Ghostbuster без сценария

      Сердце стучало так, что казалось это было слышно на всю усадьбу. Руки судорожно дергали ручку. Он спешно оглядывал дверь, глубоко вдыхая воздух, пытаясь восстановить сердцебиение. Пульс предательски зашкаливал, головокружение нарастало.       — Хватит! — Масленников ударил кулаком по старому дереву. — Это не смешно!       Сердцебиение мешало различить хоть какой-то шум за дверью. Дима опустил голову, закрыл глаза и сжал челюсть. Надо срочно успокоиться, не хватало ещё словить приступ, это точно не поможет выбраться.       Парень отошёл к стене, облокотился на неё и медленно сполз на пол. Глубокий вдох, выдох, ещё раз и ещё раз.       — Один, два, три, четыре… — он медленно переводил взгляд отмечая даже незначительные детали комнаты.       Тот же столик на который он в попыхах бросил нож с камерой. Дверцы шкафа. Незначительный мусор. Зеркало…       Гул в ушах медленно стал отступать. Помогало. Взгляд опять вернулся к двери. Сделав ещё несколько глубоких вдохов, Масленников поднялся с пола и встряхнулся.       — Так, теперь спокойно. — Масленников взглянул в сторону лежащей на полу камеры.       Он быстрым шагом подошёл к штативу и стал в спешке собирать его. Сняв рюкзак и быстро закинул оборудование и упавшую камеру внутрь, он вернулся к столу. Вторая камера всё ещё писала.       — Ебал я такой контент. — кинув очередной взгляд на дверь, он, не поднимая камеру, повернул её объективом в ту же сторону.       Парень поднял руку и посмотрел на часы. 22:10. Шансы успеть на вокзал таяли на глазах. Он вернулся к двери и ещё раз дернул ручку. Не поддалась. Затаив дыхание он прислонился к двери и начал вслушиваться. Гнетущая тишина. Он стоял боясь пошевелиться, пытаясь уловить хоть что-то, но сосредоточиться было тяжело.       Если бы дверь открывалась в сторону коридора, то он бы непременно попытался её выбить, хотя и понимал что скорее он себе что-то сломает, чем это бы увенчалось успехом.       — Эй! Там кто-то есть?! — тишина. — Я пришёл за своей камерой, просто откройте и я уйду!       Его голос раздавался эхом по комнате и он был уверен, что если в здании кто-то находится, его точно услышат. Подождав ещё несколько секунд, брюнет повернулся обратно к камере и прислонился спиной к двери.       — Как в мышеловке какой-то. — оно потер лицо ладонями, — Я конечно к многому готов по ходу съемок, но это действительно тяжело… Заранее извиняюсь перед Артёмом. Дружище, тебе это ещё монтировать. Но это явно потом. Сейчас мне надо придумать как выбраться отсюда, зато будет о чем порассуждать на разборе.       Масленников даже невольно улыбнулся. Буквально одним уголком губ, совершенно не заметно, но это была единственная положительная сторона в сложившейся ситуации.       — Так… — он бросил взгляд вверх. — Потолки тут метров пять, плюс перекрытия и фундамент. Есть ли у меня настроение переломать ноги?       Паника уже явно отступила и начала сменяться раздражением. Он действительно чувствовал себя зверушкой попавшей в яму и единственный безопасный вариант выбраться из этой западни — это помощь из вне. Но действительно, что делать если это из вне и загнало его в эту ловушку.       — Да чёрт! — отпрянув от двери, он с гулким топотом направился к окну.       Через мутные стекла едва различались силуэты деревьев тающие в сумраке. Дождь только усилился добавляя ряби в предстающем мрачном пейзаже. Внизу ничего не было видно, только что высота достаточно внушительная. Он попытался открыть раму окна. Тщетно. Парень не помнил росло ли что-то по периметру здания и вообще есть ли какие-то уступы на облицовке, которые помогут безопасно спуститься.       — Не ну конечно, а чего я ожидал?!       