важного было упущено, слишком халатное отношение к тому, что окружает и вот к чему это всё привело. Он думал что мальчишка справится сам, что ему нужно время. Он даже посещал терапию. Но это была глубочайшая ошибка и он принимает её. Шрамы студента были не попытками преодолеть себя, а самым настоящим криком о помощи, мольбе о спасении. Но ему так и не удалось обратить на себя должное внимание. Постояв на кухне некоторое время, сжимая напряжёнными руками стол, Ли вернулся обратно с напитком к уже переодетому Венти и уж было хотел заговорить, как его опередили - Извини- младший выразительно посмотрел своими большими глазами в самую душу- за это- в его взгляде таилась непостижимая грусть, более не прикрытая маской Не найдя, что на это ответить, а просто возвращая взгляд, полный отчаяния, Чжун Ли просто не сдержался и со всей присущей аккуратностью обнял парня, вслушиваясь как сердце звучит в ушах так отчётливо и звонко. Некоторое время Венти молчал, не двигался и словно не дышал вовсе. А потом вжался в тело и расплакался. Так горестно, что душа внутри выла вместе с ним и кровоточила. Плечо, куда тот уткнулся, постепенно намокало, а всхлипы становились всё сильнее, больше не сдерживаемые. А потом они плакали вместе. Просто плакали и обнимались, хватаясь друг за друга как за спасительные соломинки. Да. Оба чертовски скучали. Всё же они решили отложить разговор на завтра и пойти спать сейчас, несмотря на то что было довольно рано. Чжун Ли расстелил кровать для Венти и уж было собирался пойти спать на диван, как за край его домашней футболки зацепилась рука. - Я боюсь засыпать один- неловкое молчание- можешь остаться здесь? И он просто не мог отказать. Парень взял второе одеяло и они улеглись, прижимаясь друг к другу спинами и вслушивались в дыхание друг друга, пока не заснули.