Memento mori

      Она хотела её касаться. Зажимая в зубах сигарету, брала в руки баллончик, привычно встряхивала его и слышала звон металлического шарика. Этот до боли знакомый звук напоминал те дни, когда всё было проще. Когда на покрас она выходила чуть ли не каждый вечер и откровенно наслаждалась процессом и атмосферой. Когда в наушниках под лёгкий биток читал Лоурайдер, донося до её разума какую-то истину. Впрочем, кажется, она до сих пор её не познала. Теперь всё иначе. Она выходит на настоящий покрас впервые после зимы и в её наушниках биты звучат тяжелее, а приятный баритон Игоря сменился на голос Кирилла Овсянкина. Она зажимает кэп и плавно ведёт баллон вдоль шершавой поверхности. Мементо мори там, где нас дихлофосом морят Там, где-то за воротами морга, нас ждет совсем другая история Ты в ней плеву дочери в армрестлинге не проспорил мужикам дворовым Ищите свою совесть под пыльным советским ковром… Порыв холодного апрельского ветра выбивает из-под капюшона пряди волос и разбрасывает их по лицу. Она быстро убирает чёлку назад и пятится, чтобы проверить, не криво ли получилось. Убедившись, что всё хорошо, берёт следующий баллон и начинает закрашивать одну за другой очертания букв. Но останавливается почти сразу и прикрывает глаза, вслушиваясь в строки. Мементо мори, не пройдя через тории А мне кроссовки ступню натерли Натюрлих, мои мечты прошли через терку Я плакал, когда себя дергал Ты плакала, когда прищемила своего йорка входной дверью Я бы зажал тебя в собаке Москва — Тверь прямо в тамбуре… Выдох вместе с облаком дыма. Она открыла глаза и уставилась на чуть потрескавшийся бетон. Запах краски выветривается быстро, если рисуешь на улице. Запах сигарет от рук выветривается намного дольше. Она ещё помнит её лицо. У неё карие глаза и красивые брови, у неё хорошая кожа. Нежная. И руки у неё очень мягкие, но холодные. Она не раз представляла, как, наверное, приятно её целовать в губы, в шею, да куда угодно! Всё, что угодно, лишь бы целовать.       Из баллона доносится шипение при нажатии кэпа, из отверстия вырывается струя краски и равномерно рассеивается по поверхности. Брызги попадают на пальцы, пачкая их, но это неизбежность для любого художника. Она закрашивает одну букву за другой, смотрит на дело рук своих сосредоточено, а в памяти всё тот же балкон и её плечи на фоне закатного неба. И профиль у неё очень красивый…       Бумага тлеет слишком быстро и окурок жжёт пальцы левой руки. Фильтр падает на землю, догорает до ацетатного волокна в считанные секунды и гаснет. Она хотела бы касаться её сейчас, а не чувствовать ладонью неровности холодной стены. Баллончик ставится на землю и пальцы смыкаются на очередном, ещё не тронутом. Быстрая смена насадки на кэп с более маленьким отверстием распыления и вот уже можно начать с последней буквы. Тонкие белые линии делают рисунок контрастнее, ярче. Движения руки уверенные, быстрые. Где-то то неподалёку монотонно стучит колёсами грузовой состав и слышен гудок. Серое небо тяжело нависает над железной дорогой. В наушниках трек подходит к концу, для того, чтобы начаться заново. Мементо мори, вдыхая запах плесени душевой шторы. Она отходит на пару шагов назад, крутит как-то рассеянно в испачканных руках полупустой баллон и поднимает глаза. На серой стене огромными чёрными буквами с белым аккуратным контуром написано Memento mori. Она устало прикуривает очередную сигарету.