Конечно он мог бы просто разбить окно. Но если у него не получится спуститься, ночью он возненавидит это решение. Одежда всё ещё была мокрой и даже в помещении особого комфорта не представляла. Дима старался собраться, морально и физически. Главное сейчас — морально. Достав телефон, он был готов к увиденному. Полное отсутствие сигнала. 22:20.       Без какой либо надежды он открыл последние вызовы. Нажал на контакт «Сударь» и звонок. Телефон предсказуемо скинул вызов. Вчерашний звонок Данику. Также сброс. Он напряженно хмурился понимая глупость этих попыток. Открыл сообщения и диалог с Никитой. Пальцы быстро заскользили по клавиатуре:       «Никит, кажется я влип, пока не знаю на сколько, но» — он задумался.       Сообщение отправится как только телефон поймает хоть какой-то сигнал и лучше бы парни знали где он. Хотя бы где он находится в данный момент, несмотря на то когда они получат это самое сообщение.       »… сейчас 22:25. Я добрался до локации и нашел камеру. Но она как-то оказалась в здании и теперь я не могу выйти, кажется меня заперли. Тут кто-то есть. Я в этом уверен. Я с вами свяжусь как только смогу.»       Отправить.       Масленников понимал какой кипишь поднимут парни в тот момент когда прочитают сообщение, а рано или поздно они его прочитают, и не факт, что он сможет сразу им ответить, но это лучше чем полное отсутствие какой либо информации.       Что он мог ещё сделать? Вызов «sos»? Поджав губы, он пару секунд раздумывал, но покачав головой, заблокировал телефон и убрал обратно в карман. Желания объяснять службам что он тут забыл отсутствовало, если вообще кто-то сюда сможет приехать. Он обернулся к комнате которая уже тонула в темноте. Стресс давал о себе знать. Общее состояние с каждой минутой ухудшалось и становилось невыносимо даже держаться на ногах, но он продолжал просто стоять и смотреть, проваливаясь глубже в свои мысли.       Выдернуло из размышлений его неожиданно. Шуршание. Едва различимое шуршание где-то очень рядом. Пошарившись по карманам, достал фонарик и посветил на злощастную дверь, на пол, на стены, в поисках источника звука. Когда луч скользнул по полу у основания зеркала, Масленников невольно дернулся, не ожидая увидеть это маленькое создание. Маленькая серая мышка усердно грызла одну из ножек на которой держалось зеркало.       — О, так я тут не один как мышь. Маленький, что ты делаешь? — Дима опустился рядом на корточки.       Мышонок на секунду замер и в следующее мгновение быстро юркнул куда-то в темноту комнаты. Парень с разочарованием выдохнул и попытался встать. В этот момент всё тело напомнило каждое падение за эти дни и отдалось глухой болью. Дима начал медленно падать и непроизвольно схватился за раму зеркала, но быстро осознал какая это была ошибка. Зеркало со скрипом начало заваливаться в сторону парня, даже не дав шанса увернуться.       — Нет! Нет! Нет! Сука! — Масленников с грохотом упал назад.       Зеркало больно саданула по плечу и съехало вниз, с громким звоном разбиваясь об пол. Фонарик откатился в сторону, освещая сотни осколков по всему полу и оставшееся деревянное основание самого зеркала. Дима открыл глаза и посмотрел на масштаб разрушений. Теперь к больной спине добавилось плечо.       — Ну что? Семь лет как полагается? — пробурчал он, потирая ушибленное место.       И в этот же момент он осекся. Масленников почувствовал как внутри всё сжалось. В раме оставались острые куски не выпавшего зеркала и сейчас он смотрел на тот самый осколок на котором всё ещё было видно дрожащее слово «тут». Он ощущал как напряглась каждая клетка тела. Перед глазами стоял тот момент, когда он захлопнул ноутбук. Тот момент, когда он спал в противоположном углу, а эта дверца начала открываться. Дверца стенного шкафа, которая сейчас отражалась в зеркале. Дверца на которой как будто было написано «тут».